Травница. Зимние сумерки. #6
...
Зимой часто бывают дни, следующие один за другим, похожие как близнецы, одинаково мутные и бесцветные, когда солнце так и не появляется из-за серо-сизой завесы.
Тогда она спускается в подпол, выбирает что-нибудь послаще из летне-осенних заготовок, например, ликер или фруктовый сидр, и разрешает себе вспомнить что-нибудь особенное из своей жизни. Тем более, что ее сердце сейчас надежно спрятано, а за окном успокаивающе шуршит снег.
Она вспоминает яркие звезды, прибрежный песок на влажных спинах, светящиеся моллюски в набегающих волнах, мелкие камешки и ракушки, впившиеся в ступни. Абрикосы, впитавшие жар солнечного дня, прозрачный виноград с прохладной мякотью, брызгающей из-под лопнувшей кожуры. Домашнее вино, вяжущее рот и пьянящее почти мгновенно.
Смех, вздохи, шепот, крики.
Дрожь и сладость, затопляющая сознание.
Она потягивает яблочный сидр, стоя у окна на мансарде, на втором этаже, и смотрит на склон холма, сбегающий к замерзшей реке. На мансарде прохладно, но труба из печи, которая находится по центру комнаты, все же отдает немного тепла.
Она смотрит на заснеженный холм, но видит море. Приветливое, томное, беззаботное. Ослепительный жаркий день и мягкий чарующий вечер. А следующим утром погода сменилась – небо плотно закрыли облака. Почти над самой водой ссорились чайки, где-то вдалеке прогудел пароход.
Она проснулась обнаженная и в одиночестве - на животе рассыпана янтарная мелочь.
Поискала одежду. Смогла найти только голубую тунику. И один сандалий.
В песке утонула горсть янтаря - след ушедшей ночи.
Спускаются сумерки, пора готовить ужин, что-нибудь поострее и пожирнее сегодня, думает она, надо греться изнутри, когда весь мир застыл от холода.
...