Змеиная лоза

Время шло, а круги учеников казалось, не кончались. Он всего лишь добавил десять к их обычному бегу, но разница странным образом стала чересчур заметной. Приоткрыв один глаз, Янь Линь посмотрел на выбегающих из-за угла детей и Сицина, поняв, почему те никак не приступят ко второму этапу тренировок. Они бежали медленнее новорождённых цеплят. Лю уже задыхался из-за того, что в начале переусердствовал со скоростью, и теперь махал ладонями у своей шеи в попытках почувствовать прохладу. Близнецы изначально никуда не торопились, их темп от начала до конца был плавным, благодаря чему сил оставалось хоть отбавляй.

Прикинув, что закончат они ещё не скоро, Янь Линь подумывал пройтись по лавкам, поискать, что приготовить сегодня на вечернюю трапезу. Как раз из тени выполз Юн, лениво зевая, пока шёл на своих коротких лапках к Линю. Своим выходом он напомнил, что вчера у них закончились рыба и мясо. Чем его сегодня кормили утром, неизвестно, но оставлять пушистого друга без еды точно нельзя.

Приняв решение, заклинатель проверил наличие монет и, убедившись в их наличии, отправился к воротам. Юн последовал за ним, но был остановлен и развёрнут назад. Янь Линь отправился по делам, а не на прогулку, поэтому не мог взять его с собой, даже если тот жалобно мяукал.

Незаметно выбравшись из дома, Янь сразу же начал запоминать дорогу, чтобы не заблудиться по пути назад. Нань был в десять, а то и двадцать раз больше Хао. Взять тот же самый жилой район: здесь он был не один, а сразу несколько, и все разбросаны в разных местах. Торговля процветала, что очень радовало Янь Линя, ведь теперь он мог сравнивать цены, так как на одной лавке, к примеру, рыбы, здесь не ограничивались. Торговцы соперничали друг с другом в качестве и покупателях, поэтому перед ним открывался выбор.

Он проходил по каждой улице не спеша, стараясь запомнить дома и обстановку, примечал места, куда можно сходить с остальными, а где уединиться. Чтобы что-то купить, не обязательно было идти до главного рынка, многие продавали и за его пределами, что облегчало поход за покупками. Не пройдя и пяти ли, он увидел первого торговца, предлагающего купить рис. Зерно, в отличие от мяса, не портилось даже спустя долгое время, поэтому долго Линь не раздумывал, почти моментально сделав в мыслях пометку на обратном пути прихватить один мешок.

Помимо обычной еды, также хотелось чего-то сочного и свежего. Лучше всего в такие моменты помогали яблоки и ягоды, но их он пока не видел в поле зрения. Продолжая путь, его взгляд сам зацеплялся за места, где скапливалось много людей. Кто-то стоял в очереди за вкуснейшей уличной выпечкой, другие - за безделушками. Незаметно он вышел на широкую улицу, оставив позади узкие дороги. Никаких высоких зданий, только лавки и шалаши для торговли создавали визуально приятный эффект. Сразу на глаза начали попадаться овощи, фрукты с ягодами и зёрна. Ветер почти не чувствовался, но время от времени колыхал свободные пряди волос.

Сетку для покупок он оставил дома, поздно осознав, что вкладывал её несколькими днями ранее. Чтобы не нести всё в руках, первым делом пришлось подойти к ближайшей лавке, спросить, не могут ли ему продать только сетку. Отказали ему довольно быстро, наказав либо что-то взять, либо уйти и не мешать. Грубый тон торговца совершенно не обрадовал, но так как тот торговал луком, то Янь Линь, подавив в себе гордость, купил зелень, получив желаемое.

Последующий шичэнь прошёл гладко, все торговцы, кроме второго, оказались доброжелательными, явно понимая, что их отношение влияет на покупателей.

Когда весь приблизительный список оказался приобретён, Янь Линь подумывал вернуться домой, как на глаза ему попалась интересная вывеска, словно сама судьба направила его сюда, чтобы он точно увидел её.

«Духовное просветление» - название очень похоже на внушение какой-то религии, но вырезанный на дощечке лист бумаги явно намекал на что-то другое, что-то, мимо чего он не сможет пройти.

Все мысли ушли на второй план, главной целью стало попасть внутрь этой лавки. Тихий звон фэншуя раздался над головой, стоило ему приоткрыть дверь, уведомляя хозяина торговой точки о новом клиенте. Как только Янь Линь зашёл внутрь, в нос ударил древесно-смолистый запах с нотками горечи. Он не спец в определении точных запахов, вкусов и прочего, в голове откладывается только впившиеся до тошноты в память звуки и запахи - именно этот аромат он ни с чем никогда не спутает, так пахнут только книги.

风水 - Fēngshuǐ - Колокольчики фэн‑шуй» - это декоративные подвески (часто их называют «музыка ветра»), которые в практике фэн‑шуй используют, чтобы гармонизировать энергию в пространстве.

Чуть ли не закрытыми глазами он подошёл к первому попавшемуся стеллажу. Рука сама потянулась к ближайшему корешку неизвестной работы; аккуратно касаясь края произведения подушечками пальцев, Линь вытащил книгу из заполненной полки. Плотная бумага, служившая защитой страниц, заставляла чувствовать предвкушение, что же там может быть. Перевернув книгу лицевой стороной, высохшие чёрные чернила поведали ему о содержании работы: «Бесконечный песок Юнша». Из названия стало ясно, что автор рассказывает о соседней стране, с которой Сию граничит на юге, где они сейчас как раз и находятся. Не сказать, что он обожает Юнша из-за сильной жары, так как практически невозможно жить, так что ею он никогда особо не интересовался, зная, что вряд ли отправится по этой стране в долгое путешествие. Его всегда больше привлекал запад и север, ведь спастись от холода легче, чем от нескончаемого пекла.

Книги он покупал редко из-за того, что недолго останавливался на месте и носить с собой тяжёлый груз - глупая затея, но раз сегодня решил себя побаловать, то почему бы не сделать исключение? Тем более после прочтения он может оставить её близнецам или Сицину, когда соберётся уходить.

- Хозяин! Я возьму эту книгу! - произнёс он громко, так как находился ближе к выходу, чем к расчётному столу.

Однако мужчина не расслышал его, переключив внимание на резко открывшуюся дверь, в которую с пинка открыл новый гость. Не став разбираться, какой наглец посмел портить внешний вид его лавки, хозяин принялся ругаться на вошедшего:

- Наглец! Как смеешь портить чужое имущество, возместишь ущерб, если доски станут непригодны?! Немедленно прова...

Его возмущение исчезло так же неожиданно, как незнакомец ворвался внутрь, стоило увидеть, как на стол кинули небольшой мешочек золотых лиу. Глаза заблестели восторгом, а отношение вмиг поменялось с незваного чужака на дорогого покупателя.

- Прощу прощения за мою вспыльчивость, на солнце перегрелся, вот и сболтнул лишнего, - выбежал из-за стойки мужчина, лебезя перед незнакомцем как только мог.

«Ещё бы брачный танец затанцевал», - пронеслась в голове Янь Линя мысль при виде представшей перед ним картины. Сравнение с птицами в брачный период возникло само по себе из-за хозяина лавки, который закрутился вокруг ворвавшегося, словно самец перед самкой.

Кажется, ему стоит меньше читать сборником о животных и романтики, иначе до добра такое мышление до добра не доведёт.

Так как его нагло проигнорировали, быть доброжелательным больше не хотелось. Взяв произведение, он подошёл к торговцу, ткнул его в плечо, и когда тот развернулся, выставил книгу перед его лицом, повторяя свои слова.

- Беру её. Сколько с меня?

Мужчина скривил лицо, будто его прервали от ужасно важного занятия, окинул его с ног до головы жалобным взглядом. Оно и понятно, ведь выглядел Янь Линь больше как гуляка, чем заклинатель, из-за небрежно заплетённой причёски и расслабленной одежды. Привыкшим к южному климату может и легко покрываться потом весь рост, но вот переселенцам трудно приспособиться к изменениям.

- Тысяча линь, - выдал мужчина, уже собираясь вновь развернуться спиной, видимо, посчитав, что у него не найдётся такой суммы.

Пообщавшись с добрыми тётеньками на улице, он совсем позабыл: иерархия на юге ничуть не лучше, чем в столице. Как бы сильно он ни хотел привлекать внимание, стерпеть грубость в свой адрес не станет, ответив той же монетой, но по-другому. Достав хэбао, Линь насчитал двадцать монет по пятьдесят линь и протянул их торговцу. Когда тот неуверенно протянул ладонь в ответ, Янь разжал кулак, из которого высыпались серебряные линь. Поймать все хозяин не успел, так что некоторые попадали на пол с громким металлическим звоном. В спешке мужчина опустился на колени, принявшись собирать деньги, а Янь Линь со спокойной душой отправился к выходу, так и не посмотрев на лицо ворвавшегося нахала.

Из лавки Линь вышел с полным удовлетворением. Он не любил грубить открыто, просто вёл себя в соответствии с тем, как отнеслись к нему. Теперь можно было и домой вернуться, проверить своих чертят и накормить Юна. Хотя что-то подсказывало, что кормить придётся не только кота...

Выходя к своему жилому району, Янь хотел совершить последнюю запланированную покупку. А именно купить рис, но подходя к тому самому старичку-торговцу, почувствовал слежку. Пристальный взгляд, тяжёлые шаги, которые останавливались на шаг позже, чем он - всё указывало на подтверждение преследования, но оборачиваться он не стал. Как будто ничего не заметив, при остановке он поправлял сетку, делая вид, что замедлялся из-за неудобства и тяжести - так до последней на пути лавки. Быстро купив рис, Янь Линь закинул мешок весом в половину цзюня окольным путём, надеясь, что преследователь сам отцепится.

钧 -Jūn - Цзюнь - около 18 килограмм.

Вышло всё с точностью наоборот: после того как он купил рис, неизвестный сократил расстояние настолько, что Линь мог определить приблизительное расстояние между ними. Понимая, что тот явно не хочет уходить, пришлось сделать первый шаг самому, а если точнее - прыжок. Запрыгнув на ближайшую крышу, Янь Линь, стараясь не потерять продукты, крепко прижал мешок к плечу, сетку сжал в кулаке и вновь свернул в сторону улицы, с которой только недавно попрощался. Посоревноваться в ловкости и скорости не вышло, ведь преследователь не смог взобраться вслед за ним. Это Линь понял по громкому негодованию незнакомца:

- Будь проклята эта страна и её черепицы! - прозвучал отдалённый полный гнева голос.

Идеальный момент избавиться от слежки, чем заклинатель и воспользовался, скрывшись в переулках и обогнув несколько улиц таким образом, что вернулся к своим воротам с противоположной стороны. Внутри его уже ждали три пары глаз.

Первым подбежал Сицин, попытавшись забрать сетку продуктов, но Янь Линь отшатнулся от него в сторону, сверив сомнительным взглядом. По-другому он не смог отреагировать, ведь блондин был полностью мокрым от волос до штанов - впрочем, как и близнецы.

- Мы просто порезвились с водой, - попытался объясниться Лю Сицин.

- Не ври, ты облил нас первым, за что потом получил в ответ, - прошипел Шэ Нин, время от времени выжимая спускающуюся к концам влагу.

- Я? - одновременно негодуя и удивляясь, вопросил Лю.

Уже зная, чем всё обернётся дальше, если сейчас же не сменить тему, Янь Линь скинул на блондина рис, а на близнецов - всё остальное. Сицин чуть в землю не вбился как кол после удара, когда поймал тяжёлый мешок зерна - благо за спиной оказалась опора в виде высокого забора, и он не упал назад.

- Слабак, - фыркнул Юншэн, глядя на шатающегося Лю.

У того даже сил на возражение не нашлось, важнее стало не оспорить слова младших, а не упасть с рисом, иначе в первую очередь пострадает одна, а то и несколько частей его тела.

Пока помощники разбирали покупки, Янь Линь, отыскав Юна, пошёл с ним на кухню за остальными. Отпустив кота, он попросил Нина достать из сетки рыбу и передать ему, а когда получил прошенное, положил её на разделочный стол. Достав глубокую тарелку и заполнив её водой, он принялся расчищать хвостатую от чешуи и костей, после чего отправил филе рыбы в воду и хорошенько промыл. Далее, поставив го на цзяо, Линь несколько фэней потушил рыбу и только после всего процесса подал блюдо своему любимчику. Приготовление отняло не больше кэ времени.

锅 - Guō - Го -это название на официальном, государственном языке Китая (путунхуа / мандаринский). Так эту сковороду называют на севере страны и в Пекине. Буквально это слово переводится как «котел», «кастрюля» или «сковорода».

灶 - Цзао - Zào - Древние китайские массивные жаровни вытянутые короба из обожженной глины, внешне напоминающие миниатюрные кирпичные домики, сундуки или даже силуэт лодки.

За всеми его действиями наблюдали братья Шэ с Лю, не отрывая глаз от готовки. Когда он подул на филе перед подачей, со стороны послышалось негодование:

- Почему за питанием кота ты следишь как за нашим, если не лучше? - спросил Шэ Юншэн.

- Причин много, но первостепенно стоит помнить, что он такой же живой организм, который может подхватить что-то из сырой еды. Если мы такое не едим, то его тем более кормить этим нельзя, он ведь и так слабее.

- Логично, никогда не думал об этом, - промолвил Лю Сицин.

Несмотря на причину, отвертеться от голодных взглядов не вышло, пришлось вновь жарить, но уже не филе рыбы, а курицу - только эту задачу близнецы рискнули доверить ему, пока сами взялись за варку риса. Один Сицин остался без дела и был выпнут во двор, чтобы не мешался под ногами, даже Юн не вышел скрасить его скуку, предпочтя ластиться о ноги Янь Линя.