Глава 40 Фея
– Такси отъехало от моего дома? – пробормотал профессор Ан, паркуя машину у ворот. Смысла заезжать внутрь не было, ведь нужно было всего лишь захватить папку с бумагами, которую он впопыхах оставил утром на столе в кабинет. Он проводил свернувшую за угол машину взглядом и вышел наружу.
Ночной снег пушистыми облаками украсил резной забор дома, создавая красивые тени, а последние снежинки все еще кружили в утреннем небе, ища лучшее место для приземления. Профессор засмотрелся на это великолепие, вспоминая семейную поездку в Альпы. Тогда они еще все были вместе и были безгранично счастливы. Тряхнув головой и отогнав, больные его сердцу воспоминания, мужчина вошел в дом, наткнувшись на тапочки дочери. Он прекрасно помнил, что во время ухода, они благополучно лежали на полке под вешалкой. Сейчас же они криво стояли в центре прихожей, создавая впечатление, что Мина только что ушла из дома. Он наклонился и приподнял их, отправляя на законное место. – Приходила домой в мое отсутствие? – нахмурился отец, поднимаясь по лестнице. Дверь в комнату дочери была распахнута настежь. На кровати лежало несколько вещей, дверцы шкафа были приоткрыты, а многие плечики пусты. – Как я и предполагал, – усмехнулся он. – Не захотела поговорить, как взрослые люди, и сбежала, как подросток. Ан Мина, что с тобой происходит? Ты даже в пятнадцать не была такой! – покачал головой профессор, сбирая разбросанные кофточки и отправляя их в ящик комода.
Мысли в очередной раз вернулись в прошлое, подбрасывая образы любимых. Мина была спокойной и очень любознательной девчушкой в детстве. Она обожала книги с цветными картинками и могла часами любоваться иллюстрациями. Порой так погружалась в свои размышления, что не слышала, как ее приглашали к столу. Став чуть старше, пыталась нарисовать похожие рисунки, но получалось не настолько хорошо, как ей хотелось. Но Мина не расстраивалась. Она нашла себе новое увлечение. Девочка читала сказки и пыталась понять почему их герои поступали таким образом. Она часто задавала вопросы маме, интересуясь ее мнением. Став еще немного старше, она уже всерьез могла рассуждать о поведении персонажей и его причинах. Профессор Ан, заметив интерес дочери, предложил ей почитать довольно популярную на тот момент книгу о психологии поведения. Мина так сильно увлеклась, что ее невозможно было оторвать от чтения до самой последней страницы. Отец был рад увлечению дочери, но все же пытался направить ее в русло, которое спланировал для нее сам. Именно в тот момент милая и покладистая Ан Мина впервые показала отцу свой характер. Нет, она не ссорилась, она лишь твердо ответила «нет» на его предложение о карьере психиатра. Профессор вначале опешил, но потом решил все же продавить свою идею. Дочь спокойно выслушала его доводы, но на уговоры не поддалась. К тому моменту она уже твердо решила для себя, с какой профессией хочет связать свою жизнь. Отец несколько раз пытался переубедить дочь, но его попытки были тщетны. Хорошо, что Сим Джихо шел по его стопам и радовал своего учителя успехами и усердием. Джихо всегда был на стороне господина Ана. Единственный раз, когда он не поддержал его, был связан с стажировкой Ан Мины. Отец был уверен, что Джихо повлияет на решение его дочери и уговорит ее отказаться от этой затеи. Но к удивлению профессора, Сим поддержал Мину.
Приподняв взгляд от ящика комода, доктор Ан заметил отсутствие фотографии. Мина ее безумно любила и сильно дорожила ей. Она даже в США ее возила. Отец нахмурился, вспоминая жгучее чувство досады, которое охватило его, как только дочь заявила о своем отъезде. Как не пытался он ее отговорить, Мина была непреклонна. А еще раздражала поддержка Джихо, который изо всех сил старался убедить профессора, что там Мине будет лучше. Конечно, отец замечал косые взгляды и перешептывания некоторых специалистов, стоило только зайти теме о молодой перспективной Ан Мине. Многие психотерапевты не желали признавать ее талант в столь юном возрасте, считая фамилию Ан нарицательной в психиатрии. Большинство были просто убеждены, что дочка движется вверх лишь благодаря протекции своего именитого отца. Но профессор Ан упорно отгонял от себя эти пересуды, будучи уверенным в способностях своего чада. Конечно, он бы предпочел, если бы Мина выбрала психиатрию, но настырная дочь решила следовать своим путем. Зато Сим Джихо радовал его своим выбором, своим усердием в изучении и своим рвением. Профессор возлагал на него большие надежды. Они много времени проводили вместе во время учебы Джихо, разбирая различные случаи. А когда Сим стал дипломированным специалистом, профессор Ан был очень горд иметь столь преданного ученика. Джихо всегда был на его стороне, мог найти уйму доводов в его пользу и всегда помогал во всем. Он даже скрашивал вечера осиротевшему без дочери семейству Ан, развлекая и мать, и отца. В те тоскливые дни Джихо оказал невосполнимую поддержку. Как не крути, а Сим Джихо стал полноправным членом семи Ан уже давно.
А когда Мина у кровати умирающей матери объявила о помолвке с Джихо, профессор даже прослезился. Он уже давно полюбил Сима как родного, но вот породниться не надеялся. Ему всегда казалось, что дочь относится к Джихо как брату, не рассматривая его кандидатуру в мужья. Новость о помолвке действительно порадовала в столь тяжелое для семейства время. Вероятнее всего профессор сам себя убедил в идеальности отношений дочери и будущего зятя. Убитый горем после смерти любимой супруги, он старался держаться на плаву и не пойти камнем на дно океана тоски. Поэтому частенько представлял дочь у алтаря, планировал списки гостей и даже место церемонии подобрал. Но время шло, а Мина ни единым словом больше не обмолвилась о свадьбе. Конечно, можно было бы все списать на траур по матери, но даже в таких обстоятельствах любящие друг друга люди строили бы планы на будущее. Мина, напротив, старалась избегать общества Джихо в их доме. Сим по старой привычке частенько заходил к профессору по вечерам, а вот дочь не спешила возвращаться с работы. На звонки отца о том, что у них гость, Мина часто ссылалась на занятость, непредвиденный сеанс терапии и прочее-прочее. Отец начал подозревать, что между ними что-то произошло, поэтому откровенно задал этот вопрос Джихо. Однако, к его удивлению, Сим заверил, что они так же близки, как и раньше. Такая разница в поведении наталкивала лишь на одну мысль – Ан Мина не желала находиться в обществе одновременно и отца, и старого друга. Возможно, профессорское рвение тоже сыграло свою роль. Отец настолько увлекся идеей заключить брак дочери и Джихо, что уже заранее начал называть его зятем. Симу это ужасно льстило, и он в ответ начал называть профессора отцом. Мину же передергивало от этого. Зная изначально, что помолка была фарсом, она не понимала действия Джихо, который поддерживал идею отца относительно их свадьбы.
– Надо бы позвонить Джихо и разузнать подробнее, – взяв папку со стола в кабинете, пробормотал профессор. Он остановился на несколько секунд перед большим фотопортретом в массивной раме. Трое счастливых людей ярко улыбались, излучая тепло и любовь друг к другу. – Как же мне тебя не хватает, Миджа! – тяжело вздохнул профессор, останавливая взгляд на лице горячо любимой супруги. – Ты одна могла разрешить все наши проблемы, словно по взмаху волшебной палочки. Ты была моей феей! – вздохнул профессор Ан, направляясь на выход.