глава 1
POV Аля
*Несколькими неделями ранее*
- Аль, может, хватит играть в молчанку? – отец склонил голову и улыбнулся, однако улыбка вышла фальшивой, подняв во мне новую волну протеста.
- Я не играю. Просто не хочу общаться! – плотнее запахнула кардиган на груди: несмотря на духоту за окном, новое жилище встретило нас могильной прохладой.
Отложив газету, он настороженно посмотрел на меня поверх очков.
- Что тебе не нравится, ребенок? Мы переехали в большой дом с садом. Теперь кроме собственной спальни у тебя будет еще и ванная комната. Я думал, об этом ты мечтала?
Я мечтала?!
С трудом сдержалась, чтобы не закатить глаза. Когда это моего отца волновали чужие желания? Особенно мои.
За несколько дней до начала одиннадцатого класса он просто поставил перед фактом, что нам придется переехать на другой конец страны. Эта новость обрушилась на меня как гром среди ясного неба. Мы в такой спешке паковали чемоданы – даже не удалось ни с кем по-человечески попрощаться.
- Прости пап, но я мечтала совсем о другом – например, закончить школу, в которой училась с первого класса, и отгулять выпускной в компании Польки и ребят! – разочарование и досада вновь воронкой закрутились в груди.
- Аль, не стоит делать из лужи цунами, – нерешительно начал отец, теребя дужку очков. – Я долго ждал повышения. Тем более, этот интернат на особом счету у государства. Не знаю уж, в чем дело, но деньги в учреждение вливаются приличные. Если сработаюсь с местным начальством, через пару тройку лет, глядишь, и в Москву переведут! – его синие глаза под толстыми стеклами вспыхнули.
Папа не исправим. Работа – единственное, что занимало его мысли двадцать четыре на семь. После смерти мамы он словно превратился в бездушную машину с мотором вместо сердца. А моя жизнь… Да кого волнует жизнь семнадцатилетнего подростка?!
Я внимательно к нему присмотрелась – вьющиеся русые волосы поредели, на лбу образовалась паутинка из мимических морщин, под глазами залегли землистые тени. Он сдал за последнее время…
Везение – твое второе имя, Аля!
Внезапно виновник моего падения присел на корточки, потянувшись к грозди винограда. Поспешно одернув юбку, я ожидала, что он извинится и предложит помощь, однако вместо этого парень ухмыльнулся… запихнув в рот пригоршню крупных ягод!
Немыслимая наглость!
- Тебя что, родители не учили хорошим манерам? Убери свои грязные руки! – бросила в сердцах.
В ореховых глазах закоротило. Темные густые брови парня взметнулись, образуя несколько глубоких морщинок. Желваки отчетливо проступили под загорелой кожей. Задним умом пожалела о сказанных словах.
- Я деградант. – протянул он с брезгливой усмешкой в уголках ярких губ. – От моей тупости Эйнштейн каждый раз в гробу переворачивается. И крутится там волчком.
Меня фактически парализовало от выражения его лица. Оно было мрачным. А во взгляде. Постапокалипсис. Третья мировая. Катастрофа. Открыв рот, я окончательно растерялась, потому что в этот миг телефон нетерпеливо заверещал. Папа как обычно в самый «подходящий» момент…
- Аль, забыл сказать, обязательно купи геркулес!
Собиралась ответить, как вдруг крупная мозолистая ладонь обвила мое запястье, слегка надавив на выступающую венку. Пульс шумом торнадо пронзил виски. Ладони взмокли. От неожиданности телефон выпал из рук, так же, как и мое сердце, рухнувшее с отвесной скалы в темную неизвестность…
Его болезненный взгляд, просто убивающий, грубое прикосновение… Пульс мотало как под ударами тока. Хватала губами воздух, ставший в миг вязким, цепляясь пальцами свободной руки за край испачканной белой юбки.
- Дочка? С тобой все в порядке?! – не унимался отец.
- Д-да… – беззвучно.
- Аля? АЛЯ-Я?!
Я протянула руку за телефоном, дабы успокоить отца, однако мучитель ловким движением армейского ботинка пнул его к самому выходу.
Гад!
- Ляля, значит… – ухмыльнувшись, парень сдул со лба несколько прядей рваной челки цвета вороного крыла.
- Отпусти-и! – прошипела, выдерживая безумный взгляд карих глаз.
- Ой, прости, забыл помыть руки… – он усилил нажим, отчего нежная кожа на запястье порозовела.
Незнакомец рассмеялся: тихо, утробно, не переставая на меня таращиться.
- Мне больно…
Прищурившись, придурок запихнул еще пару виноградин в рот, вдруг так резко выпустив мою руку, что я чудом удержала равновесие. Выпрямившись, он посмотрел на меня как хищная птица на мышонка.
- А если я помою руки?! М-м? – зло рассмеялся, уносясь прочь, бросив меня посреди рассыпавшихся продуктов и битого стекла