Океан

С того момента, как мы последний раз виделись с Леей и Нико прошла неделя. Я просто продолжал ходить в школу и бесполезно тратить свое драгоценное время на всякие пустяки. Все чаще стал скандалить со своими родителями, с которыми я никак не мог найти общий язык. У меня аллергия на тупых людей. Я, конечно, все понимаю, у них есть какие-то свои проблемы, но я то тут причем?

И вот опять мы с мамой поехали вместе в магазин, чтобы купить продукты, некоторые вещи для дома и для меня.

— Мам, можно взять? – спросил я, укладывая в корзину коробку печенья, которое нужно разогревать в духовке.

— Нет, Океан, немедленно положи это на место. Я не хочу, чтобы мой сын питался отбросами, – строго сказала она.

— Ну почему? – начал ныть я.

— Потому что я приготовлю еду дома, – отрезала она.

— А что сегодня будет на ужин? – спросил я. Каждый раз, заходя в магазины с едой, во мне просыпалось чувство голода.

— Карри и шпинат.

— Ты же знаешь, что я ненавижу карри! – я вновь начал возникать.

— Ну прости дорогой мой, но помимо твоей светлости, в доме еще двое людей живут! Да и кто ужинает печеньем? Ты ведь через минут двадцать начнешь просить о нормальной еде.

— Значит я сегодня не буду есть.

— Океан, хватит вести себя как ребенок. Тебе уже семнадцать, а ты устраиваешь истерики по поводу еды.

— Я бы посмотрел на то, как вела бы себя ты, будучи в моей ситуации.

— В какой ситуации? Просто объясни.

— Все, забудь, – раздраженно сказал я и отвернулся от нее.

— Мой маленький, опять злишься из-за пустяков, – с сарказмом сказала мама и легко ущипнула меня за щеку.

Я резко отмахнулся.

— Ты же прекрасно знаешь, что я ненавижу, когда кто-то мнет мои щеки!

— Просто они такие пухлые, мягкие, как у хомячка, особенно когда ты злой, – продолжила высмеивать меня мама.

Внезапно я услышал чей-то тихий смех. Обернувшись я увидел двух высоких девушек, что резко отвернулись от меня.

— Зачем ты меня позоришь?!

— Да ладно тебе, никто даже не слышал что я сказала, не переживай ты так.

— Хватит! – завыл я, закрывая уши ладонями, и как можно сильнее натягивая капюшон от толстовки на голову, чтобы никто не видел моего лица.

На мои стоны мама лишь довольно усмехнулась и продолжила выбирать продукты.

— А ты можешь приготовить мне блинчики с кленовым сиропом? – спросил я, забывая небольшой конфликт, который произошел пару мгновений назад.

— Конечно, – ответила мама, продолжая внимательно перебирать овощи.

— Но только сегодня, а не завтра, – не унимался я.

— Я поняла что сегодня, – точно так же монотонно ответила она.

Вздохнув я пошел гулять между холодильниками с остальной едой.

— Океан, помоги мне пожалуйста, – я услышал голос мамы которая стояла на кассе и выкладывала продукты. Подойдя я начал складывать их в пакеты.

Пока она расплачивалась картой, я закончил со всей едой и прочими вещами, а когда мама обернулась, то начался новый скандал.

— Океан, ну кто так продукты складывает? Ты мог разложить их по категориям в разные пакеты?

— Да какая разница, как они лежат?

— Большая. Все делаешь на «отвали». Я же нормально попросила тебя, неужели это так трудно? – продолжала она. Мои нервы были на пределе.

— Мама, просто отстань и раскладывай сама свои продукты! – не выдержав выругался я.

— Хорошо, спасибо за помощь, дорогой! – раздраженно сказала она, и начала все перекладывать. Меня ее нервные жесты просто выводили из себя, я не мог сдержаться, чтобы не наорать на нее.

Когда мы наконец-то дошли до машины, сели в нее и поехали домой, она опять начала докапываться до меня.

— Ты можешь просто вытащить свои наушники и рассказать как твои дела?! – спросила она, не без нотки раздражения в голосе.

— Все хорошо, – сухо ответил я, и вновь надел наушники.

Внезапно она вырвала их из моих ушей и наорала на меня.

— Почему ты все время так со мной разговариваешь?! Что я делаю такого, что ты так меня ненавидишь?!

Ох уж эти женщины...

— Да ничего, я просто не хочу разговаривать, зачем доставать меня с этим?! Я устал от вас обоих, что ты, что отец, вы одинаковые! Все время пытаетесь придираться ко мне! Никто из вас не имеет права нарушать мое личное пространство и лезть в мою жизнь! – начал орать я.

— Да ты же еще ребенок, какое личное пространство, какая жизнь, о чем ты?! Ты просто очень разбалованный и неблагодарный подросток! Ты еще слишком глуп для того уровня, к которому стремишься! Все вокруг тебя раздражают, ты ненавидишь все, абсолютно все, а знаешь почему? Потому, что ты сам еще ничего не добился и свою злобу вымещаешь на других.

От этих слов мое лицо буквально перекосило. Какое право она имела так разговаривать со мной? Ничего не хочу отвечать, это уже слишком.

— Останови машину, – ровным голосом сказал я.

— Что?

— Останови машину сейчас же! – вновь пришлось кричать.

Она резко свернула на обочину и закрыла лицо руками.

Я открыл дверь и вышел.

— Но ты ведь не дойдешь сам, это так далеко... — начала говорить она, открыв окно у переднего сиденья.

Я предпочел ее игнорировать и продолжал идти размеренным шагом. Когда ей все это надоело, она просто взяла и уехала, оставив меня одного на улице.

Не описать словами, как я был зол в тот момент. Она даже не попыталась умолять меня сесть обратно...

Домой идти мне не хотелось. Вообще не было желания. А поэтому отправился к Клементу. В его доме всегда была открыта дверь (не знаю, почему ее никогда не закрывали), и мне не пришлось стучать или звонить в звонок. Я вошел как к себе домой и огляделся.

Со второго этажа доносилась странная музыка, вероятнее всего грандж-рейв, который он обычно слушал. Видимо родители все еще на работе.

— Привет, – тихо сказал я, заходя в его комнату. Друг был чем-то занят и жестом поприветствовал меня.

Клем лежал на своей кровати с ноутбуком и сигаретой. На экране красовались фотографии каких-то стильно обставленных комнат и помещений.

— Что это?

— Изучаю дизайн.

— Нахер?

— Я решил поступать на дизайнера. Мне давно было это интересно, но как-то не было возможности реализовать себя в чем-то подобном. А сейчас матушка подыскала мне неплохую работу. Нужно придумать дизайн для офиса компании, в которой она работает. Им нужно что-то яркое и креативное. Она решила, что у меня получится это сделать и сказала, что найдет им неплохого дизайнера, – он подмигнул мне, намекая на свое превосходство.

— Круто, рад за тебя, – сказал я и без сил упал на его огромную мягкую кровать. Мне хотелось спать.

— Что с тобой? – спросил Клемент, отвлекаясь от своего проекта.

Я не ответил. Не было сил.

— Опять с родителями поругался? – он продолжил свой опрос.

Я кивнул.

Он усмехнулся и вздохнул.

— Ты всегда ругаешься с ними из-за каких-то пустяков, серьезно.

— О нет, это вовсе не пустяки...

— Не спорь. Если говорить по делу, то ты просто сам нарываешься, понимаешь? Вот из-за чего вы поругались сегодня?

— Из-за продуктов... - недовольно ответил я.

— Вот ты идиот... - рассмеялся Клемент.

Я пнул его ногой в плечо так сильно, что он упал с кровати.

— Я не виноват, что в моей семье все любят карри и овощи, а я просто ненавижу.

— Разве это стоит того, чтобы устраивать конфликты? – со смешком в голосе спросил он.

— Да, – уверенно ответил я.

— Все, не хочу разговаривать с тобой на эту тему, ты просто как баран, настаиваешь только на своем и никого не хочешь слушать... — он махнул на меня рукой и вновь взял свой ноутбук.

Некоторое время мы молчали. Я уже почти уснул, как вдруг Клемент снова заговорил.

— Нико только что написал мне, он зовет посидеть сегодня у него. Пойдем?

Я тут же оживился. Ведь где Нико, там и Леа.

— Да. Все равно делать нечего, – я попытался кэжуально показать безразличие, но, наверное, у меня это не очень получилось.

Примерно через час мы были уже на пути к дому Нико. Он жил на окраине города, как раз там, где начинались деревенские дома.

— Наверное, это тут... — сосредоточенно произнес Клемент, паркуя машину возле небольшого дома.

— Ты уверен? – спросил я.

— Да. Это точно тут.

Дом был очень маленький и выглядел довольно мило, будто он из сказки. Рядом почти ничего не было. Только озеро и лес. Типичная деревня в Квебек-Сити.

Мы подошли к невысокому белому забору и постучали в дверь. Спустя момент на пороге появился Нико. Выглядел он как всегда неряшливо: от вязанного свитера с рождественским притом веяло старостью, рваные джинсы были в грязных разводах, а блондинистые кудри были спутаны.

— Привет, парни, – улыбчиво сказал он и обнял каждого. Я постарался на мгновение не думать о Лее, но у меня не особо получилось.

Наконец-то мы оказались на территории дома, а точнее, в цветочном саду. Множество оттенков, запахов и картинок бросились мне в голову. Сад выглядел превосходно.

Нико стал водить нас по своей «цветочной галерее», стараясь показать каждый листок и лепесток. Он гордился своим творением.

Леа появилась внезапно. Она вынесла лейку и поставила ее около розовых кустов, поприветствовав нас только улыбкой. Клемент помахал ей рукой, а я впал в ступор. Идиот, ничего не скажешь.

После просмотра сада мы сели в небольшой уютной беседке, которая так же утопала в зелени и цветах. Совсем скоро осень окончательно уничтожит эту красоту, подарив ностальгию о теплых днях.

Пока мы сидели и Клемент разговаривал с Нико о каких-то мелочах, Леа принесла чай с жасмином. В доме Нико она выглядела как слуга. Поливала цветы, приносила еду, убиралась, в то время как он просто любовался своим садом. Она даже его курьером работала, какая ущербность.

Меня бесили их отношения. Я ревновал ее, а это чувство влюбленности разъедало мою душу изнутри, словно кислота. Мне нельзя было держать это в себе, но и признаться тоже некстати.

— Как у тебя дела? – спросила она, присаживаясь рядом. Неужели она заговорила первая и причем лично со мной. Мои глаза немного округлились, но я тут же натянул улыбку на лице.

— Все отлично. Ты как? – мне почему-то хотелось так много ей рассказать, но я прекрасно понимал, что атмосфера была не самая лучшая.

— У меня тоже ничего. К учебе готовлюсь, – ответила она и посмотрела куда-то в сторону. У нее частенько бывал отсутствующий взгляд. Синие большие глаза такие стеклянные, смотрят в никуда, лучатся пустотой. 

Разговор был окончен. Мы сидели в обществе двух посторонних людей и я не решался вымолвить хоть слово. Мы вместе молчали. А Нико и Клем все продолжали говорить.

Внезапно мне в голову пришла восхитительная мысль.

— Черт, так голова болит, у вас нету таблеток? – заныл я.

Нико сначала взглянул на меня, затем на Лею и кивнул ей.

Она сказала идти за ней и вот мы абсолютно одни на кухне. Она суетливо роется в коробке с медикаментами, а я смотрю за изящными движениями хрустальных пальцев.

— Леа, – я неуверенно окликнул ее.

— Что? – она резко остановилась и посмотрела мне прямо в глаза. Леа еще никогда так не смотрела. Уверенно, холодно, даже агрессивно. Какие же все-таки красивые глаза. Бывают глаза, в которых можно утонуть, но эти же, наоборот, как лед. Об них разбиваешься.

Но я не растерялся. Я не растерялся и сделал шаг вперед. Наверное, это был просто выброс адреналина. Мне захотелось сказать ей что-то, но я не смог и просто поцеловал ее, так резко, вцепившись руками в ее костлявые плечи, которые чувствовались сквозь вязанную длинную кофту и тонкое платье под ней. Мне казалось, что я целовал ее вечность. За это время в моей голове даже успели пронестись мысли о том, почему она не отталкивает меня. А потом вспомнил, что крепко сжимал ее руки, не давая двигаться. Внезапно холодный укус привел меня в чувства. От боли я отпустил Лею и приложил ладонь к прокусанной губе. Сразу же почувствовал металлический привкус крови.

— Зачем ты это делаешь? – с раздражением спросила она.

Я попытался ответить, но губа сильно болела и кровоточила, что не давало мне сказать ни слова. Леа толкнула меня в плечо ожидая ответа.

— Я люблю тебя, блин, – провыл я, пытаясь найти какую-нибудь салфетку, чтобы остановить кровь.

В ответ она истерично рассмеялась.

— Взаимности не жди, щекастый. Нико мог зайти в любой момент, – она в отчаянье сделала круг по маленькой кухне, смотря в окна, будто ожидая страшного урагана.

— И что бы он сделал? – с вызовом в голосе спросил я.

— Уволил бы меня с работы и вышвырнул из дома! – проговорила Леа.

Ответ был крайне неожиданный. Я думал, что она скажет, что он изобьет меня или еще что-нибудь, но нет.

— Так ты из-за этого переживала? — непонимающе спросил я.

— Естественно, – спокойно ответила она.

— Ты его любишь? – я вновь задал вопрос с сомнением в голосе.

— Наверное, – она продолжала смотреть в окно. Мне показалась, что эта тема ей неприятна. А затем добавила - что еще за глупые вопросы, люблю, конечно!

— А почему работу боишься потерять? – я постарался перевести тему.

— Потому, что ничего лучше на данный момент не найду. Мне семнадцать, никто не возьмет меня на хорошую работу.

— А почему дома не живешь?

— Поругалась с семьей.

На момент я замолчал.

— Я тоже всегда с ними ругаюсь, – сказал я.

Внезапно она отвернулась от окна, подошла ко мне и обняла. От такого жеста я просто замер.

— Ты такой хороший. Понимающий. Но лучше проваливай отсюда, пока не поздно. – язвительно прошептала Леа, перебирая пряди моих волос, своими тонкими холодными пальцами.

Думаю, что я был в ужасе.

Она оттолкнула меня и убежала на второй этаж. Лестница была в полумраке, а на втором этаже не было света. Плюс ко всему на улице уже были сумерки. Леа просто исчезла в темноте.

Я быстрым шагом вышел из дома и дошел до беседки, где Нико мирно продолжал беседовать с Клементом. Они выглядели как типичные английский джентельмены с фарфоровыми чашками чая и умными лицами.

— Клем, мне нужно срочно домой, родители звонили и орут как ненормальные, – соврал я.

Клемент сразу увидел в моих глазах что-то неладное. Он встал из-за стола, пожал руку Нико и повернулся ко мне. Я тоже попрощался с кудрявым блондином, который проводил нас до нашей машины.

— Приезжайте как-нибудь еще, всегда рад вас видеть, – улыбчиво сказал Нико, пока мы садились в машину.

Домой мы ехали молча. Клемент тоже выглядел слегка обеспокоенным.

— Что на самом деле случилось? – наконец-то спросил он.

— Можно я потом расскажу? — потерянно сказал я.

Клем кивнул. Приехав домой, я поднялся на второй этаж и лег на кровать. Слова Леи эхом звучали в моей голове. Они пугали меня, словно я был героем какого-то мистического триллера. Мое воображение играло со мной в игры. Как мне теперь себя вести? Ведь она все равно сводит меня с ума, я видимо и правда люблю ее.