Twelve
- Слышите, гвалт в подъезде? Кажется, драка... Этого еще не хватало.
Лиса прислушалась. В подъезде, и правда, было как-то необычно шумно. Слышались громкие возгласы, и звуки какой-то возни. Загудели металлические перила, послышался глухой стук. Мама бросилась к двери. Лиса метнулась следом за ней, но тут же была остановлена маминым вскриком:
- Нечего тебе там делать! Даже не вздумай выходить!
Мама открыла дверь и выбежала из квартиры. Отец прошагал в прихожую и остановился рядом с Лалисой, но выходить не стал. Он не был любителем вмешиваться куда-либо, и поэтому инициативу в подобных активистских делах в свои руки всегда брала мама. В подъезде послышался ее звучный голос:
- А ну, прекратите немедленно! Мало того, что галдят здесь чуть не каждый вечер, так еще и драться принялись! Я вот сейчас милицию вызову, чтоб вас всех разогнали!
Мама добавила к своему монологу еще несколько громких возгласов и веских угроз и за дверями поутихло. Было слышно, как молодежь расходится. Мама вернулась в квартиру.
- Это же надо, двое сцепились, а остальные улюлюкают стоят. Нет, чтоб разнять! А дрался-то, знаете кто? Сэхун из противоположного дома (мать никогда им не занималась) и Тэхен с девятого этажа. Что тут удивляться, когда отец пьяница, дебошир и хулиган! Вот такого же и вырастили! Лучше бы не рожали совсем!
У Лалисы на душе отчего-то сделалось совсем противно. И ее неприятная раздвоенность еще больше усилилась. Ей было обидно за Тэ, о котором мама так нелестно и несправедливо отозвалась, и в то же время в душу заползло сомнение: должно быть, он, в самом деле, не так хорош, каким пытается предстать перед ней. А тут еще маленький чертенок пропищал на ухо: "А пытается ли? Ему до тебя и дела нет! Вон на друзей своих и драки время находит, а на тебя ни минутки. Так, поразвлекался и забыл!".
Лиса громко втянула носом воздух. Мама внимательно посмотрела на нее.
- Доченька, что с тобой? Ты что, плачешь?
- Нет! - спохватилась Лиса, вдруг почувствовав, как глаза наполняются слезами.
- Лиса, что случилось? - мама была не на шутку обеспокоена.
- Все в порядке, правда...
Она кое-как совладала со своими эмоциями и даже доела картофельное пюре, чтобы показать, что с ней, в самом деле, все в полном порядке. Но мама есть мама. Весь ужин, а потом и остаток вечера она украдкой продолжала бросать на Лалису тревожные озабоченные взгляды...
- Лиса, ну пожалуйста, ну поедем! Чего ты тут одна киснуть будешь? А там весело, взрослых никого, так что оторвемся по полной. Представь: дача, свежий воздух, музыка, даже озеро недалеко есть. Сказка просто! Да и парней хоть отбавляй будет. Глядишь, познакомишься с кем-нибудь! -Розанна лукаво улыбнулась.
- Ой, Рози, прекрати!
- А вот и не прекращу! Что, ряды старых дев пополнить планируешь?
- Причем тут старые девы? Мне еще пятнадцать только! - возмутилась Лиса.
- Пятнадцать с половиной! - многозначительно поправила ее Рози. - А с твоей нулевой активностью в общении с противоположным полом ты так и до двадцати пяти с половиной досидишь, а потом и до тридцати пяти с половиной... - Рози начала эффектно загибать пальцы.
- Ну все, Рози, перестань! - И Лиса, смеясь, запустила в нее диванной подушкой.
- Неужели не убедила? - изумленно произнесла Рози, отбившись от диванной принадлежности
- Убедила. Только ко всему этому еще мою маму надо убедить. И учти, если я с тобой поеду, то не из-за парней, а только чтобы дома "не киснуть", как ты выразилась.
- Ой, да пожалуйста! А там, на месте разберемся!
- Ах, на месте, значит! - Лиса схватила другую подушку, но Рози быстро подняла с пола первую, и две подушки полетели навстречу друг другу под веселый смех и визг девочек.
... Мама долго не соглашалась отпустить Лалису на дачу с ночевкой к Розэ знакомым, куда собирались поехать некоторые из их одноклассников и еще много всякого народа. Причем, кто именно, Лиса даже и не знала. Папа сначала отнесся к затее с небольшим сомнением, но потом вдруг вспомнил, как они сами в старшем классе ездили на подобную вечеринку. И немного попредававшись юношеским воспоминаниям, все же поддержал Лалису. А тут еще Розэ, забежавшая позвать подругу на улицу, подключилась. В общем, сопротивление было сломлено. И Лиса стала готовиться к поездке, которая намечалась на ближайшие выходные.
Стояла середина июля, было жарко, поэтому из теплых вещей Лиса взяла лишь тонкую летнюю ветровку. На себя она надела светлые брюки и футболку с ярким рисунком, на ноги натянула легкие кроссовки, а волосы собрала сзади в хвост. Получилось просто, но достаточно симпатично, и даже стильно. Лиса попрощалась с родителями и выбежала к подъезду. На дачу их должен был отвезти Розанны отец. Его машина уже стояла у входа. Лиса помахала подруге, которая отчего-то села на переднее сидение, хотя Лиса думала, что они поедут вместе сзади. Она распахнула дверцу, собираясь поздороваться с Розанны отцом и тут увидела, что поедет сзади не одна. С противоположной стороны сидел Чимин. От неожиданности Лиса ударилась плечом о дверцу машины и охнула от боли.
- Привет! - сказал Чимин. - Не сильно ушиблась? - Его светлые короткие волосы, несколько выгоревшие на солнце, были слегка всклокочены, видимо, не без помощи геля, и топорщились на голове в привлекательном беспорядке. На нем были светлые джинсы и насыщенного бирюзового цвета тонкая рубашка с коротким рукавом и расстегнутым верхом, обнажающая загорелые руки, шею и верхнюю часть груди. Лиса нервно сглотнула.
- Привет... - с трудом проговорила она. - Не знала, что ты тоже едешь...
Лалиса, поприветствовав Розиного отца, устроилась рядом с Чимином и пристегнула ремень. В зеркале над водительским сиденьем она поймала смеющийся взгляд Розэ и в ответ метнула испепеляющий свой.
- А ты разве не с Дженни? - этот вопрос выдавился с некоторым трудом, но нужно было расставить точки над "и", внеся ясность в неожиданно образовавшуюся не без инициативы Рози ситуацию.
- Мы с ней расстались в начале лета. - С ноткой безразличия произнес Чимин.
- А... - протянула Лалиса. Очень хотелось узнать, из-за чего, но ей показалось, что спрашивать об этом будет не совсем тактично.
- Характерами не сошлись... - весьма сумбурно и изъезжено вдруг ответил на ее незаданный вопрос Чимин.
- Понятно, - пробормотала Лалиса.
Машина тронулась, а она углубилась в свои ощущения, пытаясь разобраться, что сейчас чувствует к сидящему рядом с ней парню. И чувства оказались весьма противоречивыми. Там было и раздражение вперемежку с обидой, и издевательское ликование над такими вот Дженни, которые ходят в прекоротких юбках и вешаются на шею чужим парням. Правда, Чимин тогда ее парнем не был, но все равно. Да и кто кого бросил, тоже оставалось неясным: может, это не Чимин ее, а она Чимина. Тогда победоносно торжествовать следовало над ним (что одинаково приятно). Ко всему этому примешивалась тайная, едва шевелящаяся надежда, что Чимин снова обратит на нее внимание, но совсем рядом с этой робкой надеждой предостерегающе пульсировало бьющее себя в грудь кулаками ущемленное женское достоинство. И это блюдо из кучи несовместимых ингредиентов сверху было сдобрено извечным стеснением Лалисы перед всеми представителями противоположного пола.
Через час доехали до дачного дома, которому сегодня предстояло принять немалое количество молодых энергичных и шумных людей. Дом оказался деревянным большим со вторым мансардным этажом. Просторный двор весь в цветах, в глубине сада виднелась деревянная, увитая диким виноградом беседка. Розанны папа во двор въезжать не стал. Он вышел вместе с ними. И когда они все вчетвером направились к тенистой веранде, в дверях появился средних лет мужчина. Как выяснилось - это был хозяин дачи.