Глава 17
Дыхание перехватило. Этот неожиданный, немыслимый полет был едва ли более реальным, чем окружающий мир. Мне казалось, что мы стоим на невидимой летающей медузе, поднимающей нас все выше и выше, под самый купол лазурного неба.
- Просто слов не хватает, - прошептала я, потерявшись в невероятных ощущениях.
- Можете ругаться, леди Саагар, - саркастически позволил Олдер. - Я не возражаю.
Ругаться не хотелось. Дурная привычка использовать неподходящие для леди выражения вдруг исчезла, показавшись слишком неуместной для этой красоты. Понимание нереальности этого мира не мешало восхищаться им, растворяться в головокружительном полете и почти полностью забыть о магических играх.
Даже не вспомнить, когда я в последний раз испытывала такой восторг. Может быть, в детстве, когда получила свой первый меч, а может, в момент, когда вместе с Эгри запустила в небо воздушного змея.
- Попробуй перестроить здешнюю магию, - негромко произнес Олдер. - В тебе немало сил, используй их. Риа-Гара воплотит твою фантазию, только дай ей почувствовать уверенность и мощь. Подчини.
Я понимала, о чем он говорит, равно как понимала и то, что сейчас не время совершать ошибки. Захотелось доказать и ему, и себе, что я способна на многое - на действиях, а не на словах.
Сосредоточиться было сложно, и я напряглась, пытаясь нащупать наполняющую пещеру энергию.
- Расслабься, - тут же прозвучал обволакивающий голос, и горячее дыхание опалило затылок. - Закрой глаза - некоторые вещи увидеть невозможно.
Впервые я повиновалась беспрекословно и по доброй воле, так как знала, что он прав. Олдер говорил спокойно, уверенно и как-то по-особенному вкрадчиво, добавляя в кружево моих чувств новые нити.
Ненавязчивый шум водопадов, его близкое присутствие, которое я ощущала буквально всей кожей, и легкий аромат соли наполнили меня целиком. Превратились в редкий туман, сквозь который пробивалось легкое серебристое сияние. Вот она - суть здешней магии.
Будучи по-прежнему расслабленной, я представила, что исчезают горы, растворяется снег и цветущие деревья, а внизу остается только ставшая более широкой река. Что небо делается ярко-синим, а на горизонте восходит солнце, плавно сменяя эту синеву алым. Мне хотелось, чтобы появился закат, а речка стала морем - бескрайним неспокойным морем, покрытым неровными гребнями волн.
Магия поддавалась с трудом, сопротивлялась и не желала принимать мою власть. На какие-то короткие мгновения я подумала, что не справлюсь, но из этой схватки все-таки вышла победительницей.
Раздались размеренные аплодисменты. Открыв глаза, я увидела, что аплодирует Олдер, зависший рядом со мной. Зависший?
Едва не вскрикнула, когда осознала, что он больше меня не держит, а под нами пенится и бурлит море. Самое настоящее море, в точности такое, каким я его воображала!
- Вообще-то я подразумевал появление двери, ведущей наружу, - усмехнулся парящий рядом маг. - Но закат красивый.
Когда-то мне довелось побывать на выставке абстрактной живописи, в которой на тот момент я не увидела ничего интересного. Я не слишком разбиралась в искусстве и сочла работы знаменитых художников невнятной мазней, которую способен повторить даже ребенок. Как же тогда ошибалась!
Красное и синее. Взрыв эмоций и умиротворение. Сочетание несочетаемого. Я словно оказалась в недрах одного из полотен, отложившегося в памяти особенно ярко.
И все же напрочь забывать об играх нельзя. Мысль о них маячила где-то на краю сознания, а теперь внезапно вышла на первый план. Что там сказал Олдер? Точно, дверь! Нужно всего лишь представить выход, преобразовать местную магию, и он появится!
Но не успела я осуществить задуманное, как над нами начал стремительно появляться стеклянный купол - абсолютно прозрачный, материальный, за которым виднелся тусклый свет.
Олдер обратил на меня горящий, где-то даже по-мальчишески озорной взгляд:
- Проявим оригинальность.
Вновь оказавшись совсем рядом, уже привычно меня обнял, и мы стремительно полетели вверх - стремительно настолько, что все окружающее слилось в одно разноцветное пятно. Вокруг засверкали тысячи ярчайших искр, а невдалеке зазвучала музыка, похожая на ритмы древних, живущих на этих землях племен, - созданная не то Олдером, не то самой Риа-Гарой.
Одновременно призвав оружие, мы с силой ударили по стеклянному потолку, и тот разлетелся на множество переливающихся острых осколков. Послышался звон, вторящий звучащим нотам, налетел безумный ветер, и по глазам резанула вспышка яркого света, за которой последовала абсолютная темнота.
Сколько я пребывала в этой темноте - неизвестно. Но только из легких вышибло весь воздух, и его место заняла она - густая, вязкая, тяжелая, как самые большие камни.
Я чувствовала, что падаю куда-то вниз, сердце бешено билось о ребра, а присутствие Олдера больше не ощущалось. Успела подумать, что, наверное, я умерла, прежде чем рухнула на что-то твердое. Бедное колено отозвалось вспышкой боли, как и локоть, впечатавшийся в нечто острое.
Привычка ругаться вернулась. И ругалась я хоть и мысленно, но изощренно.
- Быть не может, - неожиданно донесся до меня сдавленный голос Олдера. - Мы не должны были здесь оказаться...
Глухо застонав, я с трудом встала на четвереньки и, пытаясь принять нормальное положение, пообещала:
- Олдер Дирр, если ты выжил и притащил меня черт знает куда, я тебя убью.
Вероятность того, что мы оба умерли, а странный полет был не чем иным, как предсмертной агонией, я все еще не исключала.
Когда зрению вернулась ясность, а я все-таки исхитрилась принять вертикальное положение, меня ожидало закономерное очередное потрясение. Причем потрясение, не идущее ни в какое сравнение с предыдущими. То, что я увидела, невозможно было описать словами.
- Это снова нереально, да? - спросила со смесью надежды и сомнения.
- Нет. На этот раз реально.
Неотрывно глядя на то, чего в реальности существовать никак не могло, решила окончательно и твердо - я точно прибью этого мага!
Мы снова стояли в пещере, только она разительно отличалась от входа в Риа-Гару. Снега и холодных стен здесь не было и в помине, зато имелась глина. Много красной глины, облепившей стены и проглядывающей сквозь землю под ногами. Кое-где валялись какие-то железяки и мелкий мусор. Но потрясло меня, разумеется, не это.
Выход из пещеры застилал барьер, какого я прежде никогда не видела. Переливаясь, как поверхность мыльного пузыря, он источал особую, очень мощную энергию, которую не смог бы не заметить даже самый обычный человек.
К слову, о «человеках» - потрясли меня как раз-таки они. Снующие за барьером люди совершенно не смотрели в нашу сторону и, должно быть, увидеть нас не могли.
Все они были странными. Очень странными! В непривычной одежде, среди которой преобладали облегающие синие брюки, в белой обуви на плоской подошве, похожей не то на нелепые туфли, не то на обрубки сапог. Некоторые держали в руках небольшие прямоугольные штуки и пялились в них, забывая смотреть под ноги.
Но люди - дело десятое.
В первую очередь меня поразили непонятные штуковины, движущиеся по серым дорогам. Без лошадей, с помощью какой-то неведомой магии!
А здания! Высокие, многоэтажные, похожие на гигантские коробки - спроектировавший их архитектор был явно бездарен. Впрочем, в архитектуре я разбираюсь не лучше, чем в живописи.
Подойдя к Олдеру, который уже приблизился к самому барьеру, я требовательно спросила:
- Что это за место? Королевство, империя?
- Мир, - коротко ответил он. - Это другой мир.
Я невольно отступила назад и тут же крепко зажмурилась.
Это все сон, просто дурной сон...
- Какой, к чертям, другой мир?! - после тщетных попыток успокоиться вспыхнула как свечка. - Ты себя слышишь? Не существует других миров, это просто невозможно!
Резко обернувшись, Олдер буквально резанул меня взглядом, от которого захотелось снова сделать шаг назад.
- Невозможно? Тогда что, по-твоему, ты сейчас видишь? - спросил он тоном, какого я прежде от него не слышала.
По коже пробежала нервная дрожь, и я не была уверена, чем она вызвана: непониманием происходящего или видом разозленного мага.
- Галлюцинации! - тем не менее ответила я, справившись с предательским желанием отступить. - Мы все еще в Риа-Гаре, и это, - кивнула на картинку за барьером, где в тот же момент раздался громкий сигнал, - результат действия ее магии!
Олдеру даже не требовалось опровергать мои слова - я и сама не верила в то, что говорю. Магия пещеры здесь не ощущалась - здесь не ощущалось вообще никакой магии, помимо той, что исходила от барьера.
В странном городе снова прозвучал сигнал. И следом - еще один. Похоже, они исходили от этих ездящих на четырех колесах штуковин, которые сейчас почему-то остановились, вытянувшись в несколько длинных линий.
Я вообще-то человек выносливый, с устойчивой психикой (если не считать взрывного темперамента), но это уже слишком! Мало было волнений в пещере, так теперь еще и это!
- Мы просто попали на очередное испытание, - проговорила я, пытаясь убедить саму себя. - И нужно снова искать выход.
- Не нужно, - возразил Олдер, за все прошедшее время не сдвинувшийся с места. - Побудем здесь до вечера, потом сможем уйти.
Я уже открыла рот, намереваясь поинтересоваться, что он имеет в виду, как вдруг меня осенило: красную глину, покрывавшую стены и пол пещеры, я видела совсем недавно. Буквально этим утром. Когда маг вернулся после подозрительной ночной отлучки!
Это не могло быть совпадением.
- Ты был здесь этой ночью! - буквально подлетев к нему, воскликнула я. - И ты же сновал этой ночью по базе, накинув черный плащ. Я видела тебя, не смей отрицать! Какого гартаха тебе нужно?! Зачем меня сюда притащил?
Меня резко перехватили за запястье, рывком притянули к себе и буквально заставили посмотреть прямо в полыхающие карие глаза. Где-то в глубине души всколыхнулся невольный страх, потому что таким я видела мага разве что на арене.
- Да, я был здесь минувшей ночью, этого не отрицаю. - От ледяного спокойствия, с каким это было сказано, захотелось мгновенно исчезнуть. - Но я понятия не имею о том, что случилось на базе. Поэтому, будь добра, прекрати устраивать истерику и внятно поясни.
Я устраиваю истерику? Я?! Шумно выдохнула набранный воздух - да, наверное, я.
Продолжая всматриваться в карие глаза, облизала пересохшие губы, в следующий момент ощутив, что рука на моем запястье сжалась еще крепче.
Найдя в себе силы отрешиться от ситуации, я поняла, что Олдер не врет. Совершенно не понимала ни происходящего, ни его самого, но интуиция настойчиво подсказывала, что сейчас нужно ему довериться. Просто отпустить ситуацию и довериться.
Пришлось идти с леди интуицией на компромисс: временно довериться и быть настороже.
Не видя смысла скрывать, я как можно спокойней рассказала о своих ночных приключениях и крадущемся по базе типе. Собственно, рассказывать было особо не о чем, но Олдер, похоже, так не считал.
На его щеках заходили желваки, глаза чуть прищурились, а пальцы сжали мою руку до того крепко, что я непроизвольно ойкнула.
- Прошу прощения. - Он моментально меня отпустил.
- Твоя очередь. - Я потерла покрасневшее запястье. - Объясни толком, что происходит?
Погасла я так же быстро, как вспыхнула, и, кажется, теперь была готова поверить во что угодно.
Ожидать ответа пришлось долго - не так чтобы слишком, но несколько минут мне показались часами. Сказывалось неотпускающее напряжение, после совершенного перехода все тело ломило, и, в конце концов не выдержав, я опустилась прямо на голую землю, чем окончательно подписала приговор дизайнерским творениям. За порчу нарядов Чука однозначно меня закопает, и сделает это с присущей ему виртуозностью.
Спустя еще несколько «часов» Олдер присел рядом и, неотрывно глядя на барьер, все-таки соизволил прекратить мои мучения:
- Некоторое время назад я сказал, что создание вымышленных реальностей является одной из способностей Риа-Гары. Другая же заключается в том, что Риа-Гара представляет собой проход между мирами, коих существует великое множество. Пещера, где мы находимся, - своего рода отправная точка. Она меняется в зависимости от того, рядом с каким миром мы оказываемся. Если сюда попадет случайный человек, выбраться он не сможет, так как барьер ему не преодолеть. Но на рассвете и закате структура магии Риа-Гары меняется и появляется возможность вернуться в исходную точку. Этим мы и воспользуемся.
Я почувствовала себя гартахом, невероятно глупым, неспособным мыслить гартахом, потому как осознать сказанное не смогла. И через минуту не смогла. И через две. Просто сидела, отупело глядя в одну точку, и периодически моргала.
Множество миров. Множество реальных миров! Нет, ну это ведь бред какой-то... Такое только в детских сказках бывает! Черт-те что вообще!
- Ты просто мастер увиливаний, - вновь обретя способность говорить, отвесила я Олдеру сомнительный комплимент. - Мне имеет смысл снова пытаться узнать, кто ты такой и откуда знаешь о том, о чем неизвестно даже ученым научного центра?
- Научного центра Солзорья, - криво усмехнувшись, поправил он. И, обернувшись ко мне, добавил: - Не имеет.
Отступать я не привыкла, но в этот раз пришлось себя сдержать. Откровенничать со мной явно не собирались, и возникло стойкое ощущение, что продолжать разговор в самом деле бессмысленно. Олдер никоим образом не походил на того, кто меняет решения и под кого-либо подстраивается. Сейчас, в этой небольшой, имеющей странное происхождение пещере я понимала это предельно ясно.
Прислонившись спиной к стене и похоронив тунику вторично, я расслабилась. Постаралась отстраниться от окружающей аномалии и успокоиться. Хотя пламя внутри поутихло, я все равно чувствовала его жар, желающий вырваться наружу. Так и подмывало вскочить, призвать верные клинки и снести барьер к гартаховой бабушке, заодно уничтожив и треклятую пещеру.
Но это было бы опрометчиво и бессмысленно. Требовалось сначала думать, а затем делать. Я же все-таки разумный маг, а не тупоголовый, ослепленный яростью гартах.
В пещере стояла абсолютная тишина, благодаря которой долетающие из-за барьера звуки слышались особенно громко. Тявканье собак, голоса людей, шум и сигналы необычных повозок - все это мешало забыть о том, где я нахожусь.
- Да что же эти штуки так гудят! - негромко возмутилась я, когда очередной сигнал заставил нервно вздрогнуть.
- Эти «штуки» зовутся машинами, - раздалось подле меня. - Жители того мира используют их как одно из средств передвижения. Крайне сложные технологии, создаваемые без капли магии.
«Откуда такая информация?» - уже собралась спросить я, но вовремя себя одернула.
Пускай подавится своими секретами! А я тоже буду молчать.
Долго высидеть, ничего не делая и не говоря, у меня не получилось. Так называемые машины продолжали непрестанно гудеть, будто назло пробуждая одно из моих самых ярких качеств - любопытство.
Поэтому в какой-то момент я уже стояла прямо перед барьером и, прижав к нему ладони, смотрела на шумную улицу. Людей стало еще больше, и их одежда все еще не переставала меня удивлять. Я даже позавидовала девушкам, спокойно разгуливающим в брюках, коротких шортах и не ловящим при этом укоризненных взглядов.
Помимо машин по дороге то и дело проезжали их двухколесные сородичи, отличающиеся огромной скоростью. На управляющих ими людях были надеты большие металлические шлемы, каких в нашем мире точно не существовало. Тем не менее я совершенно точно поняла: это именно шлемы.
- Ты определенно установила рекорд, моя прелесть, - неожиданно нарушил повисшую между нами тишину Олдер. - Столько времени молчать для тебя, должно быть, сложно.
Судя по интонации, к нему вернулось благостное расположение духа, но я намеревалась идти на рекорд и дальше.
Он подошел сзади - незаметно, бесшумно, и прозвучавшие прямо возле уха слова вызвали неконтролируемую дрожь:
- Это даже романтично, не находишь? Мы заперты здесь одни. Отрезаны от всех миров...
С такой точки зрения рассматривать наше положение я не пробовала.
- Не нахожу, - отрезала я, но получилось не так уверенно, как хотелось.
Вопреки моей воле и нежеланию поддаваться, сказанное прочно отпечаталось в сознании, проникло буквально под кожу и впиталось в кровь. Присутствие Олдера я ощущала слишком явно. Он больше ничего не говорил, даже не прикасался, но этого и не требовалось, чтобы меня сковало напряжение. Меня охватило неконтролируемое волнение, от которого в горле пересохло, а ногти впивались в ладони.
Я не верила Олдеру - по крайней мере, не верила до конца. У этого сильнейшего боевого мага в шкафу имелся не один десяток скелетов, показывать которые он явно не намеревался. И было бы глупо поддаваться его чертовой притягательности.
Мне никогда не доводилось испытывать подобного. Первые подростковые поцелуи с Эгри, когда мы просто хотели узнать, что это такое - поцелуй, давно померкли. Поползновения со стороны Трэя не вызывали ничего, кроме раздражения, а когда он вдруг позволял себе лишнее, то меня охватывала злость.
Но Олдер...
- Еще немного, и я поверю, что сумел отнять дар речи у самой Фелиции Саагар. - Затылок обожгло его дыхание.
И не единожды, гартах бы тебя сожрал!
- Еще немного, и я поверю, что сумела всерьез заинтересовать самого Олдера Дирра, - ответила ему в тон.
В тот же момент его ладони оказались на моих предплечьях, медленно скользнули вниз, и я услышала вкрадчивое:
- А ты до сих пор сомневаешься?
Добравшись до запястий, Олдер поднял рукава моей туники и снова двинулся вверх - теперь касаясь мгновенно покрывшейся мурашками кожи. Остановить это хотелось настолько же сильно, насколько предательски хотелось продолжить.
Сила воли победила прокатившуюся по телу сладкую волну. Резко отдернув руки, я круто развернулась, но сделала только хуже. Олдер находился немыслимо, непозволительно близко - настолько, что я могла увидеть собственное отражение в его глазах, отливающих расплавленным золотом. Глазах, смотрящих на меня так, как до этого не смотрели ни одни другие.
- Пусти, - выдохнула я, не в силах от них оторваться.
Сквозь смешок прорвались глубокие хриплые нотки:
- Разве я держу?
Пересечение наших взглядов можно было назвать невидимой битвой, хотя скажи мне кто-нибудь такую фразу ранее, и я бы только посмеялась над ее пафосом. Но это действительно была битва. Скрещение незримых клинков, молчаливый разговор, когда вовсе не обязательно произносить слова.
Сердце колотилось неистово, в мыслях проплывали яркие фрагменты из нашего общего прошлого в лесу и на базе. Нежное касание губ и властные объятия, от которых сбивается дыхание и обращается в лаву кровь...
Не отрывая взгляда и словно читая мои мысли, Олдер приподнял меня за подбородок и коснулся большим пальцем губ. Очертил контур, вынуждая их приоткрыть, и глухо произнес:
- Ты совсем на него не похожа...
Не дав мне опомниться и вникнуть в смысл сказанного, поцеловал - внезапно, ярко, страстно. Я обрушивала на себя сотни тысяч проклятий, ругала, как могла, но сопротивляться охватившему меня наваждению оказалась не в состоянии. Не способная противиться горячим губам, сминающим мои, рукам, чувственно скользящим по спине, я таяла, точно лед под натиском солнца - прекрасного, но смертельного.
Неизвестно, чем бы закончилось это безумие, если бы не раздавшийся рядом шум, вернувший меня к реальности - странной немыслимой реальности, в которой мы оказались заперты до заката.
Не сдержав тихого стона, я отстранилась и точно в тумане посмотрела на находящееся напротив лицо. На четко очерченные губы, твердую линию подбородка и темные брови, под которыми сверкали карие глаза - действительно сверкали... Точно затопленные разлившейся золотой рекой, впитавшие в себя все ее переливы и блеск. В эти короткие мгновения я увидела в них больше, чем за все недели до этого: борьбу с самим собой, сомнения, противоречивость чувств. Настоящую, проглянувшую наружу душу Олдера Дирра.
Шум повторился. С трудом оторвавшись от взгляда Олдера, я обернулась и обнаружила по другую сторону барьера мальчика. Отметила сдвинутую набок шапку с козырьком, зажатый под мышкой мяч, свободную одежду и щуплую фигуру. На вид мальчишке было лет десять. Хлопая большими глазами, он смотрел прямо на нас.