Мой Милый Сосед

Фильм включен, чипсы и снеки на месте, Александр уже тут. А я все никак не могу успокоиться. Руки холодные и мокрые, в груди волнение.

— Ну, садись, смотреть будем, — равнодушно произнесла я, внутреннее прыгала от счастья, что смогла сыграть так хорошо.

Сосед сел на край кровати и собрал ноги под себя. А я разлеглась, как удобно мне и нажала на кнопку пульта. Началась заставка, а я уже потянулась к крабовым чипсам.

— Угощайся, а то скучно же без еды смотреть, — выдала я и почесала нос грязными пальцами. М-да, а я-то думала,  что забыла! Салфетки!

— Спасибо, — тихо ответил Александр и, наконец-то сев нормально, тоже взял чипсы. — У тебя нос грязный.

Ну, капитан очевидность. Я знаю…

Закатив глаза, я повернулась к нему:

— Дай мне зеркало, оно в тумбочке, — прожевав сухарик, я вытерла руки друг об друга протянула ему руку.

Но вместо этого он взял свою барсетку, достал оттуда пачку влажных салфеток и бросил обратно. Я уже хотела взять у него их, но он сам вынул одну и начал протирать мой нос.

От неожиданности я замерла, а потом пришла в себя. Забрала у него салфетку и начала сама все делать. Не хватало еще, чтобы он так близко ко мне сидел.

— Еще бы с ложечки меня накормил, — я закатила глаза и бросила уже грязную салфетку на тумбочку с моей стороны.

— Просто хотел помочь, — все так же тихо произнес он, почесав затылок.

Уже успокоившись, мы продолжили смотреть «Спеши Любить». В начале я закатывала глаза и ругала Лендона. Нет, ну, а кем он себя возомнил? Почему считает себя лучше других? Но молодец, что помог парню, уважаем таких.

— Себе лучше помоги. С любовью своей, — я показательно фыркнула и продолжила смотреть, иногда поглядывая на Соседа.

Как же внимательно он смотрел. Реально все анализировал!

— Я не понимаю, это он в честь нее звезду назвал? — спросила я, стряхивая с рук специи из чипсов.

— Вроде того, — кивнул Александр и после паузы добавил: — Он хотел, чтобы у нее был свет. Даже если его рядом однажды не станет.

Я задумалась и предложила свой вариант:

— А если для того, чтобы он сам, видя эту звезду на небе, вспоминал, что она рядом всегда?

— Тоже верно.

И снова молчание. Спокойное, как ни странно, и умиротворяющее. Настолько, что я легла удобнее и чуть ли не обняла его. Хотя не хотела не этого. Не хотела подходить ближе, сближаться мысленно. Не с ним. Он для Алины. А я для денег. А что?

Глаза уже начали слипаться. Экран все сильнее размывался. Я еще пыталась цепляться за сюжет, за диалоги, но слышала их уже будто сквозь воду. А его теплое плечо манило обнять.

«Не хочу подходить ближе… не хочу…» — подумала я. И на этом мысль оборвалась.

***

Илария еще несколько минут ерзала, пытаясь найти удобную позу для сна, но нашла его, когда обняла Сашу и положила свою голову на его грудь.

Он чуть наклонил голову, наблюдая за ней. Легкая усмешка мелькнула на его лице. Неожиданно? Нет. Скорее предсказуемо. Парень знал, что рано или поздно она перестанет сопротивляться и позволит себе шаг ближе.

Саша не отстранился. Наоборот, остался неподвижным, будто проверял, насколько далеко она пойдет сама. И в этой тишине он ощутил странное удовлетворение: все идет так, как задумывалось.

Но чем дольше сидел в этой тишине, разглядывая ее беззащитное лицо, тем сильнее он ощущал, что сам залипает в ее тепле. Это не входило в расчет. Она должна влюбиться, да, а он — нет. Не хватало еще на подростка залипать.

И самое худшее то, что он в моменте ловил себе на мысли, что не хочет двигаться, чтобы не разбудить ее. Тем более сейчас, когда она не показывала свои шипы, выстраивая границы.

На самом деле Илария была проста, как детская сказка. Сильная, эмпатичная, но внутри она нуждалась в защите. Илария была как чистая река, которой нельзя касаться грязными руками. Река, течение которой всегда разное. Но все равно необычное и простое…

Вдруг в кармане завибрировал телефон. Саша даже не сразу понял, что это его. А когда дошло, он медленно и осторожно достал смартфон из заднего кармана джинсов, так, чтобы не двигаться плечом, на котором спала она.

— Да, — шепнул он, разглядывая стену, чтобы Илария не услышала даже его дыхание. — Все готово… Да, сегодня… Нет, не сейчас. На связи…

Разговор закончился так же внезапно, как и начался. Парень убрал телефон в карман, глубоко выдохнул и посмотрел на Иларию. На лице на миллисекунду показалось что-то на подобие улыбки, но так же быстро пропало.

Саша сам не заметил, как закрыл глаза. А рука будто сама собой прижала девушку к себе ближе. И впервые он позволил себе уснуть с кем-то рядом без страха за свою или ее жизнь…

***

От души зевнув, я потянулась на кровати и собралась вставать, когда почувствовала чью-то крепкую руку у меня на спине. Сразу стало тревожно. Кто это, черт возьми?!

Но когда я подняла глаза и увидела сладко спящего Александра, мне стало спокойнее. Но не до конца. Сердце билось где-то в горле. Почему он близко ко мне? Почему он вообще уснул рядом со мной?!

Мне, конечно, нужно было бы разбудить его и выпроводить из дома, но мои мозги расплавились в тот момент, когда я поняла, чья именно рука была на моей спине. И кого все еще обнимала я.

Так. Нет. Это неправильно. Он даже не мой парень!

Сделав глубокий вдох, я убрала с него руку и приподнялась, чтобы встать. Но внезапно он схватил меня за запястье потянул назад. Я посмотрела на него: полусонный, почти закрытые глаза. Еще спит или что?

— Еще рано, — еле слышно пробубнил Александр и обнял меня снова.

Сердце просто бросилось бежать. А руки потели так, будто я пробегала марафон. Да что ж это такое?! И что он вообще себе позволяет?! Попытавшись встать, я снова упала, но до этого краем глаза уловила его запястье. Опять. Какой-то рисунок!

Я еще разберусь с ним…

— Слишком рано для того, чтобы ты меня душил! — прошипела я, пытаясь выбраться. Как же крепко он держит! Почему у парней такой хват?

Я дернулась вправо, потом влево, но его рука держала крепко. И в итоге… вместо того чтобы освободиться, я поскользнулась на одеяле и грохнулась прямо на него сверху.

— Ай! — одновременно выдохнули мы оба.

Он распахнул глаза и встретился со мной взглядом. Я зависла над ним, чувствуя, как жар мгновенно заливает лицо. В голове то и дело всплывали мысли о том, ударить мне его и выгнать, или прикоснуться к его лицу кончиками пальцев. Так, будто весь мир исчез. Представляя себя главной героиней какого-то романа.

— Теперь будет шишка на голове, — тихо сказал Александр, поглаживая рукой лоб.

Я резко соскочила, едва не запутавшись в одеяле.

— Отлично, теперь я, значит, твоя подушка! — буркнула я, отчаянно пытаясь вернуть себе серьезный вид. Выходило так себе…

Он сонно моргнул и продолжил говорить:

— Прости, я не хотел… — его голос звучал настолько смущенно, что во мне все сделало сальто.

— Ну да, случайно обнял, как будто я твоя жена какая-то, и случайно прижал к себе, — я закатила глаза, пытаясь не показывать собственное смущение. — Так и поверила.

Сосед отвел взгляд, а уголки губ чуть дрогнули. Не нагло, не дерзко, скорее, так, будто его забавляла моя реакция, но он прятал это за своей привычной застенчивостью. В нем точно было что-то странное. Ложь по поводу тату, да, узнаю, но что-то еще. Только вот что?..

А про тату я узнаю уж точно. Заставлю сказать. Не буду бегать на четвереньках или нарочно дергать за рукава, добьюсь того, чтобы сам показал…

— Все! — громко сказала я, натягивая на плечи плед. — На сегодня хватит. И фильма, и уроков на тему того, как сделать из девушки плюшевого медведя для сна.

Александр поднялся с кровати медленно. Будто ничего и не случилось. Просто провел рукой по черным волосам и закрыл голову капюшоном.

— Ладно, спасибо за фильм.

— Ага, — буркнула я, стараясь не смотреть на него, уверенно направляясь к двери, — выметайся, Соседушка. Завтра… в шесть.

Когда он ушел, я посмотрела на время. Уже десять. Нормально так мы поспали. Слишком неуютно…

В воскресенье он пришел к назначенному времени. Но на этот раз не было никаких перепалок и драм. Мы просто смотрели фильм и изредка комментировали нелепые действия героев. Казалось, будто между нами больше не было той смущенности.

Но нет, она была, еще как.

В какой-то момент я потянулась к пачке чипсов, одновременно с ним. На секунду наши пальцы соприкоснулись. Но он не стал убирать руку сразу и мне показалось, как будто между нами пролетел электрический разряд.

Я резко отдернула руку и закатила глаза:

— Что, забыл, как нужно руками пользоваться?

— Просто… ну, просто… — Мне стало весело от его неловкости, несмотря на всю ситуацию. И на то, что я сама ужасно смущаюсь всегда.

— Хочешь за руку держать, так и скажи, — чуть не рассмеявшись, я взяла его за руку и переплела наши пальцы.

Взглянув в его глаза, я еле держалась, чтобы не отвернуться. Александр смотрел на меня с такими глазами, будто я его только что поцеловала. Возможно, я бы ради профилактики и сделала это, но не тогда, когда у самой никогда никого не было.

Сделав глубокий вдох, я перестала смотреть на него и снова заставила его молча анализировать фильм. Мне самой он показался ужасно скучным, поэтому я в свое удовольствие ела чипсы и чувствовала, как желудок делает сальто назад от мгновения первого счастья. Того самого, когда держишься за руку впервые с противоположным полом…

— Придурки! — вырвалось у меня. Нет, ну реально как так можно? Такого героя даже главная героиня не вытерпит. Но сможет, потому что сценаристу так угодно…

— Сейчас он ее поцелует, — сказал Сосед, повернувшись ко мне.

— Классика, — ответила я, хотя внутреннее сжалась. Кажется, могла бы даже покраснеть, но держаться буду. — Сначала он называет ее дурой, говорит, что ненавидит, она орет то же самое, потом секундная тишина и кульминация!

Я чуть пересела к Александру ближе, чтобы рука удобнее лежала, но стало еще неудобнее. Поэтому пришлось облокотится об него.

— И это самое интересное, ведь в моменты гнева и выходят все настоящие эмоции и чувства. Ты бы хотела так узнать о чьих-то чувствах? — он поправил руку, а другой пальцами взял снек из тарелки.

Я задумалась… Даже не знаю. Когда читаю об этом — все происходит супер романтично. Им обоим приятно, даже если они раньше были врагами. А в реальной жизни… Какова вероятность?

— Не думаю, что я бы хотела, — подытожила я.

— Почему? Разве это не романтично? Чаще всего в книгах так и происходит. После такого поцелуя начинается самое интересное.

— Это романтично, когда оба тайно любят друг друга, но не хотят сами этого принимать. Но когда ты реально ненавидишь человека, тебе будет противно каждое его касание.

— Это логично. Поэтому такие книги настолько популярные.

Мне захотелось подшутить над ним, поэтому я спросила:

— А что насчет тебя? Ты бы сделал это нарочно? — интересно, что он ответит. Маленький лгун! Хочет меня обмануть? Ни за что.

— Ну, я не из таких. Я бы обязательно спросил сначала разрешения, — он улыбнулся и продолжил, — хотя, возможно, к тому моменту будет уже поздно.

Я усмехнулась, пытаясь скрыть, как внутри что-то зашевелилось.

— Правильно! Культурный парень, Алина оценит это! — выдала я, делая вид, будто инициатива все еще в моих руках. — Девушек нужно спрашивать.

Но голос почему-то дрогнул на последнем слове, и я это почувствовала.

Александр снова повернулся к экрану. Будто разговор его больше не интересовал. А я пыталась цепляться за что-то мыслями, чтобы не думать, и тем более не фантазировать, что-то о нем. Еще чего, только этого не хватало в моей почти идеальной жизни.

После фильма Макеев ушел почти моментально. Как будто убежал. Даже не попрощался. А вот это уже некультурно. Спешил, похоже, куда-то…

А когда я убралась в своей комнате и легла отдохнуть, мне позвонила Алина. Сделав глубокий вдох, я ответила:

— Да? — вышло чуть грубее нормального тона.

— Ты как? Даже в чате не отвечаешь эти пару дней. Я не с вами пока, поэтому срочно рассказывай, что эти глупышки натворили, не подумав.

— Я? Прекрасно! Лучше не бывает! А что? — я улыбнулась, хотя понимала, что она не увидит.

— Вот как… Я прилетаю, кстати, двадцатого. Родители решили не оставаться дольше. Облом полный! — она закашлялась и продолжила. — Но не об этом. Я ведь знаю, что притворишься, что все Окей, но и ты знаешь, что у тебя выхода не будет. Расскажешь все до мельчайших подробностей. И лучше бы тебе выложить все сейчас потому что тогда все будет жестче.

Я закатила глаза. Конечно, знаю. Будь она рядом, просто всю душу достала бы пинцетом. Узелок за узелком. А так, на расстоянии, у нее не получится так. Тупо могут отвлечь или ее, или меня.

И пришлось реально рассказать. Про ситуацию на катке, про вообще их парней. И даже рассказала про Александра. Сладкий до смерти. Такие еще есть… Не сдержалась и намекнула о том, что он хорошая пара для нее. Хотя где-то глубоко сомневалась в этом.

— Да он же очкарик последний, какая пара?! — возмутилась она. — Если присмотреться, то вроде нормально, красивый моментами. Но нет! Еще чего, буду я с умниками встречаться!

— Ну, идеально ведь, не? Он умник и очкарик, а ты сногсшибательная Богиня! Идеально! — я захохотала. Впервые искренне, даже чувствуя капельку счастья. — Ну когда же ты приедешь? Наконец-то буду с тобой сидеть, а не с этим Скандинавским чудо-юдо!

— Все, Илли, мне пора! Обещаю привезти тебе подарков. Целую Пирамиду не обещаю, но что-то хорошее точно. Все, целую, пока! — и отключилась сразу. Ну, хотя бы попрощалась.

А я продолжила думать о ней и об Александре. Как он вообще успел втюриться в нее? Видел-то он Алинку всего два раза. И то в экране телефона. Вот… Глупый. Симпатия пока только.

Но а если все возрастет до настоящих чувств, когда она приедет? И что? Это ведь моя подруга. Я должна быть счастлива за нее, и за Марину с Верой тоже. И рада, конечно, но что-то внутри не дает спокойно жить, конкретно касаясь темы счастья за Алину…