16
14 лет
Знаю, с моей стороны было глупостью позвать с собой Тейлор. Я это знала, но все же пригласила ее. Мальчики из нашего класса называли ее Золотко, а она делала вид, что терпеть этого не может, хотя на самом деле ей это нравилось.
Чеен любила повторять, что когда я возвращалась после летних каникул, ей приходилось возвращать меня к жизни. Она будила во мне желание продолжать мою обычную жизнь в школе, общаться с парнями из класса и подругами. Она старалась познакомить меня с самым симпатичным другом парня, с которым она встречалась на тот момент. В конце концов, я начинала смиряться с этим: мы ходили в кино, в кафе, но мыслями я все равно находилась в другом месте. Тех парней невозможно сравнить ни с Чонгуком, ни с Хосоком.
Чеен была такой красивой, что парни, увидев ее, сворачивали шеи. А я обычно выступала в роли смешной девчонки и развлекала их своими шуточками. Я думала, что если приглашу ее в наш домик на пляже, то буду казаться мальчикам такой же красивой. Понимаете? Такой же, как она. Но мы даже не были похожи, и это было всем известно. Я думала, что если Чеен приедет со мной, мальчики сразу начнут приглашать нас на вечерние прогулки по пляжу и на ночевки под открытым небом. Я думала, что наконец-то окажусь в центре событий.
И я не ошиблась на этот счет.
Чеен умоляла взять ее на все лето. Я отказывалась, убеждая, что будет слишком много народу, но она была довольно убедительной. В этом, конечно, была только моя вина. Я слишком часто и подолгу расписывала ей парней, и в глубине души я хотела, чтобы она со мной поехала. Ведь она моя лучшая подруга. Ей хотелось, чтобы мы всегда были вместе и делили каждую минуту нашей жизни, и раздражалась, если это было не так. Когда она записалась на факультатив испанского языка, она захотела, чтобы я ходила вместе с ней даже несмотря на то, что я никогда еще не занималась испанским. Она говорила, что после окончания школы мы отправимся в Кабо-Сан-Лукас. Моей же мечтой было поехать на Галапагосские острова. Я хотела посмотреть на голубоногих олушей, и папа обещал, что возьмет меня с собой. Я не говорила об этом Чеен, но уверена, что ей бы эта идея не понравилась.
Мы с мамой встречали Чеен в аэропорту. Она сошла с трапа в коротеньких шортах и майке, которых я еще никогда на ней не видела. Обнимая, я спросила ее, стараясь не выдавать своей зависти:
– Когда ты это купила?
– Мы с мамой прошлись по магазинам прямо перед моим отъездом, – ответила Чеен, протягивая мне одну из своих сумок. – Классно, правда?
– Да, классно. – Сумка оказалась тяжелой. Мне стало интересно – неужели она забыла, что приехала только на неделю?
– У мамы сейчас трудные времена. Они с папой разводятся, и она покупает мне разные шмотки, – сказала Чеен, закатывая глаза. – Мы даже вместе сделали маникюр. Глянь-ка! – Чеен протянула правую руку. Ее длинные ногти были аккуратно подпилены и покрыты малиновым лаком.
– Наращенные?
– Конечно нет. Я не ношу искусственные ногти.
– Но я думала, что ты не отращиваешь ногти из-за скрипки.
– А, мамочка наконец разрешила мне бросить скрипку. Чувствует себя виноватой из-за развода, – сказала она тоном знатока. – Сама знаешь, каково это.
Чеен была единственной девушкой из всех, кого я знала, кто до сих пор называл маму «мамочкой». И единственной, кто этим пользовался, чтобы избежать наказания за какие-нибудь проделки.
Парни сразу же обратили на нее внимание. Мне показалось, что они были восхищены размером ее груди и ярким блондом. Мне хотелось сказать им, что все дело в бюстгальтере и краске для волос. Обычно волосы у нее не такие светлые. Но не думаю, что их это волновало.
Что касается моего брата, то он едва оторвал взгляд от телевизора. Чеен всегда его раздражала. Мне стало интересно, известил ли он об этом Чонгука и Хосока.
– При-ивет, Юнги, – произнесла Чеен нараспев.
– Ага, – пробормотал он в ответ.
Чеен закатила глаза и прошептала мне:
– Грубиян!
Я рассмеялась.
– Чеен, это Чонгук и Хосок, а Юнги ты знаешь. – Мне стало интересно, кого бы она выбрала, кого бы посчитала симпатичнее, веселее, лучше.
– Привет, – сказала она, рассматривая их с ног до головы, и я тут же поняла, что она запала на Чонгука. Мне было приятно это осознавать, потому что я прекрасно знала, что Чонгук никогда и ни за что не выберет ее.
– Привет, – ответили они.
Чонгук повернулся обратно к телевизору, как я и рассчитывала. Хосок одарил ее своей фирменной улыбкой и сказал:
– Так ты подружка Лисы? А мы-то думали, у нее нет друзей.
Я ждала, что он улыбнется мне, давая понять, что он просто шутит, но он даже не посмотрел в мою сторону.
– Заткнись, Хосок, – сказала я. Он усмехнулся, скользнув по мне взглядом, и снова посмотрел на Чеен.
– У Лисы куча друзей, – ответила Чеен весьма прохладно. – Неужели я выгляжу так, как будто могу дружить с неудачницей?
– Да, – отозвался Юнги с дивана. – Именно так ты и выглядишь.
Чеен пригвоздила его взглядом к подушкам.
– Не суй нос не в свои дела, Юнги. – Потом повернулась ко мне и сказала: – Не покажешь мне нашу комнату?
– Да, Лиса, почему бы тебе не сделать это? Почему бы тебе не побыть рабыней Тей-Тей? – сказал Юнги и снова улегся.
Я проигнорировала его.
– Пойдем, Чеен.
Как только мы вошли в комнату, Чеен тут же прыгнула на кровать у окна – на мою кровать.
– О, боже, он так прекрасен!
– Кто? – спросила я, хотя уже знала, кто именно.
– Конечно, темненький. Мужчина в моем вкусе…
Я мысленно закатила глаза. Мужчина? Чеен только что встретилась с двумя парнями, ни один из которых и близко не выглядел как мужчина.
– Сомневаюсь, что это хороший выбор. Чонгука совершенно не волнуют девушки. – Я знала, что это неправда. Чонгука волновали девушки, и еще как. Например, прошлым летом он очень даже интересовался той девчонкой, Энджи, так, что они дошли до поцелуев с языком.
Карие глаза Чеен сверкнули.
– Я люблю трудности. Не я ли стала президентом класса в прошлом году? И секретарем за год до этого?
– Да помню я. Я же была менеджером твоей кампании. Но с Чонгуком все совсем не так. Он… – Я задумалась, подыскивая нужное слово, которое могло отпугнуть Чеен. – Он вроде как тревожный.
– Что? – воскликнула она.
Я быстренько пошла на попятную. Скорее всего «тревожный» – слишком сильно сказано.
– Я не говорю, что он в буквальном смысле «тревожный», но он бывает довольно напряженным. Серьезным. Лучше присмотрись к Хосоку. Он больше тебе подходит.
– Лиса, что это значит? – поинтересовалась она. – Я, что, недостаточно серьезная?
– Ну…
Она действительно не слишком серьезная.
– О, ничего не отвечай. – Тейлор открыла спортивную сумку и начала выгружать свои вещи. – Хосок симпатичный, но мне понравился Чонгук. И я собираюсь вскружить голову этому парню.
– Только не говори потом, что я тебя не предупреждала. – Я уже была в предвкушении того момента, когда скажу «а я тебя предупреждала!». Этот момент обязательно должен наступить, рано или поздно.
Она достала бикини в желтый горошек.
– Как думаешь, достаточно ли оно откровенное для Чонгука?
– Это бикини даже на Бриджет не налезет. – Ее сестре было семь лет, и она была очень невысокой для своего возраста.
– Точно.
Я закатила глаза.
– Не говори, что я тебя не предупреждала. И ты сидишь на моей кровати.
Мы надели купальники – Чеен свой крошечный желтый, а я достаточно закрытое черное танкини с поддерживающими чашечками. Мы переоделись, и Чеен, глядя на меня, произнесла:
– Лиса, у тебя так выросла грудь!
Я натянула майку и ответила:
– Да не так чтобы.
Но на самом деле так и есть. Прошлым летом груди у меня вообще не было. И вот она появилась, похоже, в одну ночь.
Мне это не нравилось. Грудь замедляла меня: я больше не могла быстро бегать, я смотрелась неуклюжей. Вот почему я стала носить мешковатые футболки и цельные купальники. Мне очень не хотелось, чтобы мальчики что-нибудь говорили по этому поводу. Они наверняка стали бы дразнить меня, а Юнги предложил бы чем-нибудь ее прикрыть, от чего мне захотелось бы провалиться под землю.
– И какой у тебя сейчас размер? – спросила она.
– Второй, – соврала я. На самом деле у меня был третий.
Чеен расслабилась.
– О, клево! У нас практически один размер. У меня тоже уже почти второй. Почему бы тебе не надеть одно из моих бикини? В этом сплошном купальнике ты выглядишь так, будто выступаешь в команде пловцов. – Она подняла голубое бикини в белую полоску и с красными бантиками по бокам.
– Но я же в самом деле выступаю в команде пловцов, – напомнила я. Зимой я участвовала в соревнованиях от команды нашего района. И только летом не ездила на сборы, потому что все время проводила в Казенсе. Занятия плаванием были для меня неким связующим звеном с моей летней жизнью, давали мне возможность почувствовать, что совсем скоро я снова отправлюсь на пляж.
– О, не напоминай, – сказала Чеен. Она потрясла бикини перед моим носом. – Оно будет миленько на тебе смотреться, очень пойдет к твоим каштановым волосам и новой груди.
Я состроила гримасу и отшвырнула бикини прочь.
С одной стороны, мне очень хотелось надеть его и показать, что я выросла и стала девушкой, но с другой – я понимала, что это весьма рискованное желание. Юнги вмиг накинет мне на голову полотенце, и я почувствую себя жалкой десятилеткой.
– Мне нравится по-настоящему плавать в бассейне, – сказала я, и это была чистая правда – мне нравилось наматывать круги в воде.
Чеен пожала плечами.
– Ну, тогда не вини меня, если парни не станут с тобой разговаривать.
Я пожала плечами точно так же, как и она.
– Меня не волнует, будут они со мной разговаривать или нет, я вообще не интересуюсь ими в этом смысле.
– Ага, конечно! Ты была одержима Чонгуком столько, сколько я тебя знаю. В прошлом году ты даже не общалась с парнями в школе.
– Чеен, с тех пор прошло много времени. Они мне как братья, совсем как Юнги, – сказала я, натягивая шорты.
Правда была в том, что они оба мне нравились, каждый по-своему, и я не хотела, чтобы Тейлор знала об этом, потому что, какого бы парня она ни выбрала, в любом случае он почувствовал бы себя использованным. Но, кажется, Тейлор это не останавливало. Она попытается заполучить Чонгука любым путем. Я хотела сказать ей «кто угодно, только не Чонгук», но это было бы нечестно. Я бы ревновала и Хосоку, он – мой друг, не ее.
Выбор очков (она привезла четыре пары), которые подошли бы к ее купальнику, журналов и масла для загара занял у Чеен целую вечность. Когда мы вышли, мальчики уже были в бассейне.
Я сразу сбросила одежду, готовая прыгнуть в воду, а Чеен, закутанная в тонкое полотенце, заколебалась. Я догадалась, что она занервничала из-за своего супермини-бикини, и даже немного обрадовалась, потому что уже начала уставать от того, что она так выделывается.
Парни на нас даже не посмотрели. Я запереживала – пока Чеен здесь, они могут прекратить заниматься своей обычной чепухой и начнут вести себя по-другому.
Скинув шлепанцы, я предложила:
– Давай уже окунемся.
– Сначала я хочу немного позагорать, – сказала Чеен. Она наконец сняла полотенце и расстелила его на шезлонге. – Ты со мной?
– Нет. Жарко, и я хочу поплавать. К тому же я уже загорела. – Действительно, моя кожа покрылась густым загаром цвета молочной ириски. Летом я была не похожа сама на себя, и думаю, что это одна из лучших особенностей этого времени года.
Чеен, наоборот, была бледная как полотно. Но что-то мне подсказывало, что она быстро меня догонит.
Я сняла очки и положила их поверх одежды. Затем подошла к глубокому краю бассейна и прыгнула. Вынырнув, я предложила мальчикам:
– Сыграем в «Марко Поло»?
Юнги, пытавшийся окунуть Чонгука, сказал:
– Это скучно.
– Давайте поиграем в «цыпочку», – предложил Хосок.
– Это как? – спросила я.
– Это когда кто-нибудь забирается кому-нибудь на плечи и пытается сбросить в воду противника из другой команды, – объяснил Юнги.
– Это весело, – заверил меня Хосок и повернулся к Чеен: – Чаен, хочешь поиграть с нами в «цыпочку»? Или это не для такой цыпочки, как ты?
Чеен опустила журнал. За стеклами очков я не видела ее глаз, но было понятно, что она раздражена.
– Меня зовут Чеен, а не Чаен, Хосок. И нет, я не хочу играть.
Юнги и Чонгук обменялись взглядами. Я знаю, о чем они подумали.
– Ну же, Чеен, будет весело, – сказала я, закатывая глаза. – Не будь такой курицей.
Она сделала глубокий вдох, затем отложила журнал и встала, поправляя свой купальник.
– Мне снять очки?
Хосок ухмыльнулся.
– Если ты будешь в моей команде, то не надо. Ты не упадешь.
Все же Чеен сняла очки, а до меня только дошло, что нас пятеро, и кому-то придется остаться в стороне.
– Я буду зрителем, – сказала я, хотя мне тоже хотелось участвовать.
– Играй, – предложил Чонгук, – мне что-то не хочется.
– Сыграем два раунда, – сказал Юнги.
Чонгук пожал плечами:
– Хорошо. – И поплыл к кромке бассейна.
– Я выбираю Чеен, – объявил Хосок.
– Нечестно, она легче, – заявил Юнги. Но, увидев выражение моего лица, поспешно добавил: – Это потому, что ты ее выше, только и всего.
Теперь и мне расхотелось играть.
– Почему бы тогда мне просто не посидеть в сторонке? Не хотелось бы сломать тебе шею, Юнги.
Хосок сказал:
– Лиса, иди ко мне в команду, мы их сразим. Я думаю, ты-то покрепче крошки Чеен.
Чеен вошла в бассейн, но медленно, по ступенькам, ежась от перепада температур.
– Хосок, я очень крепкая, – заверила она.
Хосок нагнулся, и я залезла ему на плечи. Они были скользкими, и удержаться поначалу было непросто. Затем он встал и выпрямился.
Я пыталась удержать равновесие, размахивая руками у него над головой.
– Я не слишком тяжелая? – спросила я негромко. Он был таким жилистым и худым, что я боялась, что он может сломаться подо мной.
– Легкая как перышко, – соврал он, тяжело дыша и хватая меня за ноги.
Мне захотелось поцеловать его в макушку.
Напротив нас Чеен наконец вскарабкалась Юнги на плечи, хихикая и хватая его за волосы, чтобы не потерять равновесие. Юнги выглядел так, будто был уже готов сбросить ее с себя и зашвырнуть через весь бассейн.
– Готова? – тихо спросил Хосок. – Главное, старайся сохранять равновесие.
Юнги кивнул, и мы сошлись в центре бассейна.
Чонгук, болтавшийся у края, скомандовал:
– На старт, внимание, марш!
Мы с Чеен протянули друг к другу руки и начали толкаться. Она все никак не могла перестать хихикать, и как только я толкнула ее посильнее, она вскрикнула:
– Вот черт! – И оба, она и Юнги, завалились назад.
Мы с Хосоком разразились хохотом и дали друг другу пять. Когда они вынырнули, Юнги посмотрел на Чеен и сказал:
– Говорил же, крепче надо держаться.
Она плеснула ему водой в лицо и ответила:
– Я крепко держалась!
У нее размазалась подводка и потекла тушь. Но она все равно была очень хорошенькой.
– Лиса? – позвал Хосок.
– А? – Мне было очень удобно у него на плечах.
– Осторожно! – Он качнулся вперед, и вместе с ним я полетела в воду. Я хохотала, как ненормальная, и не могла остановиться, и выхлебала, наверное, с кувшин воды, но это мало меня волновало.
Как только наши головы оказались на поверхности, я подплыла к нему и хорошенько его окунула.
Чеен предложила:
– Давайте еще раз сыграем. На этот раз я буду с Хосоком. А ты, Юнги, можешь побыть в команде с Лисой.
Юнги все еще выглядел сердитым и ответил:
– Чонгук, займи мое место.
– Хорошо, – согласился тот, но, судя по его голосу, желания играть у него так и не появилось.
Он подплыл ко мне, и я сказала, защищаясь:
– Я не такая уж и тяжелая.
– А я и не говорю, что ты тяжелая. – Он остановился передо мной, и я забралась ему на плечи. Он оказался крепче и мускулистей брата. – Удобно?
– Да.
Чеен никак не могла вскарабкаться на плечи Хосока. Она соскальзывала и хихикала. Им было весело. Слишком весело. Я с ревностью смотрела на них и почти пропустила тот момент, когда Чонгук обхватил мои лодыжки. Насколько я помню, он впервые касался моих ног.
– Давайте уже играть, – сказала я, и даже для меня эти слова прозвучали слишком ревниво, и мне стало не по себе.
Чонгук зашагал к центру бассейна. Я удивилась, как он легко двигался со мной на плечах.
– Готовы? – спросил он у брата и Чеен, когда они наконец перестали шататься.
– Да! – крикнула Чеен.
Мысленно я сказала «сейчас ты пойдешь на дно, золотко», а вслух произнесла:
– Да.
Я склонилась вперед и собрала все свои силы, чтобы хорошенько ее толкнуть. Чеен качнулась в сторону, но удержала равновесие и воскликнула:
– Ха!
Я улыбнулась.
– Ха, – повторила я и снова толкнула ее.
Чеен прищурилась и ответила мне тем же, но недостаточно сильно – я удержала равновесие. Затем, собрав силы, я толкнула ее как можно сильнее, и Чеен свалилась вперед, оставив Хосока стоять на месте. Я громко захлопала. Это и правда было весело.
Я удивилась, когда Чонгук протянул вверх руку и дал мне пять, это было не в его стиле.
Чеен вынырнула, на этот раз без улыбки, ее светлые волосы спутались. Она сказала:
– Эта игра – отстой. Не хочу больше.
– Умей проигрывать, – ответила я ей, когда Чонгук спускал меня вниз.
– Хорошая работа, – похвалил он и улыбнулся. И от этой улыбки, которую не так часто можно было заметить на его губах, я почувствовала себя так, будто выиграла в лотерею.
– Я играю, чтобы выигрывать, – сказала я ему. Я прекрасно знаю, что он всегда играет с той же целью.