Согрей меня
Я сидела в сторонке, укутавшись в свою куртку и прижав к себе колени. Было очень холодно. Пальцы рук заледенели, мне с трудом удавалось ими шевелить. Сделав выдох, я вновь наблюдала за паром, исходящим из меня. Сквозь темноту я с трудом разбирала то, что меня окружало.
Шёл уже второй день, проведённый здесь. Ни еды, ни воды, ни тепла, ни света. Как я сюда попало? Благодаря Роберту...
Мы продолжали играть парочку, с каждым разом получалось все лучше. На ум Роберта пришла грандиозная идея провести каникулы на горнолыжном курорте вместе со Стефаном и Доминикой, которых он уговорил остаться. Естественно, его "девушка" должна была поехать с ним. Я согласилась.
Первые несколько дней все было прекрасно: мы катались на сноубордах, на лыжах и очень много времени проводили в джакузи. В один из дней Роберт предложил мне соревнование на одной из самых сложных трасс, которую посетители называли "дорога мертвеца". Многообещающее название, верно? Люди совсем не преувеличивали, я чуть копыта не откинула на этой трассе, но это было не самое ужасное.
На нас надвигалась смертельная лавина, от которой мы смогли укрыться лишь в небольшом заброшенном сарае. Выбраться мы из него уже не можем, так как входы/выходы завалило снегом. Может раньше я и была оптимистом, но сейчас мне ясно, что скорее всего мы с Уотсоном помрем. Знаете, если бы я знала, что умру, то выбрала бы себе компанию получше.
— Дилейн, тебе надо согреться! Если ты умрешь, то твой гнилой труп не даст мне спокойно дожить свои дни!
— Какой ты милый! Так согрей меня! — буркнула я и осторожно встала. Ещё немного и я перестану чувствовать свои конечности.
— Иди ко мне. Не хватало, чтобы из-за меня ещё один человек пострадал, — как-то печально сказал Роберт. Я осторожно ощупывая все, наконец сумела найти Уотсона. Он лежал на тахте, укрывшись каким-то дырявым отвратительным пледом, который он нашёл в этой берлоге.
Я залезла на тахту, улеглась рядом с ним и, крепко обняв Роберт, захотела высосать из него все тепло. К моему удивление, он действительно был тёплым.
— Какие горячие объятия, у тебя же на меня аллергия, — усмехнулся Роберт и стал растирать мои ледяные пальцы.
— Если бы не стоял вопрос жизни и смерти, я бы тебя обходила на расстоянии в несколько километров, — прошипела я, скрывая довольную улыбку в темноте.
— Тебе бы лишь повод дать меня обнять! — снова усмехнулся Роберт и положил мои руки себе на грудь, туда, где куртка его была расстегнута. Как ему удаётся быть настолько тёплым? Действительно горячий парень!
— Что ты имел ввиду, когда сказал, что "не хочешь, чтобы из-за тебя ещё один человек пострадал"? — спросила я, вспомнив его недавние слова. Мне надо отвлечься, чтобы не сойти с ума от безвыходности ситуации, в которую мы попали.
— Несколько лет назад мы со Стефаном попали в аварию. За рулём был я... Стефану с трудом удалось выжил. И во всем это был виноват лишь я... Мы ведь оказались здесь из-за меня. Если ты умрешь, это останется на моей совести, так что живи, Дилейн, — последние слова он постарался сделать более оптимистичными, но при этом старался сделать вид, что его моя судьба не так сильно и беспокоит. Он беспокоился обо мне?
— Только ради твоей совести и буду жить! — подколола его я, толкнув в бок. Ладно, возможно, Роберт не самый удачный вариант человека, с которым можно умереть, но и не самый худший.
— Нас обязательно найдут. Может про тебя уже в газетах написали, ты же у нас дочка селебрити, — обняв меня крепче, сказал Роберт.
— Возможно... Хотя что?! Откуда ты знаешь? — удивленно вскрикнула я и отстранилась от Роберта. Откуда, черт подери, он знает?
— Я не сельский парниша, я все сразу понял. Только вот зачем ты скрывала все это время?
— Мои родители разводятся, из-за этого папарацци и пресса стали слишком активны. Меня буквально тошнило от той жизни, поэтому я решила сбежать в небольшой городок, где вряд ли кто-то будет меня знать. Да и привилегий мне не надо, я сама всего добьюсь.
— Привилегии - вещь хорошая, — мечтательно произнёс Роберт, и я вспомнила, что его дядя - директор нашей школы. Кому, как не Роберту, знать о том, что такое привилегии?
— А твои родители? — спросила с любопытством я.
— Мама погибла в автокатастрофе, когда мне было 12, отец постоянно в разъездах из-за работы, я вижу его крайне редко.
— Мне жаль, — прошептала я и прижалась ещё крепче к торсу Роберта. Почему-то я чувствовала себе ужасно комфортно рядом с ним. Оказывается, он не такой уж и придурок. Люди меняются из-за определенных событий в своей жизни. Вечно я сую свой нос туда, куда не надо!
— Все в порядке, прошло достаточно времени.
Когда наступил третий день, я уже начала сильно слабеть. Желудок недовольно урчал, больно сжимаясь, а организм требовал воды. Холод был дикий, и мы с Робертом не знали, что нам делать. Если прыгать и упражняться, то мы затратим важную энергию. Если не двигаться, то замерзнем. У меня начала развиваться клаустрофобия, от которой меня отвлекал только Роберт. Хорошо, что я не застряла в этом месте одна.
— Может помолиться? — без шуток сказала я. По-моему, нас уже ничто не спасёт, кроме Бога.
— Я не умею, — усмехнулся Роберт, посчитав мои слова шуткой.
— Господи, пожалуйста, спаси нас. Мы постараемся измениться, стать лучше. Правда Роберт? — обратившись к парню, спросила я, он кивнул. — Только не дай нам здесь умереть!