30.
- Будет судебное разбирательство. — всё, это конец, подумала я.
- А можно узнать что за фотографии? — просила я, в надежде что там ничего такого нету.
- Нет, спасибо не на........— Чимин попытался остановить директора. И только сейчас я поняла что ляпнула. Ведь в сантиметре от меня сидит моя мать, которой данные фотографии могут совсем не понравиться. Но было поздно, директор за секунду развернул к нам ноутбук с уже открытыми файлами.
Лучше бы держала язык за зубами. Тут несколько фотографий наших с Чимином поцелуев, причем в кабинете биологии и еще, стоп, В КВАРТИРЕ?!? Последняя фотография по всей видимости была сделана из окна напротив, вот не лень же людям.
Медленно переведя взгляд на свою маму, я увидела что её будто ни капли не удивило. Но я хорошо знала мамино поведение, сразу поняла что она лишь перед директором делает вид что в порядке, а на самом деле внутри бушуют ураганы. Нервно сглотнув мы с Чимином переглянулись. Ни у него, ни у меня, былого настроя не было.
Директор передал нам призыв в суд, и уточнив дату заседания ушли по домам. Да, именно по домам, ведь и он, и я, были отстранены. Уже и так понятно что я переезжаю обратно домой. Заехав к Чимину я собрала вещи.
- Мам, подожди снаружи пожалуйста. — попросила её я.
- Ладно. — и она ушла.
- Прости, если бы я был осторожней и потерпел, этого всего сейчас бы не было.
- Ты тут ни при чем, да и я тоже. Просто мир против нас настроен вот и всё. — этот взрослый мужчина, но вроде и малыш, думает что виноват он, так хочется остаться с ним и продолжать безмятежно смотреть сериальчики под одним одеялом и кидаться мукой. Выслушивать его иногда тупые шутки, любоваться его сонной моськой, и вообще смотреть на него, но вроде как и на двух разных людей. В школе одетого с иголочки «профессора», а после такого милого и домашнего Чимми, который может умудриться упасть споткнувшись об собственную ногу и кубарем покатиться по полу.
- Ничего, прорвёмся.
- Прорвемся. — и не выдержав я крепко-крепко его обняла, и он не опешив прижал меня к себе еще сильнее. Не устану повторять что он похож на маленького теплого котёнка, который всегда не прочь пообниматься. А если на чистоту, то мне было больно, очень больно от того что эта история может закончиться через день, да именно на послезавтра было назначено слушание по делу. Сама того не замети в я начала плакать.
- Эй, ну ты чего? — посмотрев на него, в глазах я увидела слёзы. — ну вот, обещал же себе не плакать. — он даже когда плачет милый.
Так мы стояли где то минут 10, ни говоря ни слова, просто наслаждаясь обществом друг друга. Нехотя оторвавшись и вытерев с меня слёзы, он поцеловал меня в лоб и я ушла. Ушла быстро и даже не оборачиваясь. Ведь если я посмотрю на его грустную, но такую прекрасную мордашку, то из моих глаз хлынет водопад.
Добравшись с мамой до нашего дома на автобусе, я просто пошла в свою комнату и закрылась там. И после нескольких мучительных часов простого пролёживания жизни в кровати я уснула.
Проснулась я в ужасном настроении. Уже завтра должно состояться слушания. Весь этот день я просидела в комнате, не ела и только изредка слушала Чимову песню, которую уже загрузила в свой плей-лист. Я видела как моей маме было больно смотреть на меня, хотелось сказать что все в порядке но все было не в порядке, поэтому и не соврала. Ничего я не могла с этим поделать. То же было и на следующий день.
*3 часа до суда*
Наконец я закончила со сборами, ведь они заняли довольно долгое время. Ведь видок мой был не очень, пришлось нанести довольно много макияжа. То же самое было с одеждой, ибо вся она относилась к бомж-стайлу. Пришлось надеть джинсы и школьную белую рубашку, а на ноги надеть балетки. Как же я их ненавижу. Да еще и мама постаралась сделав мне зализанный пучок, чувствую себя только что вылупившейся ящерицей.
Мы договорились что с Чимином встретимся уже там, в здании суда.
Доехав с мамой на автобусе, мы вошли в главный зал, и я тут же увидела его. Чимин стоял в своём классическом дорогом костюме и нервно переминался с одной ноги на другую. Увидев меня он пошел навстречу.
- Лучше нам здесь не общаться. — сказал он мне на ухо. И я была с ним полностью согласна.
Вот мы уже сидим и ожидаем заседания. Я уже места себе не находила, как вдруг вышел человек с планшетом для бумаг и позвал нас пройти в зал заседаний. Мы так и сделали. Сердце бешено билось.
Первую половину заседания я сидела и на мне не было лица, а вторую я просто плакала.
Судьёй была пожилая женщина довольно внушительных размеров и холодным взглядом. В основном естественно опрашивали Чимина, ведь ситуация сейчас хуже для него. Сначала казалось что всё разрешиться, но под конец слушания так и не смогли определиться давать срок или нет. Но судья сказала что ситуацию исправить можно. Просто с условием того что ни я, ни он никаким образом в будущем не пересечёмся, не увидим, и не услышим ничего друг о друге, иначе Чимина, эту маленькую милую плюшку ждёт 10 лет лишения свободы за совращение несовершеннолетней. Бред какой то! На протяжении всего слушания я утверждала что никакого принуждения вовсе не было, что подтверждала и моя мама. Но её почти не слушали, потому что были в курсе её длительного отсутствия.
- Сохён, Сохён, не плачь прошу, я понимаю насколько тебе больно. — а мне было больно. Очень больно. Единственное что сейчас хотелось сделать это вернуться назад во времени, пережить эти моменты заново и исправить все ошибки, которые привели к такому исходу. Я чувствовала свою вину за то что произошло, ведь не будь я его ученицей, и если бы мы даже не поругались в первый день, то он бы жил такой жизнью как раньше, не зная беспокойств. А ведь нам даже не дали поговорить после суда, его просто отвели под стражу. Тот нежный человек, которого знаю я, сейчас ни за что сидит за решеткой ожидая следующего слушания. Которое состоится завтра в 10 утра. И тут я выдала вещь, которая пришла ко мне в голову еще во время суда.
- Мам, давай переедем? В Тэгу. — ведь так его не посадят. Будет гарантия того что мы не увидимся, возможно уже никогда. Но сейчас самое главное чтобы он не коротал всю свою прекрасную молодость за решёткой.
- Но Сохён..... ладно, если так надо, то хорошо.
- Сегодня. Сейчас же. Никому ничего не говоря.
- Но Сохён, не так же быстро.
- МАМА!! — у меня была истерика. Я не переставала плакать и давилась слезами. Моё горло уже разрывалось от нехватки воздуха, а мозги отказывались функционировать. Мне с таким трудом удалось произнести слова о переезде, ведь так тяжело бросать то, что любишь. Стало тошно от самой себя. Я сейчас не могла воспринимать ничего серьёзно.
- Собирай вещи.
Быстро собрав все вещи, я вытащила свою симку и сломав пополам выбросила. Чимин не должен знать где я.
- Я готова.