Five
- Привет... - едва слышно пробормотала она.
Тэхен взлетел на несколько ступенек выше и поднял упавшую туфлю.
- А почему босиком? - он устремил на Лису свой пронзительный смеющийся взгляд.
А Лиса почувствовала, как краснеет еще сильнее.
- Я на шпильках плохо хожу... - тихо произнесла она и тут же начала корить себя за эту фразу. Что, нельзя было сказать, что ногу натерла? Какая она женщина, раз на шпильках ходить не умеет?!
- На сцене не было заметно, что плохо ходишь.
- А ты разве смотрел?! - сорвалось с губ Лисы.
- Да. Мне просто позвонить надо было, и я вышел. Но ваше выступление я полностью видел. У тебя красивые платья. Сама придумала?
Лиса совсем засмущалась и растерялась от его комплимента и смогла только утвердительно покачать головой.
- Тебе чем-нибудь помочь? - взгляд Тэхена смягчился.
- Нет, спасибо... я сама... Мне только вещи до... мастерской... швейной донести... - запинаясь и путаясь, проговорила Лиса.
- Ну, как знаешь... Лисенок, - Техен вручил ей поднятую им туфлю. - Держи и не роняй больше, а то еще каблук отломится.
И он побежал наверх, оставив Лису стоять на лестнице и приходить в себя. А приходить в себя было от чего. Сейчас у нее было чувство, будто на нее вылили огромную бочку холодной воды. Сердце бешено стучало, дыхание сбивалось, а ноги слегка подкашивались. Эта встреча... этот разговор... и Тэ предложил свою помощь... А что, если бы она согласилась? От этой мысли кровь с новой силой хлынула к щекам, и она подумала, что тогда уж точно бы не дошла на своих ватных не слушающихся ногах до мастерской. И виноваты в ее падении были бы никак не Рози туфли...
...После случая с туфлей на школьной лестнице Тэхена начал с ней здороваться. Даже, лучше сказать, не здороваться, а приветствовать ее. Когда они вдруг оказывались совмещенными во времени и пространстве (и этим замечательным пространством, как правило, был подъезд или улица у дома) и Тэ встречался с ней взглядом, его лицо словно бы озарялось. Нет, не улыбкой, а скорее, ее легкой тенью, которая мелькала в уголках губ и где-то в глубине его по-кошачьи зеленых глаз, и он делал плавный взмах рукой, но при этом никогда ничего не говорил и, тем более, никогда не останавливался, а проходил мимо, должно быть, уже в следующий миг забывая о ее существовании в этом мире. А Лиса эти встречи забыть не могла. Она их коллекционировала, помнила каждую до мельчайших подробностей и часто оживляла их у себя в памяти. Да и как забыть моменты, когда неожиданно начинают подкашиваться ноги, а язык не слушается так, что даже обычное "привет!" удается выговорить с огромным трудом. Но вот встреч этих почти за два месяца накопилось столько, что и одной руки хватит сосчитать, а если быть точной, всего четыре. Ждала ли их Лиса? Она сама толком не могла ответить на этот вопрос. Ведь она по-прежнему боялась Тэхена. И сейчас, наверное, даже больше, чем обычно, когда она была для него лишь пустым местом. Но, если все-таки быть с собой предельно безоговорочно честной, то да... ждала... Но вот почему, не знала. Все, что было связано с Тэ - их встречи, их разговоры, и даже мысли о нем, носило оттенок мимолетности, отвлеченности от реальности и, казалось, ничего глубокого под собой не имело, и поэтому не могло ни к чему вести. Все это было лишь миром фантазий и домыслов Лисы, которые и появлялись-то непонятно почему, и брались неизвестно откуда. Однако, в ее жизни стали происходить и более реальные вещи. И начало их проистекало из дня показа моделей. Не один Тэ сделал ей тогда комплимент. Вслед за ним последовал и Чимин, который тоже смотрел школьный новогодний концерт.
- Слушай, Лиса, а ты клево смотрелась в своих шмотках! Даже как-то неожиданно... Ну, в смысле, все такие современные, а ты такая, как из рыцарского романа... романтичная, что ли!
Эта речь была произнесена на улице по дороге в ближайший кинотеатр, куда они вчетвером, Лиса, Рози, Чимин и его друг и одноклассник Бекхён, направились на второй день зимних каникул. Лиса, не ожидавшая такого комплимента от Чимина, который, вообще, принципиально их не делал, по крайней мере, ей, слегка смутилась и даже почувствовала, как заливаются жаром щеки (благо, они и так были раскрасневшимися от мороза). А полчаса спустя, когда они рассаживались в кинозале, чтобы посмотреть какой-то разрекламированный фантастический боевик, Чимин, взяв инициативу в свои руки, всех четверых разместил так, чтобы самому оказаться рядом с Лалисой. Она это поняла по тому, что обычно (совместные походы в кино были не редкостью) он старался в подобных компаниях сесть с другом, а куда сядет Лиса, его заботило крайне мало. Пока шел фильм он время от времени наклонялся к ее уху и комментировал происходящее на экране, а Лиса от такой его близости смущалась и очень радовалась тому, что в зале темно, и не видно ее пылающего лица.
После киносеанса Рози сказала, что их родители уезжают встречать Новый год к знакомым, а им разрешили пригласить к себе молодежь.
- Ты придешь? - выпалил Чимин и посмотрел Лалисе прямо в глаза, из чего она сделала приятный для себя вывод, что ответ его интересует. Да, и вообще, этот вопрос должна была задать Рози, ведь Лиса ее подруга.
- Не знаю. Мне у родителей нужно спросить. Я Новый год всегда дома встречала...
- Ну, ничего, изменишь своим традициям! - Чимин улыбнулся своей самодовольной, самоуверенной и немного нагловатой, такой характерной для него улыбкой, но в глубине его глаз Лиса уловила опять тот же интерес. А то, что он задержал свой, всегда поверхностный, взгляд на ней чуть дольше, чем обычно, лишь подтвердило будоражащую ее догадку: Чимин действительно хотел, чтобы она пришла.
Когда она взбегала по лестнице к себе на второй этаж ее сердце взволнованно и, в то же время, победоносно, отбивало барабанную дробь. Чимин, наконец-то, обратил на нее внимание!
... Тридцать первое декабря. Лиса вся взбудораженная собиралась в гости к Рози. После долгих уговоров и подключения папы в обсуждение вопроса: можно ли Лисе встречать Новый год в компании одноклассников, а, возможно, и не только, мама, наконец-то сдала позиции.
- Не впечатляет меня все это. Но раз уж даже папа за тебя вступился, то отпущу. Только все время звони мне. Поняла? - подвела итог мама и глубоко и обреченно вздохнула.
Лиса надела красивое белое с синими цветами платье с расклешенным подолом до колена и с рукавами чуть ниже локтя, которое сама скроила и сшила еще летом, продела в уши длинные серьги с синими камушками и сунула в сумку черные с синим туфли-лодочки на низком каблучке. Волосы она решила оставить распущенными, завив их длинные кончики. Она покрутилась перед зеркалом и, пожалуй, даже осталась довольна своим отражением, что случалось с ней далеко не всегда. Она надела пальто, шапку и обувь и чмокнула в щеку маму, которая все это время молча и не совсем одобрительно поглядывала на нее и как бы украдкой вздыхала. Хотя Лиса прекрасно знала, что эти вздохи адресованы ей, как немой упрек, сейчас свои отвоеванные позиции Лиса оставлять никак не собиралась.
Она пулей пролетела по уже темной улице. Время было восемь вечера. Поднялась на лифте на четвертый Рози этаж и, чувствуя, как все трепещет внутри от предвкушения праздника, новых впечатлений, и, самое главное, встречи с Чимином, нажала на кнопку звонка. За дверью слышны были голоса, смех и звуки громко включенной музыки. И Лалисе пришлось позвонить еще несколько раз, прежде чем кто-то в таком шуме расслышал заливистую соловьиную трель.
- Лис, привет! Какая ты молодец, что выбралась! Предки все-таки отпустили? - дверь распахнул Чимин и сразу же втянул немного смутившуюся Лису за руку внутрь. - Давай, раздевайся скорей! Я тебе помогу! Уже почти все подошли, и родители у Рози уехали как раз.