[GL] Меч красавицы

Луна пятнадцатого числа была полной, как серебряное блюдо, висевшее в небе. Звезды тоже потеряли свой блеск под ее ярким сиянием.
Однако сейчас был не Лунный фести-
валь, а сентябрь.
Шелестящий ветер проносился мимо лесных ветвей и карнизов крыш, оставляя за собой свистящий звук.
Каменная скамья была ужасно холодной. Фу Ваньцин села на нее только после того, как служанка положила толстую шерстяную подушку. Те, кто владеет боевым искусством, не должны бояться холода, и девушка не боялась, однако ей было лень пустить в ход свою истинную ци, чтобы согреть конечности. Улыбаясь, она вздохнула. Смотря на полную луну, она вдруг подумала о холодной, мрачной зиме. Печи в такую пору было недостаточно. Что ей было нужно, так это внутренний огонь в своем теле.
Фу Ваньцин опустила голову и посмотрела на свои руки.
— Отличный лунный свет сегодня, — сказала она, расслабившись.
Юй Шэнянь кивнула. Она все еще была умеренной, как облачко тумана.
Фу Ваньцин не ожидала услышать из ее уст какой-либо ответ. Она медленно подняла голову, устремив взгляд в глубь леса. Раздался слабый шум, а затем несколько птиц испуганно взлетели.
Юй Шэнянь давно заметила, что среди деревьев кто-то есть, но не двигалась с места.
Рядом с Фу Ваньцин, ей не нужно было предпринимать никаких действий. Она не понимала, почему эта женщина держит ее здесь, да и не хотела понимать. По ее мнению, если бы Фу Ваньцин захотела она лично заглушила бы все звуки мира.
Резкий свист пронесся по небу.
Ученики поместья, казалось, погрузились в глубокий сон, никак не реагируя на происходящее. С крон деревьев спустилась молниеносная фигура, которая могла бы остаться незамеченной, но от глаз двух женщин не удалось скрыться. Никто не начал действовать, все было тихо, как будто этот человек должен был быть здесь с самого начала. Он был облачен в черные одеяния и словно растворился в ночи, скрыв от взгляда и черты лица, и очертания фигуры. В нем не было намерения убивать. Взгляд скользнул мимо Юй Шэнянь, и фигура опустились на колени перед Фу Ваньцин.
"Так это кто-то из поместья." Мысленно вздохнула Юй Шэнянь, но в следующее мгновение ее брови нахмурились. "Почему мне важно знать кто это?" У нее не было причин беспокоиться об этом. Ее разум должен быть подобен воде на дне реки, спокойной и без малейшей ряби.
Фу Ваньцин произнесла всего одно слово, и это единственное слово ярко показало, что она из высшего света. Юй Шэнянь и не думала подслушать их разговор, и после того, как Фу Ваньцин закончила, она отключила свой слух. Ее бесцельный взгляд внезапно скользнул по лицу Фу Ваньцин, а затем уже не мог оторваться от него.
Манера держаться была похожа на ее сестру Лу Кэсинь, но последней чего-то не хватало. Вероятно, из-за происхождения, ее неряшливость была навечно запечатана в костях. После того как Фу Ваньцин искалечила ей ноги, ее высокомерие и безжалостность из-за скромного статуса были полностью раскрыты.
Фу Ваньцин была подобна пламени: бушующее пламя, пылающее в сильном воздухе.
В этот момент Юй Шэнянь инстинктивно почувствовала опасность.
Кто-то крепко схватил ее за запястье. Человек в черных одеждах в какой-то момент уже ушел.
Лучезарная улыбка озарила лицо Фу Ваньцин. Ее губы зашевелились, произнося:
— Лунный свет сегодня прекрасен, и во дворе тихо.
Да. Тихо.
После этого никто не говорил, все стихло, только звуки природы наполняли уши.
Не смотря на это, цзянху не был мирным. Всего за одну ночь в нем разразилась очередная кровавая бойня.

***

В таверне за пределами Янчжоу крупный мужчина в короткой мантии внезапно швырнул свою миску и палочки для еды на стол, встал одной ногой на табурет и странно выкрикнул:
— Если цзянху можно назвать "мирным", тогда это не цзянху!
Прокричав это, он сел на свое место, и как ни в чем не бывало, взял большую чашу спиртного, как будто не он произносил слова ранее. В правой руке здоровяка была зажата сабля, а на нем было пять железных колец, которые звенели, ударяясь друг о друга.
Фу Ваньцин сидела за углом колонны, с улыбкой на губах.
По здравому смыслу, такая знатная особа, как она, не стала бы появляться в этой полуразрушенной, шумной маленькой таверне, но она все равно здесь. Никто не мог угадать, что у Фу Ваньцин в голове.
— Знаешь ли ты, что недавно произошло в цзянху? — спросила она с усмешкой, глядя на Юй Шэнянь, которая спокойно сидела.
Она хотела ответить на этот вопрос сама, но Юй Шэнянь заговорила.
— Два серьезных инцидента. Мастер Лу Ци был кем-то убит, и ходят слухи, что это произошло из-за того, что в нефритовой Гуаньинь была спрятана секретная карта сокровищ. И братья из секты Тяньцзы сражались с женщиной неизвестного происхождения, которая называла себя «Сан Гонцзы». — все это она услышала от путешественников, проезжавших мимо по дороге из поместья в таверну.
Фу Ваньцин засмеялась.
— Неплохо. Этих двух инцидентов было достаточно, чтобы навести шуму в цзянху, который и так не был спокойным.
Только Юй Шэнянь слышала слова Фу Ваньцин, но на них обернулись многие в таверне. В их взглядах было либо обожание, либо жадность, а иногда проскальзывает презрение.
Две хорошенькие женщины появились в захудалой таверне, и рядом с ними не было ни одного мужчины.
Одного этого факта было достаточно, чтобы разыграть воображение этих грязных мужиков.
Те, у кого была хоть капля здравого смысла, все могли контролировать себя и оставались неподвижными, в то время некоторые были ослеплены похотью, руки и глаза так и чесались вцепиться в женские тела. С лязгом поднялся крупный мужчина в короткой мантии. Как фехтовальщик, он никогда не забывал о своем оружии, но боялся, что его устрашающий вид пугает дам за соседним столиком, поэтому, поколебавшись минуту, он опустил саблю.
Здоровяк ухмыльнулся, его борода задрожала вместе с отекшей кожей на лице, также два ряда неровных зубов показались наружу, это выглядело отвратительно и устрашающе.
— Куда две молодые госпожи путь держите? Нужно ли вас проводить и показать дорогу?
Едва он успел понизить голос, как из ниоткуда выскочил невысокий, тощий мужчина, похожий на обезьяну. Он просто взмахнул рукой, и здоровяк был отброшен в сторону.
— Красавицы вполне могут прогуляться со мной, — он прищурился, поглаживая свою собственную крошечную бородку.
Потеряв лицо в присутствии красавиц, здоровяк немедленно пришел в ярость. Он схватил свою широкую саблю и, звеня, рубанул ею по коротышке.
С треском он разломил табурет надвое, а худой, похожий на обезьяну человек уже отпрыгнул далеко в сторону, разглаживая бороду со слабой улыбкой.
Внезапно в таверне вспыхнула драка, официант и владелец воспользовались случаем и уже давно сбежали. Те, кто были менее смелыми, тоже бесследно исчезли, остались только местные жители наблюдать за происходящим. Возможно, они все ждали подходящего момента, чтобы сыграть в героя, спасающего красавицу, тем самым завоевав ее сердце.
Но Фу Ваньцин даже не взглянула на этих людей.
Ее сердце было взволновано от того, что Юй Шэнянь была разговорчивой. Если бы ее глаза могли говорить, то всего лишь один взгляд, брошенный на них, зацепил бы душу. В таверне становилось все более шумно, дерущихся стало больше двух. Что касается двух женщин, из-за которых весь этот переполох, они ушли, и никто этого не заметил.
— Кто была эта женщина в красном? — кто-то, наконец, оторвался от хаотичной битвы и спросил.
— Похоже, это была госпожа Фу из поместья Сяи — кто-то, в конце концов, узнал ее.

***

После странной тишины, наступило время вздохов.
Медленно прогуливаясь по улицам крошечного городка и делая вид, что Фу Ваньцин все интересует, она ходила туда-сюда, наблюдая за всем что попадалось на пути. Дошло даже до того, что она купила в крошечном киоске цветок, сделанный из бисера, и воткнула его в волосы Юй Шэнянь. Эти вульгарные предметы портят красоту Юй Шэнянь. Фу Ваньцин даже немного разозлилась, увидев, как это выглядит, но все равно не убрала цветок, так как это был подарок подаренный ей лично.
— Умелые руки Лу Ци смогли бы сделать цветок из бисера, подходящий для тебя, — неожиданно сказала она. — Жаль, что он умер.
Юй Шэнянь не ответила, и Фу Ваньцин подняла голову к небу и рассмеялась. В этом смехе сквозила холодность и безразличие.
Юй Шэнянь подняла веки и достала из рукавов уродливый бамбуковый свисток.
— Это подарок тебе.
Воспользовавшись секундным замешательством Фу Ваньцин, девушка сунула свисток ей в руки.
— Подарок для меня... — Фу Ваньцин держала свисток так, словно какое-то драгоценное сокровище, и довольно улыбалась во весь рот.
Этот подарок оказался лучше, чем нефритовая Гуаньинь.
Та самая статуэтка, которая годом ранее была украдена из крепости Гуаньси.
И только Ма Сан знал, что она была в руках госпожи Фу, но он был мертв. Мертвый человек больше не раскроет правду.
Где в конце концов нефритовая Гуаньинь? Какой секрет был скрыт в ней? Эти вопросы больше всего интересовали жителей цзянху в наши дни.
"К счастью, она не попала в руки госпожи Фу, иначе это дело было бы не простым".
"Было бы здорово, если бы ее доставили в поместье. Тогда я мог бы прийти к Фу Ваньцин с предложением руки и сердца и получить и ее, и Гуаньинь".
"Сказали, что Лу Ци умрет, и он мертв. Откуда они знали?"
"Карта со спрятанными сокровищами, те кто ее украли хотели богатства, кто бы не хотел богатства?"
...
В ушах Фу Ваньцин звучали самые разные голоса.
Но никто не подозревал, что Гуаньинь в ее руках.