-10-
Юнги резко встал с небольшого дивана, на котором всё и происходило, и пошёл в кухню, оставляя омегу одного со своими мыслями. Альфа боялся причинить ему ещё больше боли и напугать ещё сильнее, поэтому просто ушёл. Сделав лучше им обоим.
Хосок ещё некоторое время сидел в полном шоке и с мокрыми глазами, ведь его пугает любое действие, сделанное против его воли. Кончиком пальца он аккуратно коснулся губ, тяжело дыша.
— ты придурок, Мин Юнги. — Говорит сам себе Чон.
Мальчик вытер глаза и мелкими шагами потопал в кухню за Мином, дабы положить ему ужин, на который он опоздал, соответственно. Пока альфа сидел за столом, думая о только произошедшем, Хосок подошёл к плите, с тарелкой в руках, и стал накладывать еду. Юнги смотрел на него и снова хотел касаться этой мягкой и нежной кожи. Обжигать её своими касаниями и целовать каждый миллиметр этого тела.
Чон поставил тарелки перед ним, дал палочки и хотел уже уйти, но его остановил голос Юна.
— Хосок, — омега остановился на пороге, но не повернулся к нему лицом. — Посиди со мной, пожалуйста, — самое глупое предложение в жизни парня, который сейчас ведёт себя словно маленький и влюблённый подросток.
Омега повернулся к нему, смотря с недоумением.
— Зачем?
Теперь этот вопрос загнал Мина в тупик. Он хотел сказать правду о том, что будет любоваться им пока не поест, но не скажет, потому что тогда Хосок точно уйдёт.
— Просто одному скучно, понимаешь, составь мне компанию и тоже поешь.
— Компанию составлю, но я не ем, я худею, поэтому просто посижу.
Юнги нахмурился после этих слов и напугал своим тяжёлым взглядом и младшего.
— Ты поешь и не будешь худеть. У тебя слишком шикарная фигура, чтобы её портить диетами, поэтому давай, не действуй мне на нервы и положи себе поесть, прямо сейчас, — сказал уже уверенно альфа, закидывая кусок прожаренного мяса в рот. Хосок готовит так хорошо, что еда тает во рту.
— Да я и не голоден...
— Нет, ты голоден, маленький, прошу тебя, поешь хоть немного — альфа очень не хотел, чтобы мальчик худел, ведь тогда и мягкая и большая попа Хосока станет меньше, кода не будет такой нежной и аккуратной, да и весь хосок уже будет другим. Нет, Юнги безусловно будет любить его любым, но без глупых диет счастливы оба.
— Уф, ну хорошо, поем немного, — тихо нежным голосом сказал Чон, пока накладывает ужин и себе.
Юнги победно улыбнулся и продолжил есть, когда Хосок сел за стол напротив его. Юнги не отрывал от него взгляд, старался зацепиться за каждую деталь, лишь бы ничего не успустить. А хосок просто ел то, что недавно приготовил.
— Юнги, можно вопрос? — в кухне была тишина, которую решил разбавить Хосок.
— Да, конечно. Что такое? — посмотрел на него Юнги, отвлекаясь от трапезы.
— Где ты пропадаешь по ночам? Где бывает Чонгук? Почему вы всегда так поздно приходите и рано уходите? — вопросы были самыми разумными в данной ситуации. Юнги положил палки на стол, опираясь руками о край стола.
— К чему эти вопросы? — альфа про себя ему просто не расскажет, а про Чонгука не знает.
— Просто, раньше Чонгук всегда был по вечерам дома и мне не было страшно, а сейчас мы втроём, но вас обоих нет дома и мне страшно тут одному, поэтому я подумал, чтобы хоть кто-то оставался со мной, когда на улице уже темно, — смущённо говорил омега, смотря на свои же руки.
Юнги улыбнулся и умилялся с человека напротив. Хосок боится темноты. Вот это новость для альфы. Чон заметил, что ему смешно и разозлился, — послушай, это не смешно, мне правда страшно, если вы можете кого угодно избить, я не могу. А вдруг пока вас нет, кто-то придёт? И они смогут убить меня или забрать что-то важное и ценное.
— Маленький, ты ведёшь себя как ребёнок, хотя, 9 класс это ведь ещё ребёнок, — Юн вспомнил, что мальчик находится в 9 классе и понял, что он трахнул ребенка, буквально.
— Той ночью тебя не волновало то, что мне всего 16, а не 18 лет, — буркнул Хосок, кусая щёки.
Конечно он был прав. Юнги, которому 19 лет, отымел маленького мальчика, которому недавно исполнилось 16.
— Но при этом, тебе ведь понравилось, — старший ухмыльнулся, смотря на Хосока, который тяжело сглотнул вязкую слюну и посмотрел на него глазами, полными удивление.
— Юнги, ты дурак, — громко сказал Хосок, пряча лицо руками. Юнги посмеялся с него и продолжил.
— Ну признай, тебе правда понравилось.
— Ничего мне не понравилось, — Чон зацепил руки на груди, злобно смотря на мужчину напротив.
— Поэтому ты так громко стонал моё имя? — горделиво спросил альфа, откидываясь на спинку стула. И снова Хосок в шоке, а в животе у него начинает завязываться узел. Он резко встал из-за стола, быстрым шагом подошёл к Мину и посмотрел прямо тому в глаза, так же держа руки на груди.
— Если ты ещё раз скажешь об этом, я... — не успел он договорить, как его перебил Юнги.
— То ты что? Попросишь трахнуть тебя снова? — альфа засмеялся и взял младшего за руку, — Маленький, это нормально что тебе понравилось, я действительно хорош в постели, — он потянул Чона на себя, заставляя встать между его ног. — Всем пока нравилось. — снова гордая ухмылка и Хосок разозлился.
— Их что так много у тебя было? — ревниво спросил омега. Юнги это удивило и он решил проверит, Хосок его реально ревнует или просто интересуется.
— Ну довольно много, а что? Ты у меня юбилейный. — Мин был счастлив видеть злое личико омеги, у которого щеки начали гореть, — и из всех них, больше всех мне понравился самый неопытный, самый маленький, самый невинный, самый сексуальные и самый пухленький малыш — понятно про кого шла речь, конечно про Хосока.
Омега был весь красный от смущения и щёки стали гореть ещё больше. Он весь пылал от слов Юна, которому это нравилось. Он продолжал давить на мальчика такими фразами, пока тот не крикнул.
— Прекрати, — зажмурил он глаза. Юнги посадил его к себе на колени, а рукой стал поглаживать его ноги.
— Так тебе понравилась та ночь? — он приблизился к омеге настолько близко, насколько это было возможно. Они смотрели в глаза друг другу, не желая отрываться, обжигая друг друга горячим и тяжёлым дыханием. Хосок в руках Юнги был миниатюрным, что умиляло Мина. Чон не знал как ответить на этот вопрос, потому что было стыдно сказать правду, что да, понравилась. Юнги всё понял, поэтому притронулся тыльной стороной руки мягкой щеки мальчика, проводя очень нежно и аккуратно. — Я могу напомнить, чтобы ты был уверен в своём ответе, — не дав сказать омеге и слово, он не сильно притянул его к себе ближе, касаясь губ.
Хосок растаял в его сильных руках и был уверен в том, что и в этот раз ему понравится то, что с ним сделает Мин. Младший обхватил лицо альфы двумя руками, чтобы тот проник языком глубже. Юнги снова и снова взлетает на седьмое небо от счастья. Сам Чон Хосок целуется с ним да ещё и обнимает. Юнги готов жизнь отдать ради таких моментов. Мин подхватил его за бёдра и повернул его к себе всем телом.
Они целовались бы так целую вечность, если бы не воздух, что имеет свойство заканчиваться. Оторвавшись друг от друга, Юнги поднял мальчика, посадил на стол, перед этим убрав тарелки с едой, и встал между уже его ног, снова целуя в губы. Когда Мин стал снимать с себя футболку, Хосок стал ему помогать, чтобы быстрее избавиться от лишней вещи. Альфа перешёл на домашние штаны младшего, которые полетели вслед за футболкой старшего, а за ними и штаны альфы. Мин был полностью голым, пока Хосок оставался в пижамной и тёплой кофте. Снова они прилипли друг к другу, не желая отрываться. Руки светловолосого блуждали по горячему телу омеги, который выгибался от каждого прикосновения. Он тихо стонал в поцелуй, прикрывая глаза. Юнги это дико влзбуждало, поэтому он преподнёс два пальца к губам Хосока. Мальчик сначала испугался, но потом всё же намочил их языком.
— Умничка, маленький, — он чмокнул его в губы и приставил пальцы к колечку мышц. Хосок затаил дыхание, когда один палец вошёл в него до конца и стал аккуратно и медленно двигаться. Мальчик откинул голову назад, снова прикрыл глаза, потому что веки стали неимоверно тяжёлыми. Юнги попутно целовал его шею, просовывая внутрь второй палец. Чон выгнулся в спине, простонав чуть громче. Юнги стал растягивать его в манере ножницы, чтобы когда он заменит пальцы членом, было не очень больно.
Альфа понял, что можно и себе доставить удовольствие, когда Хосок стал сам насаживаться на пальцы, дав понять, что он сам хочет большего. И Юнги это сразу понял. Он схватил юношу за бёдра, потянул к себе, заставляя того лечь на холодный стол, из-за чего по телу пробежали мурашки. Мин чуть присел и стал целовать внутреннюю часть бёдер Хосока. Альфа провёл языком по колечку мышц, заставляя омегу застонать уже во весь голос. Хосок был весь обмякший в его руках и полностью ему доверял, поэтому расслабился. Юнги ценил это, поэтому старался всё делать аккуратно и нежно, чтобы не причинить боль мальчику. Он стал вылизывать его, пока омега извивался словно змея и стонал как шлюха. Юн не остановился до тех пор, пока Хоби сам резко не схватил его за волосы, оторвав от себя. Чон тяжело дышал, капельки пота стекали с обоих, особенно с Хосока, который долго не мог восстановить дыхание.
— Моему малышу нравится? — спросил глупый вопрос Юнги, снова работая языком. Ему нравилось то, как Хосок мелко дрожит и стонет под ним, весь горячий и возбуждёный. Омега будто выпал выпал из этой вселенной от удовольствия, которого, как ему казалось, было в избыток. Он толкнулся руками о стол, отодвигаясь от языка старшего.
— Юнги, х..хватит, — еле дыша, просит Хосок. Ноги трясутся и Юну это нравится. Хосок собственное тело не чувствует, поэтому просто лежит на столе, словно маленький котёнок.
Мин встал в полный рост, снова за бёдра притянул омегу к себе и стал входить, попутно насаживая и омегу на член. Он делал это медленно, чтобы Хосок успевал привыкнуть к новым размерам, которые уже полностью были в нём. Мин откинул голову назад, закатывая глаза от удовольствия. Хосок же вцепился ногтями в руку старшего, царапая её до крови. Юнги тихо зарычал и из-за этого дёрнулся, попадая под нужным ему углом. Чон застонал во весь голос, соскакивая с члена старшего. Юнги засмеялся низким бассом и наклонился к лицу младшего.
— Мой маленький малыш, потерпи немного, дядя Юнги сделает тебе хорошо, — басил альфа прямо в губы младшего, заставляя пробежать табун мурашек. Хосок кивнул и сам поцеловал губы Мина. — Мой сладкий — сказал Юнги, перед тем как снова встать так, чтобы попадать именно под нужным углом, чтобы Хосок умолял остановиться. Светловолосый сделал первый толчок, выбивая из уст омеги громкий гортанный стон. Ещё пара толчков и Чон уже крутился, чтобы встать с члена, но рукт альфы, что крепко прижали тельце к себе, не давали и на миллиметр отодвинуться. Хосок закрывал лицо руками, чтобы не было видно, как он изгибает бровки. Юнги одной рукой схватил обе руки омеги и зацепил их на рыжей макушкой. Юнги двигался не очень быстро, а наоборот, делал резкие, глубокие и жёсткие толчки, заставляя стол скрипеть. Казалось, что ещё чуть чуть, и он просто сломается под ними.
Старший отпустил руки и лёг на омегу, опираясь руками о стол. Хосок воспользовался положением, обвил торс альфы руками и стал царапать с такой силой, что на спине стали сочиться мелкие капельки крови. С каждым разом альфа двигался всё быстрее и грубее, заставляя Хоби кусать свои губы до крови, чтобы не разбудить соседей. Юнги знал, что его стоны и правда могут разбудить парочку людей, поэтому закрыл рот мальчика рукой, надавливал так сильно, что подростку даже сдерживаться не пришлось. Он мычал, крутился, царапал, делал всё, потому что ему сейчас больше чем просто хорошо. Конечно немного больно было, но Юнги старался, чтобы омега этого не особо чувствовал или просто не обращал внимание на эту боль.
Когда альфа понял, что близится к разрядке, он убрал руку со рта Хосока, выпрямился в спине и сказал.
— Стони во весь голос, маленький, — он схватил его за бёдра и резко вошёл до самого основания, Хосок уже не просто застонал, он крикнул, дёргаясь от ощущений. Подросток резко пристал, оптраясь локтями и откинул голову назад, ведь не хотел пересекаться взглядами с Юном, которому это не понравилось, — посмотри на меня, — строго приказал Мин, делая грубый толчок. Хосок прикусил губу, пытаясь поднять голову, что казалась безумно тяжёлой. — Я сказал, на меня смотри — снова рык и грубый толчок. Хосок тяжело дышит и пытается поднять голову, с чем
Юнги ему решил помочь. Он схватил его за волосы, и поднял, заглядывая в его мокрые глаза, полные слёз. Мин знал, что это слёзы не от боли, а от чувств и ощущений. Он понял, что всё таки сделал хорошо своему мальчику.
Ещё немного и альфа излился на живот омеги, помогая себе тем, что провёл рукой несколько раз по члену. Юнги тоже тяжело дышал и был весь мокрый, как и Хосок у которого задрожали ноги. Он всё ещё прикрывал лицо, пытаясь не заплакать от непонятных чувств. Он был будто в трансе после наркотиков. Очень сильных наркотиков.
Юнги сел на стул, откинулся на спинку, чтобы востонавить дыхание. Он смотрел на тельце на столе и понял, что он нашёл того с которым ему не просто хочется потрахаться и забыть всё на следующий день, ему хочется заниматься с ним любовью, отдавать всего себя и принимать всего этого омегу.