Николь Рейш - Моё пепельное счастье

КАЙЛ

Мы на месте.

Слишком большое, трехэтажное здание пылает подобно новогодней елке. Кто-то сильно перестарался с гирляндами, превращая «Подснежник» в школьный бал малолеток.

На фоне высохшего, бледно-желтого газона и неряшливых, сонных деревьев, подобная картина выглядит ужасающи. Этот дом, словно призрак из старого фильма ужасов. Того и гляди выбежит чувак с топором и начнет всех убивать. Но лицо моей любимой просто сияет от восторга, голубые глаза распахнуты так сильно, что в них, как в зеркалах отражаются огни дома. Дом ужасен, а вот она прекрасна.

Мама подобрала ей темно-синее (почти черное) платье, с россыпью каких-то камней. Камни на платье, как и ее глаза, отражают свет от гирлянд и сияют, подобно звездам. Тело Эмили окутано тонкой вуалью ночного звездного неба.

- Тут восхитительно! – Восторженно произнесла она, сжимая мою руку. Она не могла отвести глаз от дома, а я от нее.

- Это ты восхитительная. – Ответил я, прижимая ее к себе. Эмс хихикнула и шутливо толкнула меня в бок. Ее бледные щеки залились румянцем.

Позади нас подъехали и остановились еще две машины. Одна из которых принадлежала братьям. Я не согласился ехать вместе с ними. Не хочу, чтобы Эмили сближалась с Уорнерами, так как в любом случае ей придется с ними расстаться. Если у нас все получится – братья смогут вернуться в Эдем, если не получится – все «падшие» умрут. Я знаю, что лишать ее Мила и всех будущих воспоминаний о нем не справедливо, но и лишняя боль утраты ей ни к чему.

– Вы двое омерзительны. – Буркнул Дани, смерив нас презрительным взглядом. – Особенно ты, – обратился он к Эмс, она растерянно перевела взгляд с меня на Даниэля, а с него на Милана. – Ты ужасно выглядишь в этом платье. Что это за платье такое? Что за вырез? У моей покойной бабушки было точно такое же. – Эмили растерянно осмотрела свой наряд. Слова Дани сбили ее с толку, она никак не могла сообразить, серьезен он или всего лишь издевается.

Мы с Милом слишком хорошо знаем Даниэля, чтобы каждый раз реагировать на чушь, придуманную им. Парень боится слабости, от этого в моменты, когда это он свою чувствует слабину, включается защитный механизм. Даниэль начинает вести себя, как последний придурок, говорит и делает ужасные вещи. Специально причиняет боль своим близким, чтобы оттолкнуть их от себя. Эмили всегда была его слабостью. Он переживал за ее жизнь больше, чем за свою собственную. Оттого-то в прошлый раз он и отдал ее, не раздумывая, спасая Эмс. А раз Эмили его слабость (а так же и его погибель), он сделает все, чтобы оттолкнуть ее от себя так далеко, как только это возможно.

– Эй, хватит нести чушь. – Вступился старший Уорнер. Эмили уже достаточно услышала и вот-вот расплачется, но к счастью не делает этого. – У нас никогда не было бабушки.

– Ой, да брось. – Рассмеялся младший Уорнер. – Если бы моя гипотетическая бабушка умерла, я бы похоронил ее в точно таком же платье.

Из меня вырвался смешок, что удивило всех присутствующих.

– Зато ты прекрасно выглядишь, – спокойно произнесла Эмили, глядя прямо на Даниэля. – Тебе идет этот галстук.

Даниэль растерялся. Скажу честно, я впервые вижу растерянного Даниэля. Он ждал любой другой реакции: злость, слезы, скандал и драку. Но никак не это. Моя девочка, сделала его, даже не запачкав ручки.

Мил ободряюще похлопал брата по плечу и направил его в сторону «горящего» дома.

– Чтобы привлечь ее внимание, – тихо произнес Милан. – Тебе надо придумать что-то поинтереснее. Эта девочка предугадывает все твои действия на два шага вперед, так что запросто тебя обыграет, брат.

– Это мы еще посмотрим. Брат.

В доме Вудбери полно гостей. От бизнесменов с их женами до дипломатов с любовницами. Расфуфыренные, как на параде, только рейтузов им не хватает для полного комплекта.

Алекса нигде не видно. Эмили волнуется, теребя браслет на своем запястье. Она явно чувствует себя не в своей тарелке. Я бы тоже нервничал, если бы мне было не все равно.

– Вы только посмотрите на женщин. – Нервно хихикнув, произнесла Эмили, разглядывая дам одетых по последней моде. – Их платья стоят целое состояние, не говоря уже об украшениях.

Даниэль наклонился к Эмс и прошептал что-то на ухо. Она побледнела. Ее рука метнулась вверх, к колье из белого золота, и трепетно пробежалась по нему пальцами.

– За эти деньги можно было построить небольшую деревню в Африке. – Ее глаза, как большие блюдца всматриваются в лицо смеющегося Даниэля. – Не смей смеяться, Дани. – Обижено прошипела Эмс, ударяя его по плечу. Это еще сильнее рассмешило младшего Уорнера. Мы с Милом ели сдерживали улыбку. Эмили смешная, когда злиться.

Боковым зрением я улавливаю какую-то суматоху в зале. Гости засуетились, голоса стихли. Я повернулся на шум, ища предмет волнений и нашел его. Слишком быстро, чем мне бы хотелось. Алекс Вудбери. Собственной персоной.

Собираясь сюда, я не знал чего ожидать. Не знал, что почувствую при виде него. Более старая версия Алекса Вудбери вызывала у меня уважение, за то, что он был опорой для моей любимой. Этот Алекс, вызывает во мне чувство гнева и ненависти.

Вот он, муж моей возлюбленной, отец моего друга, дедушка девушки, в которую влюблен мой сын. Раньше я считал его своей семьей. Я был на его похоронах, чтобы поддержать Эдисон. Сейчас же я вижу своего врага.

Уорнеры и Эмили тоже заметили перемену в зале и, прекратив споры, уставились на Алекса Вудбери. Рядом с ним был его отец. Поприветствовав гостей короткой речью: «Мы рады приветствовать вас всех в нашем доме. Надеюсь магия вечера не оставит вас равнодушными!», они разошлись в разных направлениях.

Эмили подалась чуть вперед, всматриваясь в лицо Алекса. Я вижу, как в ее глазах отражается узнавание. Мое сердце пропускает тысячи ударов, прекращая биться. Она его помнит. Эмили помнит Алекса. Это не может быть правдой. Только не это.

– Ник? – С сомнением произносит она, прищурив глаза. – Это же Ник.

Ник?

Она движется вперед, я пытаюсь поймать ее руку, чтобы остановить, но не успеваю. Эмили проскальзывает между гостями, направляясь прямиком к Алексу.

– Что происходит? – Встревожился Мил, видя мою реакцию.

– Это Алекс Вудбери. – Еле живым голосом произнес я, не отводя взгляда от Эмили. – И Эмили только что узнала его.

– Как такое возможно? – Даниэль тоже не на шутку переполошился.

– Понятия не имею.

Еще издалека Алекс замечает Эмили и начинает улыбаться. Никто из нас не понимает что происходит. Я вспоминаю это имя. Ник – так звали парня из Ревайвла. Друг Макса Холланда. Какой же я идиот. Александр Николай Вудбери. Ник.

– Кайл, – радостно произнесла Эмили, когда я присоединился к ним с Алексом. Даниэль и Милан остались в стороне. – Это Ник. Я тебе о нем рассказывала. Мы познакомились с ним на фотосьемке у Макса Холланда.

– Я наслышан о Вас. – Дружелюбно отозвался Алекс, протягивая мне руку. Я улыбался, как мог, сдерживая злость. Кажется, парень даже не заметил мою не дружелюбность. – Николай, мое второе имя. Так что приезжая в Ревайвл я стараюсь использовать его. Здесь меня знают как Алекса. Алекса Вудбери.

Я холодно улыбнулся. Эмили застыла, как вкопанная. Мне пришлось обнять ее за талию, чтобы ноги ее не подвели, и она не рухнула прямо на пол. Никто из нас не ожидал такого поворота. Молчание затянулось и чтобы скрыть всю неловкость момента, я произнес:

– Очень приятно познакомиться, Алекс. Вы умеете удивлять.

– Я на это не рассчитывал. Эмили, извини, если ошарашил тебя.

– Все в порядке, – мягко произнесла она, сжимая мою ладонь. – Просто я не ожидала.

– Вот ты где. – Раздался звонкий, приятный женский голос позади нас. Мы с Эмили обернулись. – Я везде тебя ищу.

Хрупкая девушка небольшого роста в платье напоминающем платье Эмили подошла к Алексу и нежно поцеловала его в щеку. Ее русые волосы собраны в пучок, открывая симпатичное, фарфоровое лицо.

– Милая, – ласково произнес Алекс, привлекая к себе девушку. – Познакомься, это Эмили, я рассказывал тебе о ней. Мы познакомились в Ревайвле. И ее молодой человек, Кайл. – Он смотрел на девушку, прижимающуюся к нему с любовью и трепетом. – А это Алиса – радость всей моей жизни, хозяйка моего сердца. В конце вечера мы планируем объявить о помолвке. Но пока это секрет.

– О, Эмили. Рада наконец-то познакомиться с Вами.

– Да, я тоже, – отозвалась Эмили. – И поздравляю.

- Спасибо.

– Как жаль, что тебе пришлось уехать. – Сказал Алекс. – Ужин был изумительным. Эстер вела себя довольно мило, что окончательно снесло голову моему другу. Мне кажется, он влюбился.

– Я думаю, с Эстер произошло то же самое.

Я потерял суть разговора, пытаясь понять, что происходит. Какого хрена это все значит? Вместо стервозной Норы рядом с Алексом стоит прелестное создание. Которое излучает доброту, милосердие и любовь. Они смотрят друг на друга глазами полными любви и обожания. Мы с Эмили смотрим друг на друга точно так же. Я готовился к смерти Норы, но вместо нее сегодня погибнет Алиса.

Мама не ошиблась с платьем. Они очень похожи, несмотря на то, что совершенно разные. Платье Алисы более закрытое, черное и без россыпи камней. Но в суматохе, с масками на лицах вряд ли кто-то заметит отличие.

– Дамы и господа! – Послышался властный и неестественно мягкий голос отца Алекса. – Время одеть маски. Магия «Подснежника» начинается.

Свет погас. Через мгновение зажглись сотни мелких лампочек. Высокий потолок стал похож на звездное небо.

Эмс наблюдает за танцующими гостями, чьи красивые наряды пестрят в тусклом освещении. Маски на их лицах делают этот прием загадочным, мифическим и завораживающим. Меня же посещает чувство deja vu, и я не могу оторвать взгляда от своей любимой.

В ней нет вульгарной красоты. Она сделана из мягкости, нежности и очарования. В ней полно недостатков и именно они делают ее прекрасной. Темно-синее платье подчеркивает кожу, цвета миндаля, а из-за темного парика и маски на лице ее голубые глаза кажутся еще более яркими.

Моя любимая. Мой ангел. Мое спасение. Весь мой мир лежит у ее ног, а она даже не подозревает об этом.

- Пойдем, потанцуем? – Алиса посмотрела на Эмили с надеждой в глазах. Они познакомились несколько минут назад, а девушка ведет себя так, словно они уже лучше подружки.

Эмс нервничает. Ей не нравится быть в окружении богатых людей, хотя сама она далеко не из бедных. Если собрать вместе денежные счета всех присутствующих выйдет примерно тридцать процентов от того, что есть у нас.

Алиса все еще ждет, протянув к Эмили руку.

- Иди. – Подталкиваю я свою любимую. Она несколько мгновений смотрит на меня, пытаясь понять в серьез я, или же нет, но все же соглашается и уходит вместе с Алисой.

Она танцует, как падающий на землю снег. Она – видение, мираж посреди пустыни. Мягкая и волшебная, танцует в кругу опьяневших богачей. Такая дорогая, обвешанная украшениями, которые стоят целое состояние, но по-прежнему такая легкая и простая. Почти невесомая.

Хочется взять камеру и запечатлеть этот момент на века. Я не доверяю своей памяти, однажды и ее у меня отнимут. Но я хочу запомнить Эмили такой: маленькой, нежной, почти прозрачной.

Алекс по другую сторону зала, так же как я смотри на Эмили во все глаза. Но я знаю, что она танцует для меня. Она моя. От кончиков волос до кончиков пальцев. Пусть смотрит сколько душе угодно, все равно на большее он может даже не рассчитывать. Жить ему осталось не больше часа.

- Потанцуем? - Отвлекаю ее я, зная, что скоро объявят медленный танец.

Эмили неуверенно смотрит на мою протянутую руку, не решаясь принять приглашение.

- Ты же знаешь, танцор из меня никудышный. - Эмс пытается улыбнуться, но губы ее не слушаются.

- Ты прекрасно танцуешь. - Я ловлю ее ладонь и подношу ее к своим губам. - Просто доверься мне.

Она с секунду смотрит на меня, взвешивая все за и против. Я не тороплю ее, хотя внутри просто сгораю от нетерпения и к тому же «love out of lust» уже практически подошла к концу и вот-вот заиграет новая мелодия.

- Ну же, - улыбаюсь я, сжимая ее ладонь. - Смелее. Я рядом.

Она отвечает на мою улыбку с таким видом, словно сама не верит в то, что согласилась на это.

Я веду Эмили в самый центр зала. Туда, где каждый из присутствующих сможет увидеть наш танец.

Изящные ручки Эм обвиваются вокруг моей шеи. Мои ладони сжимают ее тонкую талию. Пальцы касаются оголенного участка кожи на ее пояснице, от этого все мое тело сходит сума.

Я уже слышу первые аккорды песни, которую я заказал специально для нас. Все как тогда: волнение в глазах, маски на лицах, страсть в наших телах, а любовь правит сердцами.

Я впиваюсь пальцами в ее талию и начинаю вести в танце. Глаза Эмс распахиваются от резкой перемены ритма. Она обескуражена, удивлена и заворожена моими движениями. Ритм «Dance without you» и танец поглотили нас.

Мы не видим ничего кроме глаз друг друга.

Все что мы слышим: это страстная музыка и биение наших сердец. Эмили не помнит этот танец, но я его помню.

Это один из лучших моментов в моей жизни. В тот день я окончательно понял, что, не смотря на то, что Старейшины стерли Эмили память - она по-прежнему меня любит.

Сейчас я даже не смею в этом сомневаться. Если раньше, я боялся того, что она встретит Алекса и снова выберет его вместо меня, то сейчас я понимаю всю глупость этого опасения. Она меня любит. Любит так сильно, что совершенно не замечает других. Она верит в нас всем сердцем и будет бороться за эту веру до последнего вдоха.

Откуда в таком крохотном, хрупком создании столько любви и силы духа? Я горжусь тем, что ее сердце выбрало меня.

- На нас все смотрят... - Ее глаза наполнились страхом, а на щеках выступил небольшой румянец. Эмили взволновано окинула взглядом образовавшуюся вокруг нас толпу. - Почему они на нас смотрят?

- Потому что я танцую с самой красивой девушкой на этом приеме. - Ответил я, бросая взгляд в сторону больших, настенных часов. Почти два часа ночи. Скоро на прием заявятся падшие ангелы и будут искать Эмили. Пора снимать маскировку.

Аккуратно, не прекращая танец, я стаскиваю с головы Эмили темный парик. Ее вьющиеся, белые локоны водопадом рассыпались по плечам.

- Так ты еще красивее. - Шепчу я Эмс на ухо, швыряя парик ближайшему официанту. Молодой парень резко ловит его на лету, за секунду до того как он угодил бы ему в лицо. Хорошая реакция, ничего не скажешь.

- Слава Богу, - улыбаясь, выдохнула Эмс. - Он ужасно не удобный.

- Напомни мне никогда не носить парики. - Прошептал я ей на ухо, вызывая у нее приступ смеха. Я люблю ее смех, волосы, глаза, губы, нежную кожу. - Я люблю тебя, Эмили.

- И я люблю тебя, Кайл.

В этот момент моя ладонь заскользила вниз по талии Эмили, направляясь прямо к ее бедру. Я нежно провел по нему пальцами, а затем, приподняв, я прижал его к своему бедру, я наклонил Эмили так низко, что ее белые локоны рассыпались по полу.

. Дежавю́ (фр. dejà vu — «уже виденное») — психическое состояние, при котором человек ощущает, что он когда-то уже был в подобной ситуации.