｡･:*:･ﾟ'☆Чемпионы｡･:*:･ﾟ'☆

На улице стояло начало июня. Воздух, еще не раскаленный до летней духоты, но уже теплый и наполненный ароматами распустившейся сирени и свежескошенной травы, струился через высокие окна Ледового Дворца "Метеор". Внутри царил знакомый контраст: прохлада, пахнущая льдом, металлом и резиной, и гулкая тишина перед бурей. Скоро начнется тренировка.

В мужской раздевалке "Красных Метеоров" царил привычный предтренировочный хаос, усиленный летней расслабленностью. Школы позади - каникулы! Можно полностью отдаться хоккею, боксу и летним приключениям.

Петя Хитрюк (№13), как вечный двигатель, не мог усидеть на месте. Он подбрасывал в воздух кроссовок, ловил его клюшкой, имитируя прием шайбы, и тут же скидывал, чтобы отжаться двадцать раз на скорость. Его фирменный оскал с черной дырой вместо зуба сверкал в такт его движениям. - Эх, лето, братва! Никаких этих... интегралов! Только лед, клюшка и... может, шашлыки после? - выкрикнул он, закончив отжимания и подпрыгивая на месте, будто на пружинах. Его темные карие глаза сканировали раздевалку, выискивая объект для следующей выходки.

Тарас Таранов сидел на скамейке, натягивая термобелье. Его мощные плечи и грудь напрягались под тканью. Он молча кивнул на слова Пети, его внимание было сосредоточено на шнуровке коньков. Его черная грива, еще не придавленная шлемом, падала на лоб. - Шашлык - это сила. - пробурчал он глубоким, чуть хрипловатым голосом. - Но сначала - лед. Надо разогнать кровь. - он потянулся, и кости хрустнули с тихим удовлетворяющим звуком. Его лицо в покое действительно выглядело немного грубоватым, но не злым.

Роман Сиякин (Капитан, №7) стоял перед зеркалом, поправляя уже идеально уложенные черные волосы. На его губах играла легкая, самоуверенная улыбка. Он ловил собственный взгляд в отражении. - Каникулы - отличное время, чтобы еще больше оторваться от этих школяров в других командах. - заявил он, поворачиваясь к остальным. - Мои сто шайб - это только начало. Этим летом поставлю технику так, что сканеры НХЛ задымятся. - он щелкнул воображаемую соринку с плеча своей новой, чуть мешковатой, но дорогой тренировочной толстовки с капитанской буквой "К". Его взгляд скользнул по остальным, оценивающе.

Лев Глебов (Вратарь, №1) уже был почти в полной амуниции. Он сидел, закинув ногу на ногу, и яростно тер щеткой маску своего шлема, стараясь убрать невидимую соринку. - Главное, чтобы сегодня не били по маске как в прошлый раз. - ворчал он, но в его глазах горел знакомый огонь. - А то потом девчонки на пляж зовут, а у меня фингал размером с шайбу! - он вдруг вскочил, изобразил сейв, замер на мгновение в театральной позе, представив овации, и самодовольно ухмыльнулся. Его короткие черные волосы торчали в разные стороны. - Красота! - сам себе одобрил он.

Тренер Сергей Петрович Барсов, мужчина лет пятидесяти с усталыми, но острыми глазами и вечной тренерской папкой под мышкой, вошел в раздевалку. Его появление мгновенно приглушило гам. Даже Петя замедлил свой бег на месте. - Собрались? Отлично. Перед тем как выйти на лед, важное объявление.

Тренер оглядел команду. В его взгляде читалось что-то необычное - смесь решительности и легкого опасения. - Команда наша крепчает, но обороне не хватает глубины, тактической гибкости. Особенно после того, как Семен ушел. Мы искали варианты... - тренер сделал паузу, давая словам вес. - И нашли. Сегодня к нам присоединяется новый игрок. Надеюсь, постоянный. Выходи.

Дверь раздевалки открылась еще шире. И в проеме появилась... девушка.

Таня Смирнова переступила порог. Она была в простых черных спортивных штанах и темно-синей футболке, подчеркивавшей ее фигуру: высокий рост (175 см), подтянутое, спортивное телосложение с четко прорисованными мышцами ног и корпуса, тонкая талия и красиво очерченные, широкие бедра. Ее грудь, 4-го размера, была естественной частью этой сильной, женственной фигуры. Но больше всего бросались в глаза ее волосы - короткие, пышные, насыщенно-шоколадные кудри, обрамлявшие миловидное, но сейчас абсолютно спокойное лицо. В руках она держала спортивную сумку и клюшку. Ее взгляд был направлен прямо на тренера, избегая пока что смотреть на парней.

Тишина в раздевалке стала абсолютной. Можно было услышать, как капает вода из душа.

Первым взорвался Петя Хитрюк. Его карие глаза округлились до предела, рот растянулся в еще более широкий, чем обычно, оскал, безжалостно демонстрируя черную дыру выбитого зуба. Он закатился истерическим, высоким смехом, ткнув пальцем в сторону Тани.

Петя - А-а-а-ха-ха-ха! Сергей Петрович! Вы чего?! Это же... это же девчонка! Ха-ха-ха! Вы там на Солнце печетесь, что ли? Зачем нам на льду девчонка? Она же сломается от первого же толчка! Ха-ха! Может, она тут печеньки разносить пришла? - он подпрыгивал на месте, хватаясь за живот. Его смех был заразителен, но пока что заражал только его самого.

Роман Сиякин медленно поднял одну бровь. Его самоуверенная улыбка сменилась выражением глубокого, ледяного презрения. Он скрестил руки на груди и окинул Таню медленным, оценивающим взглядом - от кудрявой макушки до кроссовок. Не как игрока. Как некий неуместный объект.

Рома - Серьезно, Сергей Петрович? - его голос был гладким, как лед, но с явной ноткой раздражения. - Мы тут тренируемся для побед, а не для... пикников. Что она тут делать будет? Подметать лед за нами? Или, может, подбадривать нас милыми речевками? У нас и так полно отвлекающих факторов. - он бросил многозначительный взгляд на других парней, как бы призывая их к солидарности. Его капитанская повязка вдруг показалась ему символом ответственности за сохранение "мужского" духа команды.

Тарас Таранов просто остолбенел. Его мощная челюсть отвисла. Он уставился на Таню, его темные глаза выражали полнейшее недоумение и легкую панику. Он явно не знал, как реагировать. Его мозг, привыкший к прямолинейным решениям - бить, бежать, бороться - просто завис перед этим неожиданным явлением. Он покраснел до корней своих черных волос и пробормотал что-то невнятное, вроде: - Эээ... ну... девушка... - он резко отвернулся, сконцентрировавшись на шнурке своего конька, который уже был зашнурован.

Лев Глебов сначала просто замер, его рот приоткрылся. Потом на его лице появилась широкая, немного глуповатая ухмылка. - Ого! - вырвалось у него. - Девчонка? Вот это поворот! Интересно, как она будет летать по воротам? - он явно представлял что-то театрально-эффектное. Но затем его лицо стало серьезным. - Хотя... ну, Сергей Петрович, вы шутите? Она же... ну... как защищать будет? Ее же сметут! - его бровь нервно дернулась. Мысль о хрупкой девушке перед его воротами, которую могут сбить, вызвала у него странное чувство - смесь насмешки и непонятной тревоги.

Тренер Барсов вздохнул, и его взгляд стал жестким, как лезвие конька. Он стукнул папкой по ладони, и звук, как хлопок, заставил всех вздрогнуть и замолчать. Даже Петя притих, его смешок застрял в горле.

Тренер - Замолчать! Все! - его голос прозвучал тихо, но с такой силой, что стены, казалось, задрожали. - Смеяться закончили? Отлично. Запомните раз и навсегда: Смирнова Таня - новый защитник команды "Красные Метеоры". Я не спрашиваю вашего мнения. Я объявляю вам факт. Она здесь не потому, что я сошел с ума на солнце. Она здесь потому, что заслужила это место. Потому что на льду она - монстр. И если кто-то из вас думает, что сможет ее сломать или смести... - тренер медленно обвел взглядом каждого, останавливаясь на Пете, потом на Романе. - ...то вы жестоко ошибаетесь. И первыми это поймете именно вы. Ваша задача - принять ее в команду. Работать с ней. Играть с ней. И учиться у нее. Потому что у нее есть чему поучиться даже вам, капитан. - он бросил острый взгляд на Романа. - Вопросы есть? Нет? Отлично. На лед. Смирнова, тебе - первая кабинка у окна. Одевайся.

Таня все это время стояла неподвижно. Ее лицо было каменной маской. Ни тени обиды, ни страха, ни гнева. Только абсолютная сосредоточенность и холодная решимость. Она почувствовала на себе смех, презрительные взгляды, недоумение. Ей было больно. Глубоко внутри что-то сжалось. Но она не позволила ни единой эмоции просочиться наружу. Она пережила распад "Жар-птиц". Она знала, что такое боль потери и несправедливость. Это было ничто. Она кивнула тренеру коротко, четко: - Есть. - её голос был низким, спокойным, без тени дрожи. Она прошла мимо ошеломленных парней, не глядя ни на кого, к указанной кабинке. Ее походка была легкой, уверенной, с отличной осанкой. Она достала из сумки свою форму - новую, чистую, ухоженную. Черно-красные цвета "Метеоров". Начала переодеваться быстро и эффективно, игнорируя любопытные и все еще скептические взгляды.

Петя перестал прыгать. Он смотрел на Таню, его оскал сменился выражением живейшего любопытства. - Монстр, говорите? - прошептал он себе под нос. - Ого... Интересно, какой у нее секрет? Может, тоже зуб выбит? - его хищный ум уже начал сканировать новичка, ища слабину, но пока не находил ничего очевидного.

Роман сжал губы. Его лицо выражало крайнее недовольство и раздражение. - Учиться? У нее? - он мысленно фыркнул. - Посмешище. Испортит всю игру. - он демонстративно медленно стал надевать налокотники.

Тарас все еще краснел и избегал смотреть в сторону Тани. Он чувствовал себя неловко. Девушка в раздевалке... Это было слишком непривычно. Он сосредоточенно копался в своей сумке, делая вид, что ищет что-то очень важное.

Лев покачал головой, все еще не веря. - Монстр... - пробормотал он. - Ну, посмотрим. Главное, чтобы не мешала. - он резко захлопнул свой шлем, проверяя крепление маски. Звук металла был резким.

Раздевалка наполнилась напряженным молчанием, прерываемым только шелестом ткани и лязганьем амуниции. Лед звал.

Выход на лед был напряженным. Парни шли группой, немного отстраненно от Тани, которая держалась чуть сзади. Тренер уже ждал у борта. Лед сверкал под яркими лампами, холодное дыхание арены встретило их.

Тренер - Разминка! Круги, растяжка! Быстро! - скомандовал Барсов.

Таня отошла в сторону, достала из кармана спортивных штанов маленький черный плеер и один наушник. Она вставила его в правое ухо, нажала кнопку, и ритмичная, энергичная музыка заполнила ее сознание, отсекая внешний шум и фокусируя на льду. Она сделала несколько глубоких вдохов и выдохов, затем плавно выкатилась на лед. Ее движения были легкими, почти невесомыми. Она начала с простых скольжений, но сразу было видно - это не просто бег. Каждое движение было выверенным, экономичным, с идеальным балансом.

Петя, носившийся как угорелый, выполняя свои фирменные резкие старты и торможения с фонтанами снега, невольно обратил внимание на ее скольжение. - Опа... - пробормотал он. - Ловко шаркает. Не новичок.

Роман грациозно выписывал дуги, отрабатывая дриблинг. Он бросил снисходительный взгляд на Таню. - Ну, хотя бы не падает пока. Маленькая победа.

Тарас разминался мощно, с размахом, его коньки резали лед уверенно, но без изящества. Он старался не смотреть в ее сторону.

Лев разминался у ворот, отрабатывая перемещения в кресте. Его взгляд то и дело скользил к новичку. - Музыка... Интересно, что она слушает?

Тренер - Сбор у меня! - крикнул он, когда разминка закончилась. - Первое упражнение. Работа в зоне. Нападающие против защиты. Таранов, Сиякин, Хитрюк - красные (атака). Глебов - в воротах. Смирнова, ты с защитой. Синяя. Работаем на отбор, на позицию, на вынос. Начали!

Тарас, Роман и Петя переглянулись. Ухмылка вернулась на лицо Пети. Роман кивнул с холодной уверенностью. Тарас сжал клюшку. Они выкатились в зону синих. Таня заняла позицию перед своими воротами, слева от центра. Ее поза была расслабленной, но готовой. Музыка в наушнике задавала ритм ее дыханию.

Подача. Шайба у Романа. Он, как всегда, решил действовать индивидуально. Увидев перед собой Таню, он мысленно усмехнулся. Легкая добыча. Он пошел прямо на нее, набирая скорость, демонстрируя мастерский дриблинг. Шайба мелькала у его крюка, как привязанная. Он приготовился обыграть ее одним из своих коронных финтов - резкое смещение корпуса влево, уход вправо.

Таня не бросилась вперед. Она слегка согнула колени, сместила вес. И в момент, когда Роман пошел на финт, она не клюнула на смещение корпуса. Вместо этого она совершила движение, которого здесь никто не ожидал. Резкий толчок внутренним ребром конька, легкий разворот на 180 градусов ("тройка" из фигурного катания!), и она оказалась не перед Романом, а сбоку от него, перекрывая его путь к воротам и идеально выставив клюшку на пути шайбы. Ее движение было настолько быстрым, плавным и неожиданным, что Роман просто потерял шайбу. Она мягко легла на крюк Таниной клюшки.

Роман замер, ошеломленный. Его лицо выражало полное непонимание. Что это было?! Он не просто не обыграл ее - он даже не понял, как она это сделала! Он смотрел на нее, как на пришельца. В его глазах впервые вместо презрения мелькнуло недоумение и... настороженное уважение.

Петя, наблюдавший за этим с края площадки, присвистнул. - Ого! Вот это поворот! Капитан, тебя только что... элегантно обнулили?! - закричал он, не скрывая восторга. Его оскал сиял. - Ха! Надо запомнить этот финт!

Таня уже сделала короткий, точный пас партнеру по обороне и заняла позицию снова. Она даже не взглянула на опешившего Романа. Музыка била ритм в ее ухе.

Следующая атака. Тарас получил шайбу за бортом, в углу зоны синих. Увидев, что его прикрывает Таня, он мысленно ахнул. - Девчонка... Но тренер сказал "монстр". И только что она обвела Романа. - адреналин и его природная прямолинейность взяли верх. Он решил пройти напролом. Взяв шайбу, он мощно разогнался вдоль борта, намереваясь протаранить Таню плечом и проехать к воротам. Он весил на добрых сорок килограммов больше, это был вопрос силы, а не техники.

Таня увидела его намерение. Вместо того чтобы отскочить или попытаться встать в силовую - что было бы бесполезно против его мощи - она сделала нечто иное. Она резко ускорилась навстречу ему, но не прямо, а под острым углом. В последний момент, когда столкновение казалось неизбежным, она резко развернулась спиной к нему, приняв удар на бедро и корпус, но одновременно подставила клюшку и... выбила шайбу у него из-под крюка в момент контакта! Удар Тараса пришелся, но Таня, использовав его же инерцию, провернулась вокруг своей оси (еще один элемент фигурки!), гася силу удара, и осталась на ногах, контролируя пространство. Шайба ушла к борту.

Тарас, пролетев мимо, уперся в борт и обернулся. Его лицо выражало шок. Он не сбил ее! Она не упала! Она выбила у него шайбу! Он смотрел на нее широко раскрытыми глазами. Его щеки снова залились румянцем, но теперь это был румянец стыда и потрясения. - Ты... ты как... - пробормотал он, не находя слов.

Тренер - Сильно, Тарас! - крикнул он. - Но недостаточно чисто! Смирнова - молодец! Контроль корпуса! Чувствовала соперника!

Петя хохотал. - Тарасик, тебя только что девчонка поставила на место! Ха-ха-ха! Видал, что твоя сила против тактики?! - он был в восторге от зрелища.

Лев, стоявший в воротах, наблюдал за всем, открыв рот. - Ничего себе... - прошептал он. - Она реально... крепкая. И ловкая... как кошка.

Следующие минуты стали откровением для "Метеоров". Таня не просто играла в защите. Она доминировала в своей зоне. Ее скорость была феноменальной. Она успевала везде. Ее ловкость, усиленная навыками фигурного катания, позволяла ей совершать невероятные маневры: резкие развороты на пятачке, скольжение спиной вперед с полным контролем, уходы от силовых приемов с минимальными потерями позиции. Она читала игру на шаг вперед, перехватывая опасные передачи. И самое главное - она играла жестко, но безупречно чисто. Ни тебе подножек, ни зацепов, ни провокаций. Только точный расчет, скорость и безупречное владение коньками и клюшкой. Когда Петя попытался применить свою фирменную "хитрость" - незаметно придержать ее клюшку за крюк - она просто резким рывком вырвала клюшку, чуть не выбив ему зубы (оставшиеся), и тут же отобрала у него шайбу.

Петя - Эй, полегче! - взвизгнул он, потирая запястье. - Ты же чуть клюшку не сломала!

Таня - Играй чище, Хитрюк. - спокойно бросила она, своим спокойным голосом, увозя шайбу. - Или зубы побереги. - это был первый раз, когда она заговорила с кем-то из них.

Петя замер. Потом расхохотался. - О, говорит! И с юмором! Нравится мне эта девчонка! Монстр, точно!

Роман молчал. Он пытался обыграть ее, использовать свою технику, но она парировала все его попытки с пугающей легкостью. Ее умение предугадать его действия и молниеносно среагировать выбивало его из колеи. Его самолюбие было уязвлено. Но вместе с раздражением росло и невольное уважение. Он видел мастерство. А мастерство он признавал. Хотя и скрепя сердце.

Тарас после неудачной попытки тарана больше не лез напролом на Таню. Он старался играть через пас, но его взгляд постоянно возвращался к ней. В нем боролись недоумение, остатки стыда и зарождающееся любопытство. Как она это делает?

Лев, видя, как Таня раз за разом разрушает атаки, начинал чувствовать себя спокойнее. - Каменная стена. - подумал он. - Только не каменная... живая и очень быстрая. - он даже пару раз крикнул ей: - Хорошо, Смирнова! Чисто! - когда она выносила шайбу из зоны.

Когда тренер дал свисток на перерыв, парни выкатились к борту молчаливые и задумчивые. Смешки и презрение испарились. Осталось потрясение, уважение и куча вопросов. Таня сняла наушник, вытерла пот со лба. Ее лицо было сосредоточенным, но не усталым. Она спокойно попила воды.

Тренер Барсов подошел к группе. - Ну что? Еще есть вопросы, зачем она здесь? - он оглядел команду. Петя виновато ухмыльнулся, Тарас смотрел в пол, Роман хмурился, Лев кивнул. - Видели? Это скорость. Это чтение игры. Это чистая, эффективная защита. И это - только начало. Принимайте игрока. Работаем дальше.

Тренировка продолжилась. Отношение изменилось кардинально. Парни стали пасовать Тане, кричать подсказки, принимать ее в свои построения. Петя даже попытался с ней пошутить пару раз (она ответила сдержанной полуулыбкой). Тарас старался играть аккуратнее рядом с ней. Роман, хоть и не разговаривал с ней, но больше не игнорировал ее открытые позиции. Лев чувствовал себя увереннее, зная, что перед ним не дыра. Лед принял новую защитницу. Монстр вышел на охоту, и "Метеоры" это почувствовали. И, как ни странно, им это начало нравиться.

После интенсивной двухчасовой тренировки, наполненной адреналином и новыми впечатлениями, Таня быстро приняла душ в отдельной (тренер предусмотрел) душевой кабинке. Надев чистые джинсы и простую серую футболку, она снова собрала свои кудри под легкую летнюю шапочку, взвалила сумку на плечо и вышла из Ледового Дворца в теплый июньский полдень.

У нее не было времени отдыхать. Летние каникулы означали не только больше льда, но и больше работы. Ей нужно было успеть на две смены.

Кондитерская "Сладкоежка" находилась в центре города, недалеко от парка. Запах свежесваренного кофе, ванили и горячего шоколада встретил Таню, как теплый, сладкий плед после ледяной арены. Она быстро прошла в маленькую подсобку, переоделась в фирменный фартук с логотипом кондитерской (стилизованная кекс с вишенкой) и повязала волосы в практичный, но не лишенный изящества хвостик, из которого все равно выбивались упрямые шоколадные кудри.

Оля - Тань, живая! - встретила ее коллега, веселая девушка с розовыми волосами. - Как ледовый монстр? Сломала кого-нибудь сегодня? - Оля знала о хоккее Тани и относилась к этому с восхищенным удивлением.

Таня позволила себе легкую улыбку. - Пока только амбиции. И клюшку Петькину чуть не сломала. - на быстро вымыла руки и встала за прилавок. - Что, народу много?

Оля - Да как обычно, волна после обеда. Особенно на кофе с пирожными. - она кивнула на столики, где уже сидело несколько человек.

Работа в кондитерской требовала другого рода концентрации - быстрой, вежливой, аккуратной. Таня легко переключилась. Ее движения за прилавком были такими же экономичными и точными, как на льду: взвешивание конфет, нарезка тортов, приготовление капучино с идеальной пенкой. Она знала меню наизусть, легко ориентировалась в предпочтениях постоянных клиентов.

Таня - Марья Ивановна, как обычно, "Птичье молоко" и эспрессо? - спросила Таня пожилую даму, только что вошедшую.

Марья Ивановна - Ах, Танюша, золотая! Точно, милая! И кусочек поменьше, а то фигура... - заулыбалась клиентка.

Таня - Все понимаю. - кивнула Таня, уже отрезая идеальный кусок нежнейшего торта. Она упаковала его, быстро приготовила кофе. - Вам помочь до столика?

Марья Ивановна - Спасибо, доченька, сама донесу. Ты тут у меня самая расторопная! - она заплатила, оставив на сдачу немного чаевых.

Таня работала на автомате, но внутри бушевали эмоции после тренировки. Она ловила себя на том, что мысленно прокручивает моменты: как Роман остолбенел после ее финта, как Тарас врезался в борт, как Петя визжал от восторга. Чувство удовлетворения от хорошо выполненной работы - и там, и здесь - смешивалось с горечью от их первых насмешек. Но она гнала слабость прочь. Выживать. - напоминала она себе. - Работать. Играть.

Через пару часов пришла смена. Таня быстро переоделась, схватила яблоко, купленное со скидкой у хозяина кондитерской ("Бери, Тань, подкрепись, ты же у нас силач!"), и побежала на автобус. Следующая точка - кафе "У Павла".

Кафе "У Павла" было более шумным и демократичным местом, чем уютная "Сладкоежка". Здесь подавали сытные бизнес-ланчи, пиво, бургеры. Вечерняя смена только начинала набирать обороты. Таня, уже в другом фартуке, темном и более практичном, быстро прошла в служебную комнату, снова переделала хвост, смахнула со лба навязчивую прядь и вышла в зал.

Павел - Таня, наконец-то! - крикнул владелец, человек лет сорока с вечно озабоченным видом. - Столы у окна - твои. Там уже компания засела, ждут меню. И бар просит помочь с разносом заказов на террасу.

Таня - Разбираюсь. - коротко ответила она, уже беря поднос с меню и направляясь к указанным столикам.

Работа здесь была динамичнее, требовала большей выносливости и стрессоустойчивости. Нужно было запоминать сложные заказы, успевать обслуживать несколько столиков одновременно, терпеливо сносить капризы уставших после работы посетителей, уворачиваться от пьяных шуток. Но Таня справлялась. Ее стальные нервы, закаленные и на льду, и в жизни, помогали сохранять ледяное спокойствие. Она была вежлива, быстра, но держала дистанцию. Никакого флирта, никаких лишних улыбок - только профессионализм.

Незнакомец - Девушка! Официант! - позвал мужчина с одного из ее столиков, явно уже выпивший лишнего. - Мы тут заказали еще пива, а где оно? Уже полчаса ждем! И картошку фри подгоревшую принесли!

Таня подошла, ее лицо было невозмутимым. - Извините за ожидание, сейчас уточню у бара. Насчет картошки фри - если она действительно подгорела, мы заменим бесплатно. Принесу вам свежую порцию вместе с пивом.
- её голос был ровным, без тени раздражения или страха.

Мужчина, ожидавший, видимо, скандала, немного сбавил тон. - Ну... ладно. Смотрите там!

Таня кивнула и пошла к бару. - Андрей, пиво на пятый стол задерживается. И пережарь порцию картошки фри для них, пожалуйста. Клиент недоволен. - бармен, парень лет двадцати пяти, закатил глаза, но кивнул. - Этим вечно что-то не так... Ладно, Тань, сделаю.

Через десять минут Таня несла на подносе три бокала пива и свежую, золотистую картошку фри. - Вот ваше пиво, извините еще раз за задержку. И свежая картошка фри, в подарок от заведения за неудобство. - на поставила все на стол.

Мужчина пробурчал что-то вроде "ну, теперь норм", и компания погрузилась в еду и разговоры. Кризис был предотвращен. Павел, наблюдавший со стороны, одобрительно кивнул в сторону Тани. Она была бесценным работником - не теряла голову.

Смена шла своим чередом. Ноги гудели от усталости после тренировки и беготни. Желудок предательски ныл - яблоко было давно. Таня ловила моменты, чтобы выпить стакан воды или схватить кусочек хлеба на кухне. - Еще немного. - уговаривала она себя. - Дотерплю до конца.

Когда наконец закончилась смена и Таня вышла из кафе, город уже погрузился в теплые летние сумерки. Фонари зажгли мягкий желтый свет, на тротуарах гуляли люди. Таня шла медленно, наслаждаясь относительной тишиной и прохладой вечера. Усталость валила с ног, но внутри было странное чувство пустоты и... голода. Сильного, физического голода. Она зашла в круглосуточный магазин у дома, купила пару йогуртов, хлеб и ветчину.

Ее квартира находилась в пятиэтажке недалеко от центра. Не элитное жилье, но приличное. Ключ щелкнул в замке, и Таня вошла в свою маленькую крепость. Двухкомнатная. Современный ремонт (видимо, сделанный когда-то дядей перед ее заселением), но без изысков. Чисто, аккуратно, даже аскетично. В прихожей - небольшой шкаф для одежды и полка для обуви. На ней аккуратно стояли кроссовки и зимние ботинки. Коньки и клюшка были в чехле, прислоненные к стене - священные артефакты.

Гостинная самая большая комната. Диван-кровать, покрытый простым серым пледом. Небольшой телевизор на тумбе. Книжный шкаф, заполненный в основном учебниками (физика, математика, биология - следы репетиторов) и несколькими книгами по хоккею. На стене - единственное яркое пятно: большая, немного выцветшая фотография команды "Жар-птицы". Таня, лет тринадцати, в форме, стоит рядом с подругами по команде, все улыбаются, держат кубки. Счастливое время. Рядом - скромная полка с парой девичьих безделушек: кристаллик, подаренный подругой, засушенный цветок.

Спальня/Кабинет: Небольшая комната. Узкая кровать с тумбочкой. На тумбочке - будильник и зарядка для телефона. Стол с ноутбуком - центр ее удаленной работы (она помогала с вводом данных для небольшого интернет-магазина). На стене - расписание: тренировки, работа, репетиторы (вычеркнуты на лето), удаленка. Все по часам. Шкаф с одеждой - минимум вещей, в основном спортивный стиль и простая повседневка. Никаких платьев, никакой косметики в избытке.

Кухня: Маленькая, но функциональная. Все необходимое. Чистота. На холодильнике - магниты и список продуктов. Никаких семейных фото, только памятка с номерами экстренных служб и графиком оплаты коммуналки (автоплатеж, но контролировать нужно).

Таня скинула сумку, включила свет. Тишина квартиры обволакивала, одновременно успокаивая и подчеркивая одиночество. Она пошла на кухню, поставила кипятить чайник. Пока вода грелась, она быстро разделась, приняла быстрый, освежающий душ, смывая остатки рабочего дня и липкий слой воспоминаний о насмешках. Надела мягкие спортивные шорты и старую футболку.

Ужин был простым. Она ела медленно, сосредоточенно, ощущая, как утоляется мучительный голод. Тело благодарно расслаблялось. Она сидела на кухне, глядя в окно на засыпающий двор. Мысли снова вернулись к тренировке. К их лицам - сначала смеющимся, потом ошеломленным. К Роману... Его презрение кололо сильнее других. - Пусть думает, что хочет. - подумала она упрямо, отгоняя обиду. - Он увидит.

Чайник засвистел. Таня заварила крепкий черный чай с травами (подарок Оли из кондитерской) и пошла в гостиную. Она села на диван, поджав ноги, и включила ноутбук. Не для развлечений. Она открыла папку с записями матчей НХЛ - изучала игру лучших защитников, их позиционирование, работу с клюшкой. Это была ее "учеба". Ее страсть. Ее способ забыть о том, что завтра снова на две работы, что квартира пуста, что тетя звонит раз в месяц сухим голосом: Деньги на счету? Коммуналка оплачена. - то она совсем одна.

Она смотрела записи, делая пометки в блокноте, иногда повторяя движение клюшкой в воздухе. Ее лицо в свете экрана было сосредоточенным, почти суровым. Монстр анализировал. Готовился. Усталость медленно накрывала ее, как теплая волна. Глаза слипались. Она допила чай, сохранила файлы, выключила ноутбук. Перед тем как лечь, она подошла к фотографии "Жар-птиц". Провела пальцем по своим детским, счастливым чертам. По лицам подруг.

Она потушила свет и легла на диван, укрывшись пледом. Через несколько минут ее дыхание стало ровным и глубоким. Крепость одиночества погрузилась в сон, охраняемый лишь призраками прошлого и стальной волей своей хозяйки.

Тем временем, в раздевалке "Метеоров" после ухода Тани и тренера, воцарилась необычная атмосфера. Вместо привычного шума и баловства висело задумчивое молчание, прерываемое редкими репликами. Парни медленно снимали амуницию, каждый переваривая увиденное.

Первым не выдержал Петя. Он швырнул нагрудник в корзину для грязной экипировки и расхохотался, но смех был уже другим - восхищенным, почти восторженным.

Петя - Ну и ну, братва! Видали? Видали ЭТО?! - он вскочил, пытаясь повторить резкий разворот Тани. Получилось криво, он чуть не упал. - Ха! Вот это финт! Церковью, что ли? Я как стоял, так и обалдел! Капитан... - он повернулся к Роману. - ...ты как, вкус клюшки помнишь? Она тебя так... чик! - Петя сделал резкое движение рукой, изображая отбор. - И шайба у нее! Просто космос!

Роман, снимая коньки с преувеличенной аккуратностью, поморщился. Его лицо было хмурым. - Не надо раздувать из мухи слона, Хитрюк. Да, ловко вышло. Неожиданно. Но это единичный эпизод. - он бросил коньки в сумку с непривычной резкостью. - Хоккей - игра командная. А она... она играет сама по себе. Музыка в ухе, никакого общения. Как с ней взаимодействовать? Как строить оборону?

Лев - Да ладно тебе, Ром. - вступился он, протирая маску. - Ты видел, как она зону закрывает? Как шайбу выносит? Чисто, быстро, без паники. Я за воротами спокойнее себя чувствовал, когда она в зоне была. Как будто щит поставили. - он задумчиво потер подбородок. - И знаешь... она играет как... как будто видит на шаг вперед. Как ты, только в обороне.

Роман фыркнул. - Сравнил. Она новичок. В мужской команде. Время покажет. - но в его тоне уже не было прежней уверенности. Укол самолюбию был сильным.

Тарас, который молча возился со своими вещами, вдруг громко вздохнул. Все посмотрели на него. Его мощное лицо было серьезным, даже озабоченным.

Тарас - Я... я думал, сломаю ее. - пробасил он, глядя на свои огромные ладони. - Пошел напролом... как всегда. А она... она меня как будто обвела. Не физически, а... умом? Я врезался, а шайбы уже нет. И она стоит. - он покачал головой, его черная грива раскачивалась. - Сила... сила не всегда главная. Вот так. - для Тараса это было почти философское откровение.

Петя подскочил к нему, ткнул пальцем в грудь. - Вот! Тарасик прозрел! Девчонка тебя тактике научила за пять минут! Ха-ха! Сергей Петрович не зря сказал - учиться у нее! - он вдруг стал серьезным. - А че она с музыкой? Это типа фокусировка? Или чтобы нас не слышать? Особенно вот этого... - Петя скорчил рожу, изображая насмешливого Романа.

Роман бросил в него свернутыми щитками. - Отвали, Хитрюк! Играть будем - посмотрим, как она в настоящем матче, под прессингом. - но в его глазах мелькнуло любопытство. Музыка... Это был необычный прием.

Лев - А че она вообще молчит? - задумчиво спросил он. - На льду - ноль эмоций. Только вон тогда Хитрюку про зубы ляпнула. И то делом. - он усмехнулся. - Хорошо ляпнула, кстати.

Тарас - Может, стесняется? - предположил он неожиданно. - Мы же... ну... сразу так... - он снова покраснел, вспомнив свой смех.

Петя - Стесняется? - фыркнул он. - Да она на Тараса плечом взяла и не дрогнула! Какое там стеснение! Она просто... сосредоточена. Как снайпер. Или... шпион! - его глаза загорелись азартом. - Надо ее раскусить! Узнать ее секреты! Может, она спецагент, внедренный?

Роман встал, закинув сумку на плечо. - Мечтай, Хитрюк. И хватит трепаться. Завтра утром снова на лед. Посмотрим, не был ли сегодняшний ее "монстризм" случайностью. - он направился к выходу, но на пороге остановился, не оборачиваясь. - Но... чисто сыграла. Это да. - и вышел.

Остальные переглянулись. Признание, пусть и вымученное, от капитана и главного критика чего-то стоило.

Петя - Ну что, братва? - озорно подмигнул. - "Красные Метеоры" теперь с секретным оружием? С девчонкой-монстром?

Лев - С игроком. - поправил он, надевая ветровку. - Просто игроком. Сильным. Интересно, как ее зовут-то? Таня, вроде?

Петя - Таня-невидимка, Таня-тайфун! - запел он, выходя из раздевалки. - С выбитым зубом я, а она - без единого изъяна! Ну, почти!

Тарас и Лев последовали за ним, улыбаясь. Первый шок прошел. Осталось недоумение, уважение, куча вопросов и щемящее чувство, что в их привычный, чисто мужской мир ворвалось что-то новое, непонятное и очень мощное. И как бы они ни пытались это игнорировать или высмеивать, игнорировать это было уже невозможно. Таня Смирнова стала частью "Красных Метеоров". Игра началась по-настоящему.

________________________________________________________________________________