Книга Imagine

Дрожащим пальцем Кимберли провела по сенсорному экрану, набирая цифры, написанные на листочке. Она три раза сверила правильность, потом взволнованно вдохнула и поднесла телефон к уху. Пока длинные гудки разрывали царившую в комнате тишину, девушка взволнованно постукивала подушечками пальцев по подлокотнику дивана. Она уже собиралась раздраженно фыркнуть и отказаться от своей затеи, когда на противоположном конце ответил теплый мужской голос:

– Телефон доверия. У вас что-то случилось?

Ким тяжело задышала, не зная, с чего начать. И зачем она вообще решила позвонить туда? Можно было делать все как раньше, можно было притворяться, что у нее все отлично. 

– Алло? Вы тут? – голос ее собеседника был до невозможности... уютным, что ли... Ким сама не заметила, как сделала глубокий вдох и начала говорить:

– Да, – коротко ответила она, пытаясь унять волнение, подступающее со всех сторон. Мысль о том, что ей придется выложить все свои страхи и переживания как на ладони после того, как она старательно маскировала все улыбкой безразличия, пугала ее, заставляя сердце стучать предательски громко. 

– Хорошо, – успокоил девушку собеседник. Его голос был тягучим и сладким, как майский мед. - Хотите чем-то поделиться со мной?

Кимберли посмотрела на белые полумесяцы на ладони, оставшиеся от ногтей, с силой впивавшихся в нежную кожу минуту назад.

– Да... – неуверенно пролепетала она. – Могу я обращаться к вам на "ты"? – спросила Ким, покусывая нижнюю губу. 

– Конечно, ты даже можешь дать мне любое имя, которое тебе нравится, – почему-то девушка почувствовала, что парень улыбается. Она решила, что ее собеседник именно парень, а не мужчина, потому что его голос был очень молодым, хоть и низким.

Она тоже улыбнулась, замечая, что он уже перешел на "ты", чтобы не доставлять ей лишнего дискомфорта. Поджав ноги под себя на неудобном диване, Кимберли начала рассказывать.

– Ты когда-нибудь слышал о старшей школе Ридли? Я учусь там в выпускном классе, – ее голос звучал уже увереннее, чем в самом начале разговора, собеседник внушал доверие, ей было уже не так страшно от мысли, что придется все рассказать.

– Да, я знаю эту школу, – успокоил ее он. 

– Мне пришлось перейти сюда, чтобы поступить в колледж Ридли, моя мама мечтала об этом с того самого момента, как я родилась, – выдохнула девушка, всматриваясь в потолок комнаты, которой уже давно требовался ремонт. – Колледж предложил мне стипендию, но школу моя семья должна была оплатить самостоятельно, что стало весьма затруднительным после... смерти моего папы... – Кимберли почувствовала знакомое ощущение: горький ком, застревающий в горле, мешающий говорить; глаза покалывало от подступающих горячих слез. 

– Все хорошо? Ты хочешь продолжать? Потому что знай, ты не обяза...

– Нет, все в порядке, я хочу рассказать тебе, – выдавила она, отчаянно нуждаясь в том, чтобы выговориться. Она доверяла этому парню с теплым голосом. И она хотела, чтобы он знал ее настоящую, хотя бы он.

– Хорошо, продолжай, – тихо попросил он.

– Мой отец погиб за месяц до моего семнадцатилетия, его убили, были даже свидетели, но полиция замяла это дело. В графе результатов судебной экспертизы они черным по белому написали, что он покончил с собой... Но... Но я знаю, он никогда бы этого не сделал, он любил меня и маму... – Ким услышала свои тихие всхлипывания, чувствуя, как слезы катятся по щекам, падают на оголенные ключицы, спадая дальше, где мягкая ткань домашней футболки ловит их, не давая спускаться дальше.

– Ты в порядке? – сочувственно отозвался парень, его голос был хриплым от долгого молчания. Ким почему-то показалось, что в тот самый момент он хмурился. 

– Да, просто... Мне, наверное, никогда не станет легче, – шепотом проговорила она, закрывая глаза.

– Станет, только дай себе время, – так же шепотом отозвался собеседник. – Я обещаю, со временем тебе станет легче. 

На несколько секунд повисло неловкое молчание. Ким рассматривала потрепанные стены маленькой старой квартиры – единственного жилья, которое они с матерью теперь могли себе позволить.

– Ты ведь хочешь рассказать мне что-то еще, – снова послышался в трубке теплый голос, его слова не звучали как вопрос, скорее, как утверждение. Как если бы он точно знал, что Ким есть, что сказать.
Сглотнув, она провела языком по сухим губам.

– Да, это не все...

– Я слушаю тебя. Успокойся и расскажи мне. Ты можешь мне доверять. Я рядом, – тихо сказал он, отчего приятное ощущение спокойствия заполнило Ким до краев. 

– Моя мама работает в детском саду, после смерти папы мы едва сводим концы с концами, – призналась девушка. – Я помогаю ей, как могу, но это не остановит постоянных насмешек в мой адрес только потому, что я не ношу туфли от Гуччи и не езжу на Мерседесе последней модели, – волнение в ее голосе становилось все отчетливее. 

– Шш, все хорошо, – снова вовремя раздался голос в трубке, помогая Ким совладать с собой. Незнакомец как будто находился рядом и видел ее, видел, как она реагирует на собственные слова. Видел, как от волнения раздувается венка на ее шее, как девушка сжимает руки в кулаки, как закрывает глаза от отчаяния, и черные ресницы ложатся на белоснежные щеки.

– Я устала. Устала притворяться, что мне все равно. Я не виню свою маму, она делает все для меня, и это единственное, что однажды остановило меня от ужасной глупости...

– Ты пыталась покончить с собой? – едва слышно спросил парень.

– Да... - почти беззвучно ответила Ким, снова начиная плакать. Ее губы искривились в ужасной гримасе, ей было противно от самой себя.

– Девочка, ничто не достойно твоей жизни, ничто и никто, – ласково заверил ее незнакомец. Улыбка тронула уголки ее губ.

– Можно я буду звонить тебе? – неуверенно спросила она, уже через секунду осознавая нелепость своего вопроса.

– Да, я дежурю здесь через день. Если трубку вдруг подниму не я, просто перезвони через несколько минут, – Ким готова была поспорить, что он улыбался.

Она звонила ему в каждую смену в течение месяца. От разговоров с ним ей становилось уютно и тепло. Он стал самой доброй частью ее жизни, полной жестокости.

***

Кимберли сидела одна за столиком, наблюдая за шумными компаниями школьных приятелей. Все они что-то бурно обсуждали, а ее в этом мире как будто и не существовало. Она снова почувствовала знакомую пустоту внутри, ей вдруг стало абсолютно необходимо позвонить Ему. 

– Извини, у тебя свободно? – чей-то голос вырвал ее из собственных размышлений, возвращая в реальность. Ким обернулась и увидела высокого парня с подносом в руках. Его кудри торчали в разные стороны, что заставило Ким улыбнуться в ответ на его улыбку. Тягучий взгляд зеленых в медную крапинку глаз притягивал.

– Я могу сесть здесь? Мне почему-то показалось, что ты хочешь поговорить, – парень поставил поднос рядом с Ким, пока она осознавала, что это и был ее теплый и уютный голос, от которого всегда становилось спокойнее.

– Ты?.. – удивленно, но тихо выдохнула она, чувствуя, как не хватает кислорода в легких.

– Гарри. Так что ты хотела рассказать мне?