87
Мама улыбнулась, после чего вместе с доктором скрылась за той белой дверью. Я же так и осталась сидеть на лавочке, а неподалёку от меня был Кораблин. Не знаю, почему, но я вдруг захотела, чтобы он ушёл. Не потому, что была зла, просто не хотелось, чтобы он был здесь. В данный момент я сама себе казалась настолько жалкой, что сидеть напротив него и делать вид, будто всё в порядке, представлялось чем-то невозможным. Да и вообще, я хотела домой. Подальше от всего этого – от проблем, горестей, негативных эмоций. Спрятаться в своей комнате и не выходить оттуда какое-то время.
Да, мне безумно хотелось, чтобы Кораблин ушёл. Но сказать об этом прямо, глядя ему в глаза, я почему-то не могла. Именно поэтому уставилась в пол, произнеся:
- Я бы тоже хотела сказать тебе спасибо. Ведь, несмотря ни на что, ты всё же помог мне. Даже рядом сидел, пока я пыталась успокоить свою маму.
Мой голос звучал спокойно, я была рада этому. Меньше всего хочется, чтобы он увидел, как мне на самом деле плохо. Хоть доктор и сказал, что с Робертом всё в порядке, я не почувствовала себя намного лучше. Если вообще почувствовала.
- Не за что, - так же спокойно ответил парень. Не знаю, смотрел ли он на меня, когда произносил эти слова, или же тоже предпочёл лицезреть кафель, но со стороны могло даже показаться, будто между нами ничего не изменилось. И это раздражало.
– Я тоже беспокоился о Марке.
Я усмехнулась. Конечно. Знала же, что других причин приехать сюда у него не было. Их и не должно быть.
- К счастью, с ним всё в порядке, - с ноткой облегчения в голосе произнесла я. – И тебе больше нет нужды находиться здесь. Нет, я тебя не выгоняю, не подумай. Но знай, если хочешь уйти, то тебя никто не держит.
Да, знаю, что это прозвучало грубо, но ничего не могу с собой поделать.
- Ты так хочешь, чтобы я ушёл? – спросил Кораблин и прежде, чем я успела что-либо сказать, добавил: - Это невооружённым взглядом заметно.
Не знаю, что произошло со мной после этого. Как оказалось, до сих пор мне словно удалось запереть все свои чувства в какой-то чемодан, который с трудом закрылся. И вот наступил тот момент, когда он не выдержал – замок сломался. Как обычно вываливаются в таких случаях вещи, так произошло и со всеми эмоциями, что накопились во мне за всё это время. В тот момент плевать мне было на то, что мы находимся в больнице, даже на то, что мама может в любой момент появиться в коридоре, я больше не обращала внимания. Я не думала, когда говорила, слова просто лились из меня рекой.
- Да, хочу. Я очень хочу, чтобы ты ушёл. Потому что мне невыносима одна лишь мысль, что ты сидишь сейчас рядом со мной и чувствуешь отвращение, презрение и ненависть. Я устала сидеть и делать вид, будто всё в порядке. Потому что ничего, чёрт возьми, не в порядке! Мне кажется, ещё совсем немного, и я с ума сойду! Сперва ты, потом тот случай на улице, теперь это… У меня больше нет сил. Мне кажется, что всё в мире против меня. Такое чувство, будто что-то уничтожает меня изнутри. И ненависть – это явно не то, что я хочу получить сейчас от человека, который по какой-то нелепой, дурацкой и даже мне до сих пор неясной причине стал мне дорог. И уж тем более я не хочу сидеть и улыбаться, когда радости во мне ноль процентов. Поэтому уйди, пожалуйста. Я, правда, так больше не могу. Сейчас сюда выйдет моя мама, потом мы с ней поедем домой. Можешь больше не мучить себя – иди куда хочешь.
Я сама себе закрыла рот рукой, так как поняла, если продолжу говорить – сама потом буду жалеть. Это уже превращается в настоящую истерику, сейчас я способна наговорить всё, что угодно. Могу и послать Кораблина в дальние дали, и оскорбить его, и ляпнуть что-нибудь похуже «стал мне дорог».
- Да уж, - послышался голос парня, а я вздрогнула. В этот момент я даже не знала, какие именно чувства испытывала. Наверное, их было слишком много для того, чтобы выделить какие-то отдельные. – Я всегда поражался способности женщин самим выдумывать проблемы и, что характерно, самим же в них верить и от них же страдать. Мне казалось, ты исключение, но теперь стало ясно, что это не так.
- И что ты хочешь сказать этим? – спрашиваю, в кои-то веки посмотрев в глаза блондина.
Как оказалось, Кораблин смотрел на меня, поэтому наши взгляды встретились. Мне сразу же захотелось отвернуться, но я не сделала этого. Если не хочу выглядеть ещё более жалкой, чем уже получилось себя выставить, нужно хотя бы в глаза ему спокойно смотреть.
- Прежде, чем я что-либо скажу, ответь мне на один вопрос, - Кораблин неожиданно встал со скамейки и, не прекращая смотреть на меня, подошёл ближе, встав прямо напротив меня. После этого он присел на корточки и, совсем легко улыбнувшись, спросил: - Я когда-нибудь говорил, что ненавижу тебя?
Я сглотнула подступивший к горлу комок. Сейчас парень находился так близко, что мне даже начало казаться, будто всё это сон. Казалось бы, прошло совсем немного времени с того момента, как он ночевал у меня, а около часа назад я вообще обнимала его, пока мы ехали на мотоцикле. Но теперь я поняла, что всё это не то. В данный момент казалось, будто Кораблин не просто находится рядом со мной физически, впервые за эти несколько дней я почувствовала, что он рядом ещё в каком-то смысле, даже описать это не могу. И только сейчас я поняла, что действительно скучала. Вокруг происходило множество отвратных вещей, казалось, никто не в силах мне помочь, а подсознательно я всё равно ждала этого человека. Неужели он и не уходил?
- Но ты же тогда сказал, что знаешь о споре, поэтому устал от этих игр и…
- Но разве я сказал, что ненавижу тебя? – повторил свой вопрос парень. – Если мне не изменяет память, то ничего подобного я не произносил.
- Тогда как мне понимать всё это? – не выдержав, я опять повысила голос. – Ты накричал на меня, сказал, что устал от всех этих игр, решил прекратить наше общение, в школе вёл себя так, будто мы вообще первый раз встретились. А теперь сидишь тут и со спокойным видом говоришь, что, оказывается, никогда не ненавидел меня! И что я, по-твоему, должна теперь думать?
Кораблин на какое-то время отвернулся от меня, глядя куда-то в сторону, а я сидела и думала, что такими темпами точно с ума сойду. Я уже не понимаю, что происходит, мозг отказывается воспринимать какую-либо информацию. Чувствую, сейчас Кораблин плюнет на всё и прекратит эти попытки завести разговор, ведь ему наверняка надоели мои претензии. Мне тоже. Но что поделать, если я хочу знать ответы хотя бы на такие элементарные вопросы, как эти?
- Признаться, я не знаю, - сказал парень, вновь посмотрев на меня. – Я не знаю, как тебе это понимать, и уж тем более не могу приказать тебе думать по этому поводу что-то определённое. Но я действительно не ненавижу тебя. И никогда даже не думал о тебе ничего подобного. Если честно, когда я услышал твой с Юлей разговор, то вовсе не разозлился. Совершенно. Скорее, моя реакция была похожа на: «О, я так и знал». Когда я подумал, что всё это игра, то с лёгкостью продолжил её, принимая установленные тобой правила. Потом мне это просто надоело, поэтому я и сказал тебе: «Будь, что будет». Дальше я просто плыл по течению, не особо заморачиваясь над тем, как именно называются наши отношения. Это превратилось для меня в обычное общение, не больше. Я не мастер объяснений, но, надеюсь, ты поняла, что я хотел сказать.
Я сидела молча, попросту не зная, как реагировать. Я хотела получить ответы на свои вопросы, хотя бы на несколько, и вот, Кораблин выполнил мою просьбу. Наверное, впервые. Если, конечно, не считать той минутки откровения в лагере. Поэтому сейчас мне действительно неизвестно, как нужно поступить.
- Ах, да, - словно вспомнив что-то важное, произнёс парень. – Как же я мог забыть? Хочешь узнать, почему я тогда накричал на тебя? – я кивнула, так как пока что больше не была на что-либо способна. – Просто мне бы не хотелось, чтобы человек, для которого всё происходящее – шутка, копался в моём прошлом. Это вполне естественное желание, ты так не думаешь?