Любовница

— Вопрос какой-то неопределенный. Уточни, что ты хочешь знать — о погоде или о внешней политике?

Он услышал, как она вздохнула.

— Что будет дальше с нами?

— С нами? Я же объяснял тебе. Как только я разделаюсь с делами, мы поедем отдыхать на Карибские острова. Если, конечно, ничего непредвиденного не случится. Ты же знаешь, бизнес — занятие непредсказуемое.

Она снова немного помолчала, потом продолжила, таким же неуверенным тоном:

— Что будет с нами... со мной и тобой?

На него накатила волна раздражения. Как будто он не знал раньше, каковы все женщины. Вечно они начинают строить планы, на что-то надеяться. Он верил, что хотя бы Юля другая. А ведь все шло так хорошо!

Даня почувствовал досаду. Надо все-таки объяснить ей положение вещей раз и навсегда. Он приподнялся.

— Юля, о чем ты говоришь?

Она смотрела на него так, что он ощутил себя виноватым. Ведь она до сих пор действительно не предъявляла никаких претензий, ничего никогда не просила, никогда ни на что не жаловалась.

Когда ее губы обиженно дрогнули, его лицо смягчилось и он коснулся ее губ легким поцелуем.

— Юля, мы прекрасно проводим время. Давай не будем касаться неприятных тем.

Она смотрела на него огромными печальными глазами. Ему стало не по себе. Он сжал губы и заговорил:

— Юля, мне все в тебе нравится, у меня никогда не было такой любовницы, как ты. Но я же доказываю тебе свою привязанность, ведь правда?

Он приподнял один камень из ожерелья на ее груди.

На лицо Ванессы набежала тень.

— Ты же знаешь, я не прошу тебя дарить мне красивые вещи, Даня. Если ты так думаешь, мне это неприятно.

— Я люблю преподносить тебе подарки.

— Ты не обязан это делать! Правда, Даня, скажи?

В ее голосе звучали непривычные настойчивые нотки. Он снова улыбнулся.

— Но мне приятно это делать.

— Конечно, я понимаю. — Она помолчала. — Даня, я не хочу казаться навязчивой, ведь ты этого не любишь. Просто я... — Она снова замолчала.

Похоже, она чем-то обижена, решил Даня. Кто внушил ей такие мысли? Космо Димистрис?

Он моментально разозлился. Еще чего! Она не будет ничьей любовницей. Она принадлежит только ему, и не о чем тут говорить!

Он обнял ее и прижал к себе. Спокойствие медленно возвращалось к нему.

— Вот теперь можешь быть сколько угодно навязчивой. — Он положил ладонь на ее округлившийся живот. Юля слегка вздрогнула.

Может, она волнуется, что поправилась и теперь он будет недоволен? Надо разуверить ее, ведь это совсем не так.

— Не волнуйся, мне нравится, что ты округлилась. Ты похожа на спелый персик.

От его слов она не успокоилась. Должно быть, ее расстроила маленькая размолвка. Но тут уж ничего не поделаешь, у него своя жизнь, и никто не имеет права вмешиваться в нее.

Обозримое будущее он видел достаточно определенно. Юля должна быть с ним, в его постели. Даня ясно объяснил ей, как обстоят дела. Надо, пожалуй, повторить, чтобы в дальнейшем не было непонимания.

Он повернул голову и слегка провел губами по ее лбу. Потом заговорил:

— Ты, наверное, беспокоишься, что надоешь мне? Верно? Если так, то не волнуйся. Я действительно скучал по тебе. И, заметь, я всегда беру тебя с собой, за исключением редких случаев.

— Конечно, — тихо отозвалась она, — ты очень добр ко мне, Даня. Только вот...

— Ну, что еще?

— А вдруг что-нибудь случится?

Его брови удивленно взметнулись.

— Что может случиться? Астероид упадет на землю?

— Нет, — тяжело вздохнула Юля. — Что-нибудь... с нами. Вдруг все переменится?

— Например, ты уедешь в Мехико с другим мужчиной, который пообещал тебе изумрудное ожерелье? — Ему явно не нравился такой поворот.

Даня почувствовал, как она напряглась. Юля не смотрела на него, просто закрыла глаза.

— Ну, что может случиться, Юля? — В его тоне не было насмешки, но не было и колкости. Иногда это лучший ход, чтобы выяснить, что другой человек собирается открыть или скрыть.

Ему казалось, что в данный момент Юля что-то не досказывает. Нет, это надо выяснить. Не он завел этот тяжелый разговор. Пусть теперь выкладывает.

— Так что же ты хотела сказать? — настаивал Даня.

Она снова вздохнула.

— Ничего, — тихо ответила она. — Совсем ничего.

И почему только женщины так поступают? Всегда чего-то не договаривают до конца.

— Не молчи, Юля. — Он решительно был настроен выяснить все до конца. Он не хотел, но это надо было сделать. Раз и навсегда закрыть эту тему.

Она еще больше напряглась, но Даня хотел расставить все по своим местам, чтобы никогда больше не омрачать жизнь с Юлей всякими недомолвками.

— Так в чем же дело? Объясни.

Она долго, очень долго молчала. Потом широко раскрытыми янтарными глазами прямо посмотрела на него и сказала:

— Предположим, я забеременела.
~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~
Воцарилось долгое молчание. Потом Даня медленно и осторожно заговорил:

— Ты беременна?

Его тон был совершенно нейтральным, хотя кто бы знал, чего ему это стоило. Послышался ее вздох, такой долгий и протяжный.

— Нет, — наконец ответила она.

Он почувствовал облегчение, словно его миновал удар молнии.

— Но, — говорила Юля, — предположим, это случилось... Что тогда?

— Ведь ты же не беременна, что тут обсуждать?

Он смотрел на нее и говорил совершенно безучастным тоном. Слишком безучастным.

— Если ты сомневаешься в эффективности твоего метода контрацепции, надо выбрать другой. Сходи к врачу, прямо сегодня.

Не отвечая, она продолжала смотреть на него широко раскрытыми глазами.

Он почувствовал раздражение. Никогда не думал, что именно с Юлей придется вести такой неприятный и тяжелый разговор. Ему казалось, она все понимает.

Похоже, он ошибался.

Все женщины одинаковы, хотя внешность бывает иногда обманчива.

Даня встал, накинул халат, который так и не надел после душа, и туго завязал кушак.

— Юля! Я уже говорил тебе, что ты самая лучшая любовница из всех, какие у меня были. И ты мне очень нравишься. — Его взгляд колол ее льдистыми стрелами. — Все это очень хорошо, и все говорит в твою пользу... но я не собираюсь жениться на тебе. Ни при каких обстоятельствах. Не пытайся шантажировать меня ребенком, ты ничего этим не добьешься. Если я хоть в чем-то заподозрю шантаж, выгоню тебя. Договорились? Ты уйдешь отсюда раз и навсегда и прощения не жди.

Она лежала на ложе любви без движения. Ее лицо превратилось в непроницаемую маску, ни один мускул не дрогнул.

— Выгоню вон, — повторил Даня твердо. Его голос прозвучал оглушительно, словно удар молота. Потом он развернулся и пошел в ванную.

По телевизору шел старый черно-белый фильм. Юля смотрела на мелькающие на огромном плазменном экране тени и ничего не видела.

Она свернулась клубочком на диване. За окном шел дождь, его крупные капли бились в стекла широких окон пентхауса.

Даня уехал в свой офис в Сити вместе с верными телохранителями Таки и Стелиосом. Состоятельный человек отправился по делам, чтобы умножать свое богатство.

Она невидящим взором смотрела перед собой. Кто я? Всего лишь любовница богатого человека. Красивая игрушка, какими богачи привыкли окружать себя.

Да я и есть для него игрушка и никогда не стану ближе... Любовница.

И ведь он сказал ей это еще тогда, когда произошла история с изумрудами от отвратительного Космо Димистриса. Любовница, любовница, любовница! Всего лишь любовница.

Она лежала без движения на диване, а в голове беспорядочно роились мысли.

Он думает, что я хочу женить его на себе. Он думает, что я стану шантажировать его своей беременностью.

У нее все похолодело внутри, поэтому она не сразу услышала звонок в дверь. Очень медленно женщина поднялась на ноги. Она так долго лежала, что движения стали скованными и ей пришлось сначала размять ноги. Неуверенной походкой она направилась к двери. Должно быть, что-то принесли. Она ничего не хотела.