Новая школа
Автор
Девушка протащила чемодан к гардеробу и принялась выгребать оттуда вещи. Она взяла мало одежды, потому что родители ей дали денег на обновки, что сильно её радовало. Аккуратно все сложив и повесив, Доминика протолкнула чемодан к небольшому письменному столу и принялась рассматривать комнату. Вся мебель была белого цвета, что не давало красным стенам выглядеть вульгарными. В комнате было два окна: около одного стояла большая кровать с многочисленными милыми подушками, а у другого находился письменный стол с компьютером MAC, над которым висела небольшая книжная полка. В комнате также был мягкий диванчик, а перед ним телевизор с двумя небольшими колонками.
В родном доме у Доминики не было собственной комнаты, она спала на диване в гостиной, а уроки делала на кухонном столе. Теперь она даже немного радовалась своему уединению, несмотря на то, что ей было не в удовольствие жить здесь. В любой ситуации есть плюсы и минусы - главное, чтобы первые перевешивали вторые.
Закончив осмотр, девушка услышала, как её зовет тетя, и поспешила спуститься вниз, чтобы не заставлять всех ждать. Ники еще предстояло привыкнуть к новому дому, потому что ей приходилось идти на голос тети, чтобы найти кухню. Дом не был слишком огромным, но для девушки, живущей в квартире, эта обитель казалась уж совсем необъятной. Как говорится: «К хорошему люди привыкают быстрее, чем к плохому».
На кухне семья Олдридж уже расположилась за столом, но не прикасалась к еде, потому что ждала своего нового члена семьи. Только у рыжеволосой Шарлотты было такое лицо, словно она съела целый лимон.
- Присаживайся, - приветливо сказал дядя Сэм, встал из-за стола и отодвинул стул, чтобы Доминика смогла сесть за стул.
- Не стоило, - вежливо проговорила Ники и села за стол, после чего её дядя с легкостью придвинул стол.
Все члены семьи Олдридж улыбались Доминике, кроме их «прелестной» дочери, которая продолжала смотреть на сестру с такой неприязнью, как говорит Ники: «словно я убила её любимую собаку».
- Рис и куриные котлеты, - объявила тетя Меган, поднося блюдо, - Сколько тебе положить?
- Две котлеты и совсем немного риса, - ощущая вкусный запах обеда, проговорила Ники.
Тетя тут же наложила ей котлет и риса, но, конечно, чуть больше, чем просила Ники. Это было вечной привычкой: класть в два раза больше. Доминика принялась обедать, думая о том, что её тетя будет весьма соответствующей бабушкой, откармливающей своих внуков.
- Завтра мы отвезем тебя и Шарлотту в школу, - осведомила тетя, имея ввиду себя и своего мужа.
Шарлотта фыркнула и закатила глаза, но Ники сделала вид, словно ничего не заметила. Она тоже была не в восторге от того, что будет ехать в школу вместе со своей «любимой» сестрой.
- Хорошо, - вежливо проговорила я, доедая курицу.
- Ты сама справишься? - неуверенно спросил дядя Сэм у Доминики, поглядывая на свою дочь. - Думаю, что Шарлотта сможет тебе помочь!
- Вряд ли, - пробубнила Чарли и встала из-за стола, резко отодвинув стол так, что пол заскрежетал от трения.
- Чарли! - недовольно буркнула Меган, которой крайне не понравилось поведение дочери.
- Все в порядке, я справлюсь сама, - Доминика ободрительно улыбнулась и, аккуратно встав из-за стола, поспешила спрятаться в своей комнате, чтобы снова не столкнуться с Шарлоттой.
Девушка решила принять душ, чтобы смыть с себя всю усталость перелета, взяв два пушистых полотенца: одно для головы, другое для тела, - она направилась в собственную ванную, куда можно было попасть лишь из её новой комнаты. Доминика приняла прохладный душ и, обмотав волосы небольшим полотенцем, оделась в джинсовые шорты и укороченную футболку, которая слегка оголяла плоский живот. Немного высушив волосы, Ники спустилась вниз по лестнице и вышла наружу. На территории дома был круглый бассейн, небольшая деревянная беседка и деревья, между которых крепился гамак.
Прошагав до гамака, Доминика плюхнулась на него и принялась медленно раскачиваться. Светило яркое солнце, которое приятно грело спину и длинные ноги девушки, а от бассейна отдавало холодным ветерком. Ники всегда мечтала жить там, где вечно жарко, но все свои шестнадцать лет она провела в прохладном и дождливом Сиэтле. В мыслях у девушки были лишь два слова: «Два года!».
Прошел час, и девушка услышала шум, доносившийся от дома через дорогу. Лениво встав с гамака, она принялась искать источник шума и, кажется, нашла его. Это была небольшая группа, состоящая из пары девушек и троих парней, которые бегали друг за другом и стреляли из водных пистолетов. «Идиоты», - пронеслось в голове у девушки, и она вернулась к гамаку.
Доминика
Сейчас середина учебного года, и мне предстоит учиться в десятом классе. Придется пробыть в Лос-Анджелесе больше двух лет, но я люблю округлять все в удобную сторону. Не хочется строить из себя мученицу: я осознаю, что мои дела не так уж и плохи. Мне понравился Лос-Анджелес с первого взгляда, единственное, больше всего я не хотела приобретать новых одноклассников. Новеньких не очень-то любят в школах, я об этом знала не понаслышке. Когда кто-то поступал в наш класс, ему приходилось проходить естественный отбор и борьбу на выживание. Поэтому я не хотела менять школу и становиться чьей-нибудь жертвой в этой игре.
Ночью мне с трудом удалось заснуть, потому что мои мысли были заняты предстоящим испытанием в новой школе.
Солнце разбудило меня намного раньше, чем это предполагалось моему будильнику. Даже задвинутые шторы не спасали от солнечного света, и мне пришлось вылезти из постели. Я побрела в ванную комнату и, помыв зубы, стала рассматривать свое лицо. Под глазами, как и ожидалось, были заметные темные круги, да и лицо было каким-то опухшим из-за жары. Я держала руки под холодной водой, пока они не стали ледяными, и положила ладони на щеки, лоб, нос и глаза. Через пару минут мое лицо стало выглядеть свежим и гладким, после, взяв корректор, я замазала темные круги и неровности, осталось лишь намазать водостойкую тушь и блеск.
Я искренне была счастлива, что в их школе не надо носить форму, значит я могла одеть все, что угодно. Вытащив из гардероба джинсы и белую майку на бретелях, я переоделась и, взяв сумку, собранную еще вчера вечером, спустилась вниз.
После завтрака дядя и тетя отвезли нас с Шарлоттой в школу и поехали на работу. Переступив порог школы, наши с сестрой дороги разошлись, и она сделала вид, будто вовсе меня не знает. Я была и не против. Мне удалось с трудом найти справочную и забрать свое школьное расписание. Родители выбрали для меня курс, предполагающий углубленное изучение ненавистной математики, поэтому мои занятия иногда буду совпадать с уроками одиннадцатого класса, то есть с уроками Шарлотты. Прекрасно. Она будет в восторге!
Мне было жаль, что я оказалась довольно заметной персоной в школе, благодаря своим темно-каштановым волосам, которые были редкостью среди девушек. Брюнетов было больше, но почти у всех были голубые либо зеленые глаза. Девушки были светловолосые: блондинки, русые и рыжие, - глаза у них были тоже светлые. А что сказать обо мне? Темные-каштановые волосы, темно-карие глаза, худое телосложение и бледная кожа. Когда я говорила о белой вороне, ошибалась.
Мне было суждено быть черной вороной.
Уроки проходили незаметно, и меня везде в начале занятия представляли классу, отчего многие узнали мое имя - Доминика. Я слышала шушуканья, но старалась не обращать внимания. Сплетни были неизбежны. Когда я заходила в сортир вымыть руки перед полдником, то случайно услышала, как две девушки обсуждали мои глаза. Да-да! Они говорила, что я пучеглазая! Это было сущей неправдой. Я была обладательницей больших глаз, но они никогда не были слишком выпуклыми, чтобы именовать меня пучеглазой.
В кафетерии я сидела одна за столом, который предназначался для таких новичков. Естественно, я не села за стол Шарлотты, потому что не хотела, да и она бы была против. Для меня оказалось диким количество учеников в этой школе, их было слишком много. В сиэтлевской школе обучались примерно четыреста человек. А в лос-анджелесовской лишь в параллелях десятого класса учились столько человек.
Возможно, я найду себе приятельниц среди такого огромного количества людей. Конечно, мне не особо хочется заводить друзей, но знакомые мне уж точно нужны для адаптации и выживания.