Глава 12 - (эпизод 3)
***
Пенные волны разбивались об усеянный галькой берег. Яркие блики играли на воде. Дуло прохладой и пахло солью. Воды Тихого моря простирались вплоть до северных холмов. У причала пошатывались ветхие лодки. Расположенная в небольшом заливе бухта имела довольно таки хлипкое сооружение причала, деревянных настилов и покосившегося трактира морской кухни. Наемнику она больше напомнила захудалый речной причал. Да и море, опытному мореплавателю, пересекшему океан, показалось мелковатым. Но в масштабах этого крошечного мирка Тихое море было в самый раз.
Хозяин бухты Из был тучным, неулыбчивым человеком, с пухлыми губками, многочисленными висящими подбородками, и мелкими бегающими глазками, которые недоверчиво изучали свалившихся ему на голову пришельцев. Наемнику этот тип не понравился с первого же мгновения.
– Мы хотим поговорить с главой племени рыболовов. – Настойчиво повторил свою просьбу Гайл. – Не вижу никаких причин, почему вы противитесь этой простой просьбе. На правах старейшины священного ордена я имею права настаивать.
– Здесь вам не Капище Эмихола, достопочтейнеший Мардагайл, – холодно парировал Из, – да и я, человек не сильно то религиозный. Рыболовы заняты работой, за которую я, между прочим, им исправно плачу. Дождитесь вечера, перекусите вкуснейшим креветочным супом в нашем трактире. И позже сможете повидаться с кем-то из этих лодырей. И вообще, если кто имеет по праву называться главой рыболовов – то это я. Совет гильдий уже вынес на рассмотрение внесения моего скромного предприятия в общественный реестр. Есть все необходимые составляющие для выдачи мне лицензии на регистрацию гильдии рыболовов. И это за каких-то скромных восемнадцать лет, непрестанных уговоров, унижений и взяток. А сколько эти двуногие амфибии прожили на Нурлинь, так и не сумев найти с другими гильдиями общий язык? Тысячу, не меньше! Если бы ни я, они бы так и оставались нищими голодранцами. Благодаря мне рыбный промысел на Нурлинь обрел популярность. Теперь мы принимаем заказы со всех пределов обитаемых земель.
Жирдяй похрустел костяшками пальцев, каждый из которых был украшен перстнем с крупным камнем: рубины, алмазы, сапфиры. Хозяин бухты явно не брезговал показательно блеснуть роскошью. Такой народ понимал лишь язык денег. Наемник отодвинул Гайла в сторону и взял инициативу на себя.
– Послушай меня, многоуважаемый... У нас тут немного туговато со временем. Так что супчик твой с креветочками мы отведаем как-нибудь в другой раз. Нам нужно увидеть арретанца по имени Лоамми. Это вопрос жизни и смерти. Ты ведь видел, что случилось с солнцем, когда Нурлинь проходила через портал? Игры в предпринимателей закончились. Если ничего не исправить, то не будет больше никакой рыбной ловли, креветочного супа и гильдий. Поэтому прекращай строить из себя важную персону и будь добр, выполни просьбу. Или ты желаешь подождать пока мы тут заживо поджаримся? Чувствуешь, как теплеет под ногами земля? Снег тает. Скоро море начнет кипеть, и вся твоя рыбная лавочка сварится, как уха в чане.
Из помедлил. Он поглядел на таящие снежные шапки устилавшие вершины гор. Попытался поднять голову вверх, но толстая шея стала совсем неповоротливой, поэтому он лишь закатил под лоб глаза. В небе сияли десятки светил. Это орбитальная станция содружества миров запустила искусственные источники света, которые на какое-то время должны превратить нурлиньские сумерки в солнечные дни, соответствующие такому знаковому событию как Ярмарка миров. Прожекторы зажглись, сцена была готова, но только вот ярмарка все не начиналась. Да, толпы торгашей и любителей зрелищ уже наверняка собрались в ожидании. Но Из так и не увидел ни одного звездного корабля приземлившегося в космопорте, расположенного на Ярмарочной площади. С Нурлинь действительно творились что-то неладное, и большие дяди, там на верху, наверное, решили в этот раз не прийти на их праздник. Из и сам собирался отправиться туда в ближайшее время. Какой уважающий себя предприниматель откажется от такого события? Но какая Ярмарка без посетителей? Кто будет покупать их товары? Кто пополнит запасы продовольствия, зерновых, сломанной техники? Без связи со внешним миром Нурлинь обречена.
– Какое отношение старый Лоамми имеет ко всему этому?
– Он единственный, кто может предотвратить катастрофу.
Из устало пожал плечами. Снял с пояса охотничий рог и, что есть силы, затрубил. Спустя какое-то время один из парусников, видневшихся в дали, повернулся и поплыл к берегу. Ветер трепал ветхую ткань, мачту шатало из стороны в сторону. Три фигуры ступили на берег. Древний, как само море, Лоамми и два его внука. Пришвартовав лодку, они неспешной ходой подошли к хозяину бухты.
– Что такого важного могло случиться, что ты решил оторвать нас от рыбной ловли? – без приветствия заговорил Лоамми.
– Не дерзи, старик. Помни кто платит тебе жалование. Эти добрые люди хотят с тобой поговорить. Постарайся ответить на все их вопросы и поскорей возвращайся к работе.
Арретанец потер жабры над надбровными дугами и уставился на многочисленную компанию. Он долго рассматривал каждого: рослого Минотавра, серьезного Гайла, маленькую Марфу, Упитанного Девала, юного Макса. Затем взгляд его остановился на плечистой фигуре Наемника.
– Ты? Зачем ты пришел? Ты не из этих мест. – Лоамми подошел к Камо поближе и вперился в того прислеповатым взглядом. – Где я мог тебя видеть, чужеземец?
– Я более чем уверен, что до этого момента не имел чести встречаться с вами. – учтиво ответил Наемник. – если бы мы раньше где-то виделись, я бы наверняка запомнил.
– Раньше, позже... Время – вещь относительная и непостоянная, – философски продолжил Лоамми, – что есть сегодня, как не наступившее вчера? Тот, кто сегодня твой близкий друг, завтра может стать далеким незнакомцем. Поэтому я и живу одним днем: не сожалею о прошлом, не ужасаюсь будущему.
– Времена меняются. Будущее наступает, и оно поистине ужасное. – подал голос Гайл. – Наш мир на краю гибели. И только ты можешь предотвратить неизбежное.
– Сильно много чести для старого ворчуна. – отшутился Лоамми. – Поищите других, более молодых героев.
– Ты же знаешь, что эта ноша предначертана лишь тебе, – Гайл протянул старику Длань Эмихола, – Ты слишком долго упорствовал. Но теперь это касается не только тебя. – Гайл указал на стоящих поодаль молодых арретанцев, – Стоит ли твоя гордыня их жизни? Готов ли ты поставить на кон все что любишь, из-за старых обид и амбиций, которых и тень уже растворилась во времени?
Лоамми отстранился от Длани, как от раскаленного металла.
– Не тебе мне рассказывать о амбициях и упрямстве! Думаешь не хотел я обратить время вспять? Думаешь мне доставляет удовольствие наблюдать, в каких условиях живут мои дети? Это уже давно не касается лишь моих чувств... Я не могу... Ты должен найти другой путь. Я слишком стар для этого.
– Ты боишься! – воскликнул Гайл, к нему начало приходить понимание. – Это уже не гордыня. Ты боишься, что Он не придет! Думаешь, что ничего из этого не выйдет. Опасаешься неудачи.
– Столько лет прошло. Я давно исчерпал весь лимит Его терпения. Даже если я все сделаю как нужно, даже если мое смирение будет искренним, Эмихол не придет. Слишком поздно. Зачем ему нужен такой обезумевший старик как я? Разве о таком сыне он мечтал, творя Аррет и ее подводные сады?
– Откуда тебе это знать? – вспылил Гайл, – Ты, столько лет убегал от правды, кормил себя ложью, упивался обидой и тешил свою гордыню. Откуда ты можешь знать, что Он чувствует? Тебе была дарована безвозмездная возможность вернуться домой. Ты мог сделать это в любой момент. И за все эти годы ты так и не понял, что Он так поступил не для того чтобы наказать тебя, не для того чтобы ты до конца жизни чувствовал вину. Он сделал это из любви к тебе. И он обязательно придет, слышишь! Он придет за тобой!
– Ты действительно в это веришь? – Лоамми с сомнением поглядел на Гайла.
– Да. Я в это верю. Я верю, что Эмихол любит свое творенье. И поэтому он непременно придет.
Лоамми устало поглядел на видневшиеся за чертой моря Пики Безрассудства.
– Там, в холмах, захоронены кости посмевшего восстать против воли Его. Нурлинь стала склепом Однокрылого Дракона, и я уже смирился с мыслью что и меня ждет та же участь. Но ты прав. Я не могу позволить погибнуть моей многочисленной стае. Я в ответе за каждого из них. Так что веди меня Огненный пес, и пусть веры твоей хватит для нас двоих.
Он окликнул своих внуков:
– Рувим, Исахар, плывите к братьям, оповестите всех: мы отправляемся домой. Оставьте мне парусник, я с моими новыми товарищами вскоре присоединюсь к вам.
Внуки послушно впрыгнули в небольшую весельную лодку и уплыли прочь.
– Я протестую! – подскочил к ним Из. Глаза его пылали яростью и алчностью. – Никто никуда не уйдет! Мы об этом не договаривались. Что мне прикажите делать без рыболовов? Кто, скажите на милость, будет делать всю работу? Хотите меня разорить?!
Хозяин бухты замахал коротенькими ручонками возле лица Гайла. Наемник крепко схватил того за запястье.
– Веди себя как подобает мужчине! Они сами в праве решать за себя. Это тебе не вещь, которую ты можешь купить. Рабовладельчества у вас пока еще не изобрели и, поверь мне, не стоит даже пытаться, в моем мире ничего хорошего из этого не вышло. Если арретанцы решили уйти, ты не в праве останавливать их!
– Еще как в праве!
Из свистнул. Двери харчевни отворились и оттуда высыпало с две дюжины громил, вооруженных копьями и луками.
– Думаете, что просто так можете прийти и распоряжаться в моих владениях? Между прочим, Лоамми взял у меня довольно таки крупный займ для строительства своего подводного города. Обычно я не даю денег в долг, но Лоамми пообещал мне отработать все до копейки. Так что я б и рад их отпустить, но сделка есть сделка. Придётся отработать. Или кто-то желает внести плату за этого старого ворчуна? Сомневаюсь, что у вас есть такие деньги.
Гайл, минотавр и Девал поскребли свои карманы и предложили горсть золотых и серебряных монет Изу. Тот рассмеялся им в лицо.
– Больше! Намного больше! И добавьте к этому неустойку за нанесенный вред моему предприятию. Так что если у вас нет таких денег, то проваливайте. У меня и без вас дел в невпроворот.
Наемник поглядел на горсть монет, затем на перстни, украшавшие пальцы Иза.
– Я погляжу ты любишь красивые камушки.
– Ты заметил? – Из немного смягчился. – Драгоценности, помимо того, что являются красивыми украшениями, еще и ценное капиталовложение. Вот эти камни, самые большие в своем роде. Ценней их и крупнее не сыскать на всей Нурлинь.
– Ты в этом уверен? – таинственно вопросил Наемник, – А если я смогу тебе предложить алмаз, который крупнее того, что у тебя на пальце, как думаешь, такая плата тебя устроит?
– Ты надомной насмехаешься? Откуда у такого нищеброда может быть алмаз, да еще и крупнее моего?
Наемник снял с пояса меч, открутил рукоять и на его открытую ладонь выпал огромный сияющий камень. Челюсть Иза отвисла, тонкая струйка слюны потекла по подбородку. Огромный алмаз завладел всем его вниманием. Камень бликовал, отражаясь в немигающих глазах толстяка.
– Таких камней не бывает! Где ты раздобыл его?
– За этот алмаз уплачена слишком высокая цена. – сообщил Наемник, – В камне заточено сильное зло. Моя воля, я бы его навеки спрятал от людских глаз. Но если ты захочешь его принять в обмен на долг Лоамми...
Пухлые пальцы потянулись к алмазу. Наемник внутренне напрягся. Ему вдруг захотелось вспороть брюхо этому проныре одним ударом меча. Камень по-прежнему требовал крови. Камень не желал его отпускать. Наемник испугался, что не сможет устоять перед искушением, будет не в силах расстаться с кровавым алмазом.
Мягкая маленькая ладонь Марфы коснулась его локтя.
«Ты сможешь» – говорили ее глаза, – «Ты сильней этого. Я знаю.»
Он закрыл глаза. Сокола снова не было рядом Птица оставила их еще до того, как они добрались к бухте И теперь Наемнику не с кем было обсудить свои внутренние борения и страхи. Но девочка сумела успокоить его разум, даже лучше, чем пернатый Хранитель. Камо, еще мгновение поколебавшись, разжал пальцы и Алмаз перешел во владение Изу. Тот алчно схватил камень и принялся крутить его перед глазами. Наемник почувствовал, как тяжелый груз свалился с его плеч. Наконец-то он был свободен. Камень больше не имел над ним власти.
– Это действительно подлинный алмаз. Я даже не подозревал что они бывают таких размеров.
– Будь осторожен с ним, – предупредил Наемник, – Эта штука опасна.
– Пусто тебе меня стращать. – отмахнулся тот.
– Ну так как, мы договорились? У тебя больше нет никаких претензий к Лоамми и его народу?
– Да, да. Договорились. – вымолвил Из, не отрывая взгляда от камня, – Этого достаточно. Мы в расчете. Проваливайте с глаз моих. Мне еще предстоит найти новых кандидатов в рыболовы и обучить их этому нелегкому ремеслу.
Их отряд погрузился в небольшой парусник. Лоамми отчалил от берега, беря курс на северо-запад. Бухта медленно отдалялась, ветер трепал их волосы. Волны брызгами разбивались о борта судна. Старый арретанец с интересом поглядел на Наемника.
– Ты заплатил такую большую цену за совсем незнакомого человека. Не пожалеешь ли ты о том, что отдал камень?
– Поверьте мне, ничего на свете я так сильно не желал, как избавиться от той проклятой стекляшки.
– Ну, дело твое. Прими мою искреннюю благодарность, чужеземец. А ты точно уверен, что мы раньше с тобой не встречались?