[Мой препод...]

"Возможно," – согласился Вару, но в его голосе слышалось сомнение. Он не мог отделаться от ощущения, что отец что-то задумал.

Пик, наблюдая за Вару, решил действовать. Он понимал, что странное поведение отца парня может негативно сказаться на их отношениях, и нужно было прояснить ситуацию.

– Знаешь что, – сказал Пик, допивая свой кофе, – я все-таки приму приглашение твоего отца на ужин. В следующий раз, когда он будет дома, передай ему, что я с удовольствием познакомлюсь с ним поближе.

Вару удивленно поднял брови.

– Ты серьезно? – спросил он.

– Абсолютно, – кивнул Пик. – Лучше открыто поговорить и развеять все сомнения, чем гадать, что у него на уме.

Через несколько дней, вернувшись домой, Вару застал отца за чтением газеты в гостиной. Он передал ему слова Пика, ожидая бурной реакции. Однако, Александр лишь спокойно кивнул.

– Хорошо, – сказал он. – Передай своему учителю, что я буду ждать его в субботу вечером.

Наступившая суббота принесла с собой волнение и ожидание. Вару весь день нервничал, предвкушая вечер. Он помогал Лизе накрывать на стол, стараясь не думать о предстоящей встрече Пика и отца.

Наконец, раздался звонок в дверь. Вару бросился открывать. На пороге стоял Пик с небольшим букетом цветов для Лизы. Он выглядел спокойно и уверенно, как всегда.

Ужин начался довольно напряженно. Александр внимательно изучал Пика, задавая ему вопросы о работе, образовании, семье. Пик отвечал спокойно и открыто, не уклоняясь от ответов. Лиза, как всегда, была приветлива и дружелюбна, стараясь разрядить обстановку.

Постепенно, атмосфера за столом становилась все более непринужденной. Александр, казалось, оценил прямоту и интеллект Пика. Он даже пару раз рассмеялся над его шутками.

После ужина, когда Пик уже собирался уходить, Александр задержал его.

– Пик, – сказал он, – я хотел бы извиниться за свое… излишнее любопытство. Просто я очень дорожу своим сыном, и мне важно знать, кто оказывает на него влияние.

Пик улыбнулся.

– Я понимаю, – ответил он. – И я могу заверить вас, что желаю Вару только добра.

...

После откровенного разговора с Александром, напряжение, висевшее в воздухе, наконец рассеялось. Пик, попрощавшись с отцом и мачехой Вару, уехал. Вару, оставшись наедине с отцом, почувствовал облегчение.

– Ну что, – спросил Александр, лукаво улыбаясь, – как тебе мой спектакль?

Вару непонимающе посмотрел на отца.

– Спектакль?

– Ну да, – кивнул Александр. – Мне нужно было убедиться, что твой учитель – достойный человек. А что может быть лучше, чем ужин в семейном кругу?

Вару рассмеялся.

– Ты меня разыграл! – воскликнул он. – А я-то переживал!

– Переживать нужно за контрольные по математике, – подмигнул отец. – Кстати, Пик действительно отличный учитель. Ты стал гораздо лучше учиться.

Отношения между Вару и Пиком после этого случая стали еще более доверительными. Вару больше не стеснялся говорить с Пиком о своих проблемах, а Пик, в свою очередь, всегда был готов выслушать и поддержать. Они часто проводили время вместе, не только на занятиях, но и просто гуляя по парку или за чашкой кофе в том самом кафе. Вару чувствовал, что Пик стал для него не просто учителем, а настоящим другом, и это чувство было взаимным.

Однажды, во время очередной прогулки, Вару, собравшись с духом, решил признаться Пику в своих чувствах.

– Пик, – начал он, нервно теребя рукав куртки, – я… я хотел сказать…

– Что? – Пик остановился и внимательно посмотрел на Вару.

– Я… ты мне нравишься, – выпалил Вару, зажмурившись.

Наступила тишина. Вару боялся открыть глаза. Ему казалось, что прошла целая вечность, прежде чем он услышал голос Пика.

– Вару, – сказал Пик мягко, – ты мне тоже очень нравишься.

Вару открыл глаза и увидел теплую улыбку на лице Пика.

– Правда? – спросил он с надеждой.

– Правда, – кивнул Пик. – Но, Вару, ты должен понимать, что я твой учитель, и между нами есть определенные границы, которые мы не можем переступить.

– Я понимаю, – сказал Вару, слегка огорчившись.

– Но это не значит, что мы не можем быть друзьями, – продолжил Пик. – И кто знает, что будет в будущем.

Вару улыбнулся. Это было не совсем то, на что он надеялся, но это было лучше, чем ничего. У него еще было время. Время, чтобы повзрослеть, время, чтобы разобраться в своих чувствах, и, возможно, время, чтобы однажды эти границы между ними стерлись.

...