Влюблённая Ведьма

— А сможете? — усмехнулась Кира, расправив плечи.

— Непременно, — любезным тоном подтвердила Виолетта.

— Посмотрела бы я на это. Может быть, проверим?

— Не думаю, что стоит. Не люблю, когда противник заведомо слабее. Это нечестно, — все так же деланно вежливо отвечала ей Виолеттв.

— А я не люблю пустые разговоры, — отозвалась Кира.

— Но, тем не менее, ведете их.

Их взгляды встретились. Они разговаривали спокойно, не повышая голоса и не проявляя прямую агрессию, но я все равно чувствовала напряжение. И подергала Виолетту за рукав пальто.

— Кто она, Таня? — взглянула на меня Кира, и мне захотелось кинуть ей в лицо комок снега — она что, решила, что я все это время должна была сидеть взаперти как Рапунцель в башне и ронять по ней слезы?

— Ты идиотка? Тебе же ясно сказали. Моя девушка, — ответила я ледяным тоном.

— Она немного старовата для того, чтобы быть твоей… девушкой. Не находишь? — словно невзначай заметила Кира.

— Нахожу, что ты порядком мне надоела! — замахнулась я на неё рюкзачком, но Виолетта вовремя перехватила мою руку, не давая ударить Киру.

— Не стоит, — тихо сказала она. — Держи себя в руках, здесь люди. Нам пора, девушка, — обратилась Виолетта к Кире. — Надеюсь, рядом с Татьяной вас я больше не увижу.

— Надейтесь. Как говорят, надежда умирает последней, — пожала плечами Кира. — До встречи, Танюша. Ты ведь знаешь, что мы еще встретимся. — И она подмигнула мне.

— Вот свинья. Пошла ты, — выдохнула я, поражаясь его наглости.

— Дерзкая и красивая — мое любимое сочетание, — улыбнулась она. — И да, у тебя все такие же сладкие губы.

Я скривилась от нахлынувшего отвращения и показала ей средний палец. Бывшая засмеялась— ей все было ни по чем.

Та Кира, которую я знала, не вела себя столь вызывающе и расковано, и, наверное, именно это мне в ней и приглянулось. А сейчас… сейчас все было иначе.

— Бесишь. Ты просто жалкая. Идем, любимая, — сказала я Виолетте. А она вдруг оставила меня и шагнула к Кире. Чуть склонила голову — была выше — и сказала с тихой угрозой в голосе:

— Я не шучу, девушка. Если еще раз увижу вас рядом с моей девушкой, еще раз вы позволите себе коснуться ее или поцеловать, будете иметь дело со мной. А человек я не самая приятная. И от моего удара у вас на лице останется не просто легкий след как после пощечины Тани. Застегнитесь, у нас холодно, если вы забыли за время отсутствия. — С этими словами Виолетта застегнула её пуховик до самого подбородка, как девчонку, и снисходительно похлопала по плечу. Казалось бы, она не делала ничего такого, но её тон, взгляды и жесты были наполнены ядовитым пренебрежением и превосходством. И Кира чувствовала это превосходство. Её лицо потемнело, и она схватила Виолетту за ворот пальто.

— Уберите руки, — велела ей Малышенко. В её голосе слышались отголоски холодной ярости.

— А то что, мисс? Перестанете болтать и все-таки примените свою хваленую силу? — поинтересовалась Кира. — Что же, давайте. Обещаю не подавать на вас в суд. Но не обижайтесь, если получите в ответ. Ну же, давайте. Вмажьте мне. Вы ведь знаете, что я вернусь. И знаете, что она уйдет ко мне. Между нами до сих пор сохранилась связь. И Таня об этом прекрасно знает.

— Все сказала? — хрипло осведомилась Виолетта и схватила её за руку, которой та сжимала её ворот.

— Отчасти. Я сказала, а вы делайте, раз такая смелая, — отозвалась Кира и широко улыбнулась Виолетте. — Или вы просто такая… разговор сивый? Таня, я думала, тебе нравятся смелые. Ты мне сказала об этом тысячу раз по телефону, когда я уехала.

— Вы глухая? Руку. Уберите.

— Бейте меня. Нет, серьезно. Давайте. Сможете?

Кира явно провоцировала Виолетту. Господи, когда она такой стала? Неужели за несколько лет люди действительно могут так измениться? Или это я, ослепленная первой любовью, не замечала того, какой Кира была на самом деле?

Напряжение достигло своего пика, и я увидела, как Виолетта сжимает кулак — она явно сдерживала себя от того, чтобы не ударить Киру, а та все так же улыбаласт. Мне хотелось накинуться на бывшую и отходить её своим рюкзаком, который я крепко сжимала в руках, но я держалась. Мне хотелось расцарапать ей лицо — до крови. Хотелось кричать самые обидные, самые гадкие слова. Но я ничего не делала. Я понимала, что вокруг нас люди — и студенты, и преподаватели. Пока что никто не обращает на нас внимания, но стоит начаться драке, как все взоры устремятся только на нас. Этого допустить нельзя — Виолетта преподаватель, она на работе, где у неё должна быть определенная репутация. Я не хочу создавать ей проблем из-за того, что объявилась моя бывшая любовь. Начальство её явно накажет, да и что о ней будут думать коллеги и студенты, когда поползут слухи? Малышенко дерется на улице? Виолетта Игоревна опасная и не может держать себя в руках? Эта овца еще и агрессивная? Что они будут говорить о ней? Как это повлияет на её карьеру? Она ведь так ею дорожит. Дорожит своим имиджем.

Наверное, в эту минуту, как бы странно это ни звучало, все изменилось окончательно. Желание сделать Кире больно из-за старой обиды сменилось желанием защитить Виолетту. Онс ведь совсем не при чем. Это мои проблемы, не её.

— Хватит, — резко сказала я. — Успокойтесь. Оба.

Они не слышали меня. Смотрели друг на друга так, словно вот-вот хотели наброситься. И хотя Кира смотрела на соперника с насмешкой, а Виолетта — со спокойствием, я понимала, что кровь у обоих кипит, да еще как.

Когда я ругалась с Василиной, в воздухе витала ненависть. Но сейчас в воздухе было что-то иное — агрессия, от которой мне стало не по себе.

Наверное, раньше я бы порадовалась тому, что из-за меня вот-вот подерутся двое девушек, однако сейчас на это было плевать. Я подбежала к спортивной машине Киры и стала бить многострадальным рюкзаком по капоту. Тотчас сработала сигнализация, и заорала так, что я едва на оглохла. Зато это подействовало на Киру и на Виолетту. Первая наконец, убрала руку и удивленно оглянулась на свою машину, вторая словно пришла в себя.

— Таня, зачем? — только и спросила бывшая, ничего не понимая.

— Уезжай, Кира, — велела ему я. — Иначе, клянусь, пожалеешь. И никогда, никогда, никогда не смей целовать меня без разрешения. Это было гадко и унизительно.

— Прости, — на мгновение прикрыла глаза Кира. — Я снова тебя обидела. Таня, я не хотела.

— Убирайся.

— Таня, я…

— Пошла вон! — крикнула я с отчаянием, и Кира, кивнув, тихо сказала: «Пока», — и направилась к машине.

— Виолетта, у тебя есть антисептик? — спросила я громко, чтобы она слышала.

— Боюсь, что нет, — не своим голосом ответила Малышенко.

— Тогда, может быть, позвонить в больницу? Вдруг она меня заразила? — жалобно спросила я, а Виолетта лишь слабо улыбнулась.

— До начала пары есть время, идем ко мне в кабинет, — сказала она, проводил внимательным взглядом машину Киры и повела в свой корпус.