Глава 17
Мне было тяжело покидать Бэсфорда, но вдвойне тяжелее осознавать то, что все его чувства ко мне являлись обманом. В этот момент мысль о том, что уже завтра я буду находиться за сотни тысяч километров от Атланты показалась мне более привлекательной. Видимо, на мою долю выпало вечное предательство, ибо как только я начинаю с кем-то сближаться, судьба раскрывает все карты иллюзии. Боль, которую я чувствовала в груди, невозможно было сравнить с болью полученной от лёгкого ожога или же пореза, ибо она - иная, не похожая ни на какую-либо другую боль по ощущениям. Эта боль являлась внутренним бедствием, терзанием души, словно ты находился в замкнутом пространстве, стены которого смыкались всё больше и больше, не давая тебе возможности пошевельнуться. Гнев, заполненный мою душу, постепенно перерастал в горечь, а душевная горечь перерастала в отчаяние. Сдерживать собственные эмоции было уже бессмысленно, и я дала волю своим чувствам. Слёзы, словно порыв воды в водопаде, выливались из моих глаз, обжигая своим горьким привкусом кожу лица.
За окном грянул гром, и тяжёлые капли косого дождя забились в окна машины. Казалось, будто целый океан, вопящий и бушующий, вылился на улицы города. Музыка в машине не играла, были слышны лишь звуки горьких всхлипываний и удары капель дождя об крышу. Я, вроде бы была здесь, но в то же время находилась где-то в другом месте, далеком и никому неизвестном. Моё внутреннее альтер-эго не хотело подчиняться тому, что видели мои глаза. В глубине души я всё ещё стояла рядом с Бэсфордом, нежно обнимая его за широкие плечи, вдыхая его опьяняющий аромат и наслаждаясь его широкой улыбкой, оголяющей клыки белоснежных зубов. Я никогда не сумею забыть его, никогда.
Лёжа поздно ночью в своей кровати, я отправила Джейми сообщение о том, что уезжаю в Саванну. Да, конечно, мне было жутко неудобно из-за того, что я не буду присутствовать на её выписке из больницы, но я уверена, что Джи не расстроится из-за этого и поймет меня, ибо помимо меня на выписке будет присутствовать Эштон, в которого она влюблена без памяти, и... И Бэсфорд. Весь день я ждала от него каких-либо действий, и именно из-за этого я не ложилась спать. Я надеялась, что Бэсфорд ворвётся ко мне домой или же будет настойчиво звонить мне, пока я не отвечу на его вызов, но, к глубокому сожалению, он ничего не предпринял. Молчал, словно не знал, что умеет разговаривать. "А чего ты ожидала? Ты же сама не выслушала его!" - тиранил меня мой разум, отчего я разозлилась ещё больше, ведь в данный момент он был прав. В минуты душевного расстройства, человеку необходимо уединение, ему не нужны оправдания, аргументы и факты, ведь в эту минуту он поражён, поражён глубоко в душе, проигрывая своим предубеждениям.
Закрыв глаза, которые были всё ещё влажными от горьких слёз, я услышала настойчивую вибрацию смартфона. Нет ничего хуже, чем этот разъедающий мерзкий звук. Пусть лучше играет на всю громкость мелодия, которая раздражает тебя, чем ты на долю секунды услышишь или почувствуешь вибрацию телефона. Надеясь на то, что Бэсфорд наконец решил позвонить мне, я молниеносно взяла в руки смартфон, но, как оказалось, звонок был от Джейми.
Глубокая пропасть в моём сердце, сравнимая с Марианской впадиной, вновь начала разъедать меня изнутри. Я решила не отвечать на звонок, ибо если бы я ответила, то в ту же секунду от Джейми послышались бы многочисленные вопросы, отговорки и утешения. Утешения... Больше всего человеку сложно принимать то, когда его жалеют, когда пытаются подбодрить глупыми словами, словно ты не способен понять, что всё это говорят для того, чтобы пожалеть тебя. Будто от слов чужих людей человеку станет легче! За ночью следует день, ухватившись за эту мысль, я погрузилась в глубокий сон.
После того, как я попрощалась с родителями, Майк повёз меня в аэропорт. Майк является личным водителям и телохранителем папы, в частности, семью мой отец доверяет лишь ему. Он имел довольно крупное телосложение, широкие плечи и выразительные черты лица.
Туманное утро Атланты нагнетало на меня тоску, убивая напрочь желание остаться в этом городе.
- Не можем ли мы заехать в больницу?, - спросила я, когда машина резко завернула направо. Я сидела на заднем сидении, ибо никогда не любила передние пассажирские места. Задав вопрос Майку, я надеялась на то, что мы сможем заехать к Джейми. Мне хотелось лично объяснить ей сложившуюся ситуацию, объяснить почему я уезжаю и спросить, почему она во время вчерашнего телефонного разговора так резко сбросила вызов. В Саванне телефонная связь будет мало доступна, к тому же, я сама не прочь отдалиться от современных гаджетов на несколько дней.
- Извините, мисс Астер, но мистер Астер чётко и ясно дал мне понять, чтобы я не вёлся на ваши предложения и просьбы, - сухо ответил Майк, глядя на дорогу. "Интересно, его лицо когда-нибудь выражает другие эмоции, помимо сдержанности?" - взрывалось моё альтер-эго.
Вероятно, папа понял, что я захочу предпринять что-либо, чтобы увернуться от поездки. Конечно, не будь я в таком положении, то я бы обязательно придумала что-нибудь, чтобы не лететь в Саванну, ибо это свойственно моему характеру. Но, так как единственный человек, которому я доверяла больше, чем себе, предал меня, то в Атланте меня уже ничего не удерживало, кроме горечи, душевных обид и неутомимых внутренних мук. Расстраивало то, что мне не удастся выслушать Джейми до того, как я приеду обратно в Атланту. Впрочем, я не думаю, что она может сообщить мне что-то важное, что поменяет ход планеты.
Перелёт с Атланты до Саванны занял несколько часов, за это время я немного вздремнула под музыку, играющую в плейлисте. Пытаясь забыть Бэсфорда, я то и дело думала только о нём. Его образ прочно засел у меня в голове, словно молодой дуб вросший в землю на долгие столетия. Моё отношение к нему менялось со скоростью света. Если его чувства являлись неискренними, то с какой целью он устраивал мне неожиданные сюрпризы? Почему он посылал мне невероятные букеты цветов? Зачем он говорил мне нежные речи, которые струей лились из его уст, наполняя атмосферу ослепляющим светом? Да, я никогда не слышала от него признаний в любви, но разве ими раскидываются ежедневно? Многое в его жизни было скрыто от меня. Бэсфорд всегда уклонялся от заданных мною вопросов по непонятным причинам, не договаривая большую часть ответа. Я не могла понять причину, причину по которой Бэсфорд решился на этот шаг. "Причина в том, что вы никогда не заходили дальше поцелуев" - резко заявил мой разум, саркастически ухмыляясь надо мной. Проклятие! Ведь раньше, я даже не задумывалась об этом. Быть может ему как парню была необходима именно эта часть общения с девушкой? Что если проблема заключается именно в отсутствии более близкого контакта?
Разбираясь всё глубже и глубже во всевозможных причинах измены, я будто погружалась в тёмное дно Мирового океана, выбраться откуда невозможно.
Не имея понятия, что делать дальше, я направилась к машине, которая встречала меня и Майка у аэропорта. Погода в Саванне намного отличалась от погоды в Атланте. Стоял тёплый солнечный день. По синему небу медленно плыли кружевные облака, напоминающие мне сладкую вату. Кругом ходили люди, одетые в лёгкую одежду. Кажется, в этом солнечном городке никогда не бывает снега. После того, как Майк погрузил чемоданы в багажник машины, мы тронулись в путь. Дорога от аэропорта до дома тетушки Мэгги длилась около полутора часа. Во время поездки я следила за тем, как плавно меняются зелёные пейзажи Саванны. Несмотря на то, что близился последний месяц зимы, в Саванне всё ещё светило солнце и росла зелёная трава.
Машина начала подниматься под уклоном вверх, ибо дом крестной находился на возвышенности.
Движение остановилось, и я с искренней улыбкой вышла на зелёную лужайку. Большой бордовый двухэтажный дом тетушки Мэгги окружало зелёное поле, вокруг которого находились небольшие холмы, вблизи виднелись некоторые дома, вероятно, здесь жили люди, пытавшиеся скрыться от городской суеты, привычного бытия; люди, чьи интересы были более глубоки, чем мысли о том, что приготовить на ужин и надеть на очередную светскую вечеринку; люди преклонного возраста, мечтающие о вечной жизни и безмятежности.
Близился вечер. Солнце огромным, багровым шаром катилось под небосвод, унося с собой прожитый день. Тёплый, порывистый ветер аккуратно колыхал зелёные листья деревьев. Воздух был наполнен приятным запахом влажной земли и свежестью морского побережья. Словно я оказалась в другом мире, в мире, где раньше никто никогда не бывал. В такие моменты ты чувствуешь себя крупинкой, крупинкой в огромной системе Вселенной. От таких мыслей невольно по телу пробежали мурашки. Какого это чувствовать себя каплей в океане?
- Дэбора?! Не может быть! Ты прилетела!, - громко воскликнула тетушка, выбегая из дома. На ней было надето свободное домашнее платье, цвета молочного шоколада, будто она недавно встала с постели. Волосы её были небрежно заколоты, так как они были довольно короткой длины. Её взъерошенный вид вызвал на моём лице глупую ухмылку. Чем дольше наше пребывание в этом мире, тем ироничнее становится наша жизнь.
- Да, я наконец добралась до вашего дома, - улыбаясь ответила я, крепко обняв Мэг за плечи. От неё веяло приятным ароматом, напоминающим домашнее тепло и уют.
Некоторые вещи хранят в себе какие-либо воспоминания, например, когда ты пьёшь чай с цветочными добавками, то при глотке в твою голову врезаются воспоминания из лета: солнечные дни, искренние улыбки, прогулки по набережной до рассвета, холодные напитки, утоляющие жажду в твоем теле, первое погружение в воду, пляжный волейбол, душевные рассказы вместе с игрой на гитаре у летнего костра и многое другое.
- Понимаю, мой дом не так уж легко найти, как видишь мой муж постарался на славу, выбирая уединенное местечко, - горячо ответила тетушка Мэгги, осматривая меня, - Как ты выросла! Ах, Дэбора, я помню тебя совсем малюткой!
- Да, юные годы прошли мимолетом, сейчас я уже заканчиваю старшую школу, - ответила я, иронично закатывая глаза, - А вы всё хорошеете на глазах!
- Ох-ох-ох!, - воскликнула Мэг, скривив смущенную рожицу - Скажешь тоже, "хорошеете"!
- Нет, серьёзно, как вы себя чувствуете?, - любопытно спросила я, видя что тетушка совсем здорова, и никаких признаков болезни нет, хотя отец утверждал обратное! Он нашел причину по которой отправил меня в Саванну, снова указав мне на то, что я всё ещё зависима от родителей.
- Всё хорошо, жизнь на природе идёт человеку только на пользу, - заявила Мэг, кружась, словно пятилетняя девочка. Жизнелюбие и лучезарность тетушки озаряло всё вокруг. Наверное, это большой труд сохранить в себе оптимистичность и жизнерадостность, пройдя половина пути своей жизни.
После сытной вечерней трапезы, проведенной в доме на первом этаже с тетушкой Мэгги, я удалилась в комнату, которую она специально приготовила для меня. Внутри дом прибывал в хорошем состоянии; определенного дизайна не было, так как комнаты довольно сильно отличалась друг от друга. Поднимаясь по деревянной лестнице, которая слегка поскрипывала у меня под ногами, я вдыхала запах спокойствия. Здесь царила атмосфера расслабленности, атмосфера потерянности во времени.
Зайдя во внутрь комнаты, отведённой мне на время пребывания в Саванне, я в первую очередь осмотрела её. Большая двуспальная кровать находилась посреди комнаты, справа от двери; потолок сужался по направлению к небольшому окну, через которое открывался вид на пустое побережье Атлантического океана; большой платяной шкаф стоял вблизи кровати, над которой висела аккуратная маленькая люстра, в виде изогнутых розочек. Дизайн ушедшей эпохи жутко нравился мне, особенно если я имела возможность прикоснуться ко всему, что меня окружало.
Стояла глубокая ночь, но я не спала сладким сном, ибо не могла заснуть из-за нового места. Переворачиваясь из стороны в сторону, я мечтала поскорее погрузиться в сон, чтобы избавиться от надоедливых мыслей, пронизывающих мой разум. Продержавшись ещё около десяти минут, я решила выйти на улицу. Свежий воздух способствует очищению мыслей.
Накинув на себя лёгкую курточку, в пижаме и растрепанными волосами я начала медленно спускаться по скрипевшим ступенькам деревянной лестницы, дабы тетушка Мэгги не проснулась от моих шагов.
Тихонько прикрыв дверь, я направилась по лужайке на задний двор.
Сердце моё остановилось, когда я увидела бьющиеся о скалы волны Атлантического океана. Стоя на возвышенности, я смотрела на раскрывающийся внизу скалистый берег. Над глубокой мрачной бездной волны вскипали солеными брызгами, нежно обнимая песок. Как грозные волны бились о скалы, разлетаясь на сотни тысяч капель, так моя любовь к Бэсфорду разлеталась на многочисленные осколки отчаяния. Мысль о нём снова пронзила мой разум. Прошёл ещё один день с того момента как я не слышала его голос. "Интересно, он вообще вспоминает о тебе?" - язвительно терзал меня мой разум. Мне было ужасно интересно, чем он занят в данную минуту, от этой глупой мысли моё лицо расплылось в улыбке, в улыбке душевного сожаления.
Глубоко вдыхая запах морского бриза, я устремила свой взгляд на небо, засыпанное сотнями тысяч мерцающих звёзд. Созвездия - величайшее создание природы. Я умею различать все виды созвездий, словно каждая определённая звезда тонкой серебряной нитью связана с другой. В то время как один человек, посмотрев на ночное небо, видит хаотично разбросанные небесные тела, другой человек, устремив взгляд темной ночью в высь, видит множество тонких связей, взаимодействующих между собой.
- На небе так много звёзд, и я не знаю, почему они всегда падают на меня, - невольно промолвила я, глядя на падающую звезду.
POV Бэсфорд
- Дэбора, постой!, - весело кричал я вслед, догоняя её.
Мы находились на цветочной поляне, окруженной бескрайним летним лесом. Мокрая трава щекотала мои голые ноги. Солнце ярким пламенем светило высоко в небе, ослепляя всех тех, кто решался устремить свой взгляд в высь. Безоблачное небо было настолько чистым, что порой казалось, будто кто-то сверху устлал планету синим атласом. Повсюду летали маленькие жучки, роскошные бабочки, пчёлы, тихо жужжа свой мотив. Сидя на верхушках различных деревьев, птицы навязывали нам свою громкую мелодию, словно пытались донести что-то важное до наших ушей.
- Я всё равно догоню тебя!, - саркастически заявил я, когда Дэбора забежала в глубь леса. Она была одета в короткий джинсовый сарафан, который подчеркивал её стройный стан и, конечно, ноги. Любой парень, оказавшийся на моём месте, оказался бы просто придурком, если бы не обратил внимания на её выразительную фигуру.
Зайдя во внутрь лианового леса, я начал тихо искать Дэбору, оглядываясь вокруг, дабы заметить её. Прошло несколько минут, но Дэбора не подала и звука - всё ещё продолжала играть. Я видел, как она спиной прислонилась к одному из деревьев, окидывая взглядом всё вокруг.
- Бэсфорд?, - нервно окликнула меня Дэбора. Я подходил всё ближе и ближе со спины, надеясь, что таким образом смогу проучить эту дерзкую девчонку.
- Бэсфорд, это уже не смешно, - повторила она, оглядывая каждое дерево, пытаясь обнаружить меня.
- Бэсфорд, я больше не играю, всё, ты выйграл, - заявила она, отклонившись от старого дерева.
- Попалась! Я не тянул тебя за язык!, - самодовольно с криком заявил я, обхватывая её со спины. От неожиданности её тело вздрогнуло в испуге.
- Бэсфорд!, - громко заявила Дэбора, - Очнись наконец!
- Что?, - недоуменно вспыхнул я.
- Бэсфорд, да что с тобой?!, - нервно крикнула Дэбора... Или Эштон.
Стоп! Почему Дэбора разговаривает голосом Эштона? Что, чёрт возьми, происходит?
В одно мгновение моё тело пропиталось холодной влагой, словно меня окунули в воды Антарктики. Образ Дэборы, нежно улыбающейся мне в тихом влажном лиановом лесу, растворился в одночасье.
Еле разомкнув глаза, передо мной возникло размазанное лицо Эштона, державшего в руке холодную бутылку воды. Протерев глаза дважды, я наконец очнулся. Всё это было жалким сном, сном, который никогда не воплотится в реальность.
- Поздравляю, сегодня утром ты номинируешься сразу на две причины, по которым я убью тебя. Первая: ты разбудил меня, обливая ледяной водой; вторая: ты прервал самый лучший сон в моей жизни, - заявил я, положив голову на мокрую подушку, - Кстати, Эштон, ты давно мылся? Чем здесь воняет?!
- Тобой!, - взвизгнул он, - Может ты объяснишь мне с каких пор ты стал заядлым алкоголиком? Подними свою задницу с этой кровати, ты весь день проспал, - воскликнул Эштон, размахивая руками.
- Вот и отлично, я хочу раствориться в своих снах...
- Что?!, - нервно закричал Эш, - И давно ты начал выражаться как сопливая школьница?
- Я сплю, - сухо ответил я, уткнувшись в мокрую подушку. Мерзкое чувство охватило кожу моего лица, но мне нужно было немного потерпеть, чтобы освободиться от зануды Эша.
- Ладно, сопливый мальчик, ты сам напросился, - самодовольно заявил он.
Вдруг мне стало холодно, этот паршивец скинул с меня одеяло и подушку, на мне были одеты лишь чёрные боксеры. Черт, с каких пор я сплю лишь в боксерах?! И тут меня осенило. Я не мог вспомнить, как именно добрался до дома, и что было после... После того, как Дэбора покинула меня, не поверив моим словам.
- Эштон, это не сойдет тебе с рук, - громко крикнул я ему вслед. Он вышел из комнаты, ехидно улыбаясь. Поднявшись с кровати, в мою голову врезалась адская боль. Черт возьми, почему она так болит?!
- Так-так-так, а вот и первые проявления ночной пьянки, - самодовольно произнёс Эштон, зайдя в комнату со стаканом воды в руке.
- Что?! Какая пьянка?, - недоуменно спросил я, жадно выхватывая стакан из его рук. Сделав глоток, я почувствовал как вода протекает внутри меня, оживляя мои органы.
- Ты что на самом деле не помнишь?, - ухмыляясь, спросил Эш.
- Не смешно, - сухо ответил я, опрокинувшись на кровать, - Рассказывай.
- В общем, после того, как ты бросил меня в больнице, я, попрощавшись с Джейми, поехал к тебе домой. Ну, значит, ждал я тебя, ждал, а тебя всё не было. На часах показывало около трёх часов ночи, а ты всё не появлялся и не отвечал на звонки. Я подумал, что так поздно ты можешь быть только с Дэборой, и из-за этого лёг спать, решив, что этой ночью ты не вернешься, - рассказывал Эш, облокотившись об спинку стула. Так как Эштон не разговаривал со своими родителями, он ушёл из дома, переехав ко мне. Мы жили вместе, что отчасти нравилось мне, ибо нас связывала не только школа и спорт, но и общее местожительство, - Как только я закрыл веки, по квартире раздалась мелодия дверного звонка, я сразу же вскочил и направился в прихожую. Ты зашёл весь мокрый, потный, от тебя пахло сигарами, отчего я пришёл в дикий шок, ибо подумал, что ты начал курить во время моего отсутствия!, - эмоционально взвизгнул Эштон. Определенные картинки начали смутно восстанавливаться: ночной клуб, бар, выпивка, много выпивки, надоедливые собеседники... Одиночество.
- Ты же знаешь, что я никогда не возьму в рот эту отраву. Если я попробую втянуться хоть раз, то, считай, со спортивной карьерой покончено навсегда и со здоровьем тоже, - парировал я, будто объясняя двухлетнему ребёнку, что есть песок из
песочницы это плохо.
- Да, хоть в этом я могу быть уверен...
- О чем ты?, - перебив Эша, спросил я, подняв гудящую голову с матраса.
- О том, что я до сих пор думал, что у тебя с Дэборой всё несерьезно. Но вчера.., - продолжал Эштон. Услышав её имя, моя голова невольно потянула меня обратно вниз. Откинувшись назад, я молча слушал то, что говорил Эштон, тупо глядя на однотонный белый потолок, - Вчера, ты в стельку пьяный зашёл и начал говорить мне, что всё кончено, я не мог понять в чём дело, ты облокотился на меня и лишь повторял "Всё кончено...", "Дэборы больше нет", "Всё кончено...", - затянулось долгое молчание. Эштон молчал, глядя на меня, ну а я? Я полумокрый молча лежал на пустой кровати, тупо смотря вверх.
Я впервые не знал, что сказать, ибо образ Дэборы, говорящей мне, сквозь слезы, о том, что наши отношения прекращены навсегда, надолго запечатлелся в моей голове. Нежный, глуховатый от слёз, голос, словно заноза, раздирал меня в груди. В горле свербело от её болезненных тихих возгласов, её зелёные глаза, цвета летнего леса, выражали глубокую печаль, печаль, прежде которую я не видел ни у одной девушки в глазах.
- Она не хотела слушать меня, не давала возможности мне высказаться, - сухо сказал я, прерывая тишину в комнате, - Знаешь, мне впервые девушка причиняет душевную боль. Черт, как бы это сопливо не звучало, но я ненавижу себя за то, что у всех обо мне сложилось мнение, словно я Дон Жуан. Из-за этих предубеждений Дэбора также подумала обо мне, - произнёс я, мысленно сравнивая расстояние от одного угла бледного потолка до другого. Эштон молчал, вероятно, не хотел прерывать мой "порыв души", - Не молчи, мне надоело слышать только свой голос.
- Я не знаю что вставить, ведь я до сих пор не совсем понимаю, что произошло, - ответил Эштон, приподнимая брови. Он сидел на повёрнутом стуле, облокотившись руками и подбородком на его спинку.
- Ах, вот в чём дело, - воскликнул я, резко подняв голову с кровати. Эш вопросительно посмотрел на меня, - Я поехал домой к Олимпии, чтобы остановить её "план" по разрушению наших отношений с Дэборой, и, в момент, когда я находился у неё в пентхаусе, Дэбора явилась к нам.
- Хо-хо, - неожиданно воскликнул Эштон, восторженно хлопая в ладоши.
- И, после этого, - сухо продолжал говорить я, стискивая со всей силы зубы, пытаясь пропустить мимо идиотскую реакцию Эштона, будто он наблюдал за какой-то постановочной драмой!, - Она выбежала, подумав, что я переспал с Олимпией. Догнав её на улице, она, сквозь слёзы и капли дождя, сообщила мне, что между нами всё кончено. Дальше, я ничего не помню...
- Нихрена ж себе!, - воскликнул Эш, улыбаясь во всю ширину. Ситуация явно забавляла его, - Судьба не хило подшутила над вами.
- Эштон, клянусь, если ты ещё раз так по-идиотски улыбнешься, то я...
- Я всё понял, - перебил Эштон, разводя руками, - Меня интересует лишь одно, - продолжил Эш, на что я вопросительно поднял брови, - Откуда ты узнал, что Олимпия наговаривает на тебя?
Джейми. Глупо описывать моё выражение лица в этот момент. Очень глупо.
- Точно! Я знаю, что делать! Джейми, о да!, - громко воскликнул я, резко вскочив с мокрой постели, - Эштон, брат, ты гений!
- Ну, я, конечно, знал это, но не ожидал услышать... Постой, что ты делаешь?!
- Одевайся, нам нужно..
- Что?!, - недоуменно воскликнул Эштон, встав со стула, - Эй, ты куда? Ты же...
- Я должен побриться и принять душ, мы едем в больницу, - громко заявил я, захлопывая дверь ванной.
Холодная вода начала медленно разливаться по моему телу. Словно дождь повторно обливал меня. Эти льющиеся струйки воды напоминали мне вчерашний ливень. Почему я не остановил Дэбору насильно? Почему?! Мои губы всё ещё ощущали вкус её поцелуя, будто она была кометой, оставившей навечно свой след на моих губах.
На улицах уже смеркалось. Однако, я сильно выпил вчера, что проспал аж пол дня. Погода в Атланте оставалась скудной и мрачной. Дождя не было, но сгустки туч предупреждали об обратном. После того, как мы зашли в больницу, я быстрым шагом направился к лифту, будто если я увижу Джейми на несколько минут раньше Дэбора поймёт всю ситуацию.
- И всё-таки, я не понимаю, что случилось, - твердил Эштон, спешно следуя за мной. Возможности объяснить ему всю запутанную историю по дороге у меня не было, так как мы ехали на разных машинах. Кровь в моих венах бурлила настолько живо, что я был не в силах что-либо доносить до разума Эштона. Оставалось надеяться лишь на то, что по приходу к Джейми он поймет всё самостоятельно.
- Просто, слушай наш разговор, - взбудораженно ответил я, когда лифт остановился на седьмом этаже.
Видимо, молодую дежурную медсестру мало волновало, что кто-то может незаметно "пробраться" к больным. Уткнувшись в планшет, она с самодовольным видом увлеченно печатала очередное сообщение, расхаживая с удивительной скоростью пальцами по экрану.
Мимолетом пройдя мимо ресепшена, мы направились в палату.
- Бэсфорд?.. Эштон? С чего вы это вдруг пожаловали, - саркастически спросила Джейми, оторвав взгляд от книги, лежавшей на кровати.
- И тебе привет, - иронично ответил я, садясь на жутко неудобный стул.
- Привет, любимая, - нежно произнес Эштон, целуя её в щёку.
- Оставьте свои нежности на потом, - улыбаясь, сказал я, невольно закатывая глаза.
- Хэй, не мешай мне наслаждаться присутствием своей девушки, - возмутился Эш, садясь на кровать рядом с Джейми.
- Вы пришли довольно поздно. Признайся, ты не смог прожить день вдали от меня?, - заигрывая, спросила Джейми, обращаясь к Эштону. Они выглядели так, словно знали друг друга всю жизнь, их общение было таким непринуждённым, словно они парили в облаках. Общаясь с Дэборой, я не могу чувствовать себя расслабленным, потому что её присутствие чертовски действует на меня.
- Хм, я правда не хочу мешать вам, но у меня есть срочное дело к тебе, Джейми, - запнувшись, произнёс я.
- Ко мне?, - недоуменно спросила Джи.
- Да, прошу, сообщи Дэборе, чтобы сейчас она приехала сюда, - ответил я, надеясь, как глупый ребенок.
- Дэбора улетела, Бэсфорд, - сухо ответила Джейми, выпрямившись. Выражение её лица приобрело некую злобу. Я действительно не понимал, почему она гневается на меня. Куда могла уехать Дэбора за какие-то несколько часов?! Что она задумала?
- Что?, - недоуменно выдохнув, возразил я, - Она ещё вчера была в Атланте!
- После того, как она поехала к Олимпии, мы не разговаривали с ней. Ночью, она сообщила мне по эсэмэске о том, что уезжает в Саванну. На звонки она не отвечала. Я пыталась дозвонится до неё сегодня днём, но её телефон недоступен, - сдержанно ответила Джи. Я видел, этот взгляд... Её взгляд выражал тревогу, она была обеспокоена поведением её лучшей подруги. Я застыл, сидя на стуле. У Дэборы в характере заложено принимать решения в порыве гнева?! Ярость внутри меня возрастала всё сильнее и сильнее, - Что произошло вчера в пентхаусе?
- Когда, по-твоему совету, я поехал к Олимпии, Дэбора тоже оказалась там, только немного позже. Решив, что я был с Олимпией, она в слезах уехала на машине, разорвав наши отношения, - сухо ответил я, вспоминая её слова, дрожащий голос, плачущие глаза... До чего, я довёл эту хрупкую девушку? Впрочем, если бы она поверила мне, всё сложилось бы по-другому.
- Что?! Неужели она не поверила тебе?, - нервно воскликнула Джейми, - Хотя... Будь на твоем месте Эш, я бы тоже поверила глазам, а не словам...
- Эй, я здесь не причём, - иронично возразил Эштон, разводя руки. И всё-таки авария не изменила его, он остался таким же влюблённым придурком.
- Она не поверила мне, значит, предала доверие наших отношений, - сухо сказал я, рассматривая белые плитки, устилающие пол палаты. Пропасть в сердце росла с каждой новой секундой, с каждым новым вздохом кислорода.
- Что?, - недоуменно выдохнула Джейми, - С таким характером вы далеко не уедите, что ты, что Дэбора.
- Она уже уехала, - саркастически ответил я, устремив свой взгляд в глаза Джи.
- В любви нет места для гордости, - заявила Джейми, держа в своей руке руку Эштона.
- Слушай её, философ говорит, - идиотски поддакивал Эштон.
- О какой гордости ты можешь говорить?!, - вспыхивая, ответил я, - Дэбора прекрасно знала, что я не предам её, она прекрасно знала, как я трепетно отношусь к ней, но, несмотря на всё это, она всё же поверила своим предубеждением и разорвала наши отношения, думая, что я переспал с Олимпией. Где здесь гордость?! Это означает, что она не доверяла мне с первого дня нашего общения.
- Бэсфорд, успокойся.., - твердил Эштон.
- Она сбежала! Сбежала, не поверив ни мне, ни кому-либо другому! Как она могла так поступить?! Это в её характере уходить от проблем? Ну, конечно! Ведь она знает всё лучше других, почему она никогда не слушает мнение тех, кто окружает её?!, - надрываясь, говорил я. Холодная рука Эштона коснулась моего плеча, только в этот момент, я осознал, что кричал на всю палату, жар постепенно спадал с меня, вены мои набухли от напряжения, я не мог контролировать себя.
- Бэсфорд, тише, - спокойно произнес Эштон, стоя рядом со мной. Глаза Джейми выражали большую замешанность.
- Бэсфорд, я думаю, что Дэбора со временем поймет всё. Ты должен проявить терпение. У неё сейчас напряженные отношения с родителями, может быть, она из-за этого вылила всё на тебя в один вечер, - понимающе, твердила Джейми.
- Если бы она доверяла мне, всего бы этого не случилось, - ответил я, сдерживая нарастающий гнев.
- Ой, ты прицепился "доверие" бла, бла, бла. В первую очередь она тоже живой человек, имеющий чувства. Может быть, сейчас, где-то в Саванне, она сидит и плавно пускает слёзы из-за тебя, - воскликнул Эштон, отходя от меня. Мысль о том, что из-за меня Дэбора страдает, пронзила моё сердце.
- Джейми, когда увидишь Дэбору, сообщи ей о том, что она всё неправильно поняла. Она поверит тебе, так как это ты направила меня к Олимпии, - сухо сказал я, встав со стула. Нет, я ни в коем случае не винил Джи в произошедшем, отчасти я даже благодарен ей, так как мне наконец удалось посадить на место Олимпию. Но, я был огорчен поведением Дэборы. Доверие - главная часть любых отношений, и, к сожалению, оно отсутствовало в наших отношениях.
- Что значит "когда увидишь"? Ты.., - недоуменно спрашивала Джейми.
- Я принял решение, - перебив Джи, возразил я, - Я улетаю.
- Бэсфорд, умоляю, не начинай, соревнования.., - натянуто парировал Эштон.
- Я улетаю в Таиланд на месяц. Я должен видеть бои своих противников, - сухо возразил я, - Удачи оставаться.
- Чёрт, и так всегда, - вспыхивая, воскликнул Эштон, - Почему с тобой так сложно?! Твои идиотские принципы...
- Эштон, ты можешь приехать в день соревнований. Тебе не обязательно лететь со мною, ведь... Ведь скоро выписывают Джейми, - перебив Эша, ответил я, выходя из палаты, - Берегите себя, ребят.
- Как же ты не понимаешь?! Твой дурацкий характер и характер Дэборы схожи. Если ты любишь её, то не опускай руки раньше времени, - тихо твердил Эш, стоя в коридоре. Признаюсь, я ожидал услышать такую речь от кого-либо другого, но не от него.
- Проблема в том, что я не знаю любит ли она меня, - ответил я, напрягая скулы. Впервые, я признался кому-либо об этом. Что если она относится ко мне как к старому приятелю? Что если она до сих пор любит паршивца Дэниела или же кого-то другого?
- Что?!, - усмехаясь спросил Эш, - То есть вы общались полтора месяца и до сих пор не признались в своих чувствах?
- Как бы это иронично не звучало, но я, впервые, боюсь, - ответил я, с глупой улыбкой на лице, - Боюсь, что она не ответит мне взаимностью.
- Я не знаю, что между вами происходит, но если ты хочешь узнать моё мнение, то мне кажется, что она ждет первого шага от тебя, - ответил Эш, похлопывая меня по плечу.
- Спасибо, брат, - ответил я, дружески обнимая его.
- Я приеду, после того как выпишут Джейми, - шутливо крикнул он мне вслед.
Сообщив своей команде, что я собираюсь вылететь в Таиланд на неделю раньше, я начал собирать вещи. Отчасти это было побегом, побегом от мыслей о Дэборе. Спорт помогал мне забыться на время. Мысли о ней приходили каждую ночь, словно напоминая мне, что я силён в бою, но слишком слаб в любви. Около месяца я не увижу Дэбору. Смогу ли я смириться с этим? И что будет после того, как я вернусь?
POV Дэбора.
Яркий свет угасал, сквозь шторы, словно время утекало сквозь лучи ложного солнца. Запах свежей выпечки доносился до моей комнаты, врезаясь в моё обоняние. Первое утро в Саванне сулило большие надежды. Подтянувшись несколько раз, лежа в кровати, я направилась к окну. Приоткрыв окно, по комнате пронесся лёгкий ветерок, колышущий зелёные растения, стоявшие на подоконнике. Я вдохнула запах Атлантического побережья, почувствовав как на спине моей вырастают крылья.
Улыбнувшись последний раз солнцу, я направилась к лестнице, ведущей на первый этаж.
Деревянные ступеньки нервно поскрипывали у меня под ногами. До моих ушей доносились голоса тетушки Мэг и её мужа, вероятно, он вернулся с острова сегодня утром.
Пройдя мимо прихожей, я завернула налево в столовую.
Мэг сидела за коричневым столом рядом с мистером Роуэном. Кухня была освещена солнечным светом, проходящим через безупречно-белые окна. Телесные шторы, находящиеся на правой стороне столовой, были аккуратно собраны по бокам, придавая кухне более уютный оттенок. С левой стороны столовой комнаты стояли многочисленные коричневые шкафчики, большая белая плита, холодильник, цвета серебра, и различные комбайны. Мягкий узорчатый ковёр устилал лишь ту часть, где находился длинный деревянный стол и стулья, остальную часть пола кухни устлал кафель.
- Добро-о-е утро, - шутливо пропела я, зайдя на кухню.
Брови мистера Роуэна приподнялись от лёгкого удивления. Положив вилку и ножик на расписную тарелку, он встал со стула и направился ко мне.
- Дэбора, добро пожаловать!, - радостно воскликнул он, обнимая меня.
Тело мистера Роуэна слишком исхудало за два года моего отсутствия. Седая борода скрывала некоторые черты его лица. Яркие краски его рубашки передавали какую-то часть своего цвета белой щетине на его лице. Обняв его, я почувствовала запах побережья, словно мистер Роуэн был частью океана.
- Дэбора, доброе утро, - улыбаясь произнесла Мэг. На ней была надета фиолетовая рубашка, заправленная в брюки, тёмного оттенка, - Присаживайся.
Присев за стол, я положила немного бекона на свою тарелку. Апельсиновый сок здорово взбодрил меня после глубокого сна.
- У меня есть что показать тебе, - интригуя, сообщила Мэг, после того, как мы закончили трапезничать. Солнечный свет освещал левую сторону её нежного лица.
- Мне уже не терпеться увидеть это, - улыбаясь ответила я.
- Вчера, ты слишком устала с дороги, и я решила, что сообщу тебе о них сегодня.
- О ком?, - недоуменно спросила я, невольно улыбаясь.
Мэг и мистер Роуэн направились вместе со мной по зелёной лужайке на задний двор.
Днём, вид травяных холмов, морского побережья и бескрайнего поля завораживал ещё больше. В душе всё трепетало от приятного ожидания.
Мы направились к длинному деревянному бараку, кажется, я понимала, что меня ждёт.
- Вы шутите?, - замешано улыбаясь, спросила я, - Неужели вы приобрели конюшню?
- Дорогая, я говорил тебе, что она сразу всё поймёт, - улыбаясь сказал мистер Роуэн, обращаясь к Мэг.
- Дэбора, ну же, заходи, - весело воскликнула Мэг, помахав рукой в сторону входа.
- Признаюсь, я думала, что это всего лишь мечты, - восторженно сказала я, заходя во внутрь конюшни. Два года назад, когда я была в Саванне, тётушка Мэгги делилась со мною своими идеями о том, что хочет когда-нибудь иметь лошадей, но я не воспринимала её мечты всерьёз. Как оказалось, зря.
Конюшня была средней длины. На другом конце также имелись открытые двери, хотя, скорее всего, это были ворота, нежели двери. С левой стороны конюшни находилось около пяти отдельных денников, где находились лошади. С правой стороны стояли длинные деревянные кормушки, удобно расположенные для приема корма. Солнечный свет проходил лишь через небольшие форточки, высоко находящихся вблизи крыши. Воздух в конюшне был более влажным, нежели на улице.
- Так-с, мистер Россинант, нам пора на выход, - шутливо сказал мистер Роуэн, выводя коня из денника.
Гордой величавой походкой молодой конь, красноватой, словно пламя, окраски, вышел из денника, аккуратно постукивая маленькими звонкими копытами. Его золотая грива плавно вилась на ветру. Бока, словно дни уходящего лета, синхронно перекатывались с каждым новым шагом. Взглянув в глаза коня, я, словно увидела стоцветную радугу. В них выражалась такая полнота, полнота жизни, действий, полнота свободы.
- Россинант? Дон Кихот?, - замешано улыбаясь, спросила я. Было забавно узнать то, что они назвали своего коня в честь коня Дон Кихота.
- Да, мы долго думали, какое же нам дать имя жеребцу и пришли именно к Россинанту, - шутливо ответила Мэг, заботливо обнимая меня за талию.
- Жеребцу? Здесь что, ещё и кобыла есть?, - восторженно спросила я, смотря вдаль конюшни.
- Да, Грация, - дружелюбно ответил мистер Роуэн, указывая рукой на следующий денник. Грация. Было явно заметно, что мистер Роуэн и тетушка Мэг тщательно подбирали имена своим животным. В их жизни всё имеет определенный глубокий философский смысл, - Она немного устала, так что, сегодня она отдыхает.
- Позже взгляну на неё, - улыбаясь сказала я, подойдя ближе к Россинанту.
- Не бойся, он не кусается, - спокойно произнесла Мэг, видя, что я хочу дотронуться до гривы коня, - Важно прочувствовать животное внутри себя, пропустить его мысли сквозь своё сердце.
Она взяла мою руку в свою и начала плавно проводить ею сверху вниз по гриве жеребца. Дотронувшись до коня, я почувствовала его прерывистое дыхание. Я дотронулась до живого, ощущая на коже щекочущие шелковистые золотистые волоски. Прежде, я не испытывала подобных ощущений.
Мистер Роуэн начал оседлать Россинанта, в это время я с тетушкой Мэгги вышли из конюшни. Идя вдоль большого зелёного поля, мы направлялись к маленьким уютным деревянным скамейкам. Солнце освещало нам путь, по приближению к скамейкам запах Атлантического побережья увеличивался. Вдыхая его, ты словно парил над небом, оставляя все свои заботы и переживания позади.
- Почему вы всё-таки решили переехать сюда из города?, - спросила я, глядя на скалистый берег, раскинувшийся внизу.
- Каждый вечер мы с мужем идем на задний двор и садимся на деревянную скамейку. Мы наблюдаем за закатом, и смотрим как наши лошади беззаботно скачут по траве. Роуэн с удовольствием ухаживает за ними, только беспокоится об их будущей жизни. Это место передало нам часть мира, часть великой Вселенной. Знаешь, очень приятно наблюдать за всеми этими, как многим кажется, привычными явлениями. Мы с удовольствием проводим вечера на улице, даже если идёт проливной дождь. Жить здесь - поистине бесценный дар, - ответила Мэг, глядя на мистера Роуэна, который игриво скакал по полю на Россинанте. Она говорила так, словно находилась в другом мире, словно ничего кроме этого маленького кусочка планеты больше не существовало на Земле.
- Да, здесь на самом деле чувствуешь себя отдалённым от всего мира, - произнесла я, оглядывая неведомые пейзажи.
- Жизнь - это сам человек, Дэбора. Каким будет человек, таким будет и его жизнь. Если ты думаешь, что мы всегда так беззаботно жили с Роуэном, то ты ошибаешься, - отвечала Мэг. Она, словно прочла мои мысли. Я действительно задумывалась над тем, что они прекрасно подходят друг другу, они живут душа в душу, вкладывая друг в друга искренние чувства, заботу и поддержку, - Я начала ценить каждую секунду проведенную рядом с этим человеком после того, как два года назад мы узнали о поставленном ему диагнозе - лейкемия.
- Что?! Мистер Роуэн болен раком? Я не знала.., - потрясено говорила я. Мистер Роуэн болен. Почему самые искренние и честные люди уходят раньше всех на этой планете? Я еле сдерживала, подступающие к глазам, слёзы.
- Спокойно, Дэбора. Слава небесам, мы победили эту болезнь в этом году. Из-за этого твои родители за эти два года ни разу не отправляли тебя в Саванну, - понимающе ответила Мэг. Я выдохнула настолько сильно, что, казалось, держала в себе кубы воздуха. Словно обрела новую жизнь. Поразительно, как в одночасье мир может показаться тебе бесцветным и снова цветным. Вот почему мистер Роуэн так сильно исхудал, вот, оказывается, почему я не могла видеть тетушку.
Мне хотелось подойти к Роуэну и крепко обнять его, - Проблема многих молодых людей заключается в том, что они не хотят слышать и слушать друг друга, отсюда и многочисленные разводы и расставания. Понимаешь, в отношениях нужно иметь терпение и умение уступать, ибо отношения - это всегда жертва. Каждый должен быть немного благосклонен к своему спутнику. Вот и я не оставила моего Ро. При любых раскладах я всегда буду находиться рядом с ним, ибо в молодости я слишком сильно сражалась за эту любовь. Нужно уметь прощать, научишься прощать и сам будешь прощён однажды.
Слова Мэг заставили меня вспомнить Бэсфорда. Вспомнить его притягивающую походку, вспомнить его глаза, чайного цвета, вспомнить слова, нежные прикосновения и долгие поцелуи. Все проведённые с ним дни в долю секунды врезались в мой разум. От появившейся ностальгии в сердце больно защемило. Что если тётушка права? Её жизненный опыт подсказывал мне, что нужно поменять некоторые взгляды на собственную жизнь. Быть может Бэсфорд больше не совершит подобную ошибку?