51
Чон Ыну
— Где она? — холодно осведомился наследник славного рода Чон, без стука входя в комнату любовницы. Которую решил навестить прежде, чем идти вниз, выполнять распоряжение Ким Тэхена.
Было у мужчины подозрение, что ни один Рауд Колль замешан в исчезновении Лалисы. Что без сообщника ему было бы сложно действовать в крепости полной народа. И что этим лицом вполне могла стать Вонен.
— Она? — картинно вскинула свои черные брови красавица-вампирша, обнаружившаяся лежащей на просторном ложе с бокалом красного вина в руках. — О ком идёт речь, Ыну ? Я решила прислушаться к твоему совету и отдохнуть после тяжёлой дороги. Лежу вот, пью прекрасный напиток. Не хочешь ко мне присоединиться, раз уж ворвался столь стремительно?
Почувствовав в словах Вонен завуалированный намёк, князь Чон метнулся к ней и, вырвав из рук бокал, поднёс его к носу. Сделал глубокий вдох и...хрупкое стекло треснуло в руке мужчины. Содержимое пролилось на светлое покрывало, но тот даже не заметил этого.
Получив подтверждение своим подозрениям, аристократ не на шутку разозлился и сделал то, чего прежде никогда себе не позволял: схватил свою любовницу за горло.
— Ыну ! — перепугано захрипела та, принявшись отбиваться. — Ты что творишь? Отпусти меня!
Но тот будто и не услышал её. Лишь немного ослабил хватку и, приблизив своё лицо к лицу вампирши, буквально прорычал в него:
— Где моя жена, Вонен? И не говори мне, что не знаешь! В твоём бокале с вином была её кровь!
— Но я действительно не знаю, Ыну ! — запричитала та. — Это всё он... Твой управляющий. Он уговорил меня помочь ему отомстить ирчи.
— Рауд Колль?
— Да! Я была так зла на неё, за то что эта смертная девка опозорила меня за ужином перед Верховным Князем и остальными обитателями крепости, что согласилась на его предложение.
— Дальше! — потребовал молодой князь Чон, отпуская шею любовницы и принимаясь мерить пространство её комнаты нервными шагами. — Какова была твоя роль во всём этом?
— Отвлекающая. Я должна была отвлечь твою жену разговором, а Рауд Колль собирался незаметно подобраться к ней со спины и вырубить. У него имелся свой план, что потом делать с ирчи. Но всё пошло не так, как мы планировали.
— Не так?
— Да. Лалиса не захотела со мной разговаривать. Повернула в ту часть коридора, где находились её покои. Сделала вид, будто не услышала оклика. А в той стороне как раз прятался Рауд Колль. Ирчи увидела бы его и наверняка подняла бы крик.
— И что ты сделала? — прекратив свои метания, Ыну остановился напротив кровати любовницы и вперил в ту тяжёлый взгляд.
— Бросилась к твоей жене, чтобы остановить, — вампирша скривилась в ответ. — Та обернулась на звук шагов, и в этот самый момент подоспел управляющий. Ударил девчонку по затылку. Немного не рассчитал при этом силу и... разбил ей голову.
— Что⁈ — вновь дёрнулся в сторону своей пассии князь Чон.
А та, испугавшись очередного членовредительства, выбросила перед собой руку и поспешно выкрикнула:
— Да жива твоя ирчи осталась! Жива! Я лишь крови у неё немного из раны позаимствовала. Взамен истраченному за время пути к крепости неприкосновенному запасу.
Ыну поморщился. О том, что его любовница всегда носила при себе крошечный хрустальный флакончик с человеческой кровью, как средство быстро восполнить свои силы при необходимости, ему было известно. И до сего дня не имел ничего против этой её причуды. Сейчас же вампир-аристократ не просто испытал злость на Воненру, за то что та посмела испить крови его жены. Мужчина пришёл в ярость от осознания этого факта. Никому кроме него не позволено пить кровь Лалисы. Никому не позволено прикасаться к ней. Эта смертная принадлежит единственному живому наследнику рода Чон. Ему принадлежит! Только он, Чон Ыну , будет решать, что делать со своей собственностью! Вонен переступила грань, нарушать которую ей не следовало, а потому...
— Леди Чан! — произнёс ледяным тоном молодой князь. — Я официально заявляю о разрыве наших с вами отношений.
— Что⁈ — мгновенно вскинулась сидящая на постели красавица.
Но мужчина проигнорировал её эмоциональный выкрик и продолжил говорить, не меняя интонации в голосе:
— С этого самого момента можете более не рассчитывать на мою помощь и заступничество перед Верховным Князем Эрстейна. Когда правда вскроется, вам придётся ответить за содеянное.
— Ыну ! — закричала Вонен, соскакивая на пол и бросаясь к нему. Попыталась кинуться на шею, видимо только сейчас поверив в то, что всё сказанное им ранее — не шутка и не попытка наказать её за совершённую ошибку.
Но у бывшей любовницы ничего не вышло. Молодой князь предвидел, что она может так поступить и стремительно отступил назад, возводя между ними воздушную преграду. И когда женщина, налетев на неё, была вынуждена остановиться, склонился перед ней в показательно вежливом поклоне:
— Счастливо оставаться, леди Чан!
— Князь Чон, если ты сейчас же не прекратишь весь этот балаган и уйдёшь, то я... — полетели от неё в ответ злые слова.
Но Ыну не стал дожидаться окончания начатой речи. Молча развернулся и вышел прочь. Оставил за порогом комнаты не только разъярённую женщину, с которой его связывал многолетний роман. Он закрыл дверь в своё прошлое и шагнул навстречу будущему.
Эрнар Чон Чонгук
Разочарование. Вот, что испытал основатель крепости Дарт'Сулай, стоило его наследнику удалиться. Теперь, когда он лично познакомился с ним, мужчина в полной мере оценил негодование Пранприи, которое та выплеснула на него в самом начале их знакомства.
Не то, чтобы Чонгук испытывал какие-то иллюзии в отношении единственного сына, но всё же теплилась в глубине души призрака надежда, что не всё потеряно. Что можно как-то исправить содеянное супругой, вырастившей из последнего носителя крови князей Чон слабого духом вампира, для которого долг и честь мужчины — пустой звук. И вот это недоразумение продолжатель Рода? Да кого он может родить? Кого воспитать? Основатель военного форта на границе с Призрачной пустошью ощутил почти непреодолимое желание схватиться за голову, настолько велико было его отчаяние.
— Дети далеко не всегда оправдывают надежды, которые возлагают на них родители, лорд Чон, — прозвучало негромкое рядом, и Чонгук вернулся в реальность из собственных безрадостных мыслей.
Вспомнил, почему стоит посреди коридора, и рядом с кем. А вместе с этим осознанием дух основателя крепости почувствовал то, что заставило его испытать огромное облегчение. Молодая женщина, пришедшая в этот мир благодаря последней из Пленяющих души, пришла в себя. Чонгук ощутил, как натянулась невидимая нить, которая связала их в тот самый момент, когда Пранприя пожертвовала несколько капель своей крови Сердцу Дарт'Сулай. Пробудила его.
— Леди Чон очнулась? — вновь проявил проницательность Верховный Князь, и этим немало поразил Чонгука.
Он не понял, как главный вампир государства Эрстейн догадался об этом, стоя с закрытыми глазами и, следовательно, не имея возможности видеть эмоций радости, что появились на лице его призрачного сородича.
— Да, она, — ответил Чонгук, озадаченный происходящим. — Могу я узнать, что вы делаете, Светлейший Князь?
— Пытался определить путь, которым унёс нашу прекрасную юную леди Рауд Колль, — отозвался последний и открыл глаза.
— По крови девушки? — догадался Чонгук.
— Именно.
— И каков результат?
— Не очень хороший, — качнул головой Ким Тэхен. — Вор-управляющий унёс Лалису одним из тайных путей, который я смог обнаружить, но вот дальше их след потерялся. Что у вас, лорд Чон? Вы определили точное место, где находится супруга вашего сына?
— Нет, — мрачно сообщил Чонгук, и снова сосредоточился на своих ощущениях. — В самом здании крепости леди отсутствует. Она находится за его пределами. Где-то достаточно близко, раз наша связь продолжает действовать. И в связи со всем этим у меня имеется только одно предположение, где нам следует искать девушку.
— А точнее сказать можете? — спросил, хмурясь, Верховный Князь Эрстейна. — И почему у вас сделался такой вид, лорд Чон, будто речь идёт о чем-то не хорошем?
— Потому, что это кладбище, Светлейший! — торопливо проговорил основатель крепости Дарт'Сулай, нервничая всё сильнее. — Если Рауд Колль унёс леди туда, значит собирается...
— Понял, не продолжайте! — бросил Ким Тэхен, срываясь с места. — Если можете, перемещайтесь прямо туда. К ним. Не дайте случиться...
Дослушивать, что там ещё говорил убегающий в сторону лестницы мужчина, князь Чон не стал. Перенёсся на кладбище крепости, где нашли своё упокоение многие воины Дарт'Сулай. Заметался по его дорожкам в поисках Пранприи и её похитителя.
Но всё было впустую. Живых на погосте не было: лишь ряды каменных саркофагов и усыпальниц расходились в разные стороны от места упокоения тела самого Чонгука.
— Ну, где же ты, девочка? — прошептал он себе под нос, поворачиваясь то в одну, то в другую сторону и беспрестанно прислушиваясь к своим ощущениям в попытке понять направление местанахождения иномирянки.
Вот только не выходило у призрака князя Чон ничего. Кладбище было особенным местом, насквозь пропитанным эманациями смерти. Очень сильными эманациями, которые полностью гасили всякие излучения жизни. Даже внутренняя связь с Пранприей в этом месте стала ощущаться как-то слабее. Или это она сама слабеет?..
— Великая вещунья, прошу, не допусти гибели этой светлой души! — прошептал Чонгук, усилием воли давя нарастающее в душе отчаяние.
Вновь пробежался взглядом по рядам усыпальниц... и в голове вспыхнула ужасающая догадка, где может находиться Пранприя.
— Вот тьма! — выругался неупокоенный дух крепости Дарт'Сулай и вновь заметался по погосту.
Но на сей раз делал он это уже с совершенно определённой целью. Крышки каменных гробов, повинуясь магии призрака, принялись сдвигаться одна за другой, а замки слетать с дверей запертых усыпальниц, открывая Чонгуку путь к скрытым внутри них саркофагам. Ведь каждый такой мог являться темницей для одной иномирной души, что с недавних пор поселилась в теле юной княгини. Он должен её найти! Должен спасти женщину, которая...
— Князь Чон! — властный оклик, раздавшийся из-за спины, застал основателя крепости возле очередного каменного саркофага.
А стоило призраку вампира-аристократа обернуться, как тот увидел Верховного Князя государства Эрстейн, за спиной которого обнаружился Ыну и большая группа мужчин с бледными от ужаса лицами. Привидение, пребывающее в состоянии неистовства — зрелище не для слабонервных. Как, впрочем, и пара десятков уже вскрытых могил павших защитников военного форта.
Но самому Чонгуку на это сейчас было наплевать. Главное — Пранприя. Поэтому он не дал Ким Тэхену и рта раскрыть. Торопливо проговорил, игнорируя потрясенные взгляды остальных присутствующих:
— Леди в одном из саркофагов и слабеет буквально с каждым мгновением. Нужно найти её, пока не стало слишком поздно.
Рауд Колль
По выжженной степи, в сторону Призрачной пустоши и прочь от громады военной крепости спешил мужчина. Бежал, постоянно оглядываясь назад и боясь, что в следующий свой оборот увидит за спиной преследователей.
Как же ему всё это надоело! Бесконечно бегать и прятаться! А всё из-за кого? Из-за какой-то смертной девки! Недокнягини! Лучше бы князь Чон дал ей сдохнуть, а не жертвовал своей крови чтобы вытянуть из-за грани!
Ну, да ничего! Он, Рауд Колль, исправил ошибку своего лорда. И за свою порушенную благополучную жизнь отомстил. Гадкая девчонка, запертая в одном из склепов, будет умирать медленно и мучительно. Задыхаясь от постепенно заканчивающегося воздуха. На этот раз ей будет не спастись. К тому моменту, когда обнаружат пропажу княгини, обшарят всю крепость и примутся искать в самом неподходящем для этого месте, она будет уже мертва.
На этой мысли Рауд Колль откинул назад голову и громко рассмеялся. Он жив, на свободе, и дышит свежим воздухом полной грудью. В то время как княгиня Чон сейчас, наверное, уже бьётся в агонии, запертая в каменном гробу с покойником.
«Какой же я всё-таки молодец!» — похвалил сам себя мужчина, глядя вперёд, на приближающуюся буквально с каждым шагом молочно-белую завесу, за которой начинались опасные и неизведанные земли. — Как всё здорово придумал! Переждать возле Призрачной пустоши, куда точно никому не придёт в голову сунуться его искать, отъезд Верховного Князя со свитой. А потом потихоньку и со всеми предосторожностями можно начинать подыскивать себе новое тепленькое место. Где-нибудь здесь же, в глуши. Пожить несколько лет, пока о воре-вампире окончательно все не забудут, а там можно будет и поближе к обжитым местам переселиться. И имя надо будет обязательно сменить. Да. На что-нибудь благозвучное и...'
На этом моменте Рауд Колль был вынужден прервать процесс планирования своей дальнейшей жизни и остановился. Ему показалось, что он увидел нечто движущееся в пелене густого тумана, полностью закрывающего обзор на то, что находилось за ним.
— Да не, — пробормотал себе под нос вампир, в попытке успокоить собственное бешено заколотившееся от страха сердце. — Это всё игра моего воображения. Нет там ничего!
И словно в насмешку, опровергая только что сделанное им самому себе заявление, туман зашевелился. Расступился, будто повинуясь чьей-то воле, и навстречу Рауду Коллю шагнула высокая мужская фигура.