Глава 1. НЕдоброе утро
жизнь после школы, отказывается, не кончается. людей, ушедших после 9, мы воспринимаем, как что-то пропавшее без вести. ненайденное. потерянное. мы устало окидываем прощальным взглядом людей на выпускном, пытаясь впитать и запомнить их уже такие помутневшие черты лица. черты лица... ты помнишь, как выглядел человек, сидящий с тобой за одной партой? помнишь, какими духами пользовалась ворчливая старушка в виде учительницы? помнишь ненавистный скрежет мела? а ты помнишь, как звали твоего классного руководителя? ты смахиваешь слезы с лица, выходя из здания школы в последний раз. и все, что остается в памяти - хрупкий образ, к которому боишься лишний раз коснуться, лишь бы не повредить, ты хочешь сохранить все в первозданном виде. тихие посиделки в туалетах, «а может прогуляем», детская площадка, сухарики после школы. веселые разговоры с друзьями на перемене и списывания под партой. иронично, как ты мечтал спалить ее, а теперь на коленях перед дверью молишь прощения.
- Соник...
молишь прощения за то, что не ценил быстро уплывающий момент.
- ну Сооник...
прощения за то, что не успел попрощаться.
громкий всплеск воды и противные гигантские капли на лице заставил синего ежа подлететь на месте, судорожно пожирая воздух. изумрудные глаза заметались по комнате, пока ладони оттряхивали хлорированную вонючую воду с игл. утренняя пощечина из воды стала абсолютно отрезвляющим фактором, сна не было ни в глазу. Соник проморгался, выплакивая воду из ресниц и обиженно-злобно посмотрел на скептически настроенного лиса со стаканом в руках. контрастный душ пораньше, знаете, заставил встать не с той ноги.
- и че это было щас?! - вспылил еж, ощупывая влажный матрас под собой.
- о не, дружище. ты вчера сам умолял тебя пинать, пихать, лишь бы ты встал к первой паре.
желтый лисенок поставил пустой стакан на прикроватную тумбочку. его вспушенный мех говорил о недавнем сне, а полуслипшиеся голубые глазки - о том, что он тоже не рад вставать к первой паре.
Соник открыл окно и вдохнул отрезвляющий прохладный воздух. весенняя пыльца кружилась в воздухе, вызывая мелкие слезки в глазах. синий еж глубоко потянулся, прохрустевшись спиной и шеей, размял кисти рук. он любил такое утро, хотя и рассвет только скромно показался из-за крыш высоток, выглядывая как стеснительная девочка, но размыкающий глаза город завораживал. взгляд изумрудов привлекла зеленая тетрадь, которая шелохнулась под дуновением ветра. «твою мать, фонетика...» - вдруг опешил Соник. самое тяжелое почему-то так охотно забывается. синий еж быстро закидал рандомные тетради в сумку-барсетку, завешанную брелоками и потертыми значками. он вылетел в коридор, по пути натягивая чуть мятую футболку. лисенок сидел за кухонным столом и клевал носом.
- ты что, не спал? - поинтересовался Соник, засыпая хлопья в миску. в ответ лисенок показательно громко перемешал сахар в кружке. он попытался смахнуть усталость с лица, но потухший голубоватый взор не позволял.
- я чертежи делал... сегодня винт сдавать, а ему в тот раз масштаб не понравился... - как на автомате, медленно пробубнил лис сквозь зевок. еж сочувствующе посмотрел на друга и в поддерживающем жесте похлопал того по плечу, сел рядом и принялся уминать хлопья.
с музыкой в ушах и попутным ветром в голове Соник доплясал до университета. весна игривой дымкой окутывала город, будто бережно обнимала. уже слегка обжигающие лучи солнца пробивались сквозь еще пустые ветки, пробуждая деревья от долгого сна. синий, шоркая кедами, неохотно поднялся по каменной лестнице, в которой уже зияли глубокие трещины. гуманитарный корпус признан самым красивым зданием в городе: массивная лепнина, ажурные колонны и трезвая симметричность. классицизм в первозданном, но немного потрепанном виде. Соник шагнул вдоль колонн и направился к главным высоким дверям, которые всегда, как назло, тяжело открывались.
доставая из сумки телефон и пропуск, он чуть не поскользнулся на отполированном каменном полу. люди вокруг покосились на него то ли с презрением, то ли с усмешкой над его неуклюжестью. он выругнулся себе под нос и зашел в здание.
он шмыгнул в сторону аппарата с едой и уставился на воду и на шоколадный батончик. «так, степа через две недели... ну, дома мясо есть, если что, у Тейлза в долг попрошу!» успокоил себя синий еж. в итоге, купил он только воду. «батончик за 50 рублей, еще чего?!» - негодовал, обиженно глотая воду.
он зашел в кабинет и кинул сумку за предпоследнюю парту, поздоровавшись с ребятами. он заранее прикрыл телефон сумкой, так как не то, что не любил педагогику, у него даже не было тетради по этому предмету! он поставил на фон какой-то обзор очередной видеоигры и открыл фонетику, шумно вздохнув в предвкушении собственной боли. рядом он положил толстую тетрадь с теорией. он принялся писать непонятные ему значки, попутно ругаясь на немцев и запоминая пасхалки из игры.
——————————
Соник активно писал транскрипцию текста, вспоминая приевшиеся закон конца слова и «пи-ти-ка», которые нужно придыхать на ударном и в конце... «а говорила мама, учи математику... нет, блин! буду лингвистом...» - бубнил Соник, не замечая слов песни в наушниках. он мельком глянул на доску. преподаватель, пожилой лысеющий медведь лет шестидесяти, что-то нудно объяснял, проходя охотничьим взглядом по забитой поточной аудитории. Соник пригнулся к парте и вернулся в тетрадь. под рукой внезапно послышалась активная беседа. синий раздраженно посмотрел на виновников, пропиливая взглядом испуганную Руж и невозмутимого Шэдоу.
- чего... - шепотом спросила мышка. ее ухо забавно дернулось, то ли от злого синего, то от компании двух мужчин. она посмотрела в тетрадь Шэдоу и неразборчиво пробормотала: - ну, тут же дифтонг, «ае» пиши слитно... а здесь «э», а не «е», тем более она только долгой может быть...
- блять, «ei" тоже так транскрибируется? - злобно черкая ошибки ручкой ворчал Шэдоу.
- ну да, я же дала тебе конспект..
- Руж, подожди, - тихо хихикнул Соник, пытаясь не поймать на себе взгляд статного и высокомерного педагога. - зачем ты испанцу немецкую фонетику объясняешь?
- а ты не знаешь? - в ее глазах блестнул азарт, а это обычно не кончается хорошо... последний раз такой блеск был на посвящении в студенты, когда Руж предложила выпить по шоту «Зрачок Фашиста». ну типо немцы, все дела... только вот три вида крепкого алкоголя вместе давали убойную ядерную смесь, жидкий уран, который прожег все слизистые ежа. тот поспешно удалился в туалет, вытирая сопли, слюни и слезы. Соник недоверчиво посмотрел на нее. - Шэдоу наконец перевели к нам!
тгк: лимитированное издание
