странные.

«Обернусь я белой кошкой,
Да залезу в колыбель.
Я к тебе, мой милый крошка,
Буду я твой менестрель»
белая кошка, мельница

Школьная жизнь, как и прежде - все 11 лет, увлекала за собой, местами была скучной, а когда-то - невыносимой. Но в любой заварухе всегда найдётся светлое событие. В заварухе Нугзара тоже пробился лучик света. Такой нежный и приятный, как первая ветка сирени или даже ангел во плоти.

Наташа была давно потерянным чудом. Она сверкала. Знаете, вот есть такое состояние, когда видишь в человеке только хорошее. Нугзар местами сомневался, что в Нате вообще есть что-то плохое. Ну вот просто как оно могло в ней быть?

Некоторые называют это слепой любовью. Парень же предпочитает говорить просто «слепота». Но эта «слепота» ему даже нравилась. Нравилась в том смысле, что «главное, чтоб не любовь». Глупо.

Но, как никак, через тысячи философских рассуждений наступили каникулы. Нугзара не покидало смутное ощущение, что четверть пролетела слишком быстро. Слишком мало времени. Парень хотел встречаться с Наташей хоть каждый день. Одержимый, не иначе.

Но, в общем-то, долгого расставания после последней школьной пятницы не последовало.

«Привет, - написала Ната Нугзару в воскресенье, - мне скучно, голова уже взрывается от подготовки к ЕГЭ. Пошли гулять»

По правде говоря, Нугзар был тем человеком, которого очень сложно выпнуть на улицу. Был когда-то, видимо. Он побежал, как миленький на предложение девушки встретиться.

- Ва-а-ау, ты живой, - вместо приветствия прокричала Наташа, всплёскивая руками.

- А должен был умереть? - парень с улыбкой подошёл ближе.

- Ну я надеялась, - шёпотом сказала Ната, криво улыбнувшись. Через секунду ей в бок прилетел локоть, но удар был смягчён зимними куртками, - Слушай-ка! - девушка было замахнулась, но её запястье было перехвачено ледяными пальцами. Оно было тёплым, почти горячим, согретым слоями куртки и кофты, из-за чего Наташа с писком вырвала его.

- Пошли уже, на улице не май-месяц, - парировал Нугзар голосом своей бабушки, у которой это была культовая фраза. Девушка как-то слишком уж хитро улыбнулась, но зашагала рядом.

- Давай на площадь? - предложила она. Парень взглянул на свою подружку с лёгким удивлением, - у тебя лицо с субтитрами, - Ната заливисто рассмеялась, схватившись за щёки ладонями в перчатках, видимо, чтоб не обветрить кожу. А ветер, между прочим, был очень даже холодным и колол кожу, словно игла.

- Да? И что там говорят? - Нугзар ещё больше удивился, а уголок рта непроизвольно и криво потянулся вверх, как это бывает, когда смотришь на слишком уж привлекательного человека.

- Говорят: «Ты чё сбрендила, сумасшедшая?» - охотно поделилась своими догадками Наташа. Да, догадками, потому что парень на самом деле был не против пройтись по площади, куда они уже и шли, - А вот сейчас: «Ну ты реально сумасшедшая!» - воскликнула Ната с улыбкой.

Улыбалась она, насколько ей позволяли её собственные ладони, всё ещё покоившиеся на щеках, хотя ветра уже не было. Такая милая и уютная сцена разбудила внутри Нугзара какое-то приятное тепло. Глядя в светлые смеющиеся глаза Наташи, парень сам невольно засмеялся. Красивая. Хоть ухоженная и накрашенная, хоть спросонья замотанная в шарф по самые уши.

- Чего пялишься? - опешила девушка, споткнувшись о собственные ноги от такого пристального взгляда, а Нугзар лишь усмехнулся и, пожав плечами, отвернулся.

Вдалеке уже виднелась тёмно-зелёная макушка городской ёлки. Ребята почти пришли. Слышались длинные визги детей, съезжающих со снежных гор. В стороне от них находилось кафе, возле которого толпились подростки и взрослые. Над головой мигали гирлянды самыми разными огнями. Над всем этим чудом возвышалось колесо обозрения.

Рядом послышался восторженный вдох Наты. Да, Нугзар бы и сам ахнул. Перед глазами начали порхать снежинки, окончательно придающие атмосферу предновогоднего чуда.

- Кудря-я-яшка, - всё с тем же восторгом ласково протянула Наташа, - я хочу на колесо, - уверенно заявила она, повернувшись к парню. Тот тёпло улыбнулся, от чего у Наты дрогнули губы, растянутые в улыбку.

- Ну? - спустя несколько секунд произнёс Нугзар. Девушка непонимающе хлопнула ресницами, на которые уже начал прилипать снег, - Вперёд и с песней, - парень усмехнулся, а Наташа дёрнулась и быстро засеменила в сторону входа.

Спустя 5 минут ребята уже сидели в кабинке колеса. Тут было тепло, даже жарко, поэтому и Нугзар, и Ната скинули куртки и шапки. Девушка растянулась на столике между сидениями, положив туда свою голову вместе с руками.

- Интересно, почему колесо работает зимой? - пробурчала она, глядя в окошко на блестящий город.

- Без понятия, - легко откликнулся парень и рукой всполошил волос Наташи, так идеально лежавший. Девушка на это только промямлила что-то не очень доброжелательное и перехватила ладонь Нугзара в свою, вжалась в неё, а потом и вовсе улеглась на неё.

Парень был в принципе не против, но сердце йокнуло, и пришлось сделать судорожный вздох. Ната о чем-то задумалась, да и Нугзара устраивала тишина. За мгновение ему даже показалось, что девушка уснула, но глаза её были открыты, а улыбка сползла с её губ.

Выйдя из кабинки, ребята решили потихонечку топать в сторону дома, припоминая слова парня «Не май-месяц».

- А как по-японски будет колесо? - спросил Нугзар, надеясь как-то вернуть былой настрой Наташе. Он, признаться честно, по-японски знал только позорное «ямете кудасай», да «аригато».

- «Сшарин» - ответила Ната, чуть подумав. Парню нравилась эта странная шипелявость, да и вообще звучание языка, поэтому он старался почаще спрашивать у подруги словечки, хоть никогда их и не запоминал, - Но если ты имеешь в виду колесо обозрения, то я не помню, как оно там будет, - девушка шмыгнула, виновато почесав макушку под шапкой.

Нугзар цокнул, покачав головой, за что получил по этой самой голове. Вскоре они решили двигаться в сторону квартиры Наташи, потому что она была ближе всего, а замёрзли ребята знатно.

- Шестой этаж? - парень вылупил глаза, запрокинув голову, чтобы посмотреть на лестничную клетку. Ната горделиво кивала, довольная, как удав. Как будто поймала жертву в ловушку.

- Он самый, - девушка взлетела по ступенькам и обернулась на своего спутника, стоявшего с кислой миной, - Спросишь, почему нету лифта? А потому что в доме всего 6 этажей, и умные дядьки решили, что люди как-нибудь, да дойдут. Вперёд! - крикнула она, улыбнулась и снова полетела по ступенькам.

Пытка прекратилась, когда Нугзар поднялся то ли с Божьей помощью, то ли с помощью Наташи. Но поднялся! Подруга открыла дверь длинным ключом и пригласила сначала «достопочтенного гостя», поклонившись, словно лакей.

С порога на парня прыгнул кот с тихим и коротким «мяу». Он, конечно, довольно быстро прознал, что нифига не хозяйка вернулась домой, но слезать с плеча, на которое с такой ловкостью забрался, не стал.

Нугзар медленно обернулся, уже чувствуя спиной ехидную улыбку Наты.

- Ты же знала, Наталья! - разувшись, сказал парень Наташе, но та уже во всю смеялась, из-за чего нельзя было сдержать собственного смеха, - Ты гостю решила с порога жизнь портить? - девушка подняла глаза на Нугзара, но, тоже пытаясь разуться, лишь подавилась новым приступом смеха, так и не сказав ничего в ответ.

Парень взглянул на кота. Он был длинношёрстным, рыжим, но местами белым. Например, нос у него был белым. Невинные зелёные глазки явно не понимали, чего это его странная хозяйка смеётся, как умалишённая. Нугзар тоже не понимал, поэтому просто многозначительно поднял брови и поджал губы, кивая коту.

- Ещё приколы будут? - спросил парень, уже сидя на кухне, которая, кстати говоря, была соединена с залом.

- Будут, - уверенно заявила Ната, кивнув. Она стояла к Нугзару спиной, включая чайник. Дальше последовало «Кс-кс-кс», а парень покачал головой, усмехнувшись.

Животных он любил. Но Хорёк - тот самый рыжий котик (Наташа уверяла Нугзара, что у него мордочка похожа на мордочку хорька, из-за чего он и получил такую кличку) - уже кушал из своей миски. Парень вздёрнул одну бровь и стал ждать.

Ждать долго и не пришлось. Из одной из двух комнат, расположенных рядом друг с другом, выбежала кошка. Она была меньше Хорька, но шерсть у неё была такая же длинная, хотя вся она была белая.

- Пу-у-ушечка, - Наташа села на стул рядом с Нугзаром и протянула руки к кошке. Та, с удовольствием запрыгнув на колени девушки, стала мурчать и подставлять свою голову под ладошки хозяйки.

- Чего ж они такие ручные? - поражённо спросил парень, молча наблюдавший за всей этой картиной.

- Не знаю, домашние, - пожала плечами Ната, улыбнувшись.

Нугзар вдруг понял, что они - кошка и его Наталья - были до жути похожи. Обе ласковые и светлые, у обеих, кстати, были хитрые глаза.

- Пуша - мама Хорька, а он вообще ещё котёнок, - пояснила девушка своим тихим ровным голосом.

- Ага, по нему видно, - саркастично подметил Нугзар, - а вы с Пушей похожи, - он поводил пальцем от кошки к девушке и наоборот. Наташа рассмеялась.

- А вы с Хорьком похожи, - в ответ сказала она.

- И чем же? - парень вскинул брови, подперев щёку рукой.

- У вас взгляд одинаково глупый и непонимающий, - с ухмылкой сказала Ната.

- Что за котобуллинг, - пробубнил Нугзар. Обидно не было, было смешно до жути, но парень сдерживался улыбкой, - Да, Хорёк? - спросил он кота, когда тот посмотрел на Нугзара и запрыгнул к нему на колени, а с коленей - на шею.

Парень скривился, проклиная когти Наташиных котов, а та заливисто рассмеялась, гладя довольную кошку, растянувшуюся на коленях.