90
Я почувствовала, как по телу пробежали мурашки, но изо всех сил постаралась проигнорировать это. Моментально развернувшись, с вызовом посмотрела на шатена и, улыбаясь настолько самоуверенно, насколько это в принципе возможно, произнесла:
- Когда это такое было? Что-то не припомню. А, если меня и угораздило ляпнуть что-то в этом духе, то это, скорее всего, нервное. К тому же, в тот момент я на тебя злилась и пребывала в весьма плачевном состоянии, поэтому могла сказать любую глупость, за которую отвечать не собираюсь.
- Ладно-ладно, - самодовольно улыбаясь, сказал Кораблин, отходя от меня. – Если тебе легче, когда ты так думаешь, я возражать не стану.
- Неужели ты думаешь как-то иначе? – скрестив руки на груди, спросила его.
- Никто ведь мне не запретит этого.
На какое-то время мы замерли, глядя друг на друга. Не знаю, о чём думал в этот момент Кораблин, но мне хотелось врезать ему. Вот же задница, везде выгоду найдёт! Как я ненавижу его в такие моменты!
- А ты повеселела, - неожиданно сказал парень, после чего его самодовольная улыбка стала обычной.
- Что? – не поняла я.
- Теперь я знаю, о чём говорить с тобой, если хочу расшевелить, - словно не слыша меня, продолжал тот. – А то совсем поникла, но, стоило задеть тебя за живое, тут же оживилась. Могу записать это в список своих побед.
Я вздохнула. Нет, вот же… Буквально минуту назад мне хотелось врезать ему, а теперь… Я, похоже, счастлива из-за того, что он сказал. Ну не дура ли?
- Делай, что хочешь, - сказала я, мягко улыбнувшись.
Чёрт. Почему я становлюсь такой размазнёй, когда нахожусь рядом с этим человеком? Уму непостижимо. Но факт остаётся фактом. И да, Кораблин прав – он может записать это в список собственных побед. Потому что я на какое-то время действительно повеселела.
Но этого хватило ненадолго. Ты можешь сколько угодно убегать от собственных мыслей, но рано или поздно они всё равно застанут тебя врасплох. Со мной это случилось в самый неподходящий момент.
Так уж получилось, что мама Кораблина, стоило ей узнать о том, что произошло с моими родителями, тут же позвонила своему сыночку, потребовав, чтобы тот дал мне трубку. Мы какое-то время поговорили, ведь ей очень хотелось узнать, что я чувствую, а под конец разговора Медина сказала то, чего я уж точно не ожидала услышать.
- Сонь, дорогая, я уже поговорила с Егором, он, если что, не против. Если вдруг почувствуешь себя одиноко и не захочешь оставаться одна, можешь либо к нам приехать, либо смело просить моего сына остаться с тобой. Только не оставайся одна, раз чувствуешь, что от этого тебе может стать хуже.
Услышав это, я так сильно растерялась, что, кроме вялой благодарности, толком ничего из себя выжать не смогла. Отдав парню его телефон, я начала нести полный бред, поэтому лучше даже не упоминать, что именно я говорила, можно сразу же сказать результат. В общем, как-то так получилось… Кораблин остался ночевать у меня дома.
В который раз дав ему отцовские вещи, я предложила Кораблину спать в той же комнате для гостей, что и в прошлый раз, а потом показала ему, где комната моих родителей, так как сегодня собиралась провести ночь там. К счастью для меня, парень не стал интересоваться, почему я приняла такое решение, лишь напомнил, чтобы я не забыла Сосисочку. Сказав, что о ней я ни на секунду не переставала думать, пожелала ему спокойной ночи, после чего отправилась на боковую. Позвонив перед сном Свете, чтобы узнать, как там мои родители, я убедилась, что они в порядке. К сожалению, оба в тот момент спали, так что поговорить нам не удалось. Попрощавшись с домработницей, я легла в постель.
Вопреки всему, заснуть у меня получилось быстро. Как только моя голова коснулась подушки, я отключилась. Сперва мне ничего не снилось, а потом в сознании начали возникать картинки, которые постепенно сливались в единое целое, так что создавалось ощущение, будто я фильм смотрю. Он был обо мне, но я наблюдала за собой со стороны.
Я была семилетней девочкой и ходила по дому, выключая свет. Мне сразу же стало ясно, что это за день, когда я увидела торт, который стоял на столе, но его никто так и не попробовал. Да, это тот день, когда мои родители попали в аварию, - мой седьмой День рождения.
Выключив свет в доме, я побежала по коридору в свою комнату и взяла с кровати Сосисочку, которая тогда выглядела абсолютно новенькой – не то, что сейчас. После этого, как и сегодня, пошла в комнату родителей и умостилась на их кровати, надеясь заснуть. Но в ту ночь сделать это мне так и не удалось. На улице шёл дождь, поднялся сильный ветер, ветки деревьев царапали окно и бились в него. Это всё меня до жути пугало, я крепко-крепко прижимала к себе игрушку, надеясь, что скоро всё это кончится, но этого не происходило. Почему-то именно в тот момент было так страшно из-за того, что я осталась одна.
На долю секунды всё вокруг стало тёмным, а в следующее мгновение я опять увидела себя, только в этот раз я была старше и не лежала на кровати, а сидела на полу, забившись в угол. На улице всё так же шёл дождь, а я была одна, единственным отличием было то, что дом буквально ходил ходуном. Его отчего-то шатало, двери хлопали, а предметы слетали с тумбочек, вещи высыпались из шкафов. Было страшно. Я была в таком ужасе, что, свернувшись клубочком, схватилась за голову руками и начала дико, неистово и очень громко кричать. Я кричала, что есть мочи, надеясь, что сейчас хоть кто-нибудь придёт ко мне и поможет, но до сих пор оставалась одна.
Хоть я и спала, но почему-то в голове то и дело мелькали мысли о том, что никто не придёт. Я совершенно одна и никому не нужна, поэтому никто не захочет помочь мне. Было так плохо, что я начала рыдать. А дом так и продолжал ходить ходуном…
- Сонь! – словно откуда-то издалека послышался знакомый голос, но я не обратила на него внимания. В следующий момент тряска в доме стала сильнее, а голос громче.
– Сонь, просыпайся!
Я открыла глаза и, увидев перед собой в кромешной тьме еле заметный силуэт, с ужасом отшатнулась от него, отползая на край кровати. В первое мгновенье показалось, что мой сон продолжается, но вскоре я поняла, что это не так.
- Тихо-тихо, - негромко произнёс Егор успокаивающим голосом.
– Это же всего лишь я, чего так пугаться-то?
Он говорил со мной так, будто я ребёнок, испугавшийся монстра под кроватью, но в тот момент меня это не смутило. Глядя на него полубезумным взглядом, я всё ещё не могла поверить, что это он сейчас прямо передо мной.
- Ну как, успокоилась? – спокойно спросил парень. – Тебе что, кошмар приснился?
И в тот момент я, повинуясь какому-то неведомому инстинкту, буквально бросилась в его объятия. К счастью, Кораблин не растерялся, тут же обняв меня и принявшись поглаживать по голове. Какое-то время он ничего не говорил, а потом спросил:
- Что же тебе такое приснилось?
Я отстранилась, после чего покачала головой, не желая ничего рассказывать. Прикоснувшись к щекам, я почувствовала, что они мокрые. Отлично, значит я начала реветь во сне. Появление парня в моей комнате может означать лишь то, что я, в придачу, ещё и кричать начала, а он, услышав, прибежал ко мне на выручку.
- Прости, - сбивчиво начала говорить я. – Обычно я не боюсь оставаться дома одна, но сейчас, когда мама и папа в больнице… Это всё так напоминает день, когда они попали в аварию. Я не знаю, почему, но мне это приснилось и стало так страшно, я давно такого не испытывала… Слишком много всего произошло. Даже для меня это много! Я уже не знаю, что мне делать! Прости меня. Прости, пожалуйста…
Я свернулась в клубок точно так же, как до этого сделала это в своём сне, и начала тихонько плакать. В этот момент хотелось сгореть от стыда, но я не могла остановиться. Я снова одна в доме, когда мои родители лежат в больнице. Отлично! Просто великолепно, чёрт возьми! Как же мне это надоело…
- Успокойся уже и прекрати извиняться, а то за сегодня я слышал это от тебя больше раз, чем за всё время нашего общения, - сказал Кораблин, приподнимая моё лицо, после чего нежно провёл по нему тыльной стороной ладони, словно вытирая слёзы. Я всхлипнула, но ничего не сказала, давая говорить ему. – Ты не одна, я же здесь. А с твоими родителями всё будет хорошо. Просто не думай о плохом. Иди сюда.
После этого он опять обнял меня и улёгся рядом на кровати. Я, плюнув на свою гордость и на всё остальное, что раньше помешало бы мне находиться в таком положении, прильнула к нему, схватившись обеими руками за футболку своего отца, которая была на Кораблине. Парень крепче обнял меня и, укрывая одеялом, сказал:
- Видишь, ты вовсе не одна. Если хочешь, я побуду с тобой, пока ты не успокоишься. Хочешь?
Некоторое время я не отвечала, пытаясь до конца понять смысл сказанного. К счастью, довольно-таки быстро удалось хотя бы ненадолго овладеть своим голосом. Несколько раз всхлипнув, я произнесла:
- Останься. Останься со мной. Но, если тебе не трудно, не уходи, когда я засну. Будь со мной всю ночь.
Я прекрасно понимала, что наглею, это желание было настолько эгоистичным, что никто не стал бы осуждать Кораблина, если бы он отказался. Но вместо этого парень произнёс:
- Хорошо. А теперь успокойся и попытайся заснуть.
Я улыбнулась, несмотря на то, что по щекам всё ещё текли слёзы. Не было сил удивляться или радоваться его ответу, но улыбку сдержать не получилось. Уткнувшись носом в грудь Кораблина, вдыхая его запах, смешанный с запахом моего отца, через какое-то время я почувствовала себя лучше. Не знаю, сколько времени прошло, но я всё же заснула. И в этот раз кошмары мне не снились.