[GL] Меч красавицы

Юй Шэнянь с непроницаемым выражением лица оглядела лезвие меча, прижатого к ее горлу. Меч был острым, настолько острым, что мог легким движением разрезать голову. Выражение ее лица оставалось безразличным, пока улыбка Фу Ваньцин становилась все лучезарней.
— Месть? — Юй Шэнянь подняла холодные глаза — Даже если сестра и проиграла, то это меня не касается.
Юй Шэнянь уже знала, кем была та эксцентричная дама, что стояла перед ней, но, по ее мнению, все люди были не более чем незваными гостями, и неважно, каким был их статус. Девушка взмахнула рукавами, отступая от лезвия меча на несколько сантиметров.
Отчужденная и безразличная, какая бессердечная женщина. Одного этого движения хватило, чтобы Фу Ваньцин растеряла остатки самообладания. Не обращая внимания ни на что, в мгновение ока было выпущено семьдесят две атаки в сторону Юй Шэнянь, перекрывая ей все пути к отступлению. Она желала этого боя. Их могут сравнивать сколько угодно, но сегодня лишь одна из них победит! От этой мысли движения Фу Ваньцин стали еще более быстрыми и безжалостными.
Юй Шэнянь искусно уклонялась от каждого выпада Фу Ваньцин, так и не атаковав. Сколько бы ударов не нанесла Фу Ваньцин ни один из них не попал в Юй Шэнянь. В свете небесного меча ее шаги были ловкими и изящными, и сколько бы Фу Ваньцин ни наносила ударов, столько же ударов она избегала. Комната, некогда опрятная, сейчас была полностью разгромлена. Едва ли тут осталось что-то помимо несчастного цветочного горшка, но и тот, пораженный очередным выбросом ци пошатнулся, норовя упасть. Юй Шэнянь, оказавшись рядом, подхватила горшок, в то время Фу Ваньцин и нанесла безжалостный удар. Юй Шэнянь успела увернуться, но прядь ее волос все равно оказалась отрезана.
В комнате воцарилась тишина. Казалось, можно было услышать звук падающей иглы. Юй Шэнянь, безразлично поправила волосы и вздохнула. Поставив горшок на то, что осталось от тумбочки, она повернулась к Фу Ваньцин.
— Госпожа Фу, кажется я проиграла, — Юй Шэнянь отошла от Фу Ваньцин. — Можешь уходить.
Тело Фу Ваньцин потяжелело от обилия энергии, что она выпустила. Смотря на лицо Юй Шэнянь, Фу Ваньцин обнаружила, что даже через силу не может заставить себя улыбнуться. В исступлении она сжала рукоять меча.
— Так не пойдет! Ты не обнажила меч. — уголок ее рта дернулся.— Где твой Хуайсю?
— Госпожа Фу, — в голосе Юй Шэнянь появились нотки раздражение. — Мы друг другу не враги. Меня не интересуют слава или титулы, а также дуэль с тобой. К тому же, слишком много вещей было повреждено в этой комнате и, боюсь, моих накоплений не хватит, чтобы всё возместить. Здешнего владельца разобьет горе.
Кровь в теле Фу Ваньцин закипела от гнева. Она приблизилась к Юй Шэнянь, пристально смотря в ее спокойные глаза. Фу Ваньцин сжала кулаки и спрятала их в рукава, дабы не схватить соперницу за ткань ее одеяния. Эта девушка всегда действовала ей на нервы, но как только она появилась перед глазами, ситуация стала неконтролируемой.
— Я за все заплачу, — выдавив через зубы, она пыталась не сорваться. — Не враги, говоришь? Ты глава клана Бишуй, а я старшая дочь семьи Сяи. Мы были рождены, чтобы сразиться!
Юй Шэнянь покачала головой.
— В таком случае мне тем более не стоит сражаться, — тяжело вздохнула девушка. — Многие в долине Улинь терпят меня только из-за титула главы, если же я подерусь с тобой, то, боюсь, что никогда не восстановлю свою репутацию. Уходи, я не стану обнажать свой меч.
— Г-госпожа? — послышался дрожащий голос. Хрупкий мальчишка сжимал дверной косяк, осматривая то, что осталось от комнаты. — Х-хозяин хочет видеть вас...
Запинаясь, он договорил и убежал так быстро, словно за ним гнался голодный тигр.
В этот же момент в голове Фу Ваньцин созрел план.
— Делай, что хочешь, а у меня есть дела.
Юй Шэнянь бросила эту фразу прежде чем выйти из комнаты.
Фу Ваньцин еще долго смотрела ей вслед, чувствуя как рот сам по себе растягивался в улыбке.
Толпа людей заполонила грот, в предвкушении ожидая ту самую красавицу-иноземку. Безумные, они еще ни разу не видели ее, но уже так хотели ей обладать. Разогнав толстосумов с масляными улыбками, Фу Ваньцин в гордом одиночестве заняла ложу на втором этаже, наблюдая за толпой свысока. Большая часть людей здесь были выходцами из Цзянху, странствующие воины и те, кто обладал огромным богатством, они никогда не упускали свой шанс поучаствовать в аукционе. Подавляющее большинство из обычных людей или торговцев не осмеливались прийти сюда, и не важно сколько у них было денег, слишком уж много слухов ходили о гроте Сяоцзинь.
Лишь только самые отпетые бандиты или мошенники заходили сюда, оставив чувство страха и стыда за порогом.
Относиться к женщине как к предмету аукциона – абсолютная мерзость! Фу Ваньцин улыбалась, но улыбка эта была острой словно клинок. Обезумевшие мужчины наперебой выкрикивали сумму одна больше другой и всё ради того, чтобы купить жизнь одной женщины. Взгляд Фу Ваньцин упал на неопрятного мужчину, чье лицо было усеяно язвами, а кожа лоснилась от жира. Она скривилась и отвела взгляд. Где-то там за тяжелым занавесом сидела Юй Шэнянь, которая и не подозревала, что прямо сейчас в её сторону смотрела Фу Ваньцин.
— Тысяча золотых таэлей! — поднялся с места молодой господин, выкрикивая ставку. Обмахиваясь веером, всем свои видом он подчеркивал свое превосходство, продолжая невинно улыбаться.
Зал погрузился в тишину.
Присмотревшись к мужчине, Фу Ваньцин узнала его. Его звали Го Цайфэй. Он был сыном богача Цзинь Го Даюна. Когда-то Цзинь Го Даюн был главой клана Вэйян, но отошел от дел, чтобы заняться добычей золота. За короткие сроки его семья просто неприлично разбогатела. Сам мужчина старался держаться дружелюбно с жителями Цзянху, пока его сын превращался в расточительного наследника.
— Что? Больше никто не хочет поднять ставку? — Го Цайфэй горделиво выпрямился и повел плечами.
— Ха-ха! Моя ставка – медная монета! — с безумным смехом низкий и толстый мужчина ворвался в здание, будто порыв ветра.
Он слегка хлопнул Го Цайфэя по плечу, но этого хватило, чтобы парень отлетел в сторону, как тряпичная кукла. С громким стуком тот свалился на землю и расплакался.
Волосы мужчины напоминали пучок сена, а когда он улыбался, то обнажал ряд кривых и гнилых зубов. До неприличия уродливый, он был тем самым мужчиной, который полагался на силу, чтобы насиловать и овладевать женщинами против их воли.
Не было такого зла, которого бы не совершили Четыре крысы Хэйшань. С первого взгляда в этом мужчине признали одного из них. Боевые искусства его были посредственными, и хотя справиться с ним одним было несложно, но если все четверо были вместе, мало кому удалось с ними справиться. На какое-то мгновение зал снова погрузился в тишину.
— Старина, кого ты собрался купить всего за одну монету? — с пронзительным криком в зале появился худощавый низкий мужчина, а за ним следом еще двое. Крысы были в сборе. Ничуть не озабоченные своей внешностью, с ног до головы они были в грязи, которая падала на пол.
— Вы все еще здесь? Хотите сразится за эту женщину? — с вызовом прокричал один из крыс.
Толпы людей ринулись прочь. В конце концов в зале не осталось совсем никого. Фу Ваньцин взглядом проследила в какую сторону направились крысы и выругалась. И хотя для Юй Шэнянь расправится с такими ничтожествами наверняка было бы очень легко, отчего-то Фу Ваньцин не хотелось, чтобы те увидели ее красивое лицо. Она спустилась со второго этажа и оказалась лицом к лицу с уродливой четверкой, ее губы растянулись в улыбке.
— А что, если я скажу, что хочу?
Четверка разом остолбенели, с ног до головы пройдясь по ней масляными взглядами.
— Какая красотка! Пойдем с нами, мы тебя не обидим! — мужчина с широкими бровями рассмеялся.
— Ты с ума сошел! Твоя похоть затуманила тебе разум, разве ты не видишь кто эта госпожа?
Среди четверых, кажется, лишь у одного остался мозг. Оправившись, они сложили руки и слегка поклонились в знак приветствия.
— Госпожа Фу, давайте разойдемся как в море корабли. Вы поиграете с другой женщиной, а мы с этой.
— А что, если я тоже хочу именно эту женщину? — она тихо усмехнулась.
Выражения лица мужчин стали свирепыми. Лоб четверки покрылся испариной, а сам он взревел как сумасшедший.
— Отвали, сука! Твой титул ничего не значит! Оскорбляя Хэйшань, ты оскорбляешь клан Бишуй!
Рука Фу Ваньцин лишь слегка шевельнулась. Она взметнулась в воздух и обрушила на одного из четверки удар, от которого тот ударился в столб, потеряв сознание. Наблюдая за ней, крысы обнажили мечи. Все еще колеблясь, они не решались атаковать в полную силу и тайно оценивали боевое искусство Фу Ваньцин.
— Вам напомнить, что Альянс Белой тропы и клан Бишуй никогда не сосуществовали мирно? — она снова нанесла удар. Ни один из них не был достоин того, чтобы она обнажила свой меч. — С чего бы мне бояться таких как вы?
— Вперед братья! Уложите ее и мы с ней еще повеселимся!
Смерть уже дышала им в затылок, а они все еще были одурманены похотью. Фу Ваньцин прислонилась к столу, наблюдая как такие самоуверенные крысы шли на свой конец. Оружие обрушилось со всех сторон, а она даже не пошевелилась. Четверо, совершивших маневр, были мертвы в один миг. Кровь окропила пол. Несколько капель попали на верхние одеяния Фу Ваньцин. Недолго думая, она с отвращением сорвала с себя верхнюю одежду и отбросила её в сторону.
— Тысяча золотых таэлей, я покупаю ее! — сказала Фу Ваньцин, глядя на дрожащего мужчину в углу комнаты.
— О-отведите госпожу Фу!.. — прежде чем сутенер договорил, Фу Ваньцин уже побежала по лестнице.
Внутри комнаты было чисто и элегантно.
Юй Шэнянь со скрипом отворила дверь и вошла. Увидев Фу Ваньцин, на лице ее не отразилось ни малейшего колебания, будто она ожидала ее увидеть. Сев напротив, Юй Шэнянь негромко заговорила.
— Здесь пахнет кровью. Ты убила людей.
— Поверь, они заслужили смерти — Фу Ваньцин холодно фыркнула.
Как только она встретилась взглядом с Юй Шэнянь, по лицу ее скользнула улыбка. Фу Ваньцин встала и неторопливо обошла стол. Положив руку на плечо Юй Шэнянь, Фу Ваньцин ухмыльнулась, явно почувствовав дрожь, и, недолго думая, уселась на ее колени, обвивая шею руками.
— Грот Сяоцзинь, — прошептала Фу Ваньцин. — Ты хоть знаешь, что это за место?