Глава 4
Глава 4.
Заклинание Истины - Веритас
Минуту они просто смотрели друг на друга. Вдруг Гермиона кинулась на Драко, совершенно не готового к такому натиску и потому рухнувшего навзничь.
Она налетела на него и начала колотить обеими руками.
- Где Гарри? - кричала она. - Что ты с ним сделал? Где ты его держишь? Ты не мог убить его, он нужен тебе, чтобы готовить Многосущное зелье...
- Гермиона, - Драко не делал не малейшей попытки защититься от ударов. - Я клянусь тебе, я ничего ему не сделал...
- Врешь! - она схватила его за воротник и стукнула головой об каменный пол, отчего у Драко из глаз искры посыпались, потом вытащила палочку и нацелила ее ему в сердце. - Если ты что-то сделал Гарри... если ты отрезал его пальцы, чтобы приготовить зелье...
- Слушай, - Драко пытался успокоиться, - ничего я не сделал твоему дружку, ни волоска не тронул. Хотя стрижка ему бы не помешала. И я не готовил Многосущное зелье. Это то зелье, которое Снейп дал нам в классе, просто оно не прекратило действовать.
Гермиону трясло, но палочку она не опускала.
- И ты думаешь, что я поверю в это?
Драко посмотрел на нее.
- Мой отец научил меня Черной Магии...
- Не меняй тему, Малфой.
- Наложи на меня заклинание истины, - сказал он. - Я покажу тебе как.
- Это сложная Черная Магия, - побледнела Гермиона. - Ее использование контролируется Министерством...
- Хорошо, - Драко поднялся, схватил ее за руку и направил палочку себе в сердце.
- Веритас, - произнес он.
Сноп черного света вырвался из палочки и ударил Драко в грудь. Он видел, как отец подвергал этому заклинанию множество людей, но никогда не представлял, что они чувствуют. Теперь он знал это, и знал, почему это заклинание относилось к Черной Магии, - будто два огромных крюка вонзились в его грудь и раздирали ее изнутри, обнажая его сердце.
- Спрашивай быстро, - сквозь зубы проговорил он. - Больно.
Гермиона ошеломленно смотрела на него, собираясь с мыслями.
- Гарри... С Гарри все в порядке?
- Да. - Голос Драко звучал странно и как-то прозрачно, он сам его не узнавал.
Она моргнула.
- Как получилось, что у тебя его внешность?
- Мы выпили зелье на уроке Снейпа, и не превратились обратно. Гарри думал, что я что-то сделал с зельем, но это не так... Он мне не поверил - ударил меня - я дал сдачи, он стукнулся об стену. А потом я понял, что все думают, что я - Гарри. Пришлось притворяться.
- Почему?
- Я хотел посмотреть, как это будет, - сказал Драко. - Сначала я думал, что смогу получить все его преимущества, узнать его секреты, а потом использовать их против него. Но все вышло не так, - он вздохнул. Казалось, каждое слово выдирали из него клещами. - Как будто часть Гарри перешла ко мне. Я начал действовать, как он, и не мог ничего поделать. Я спас жабу Невилла, защитил тебя от Бладжера. Теперь я вижу и испытываю совершенно другие чувства, каких не чувствовал никогда.
- Например, жалость? - Гермиона хмурилась.
- Да, - ответил Драко.
- Где Гарри?
- Когда я сказал, что отец Драко Малфоя забрал сына домой, это была правда. Только вместо меня он забрал Гарри.
Поняв, что на самом деле произошло, Гермиона содрогнулась, но палочку все равно не опустила.
- Почему ты думаешь, что с ним все в порядке?
- Я чувствую, - сказал Драко. Он слушал свой голос и сам удивлялся. - Я не понимал этого раньше, только сейчас... Это как шрам Гарри. Он и Волдеморт связаны неудавшимся проклятьем; теперь я связан с Гарри действием зелья. Я почувствовал, когда он покинул замок, вот почему я убежал с ужина. Я понял, когда он очнулся.
- Что ты собирался делать? - спросила она. - Продолжать быть Гарри? Кто-нибудь бы тебя разоблачил, как я. У тебя был план?
- Нет, не было. Я пытался придумать, как добраться до Гарри.
- Какое тебе дело до Гарри? Какое тебе дело, если он умрет?
- Слушай, я же сказал, - Драко выговаривал слова с трудом. - Во мне есть часть Гарри. Она заставляет меня делать вещи, которые я никогда бы не стал делать сам. Сейчас, например, она борется за самосохранение. Похоже, у Гарри, действительно сильная воля... Голос в моей голове продолжает повторять - найди Гарри, найди Гарри.
Он усмехнулся, эта усмешка была призраком его старой и гадкой.
- Потому что, если бы это был просто я, я бы, скорее всего, позволил ему умереть.
Гермиона не купилась на это и продолжала смотреть на него:
- Почему ты меня поцеловал?
- Не спрашивай, - Драко закрыл глаза, но никакого толку - все равно пришлось ответить. - Ты... Ты мне нравишься. Мне хочется стать лучше, когда ты рядом.
Он открыл глаза и поднял их на Гермиону. Несколько секунд они смотрели друг на друга в изумлении. Потом по лицу Гермионы промелькнула хитрая ухмылка.
- Малфой, ты когда-нибудь занимался сексом?
- Нет, - сказал он и заорал, - Гермиона, СНИМИ ТЫ ЭТО ЧЕРТОВО ЗАКЛЯТИЕ, СЕЙЧАС ЖЕ!
- Хорошо, хорошо, - хихикнула она. - Заклихватем!
Боль и чувство, будто тебя раздирают, исчезли. Драко втянул воздух, он чувствовал, словно только что пробежал марафон.
- Гермиона, - сказал он не без некоторого восхищения, - это было жестоко!
- Мне жаль, - без всякого раскаяния ответила она. - Я поспорила с Роном. Ты заслужил это, поцеловав меня и заставив думать, что ты Гарри.
Она встала и к его удивлению, протянув ему руку, помогла подняться с пола.
- Нам лучше уйти. В замке везде сенсоры, которые улавливают Черную Магию, учителя уже наверно бегут сюда.
- Ах да, - он встал, - это было в «Истории Хогвартса».
Гермиона остановилась и уставилась на него:
- Ты читал «Историю Хогвартса»?
- Да, - ответил он. - А что?
- Ничего... Пойдем.
После ухода МакНейра Люций тоже исчез, сказав Гарри и Нарциссе, что у него дела. Гарри не хотелось болтаться тут и вести дурацкие разговоры с матерью Малфоя - он решил обследовать имение. Может, сможет найти проход к подземелью? Сириус будет здесь завтра... Гарри решил подготовиться.
Сначала он вышел во двор и пошел вокруг имения, пытаясь определить его форму и размеры.
Зря он это сделал: сначала было довольно интересно, хотя и жутковато. Огромное имение казалось вырубленным из цельного куска гранита. Гарри обнаружил сад камней, конюшню (пустую), ужасно унылую террасу и гигантский лабиринт, куда Гарри не пошёл (он не очень любил лабиринты с четвертого года в школе). За лабиринтом он нашел маленький садик с кустами подстриженными в форме животных. Волшебных существ, поправил он себя: там были гиппогриф, феникс, единорог, тролль с топором, дракон и еще несколько отвратительного вида существ, которых Гарри не узнал.
Рассеянно он вытянул руку и ткнул пальцем куст в виде тролля, кажущийся таким натуральным...
Когда тролль повернулся и вцепился в его палец зубами, Гарри заорал и пригнулся - как раз вовремя, чтобы избежать топора, может, и сделанного из листьев и веток, но ударившегося об землю с весьма настоящим звуком. Гарри выхватил из рукава палочку и направил на тролля.
- Оглушить, - крикнул он, и тролль замер в движении.
Вскочив на ноги, Гарри побежал прочь из сада. Он гордился своими проклятьями, но не знал, насколько Ошеломляющее заклятие применимо к кустарнику.
Из раны от укуса тролля кровь текла ручьем, когда он вбежал в дом, его рукав весь намок.
Проходившая через переднюю Нарцисса вскрикнула.
- Драко! Что случилось? - она повернула его руку, чтоб осмотреть. Несколько листочков пристали к ране и выглядели, как сжатые зубы.
- Драко, ты же прекрасно знаешь, что нельзя ходить в сад с фигурными деревьями! Твой отец так разозлится, если... если... - она замолчала и, несмотря на все его протесты, втащила в кухню, где забинтовала его руку, смазав ее сперва чем-то фиолетовым, что жгло и щипало.
- Тебе придется вечером надеть перчатки, Драко, - сказала она. - Если твой отец...
- Вечером? - встревоженно переспросил Гарри, сразу забыв про руку. - Что вечером?
Закончив бинтовать, Нарцисса выпрямилась и с удивлением поглядела на него.
- Ты же знаешь, что по субботам у нас гости. Коллеги твоего отца скоро будут здесь.
- Ээ, да, - сказал Гарри. - Я забыл.
Он не мог не представить обед у Десли с коллегами дяди Вернона, однако подозревал, что большой обед с Пожирателями Смерти будет совсем иным.
- Должен ли я переодеться? - не подумав, спросил он.
- Драко! - Нарцисса смотрела ему прямо в глаза. - Ты знаешь, что должен одеть фамильную парадную мантию Малфоев.
- Точно, - сказал Гарри, но Нарцисса все равно поглядывала на него с подозрением, и он почувствовал, самое время уходить. - Я, пожалуй, начну одеваться, - сказал он, пятясь к двери. - Ты же знаешь эти нарядные мантии... столько застежек... - Нарцисса смотрела на него так, как будто он отрастил вторую голову. Гарри выскочил из кухни и припустил по коридору в сторону комнаты Драко.
Велев Драко подождать в гостиной Гриффиндора, потому что «я лучше тебя знаю, где Гарри держит свои вещи», Гермиона взлетела по лестнице и ворвалась в спальню мальчиков. Раньше она поступала так только в экстренных случаях и еще в Рождественское утро. Дин Томас, уже почти одевший пижаму, завопил и плюхнулся за кровать.
- Ты что делаешь, Гермиона? - прошипел он, высовывая голову из-за спинки. - Ты могла чтото... увидеть.
- Дин, клянусь, я ничего не видела, - сказал Гермиона. - Я просто забежала взять кое-какие вещи Гарри. Дай мне пять минут и можешь и дальше наслаждаться тишиной голым.
Она открыла сундук Гарри, нашла Плащ-невидимку Джеймса, Карту Грабителя и пару свитеров, на случай если похолодает. Оглядевшись в поисках мешка и увидев под кроватью школьную сумку Гарри, медленно потянула ее к себе.
Эту сумку она подарила Гарри в прошлом году. Сумка была совсем обычной, но Гермиона наложила на нее всяческие заклятия: чтоб она не рвалась, чтобы Гарри мог ее запереть, чтобы мог найти, если забыл где-нибудь - это случалось довольно часто. Еще она вышила на ней надпись - не волшебным способом, а сама, своими руками - «ГАРРИ ПОТТЕР ЛОВЕЦ ГРИФФИНДОРА».
Сумка напомнила ей о Гарри так явственно, что она всхлипнула. До этого она все делала на автопилоте, не думая о Гарри, иначе у нее просто опустились бы руки...
- Гермиона... - Дин на цыпочках пробежал к ней через комнату, встревоженный ее слезами.
Гермиона редко плакала. - Не плачь...
- Спасибо, Дин, - Гермиона подняла руку, чтобы остановить его. - Спасибо. Ты бы мог надеть штаны, но все равно - спасибо!
Настроение Гермионы не поднялось и тогда, когда она вернулась гостиную и увидела Драко, сидящим в одном из кресел и, по всей видимости, спящим. Она подошла к нему.
- Просыпайся!
Он открыл свои зеленые глаза и посмотрел на нее.
- Я не спал.
- Отлично, - сказала Гермиона, чувствуя себя по-идиотски. - Я иду за Гарри, - продолжала она. - Я подумала о том, чтобы взять Всполох, но я уверена, что ты не сможешь летать на нем так же хорошо за границами Хогвартса. Так что я иду в Хогсмид. Там есть поезд в полночь до Кинг Кросса...
Драко уже был на ногах.
- Я не пущу тебя одну, - спокойно, но твердо сказал он. - Ты никогда не найдешь Имение Малфоев, оно ненаходимое, как Хогвартс. И даже если ты его случайно найдешь, то там только на одних воротах семнадцать проклятий; и каждое требует специального разоружающего заклинания...
- Малфой, - перебила его Гермиона, - я и не думала идти без тебя, так что можешь заткнуться.
Вообще-то я собиралась угрожать тебе заклятием Истины, если ты не захочешь помочь мне попасть в твой кошмарный дом.
Теперь Драко почувствовал себя дураком.
- Ты не можешь просто так совершить заклинание Истины, - огрызнулся он. - Черная магия - не просто слова, это сложнее.
- Я бы не очень выпендривалась на твоем месте, если бы знала Черную Магию.
Гермиона повесила сумку Гарри на плечо и быстро пошла к выходу из гостиной. Драко поспешил за ней. Его бесило, что последнее слово всегда остается за ней.
Гарри сидел на краешке кровати Малфоя и тер глаза. Он уснул и ему снился странный сон, будто он бежит по темной дороге с Гермионой. Сон был очень реальным, казалось, что он действительно был там, рядом с ней, и когда он проснулся, тоска по Гермионе была просто невыносимой.
Конечно, сказал он себе, он скучал по всему в Хогвартсе, не только по Гермионе.
Гарри заставил себя встать и подойти к шкафу, где начал искать «Фамильную парадную мантию Малфоев». Это было трудно - оказалось, что у Драко много одежды: от длинных бархатных плащей всех цветов радуги до жутко дорогих на вид льняных рубашек от Дольче и Габбана. Должно быть, его родители тратят огромные деньги на это, обалдело думал Гарри. Одна коллекция модных очков от солнца стоила, наверно, больше шестисот фунтов. И они не были принадлежностью волшебников, однако, видимо, ненависть Малфоев ко всему Магглскому не распространялась на одежду от Армани.
- Драко!
Гарри подпрыгнул. Голос Нарциссы раздавался откуда-то сверху.
- Ты готов? Друзья твоего отца уже прибыли!
- Оп... - сказал Гарри. - Я не могу найти парадную мантию!
- Ну тогда оденься в черное! - резко ответила она.
- Ладно! - прокричал он, а затем подумал, надо ему кричать или она и так прекрасно его слышит? Чувствуя себя жутким идиотом, он подошел к шкафу и уже собирался достать пару черных брюк, когда голос Нарциссы вновь раздался над головой:
- И Драко, никакой магглской одежды!
- Черт, - тихо пробормотал Гарри, надеясь, что Нарцисса его не услышит.
- Я пошлю Антона помочь тебе, - сообщила она.
Раздался громкий хлопок, как будто повернули выключатель. Гарри полагал, что она прервала заклятие, которое позволяло говорить с ним на расстоянии. Интересно, кто такой Антон? Был ли он родственником Малфоя? Тихо ругаясь, он выбрал пару черных атласных брюк (редактор: интересно, бывают атласные брюки?), длинную черную рубашку, пару высоких черных ботинок из шкафа Драко и надел все это. Эти вещи выглядели наиболее волшебными из всех, но Гарри чувствовал себя глупо.
В дверь постучали, и Гарри, полный дурных предчувствий, открыл ее. Там стоял высокий мужчина в форме дворецкого и держал в руках черную с серебром бархатную мантию. Мужчина был прозрачным.
О, подумал Гарри, слуга-привидение. Круто.
Гарри уже привык к привидениям.
- Ваша мать велела принести Вам это, - сказал Антон-привидение, подавая мальчику мантию.
Она была длинной и дорогой на вид, с большой серебряной застежкой у воротника в виде змеи.
Гарри подумал, что будет счастлив, если больше никогда в жизни не увидит ни одной вещи в виде змеи. - Вы забыли ее в кабинете в прошлый раз.
Гарри перестал надевать мантию. Эта фраза будто зажгла огонек в его голове. Кабинет. В этом что-то было, что-то очень важное. Но что?
- Я думаю, вам будет удобнее застегивать мантию перед зеркалом, мастер Малфой, - сказало привидение, - это трудно.
Если он и находил борьбу Гарри с застежкой странной, то не выказывал этого.
Гарри подошел к зеркалу, все еще раздумывая над гостиной Малфоев, и у него вырвался возглас отвращения. Если бы Гарри был девушкой, он счел бы себя очень привлекательным: серебристые волосы Драко красиво контрастировали с черной мантией, вышивка серебром удачно оттеняла глаза. Но Гарри не был девушкой и думал, что выглядит как трансвестит. Оборки! Атлас! Бе-е!
Они сидели на станции в Хогсмид, ждали поезда, когда Драко вдруг засмеялся. Гермиона повернулась к нему и нахмурилась:
- Что смешного?
- Гарри, - ответил он. - Он надел мою одежду и ему она явно не нравится... Эй! - добавил он, - а мне нравится эта рубашка и совсем она не женская!
Гермиона пялилась на него.
- Малфой, перестань подслушивать мысли Гарри, - сказала она, - меня это жутко нервирует, - она подергала ремень сумки. - А он может видеть, что ты делаешь? - в конце концов спросила она.
- Немного... но он думает, что это сны.
- Почему?
- У Гарри воля сильнее, чем у меня, - спокойно сказал Драко. - Его легче чувствовать.
- А он... - Гермиона вцепилась в ремень сумки, - он думает обо мне?
Драко посмотрел на нее. Выражение его глаз невозможно было угадать:
- Иногда.
Она было открыла рот, но в этот момент подошел ярко-красный поезд с большими буквами на бокуХОГСМИД-ЛОНДОН.
Гермиона и Драко вошли в поезд, став единственными пассажирами в купе.
- Гермиона, - начал Драко, как только они уселись. - Как ты узнала, что я не Гарри?
Гермиона кусала губу. Почему он спросил об этом сейчас? У нее не было внятного ответа; было бы глупо сказать, что он не так пах, когда поцеловал ее, - не так, как Гарри. Она всмотрелась в его лицо, но оно было непроницаемым. Может, вот это?... - подумала она.
- Я всегда знаю, что Гарри думает. Он никогда не скрывал своих чувств. Но когда я смотрю на тебя, то я вижу его лицо, а самого Гарри нет. Я не могу даже предположить, что у тебя на уме.
Драко молча смотрел в окно. Они уже проехали густые леса рядом с Хогсмид и теперь за окном летели поля с темными точками ферм. Вставала огромная белая луна.
- Хочешь знать о чем я думаю? - спросил он, наконец.
- Нет, я думаю, это не очень приятно.
Гермиона тут же пожалела, что сказала это, но теперь не знала, как взять эти слова назад. Купе погрузилось в молчание.
Гарри и представить не мог, что большое сборище Пожирателей Смерти может быть таким скучным. Это были очень хмурые люди даже без их кошмарных масок.
Люций Малфой сидел во главе стола; некоторые имена были знакомы Гарри: там были Крабб и Гойл, такие же большие и противные, как их отпрыски; еще Нотт, Забини, Розье и Франц Паркинсон.
Гарри немного надеялся, что они будут говорить о Сириусе, но ему не повезло. Видимо, только МакНейр и отец Драко знали об этом плане. И Червехвост, конечно. И, похоже, они не хотели делиться славой с остальными.
Гарри сидел, втиснутый между Хьюго Забини (братом того Забини, что послал Гарри взрывающуюся метлу) и Элефтерией Парпис (единственная женщина среди Пожирателей Смерти), огромной женщиной в черном атласе, весьма симпатизировавшей Люцию Малфою. Она смеялась над всем, что он говорил, и постоянно наваливалась на стол, чтобы продемонстрировать свою обширную грудь. Нарцисса, занятая тем, что носила подносы с кухни и обратно, ничего не замечала.
Забини же очень нравилось расспрашивать Гарри о Хогвартсе и о веселье, которое там царит.
Гарри, для которого даже мысль о веселье сейчас казалось далекой и призрачной, продолжал изобретать способы повеселиться для Драко и Слитеринцев.
- Ну, мы много учимся, - говорил он, - и мы играем с пыточными инструментами в подземелье, и кто-то дал нам яйцо Василиска, и мы пытаемся его вывести.
- Это разумно? - спросил Розье, высокий человек с очень тонкими бровями.
Гарри, ошеломленный тем фактом, что его действительно кто-то слушает, пробормотал:
- Ну, МакНейр сказал, что убьет его, если он вырастет слишком большой.
- Я, например, - сказала Элефтерия, - люблю, чтобы дети учились для себя. Вот почему я послала сыновей в Дурмштранг, где они уже на пятом уровне по Темной Магии.
- Правда, что в Дурмшранге приковывают цепями учеников к леднику, если они получают мало СОВ? - спросил Гарри с любопытством.
- Не на ночь, - размахивая вилкой, ответила Элефтерия.
Забини повернулся к Гарри:
- Северус Снейп еще возглавляет Слитерин?
- Да, - сказал Гарри.
Люций Малфой внезапно повернулся и плюнул на пол.
- Драко, - сказал он сквозь зубы, - очень дружен с Северусом, несмотря на то, что тот предал нас. Я говорил сыну, что это неподобающе для него, но он не слушает.
Гарри уставился в тарелку.
- Северус получит по заслугам, Люций, - сказал Розье голосом, от которого у Гарри застыла в жилах кровь. - Когда мы запустим наш план.
Гарри и представить себе не мог, что от того, что что-то плохое должно случиться со Снейпом ему будет дурно - но он именно так себя и чувствовал.
- Отец, - вырвалось у него, прежде чем он успел подумать. - Я не очень хорошо себя чувствую. Могу я пойти к себе?
Это было ошибкой, Люций бросил на него взгляд, полный ледяной ярости, однако его голос был ровным:
- Конечно, Драко.
Гарри отставил стул и пошел к выходу. Когда он проходил мимо Люция, тот схватил его за руку.
- После ужина я хочу видеть тебя в кабинете, Драко, - сказал он. - Не опаздывай.
- Хорошо, - механически ответил Гарри и, высвободившись, заторопился из зала.
Выйдя, он прислонился к стене и взялся за голову. Слова Люция Малфоя прозвучали как гром - он вспомнил, как четыре года назад Малфой говорил, что именно под кабинетом его отец прятал предметы Темной Магии. Тогда Гарри подумал, что, может у них там секретная комната. Сейчас же он сообразил, что там находится вход в подвал, а может, и в подземелье. Шанс был ничтожный, но расследовать все равно стоило.
- Антон, - позвал он. - Антон.
Перед ним появилось привидение, с чайным полотенцем в руке и с удивлением на лице.
- Антон, - шепотом сказал Гарри. - Как мне попасть в кабинет? Я забыл.
Как Гарри и ожидал, привидение не удивилось.
- Следуйте за мной, мастер Малфой, - и он поплыл вниз по коридору, приведя Гарри в большую комнату с мягкими бархатными креслами, где над камином висел портрет высокой женщины с ожерельем из рубинов, а на полу лежал персидский ковер.
- Спасибо, Антон.
Привидение исчезло.
Гарри встал на колени и отогнул ковер. Под ним обнаружилась крышка люка с железной круглой ручкой. Гарри схватился за ручку и дернул.
Крышка легко поднялась. Гарри успел увидеть исчезающие в темноте ступени прежде чем раздался вопль, от которого раскалывалась голова.
- Мастер Люций! Мастер Люций! - Это верещала женщина на портрете, ее рот был открыт. - ЛЮК ОТКРЫТ! МАСТЕР ЛЮЦИЙ! КАБИНЕТ!
Гарри уронил крышку люка, но даже зажав уши руками, все равно слышал крики: «МАСТЕР ЛЮЦИЙ! БЫСТРЕЕ!»
В поезде Драко открыл глаза.
- О, нет... - сказал он. - Гарри, придурок, что ты наделал?