Всё как-то пошло по пизде
— Почему я такой убогий? Как я могу тебе нравиться? — Мин еле дополз, когда выпитый алкоголь попросился наружу. Он сидит на кафельном полу, продолжая обнимать унитаз и ругать себя. — Что с тобой не так?
— Прекрати.
Юнги почувствовал, как кто-то гладил его по спине, и как чёлка слипшаяся от пота лезла в слезящиеся глаза.
— Я даже себе не нравлюсь. Я слышал свой голос в сообщении, он такой... невыносимо противный. — хмыкнул Юнги.
— Ты попросту напился, — успокаивает омегу Чимин.
— Ненавижу свое лицо. Когда я говорю или жую жвачку оно отвратительное. Не позволяй мне жвать жвачку.
— Идём в твою комнату. Ты ведь хочеш проснутся в постели?Хочешь да? Или ты здесь будешь спать. Идём Юнги.
Чимин пытается разбудить пьяного омегу, но тот скрутился на полу. Пак принел из спальни друга тёплый плед, окутал хрупкое тело. Рядом поставил стакан с водой.
Чимин заходит на кухню в поисках таблеток, и сразу же замирает прямо на пароге. По ту сторону от занявшего центр комнаты стола, прислонившись к холодильнику, стоит Намджун и жадными глотками пьёт воду прямо из графина. Пил. Потому что стоит Чимин войти на кухню, как графин больше не подносится к губам.
Намджун приехал домой поздно ночью и, решил переночевать здесь. Мать уехала в очередную командировку, оставив дом на своих детей. Обычно когда уезжаете она, Намджун устраивает вечеринку, завя кучу своих друзей. Но в этот раз Юнги первым занял дом.
— Слушай, у вас в доме есть аспирин? — спросил омега. Чимин стоит перед братам, своего лучшего друга лиш в длиной, белой футболке.
— Наверное. Посмотри в нижней тумбочке. — кратко ответил Намджун. Скользит взглядом
по обнажённые ногам, тщательно рассматривает каждый сантиметр его тела. Думает, что омега выглядит потрясающе, хоть раньше внимания не обращал.
Чимин, поборов смущение, обходит стол и садится на пол перед шкафом.
— Извини за беспорядок. Мы уберемся к приезду миссис Ким, — сказал Чимин.
Намджун отталкиваться от от холодильника и медленным шагами подходит к парню. Чимин усиленно старается игнорировать нависшего сверху альфу, копается в шкафу. Найдя упаковку, Чимин встаёт, но сразу оказывается вжатым в кухонную сталешницу.
— Вкусно пахнеш, — водит носом по чужой шее, поднимается к губам. Долго смотрит, облизывает свои губы. Решат.
Этот мальчик лучший друг его брата, и знает что Юнги его убьет.
У Чимина в голове хаус, ничего понять не может. Живот сладко скручивает от запаха альфы. Омега расслабляется в сильных руках, продолжает теряется об стояк. Ким впивается в пухлые губы жадным поцелуем, и Чимин сдается, откидывается на стол позади, позволяя Намджуну снять футболку. Альфа покрывает грудь омеги поцелуями, засосами.
Чимин сам забирается на стол, обвивает его шею руками, шире разводит ноги и тянется к нему за поцелуем. Он кладёт ладонь на чиминову грудь, давит ей, укладывая Чимина на спину и устраиваясь у него между ног. Губы Намджуна настойчивые и грубые, ни на секунду не дают глотнуть раскаленного воздуха. Альфа стягивает с Чимина белье.
Терпение его окончательно покинуло.
Чимин лежит перед альфой горячий, все еще одурманенный, лишенный чувства самосохранения. Аромат лаванды становится глубже и ловко вплетается в каждую клеточку Намджуна. Альфа оглаживает ногу и целует под коленкой, вызывая у омеги дрожь и тяжелый вздох. Джун проводит губами по внутренней стороне бедра и останавливается, прикусывая тонкую чувствительную кожу до ярко-алой отметины. Чимин стонет, жмурится и чуть выгибает спину, в нетерпении ерзая задницей по столу.
— Намджун-а... — со стоном выдыхает омега, выгибая спину. Альфа мягко прикусывает затвердевшую бусинку соска и поднимается к шее. Чимин зарывает пальцы в волосах Кима и закрывает глаза, полностью отдаваясь новым приятным ощущениям.
Когда пальцы альфы впервые проникают внутрь, Чимин скулит и пытается слезть с них, избавиться от боли и дискомфорта.
Намджун успокаивающе целует и шепчет:
— Терпи.
Он входит в омегу осторожно, сдерживаясь, чтобы не толкнуться резко и причинить боль. Ловит тягучие стоны губами и сходит с ума от того, как узко внутри Чимина.
От того, что он дественник.
Намджун не груб, не резок. Он двигается плавно, целует нежно. А собственное имя, которое вылетает из губ Чимина вместе со стонами, кажется вдруг таким красивым.
Ким притягивает Чимина на краю столика, удобнее перехватывает его, поддерживая за ягодицы и вновь начиная двигаться внутри грубо, резко, ловя неземной кайф от трения о тугие горячие стенки, сжимающие его член. Чимин выгибает спину до хруста позвонков и крепко вцепляется пальцами в руку Намджуна, быстро и грубо вбивающегося в него. После нескольких глубоких толчков альфа с хлюпаньем смазки выходит из омеги и с рыком кончает ему на живот, после чего сразу же притягивает к себе и целует во взмокший висок.
***
Юнги слышит слабый стон, донесшийся со второго этажа, и замирает, хмурясь и поворачивая голову в сторону лестницы.
Он чувствует себя мягко говоря хреново. Помимо того что его голова раскалывается, как будто там взрываются тысячи гранат. Его так же тошнило. Когда он поднялся с пола, и увидел в зеркало свою физиономию, стал ненавидеть себя ещё больше.
«Юнги. Ты бы выглядил симпатичние чем сейчас, ели бы тебя переехал бульдозер» – пронислось в голове Юнги, и усмехнулся.
Спустя несколько секунд стон повторился, звуча более протяжно, чем в первый раз. Босыми ногами шлепая по прохладному паркету, он пошел в сторону лестницы. Из комнаты брата слышится шорох и тихие стоны. Когда Юнги открыл дверь, он видит блестящую от пота спину брата, длинные, стройные ноги, обнявшие его торс, и слышит прерывистые стоны, с каждым толчком будто бы эхом отдающиеся по комнате.
Альфа замирает, игнорируя недовольное лицо омеги под собой, медленно оборачивается через плечо. Чимин приподнялся на локтях, уставившись на друга с растеренастью.
