Рабыня-Мин Юнги [18+] [В Процессе]

Зайцы мои, специально для вас, я написала две больших главы. Потому-что,не знаю когда смогу выложить ещё. Люблю вас))) 💖💖

- Почему ты не отвечала? - потребовал я объяснений.

- Но ты же сам запретил говорить без твоего разрешения... - От страха она говорила так тихо, что я едва ее расслышал. Я помрачнел и стиснул руки в кулаки, не зная, как относиться к этому - то ли радоваться тому, что она так скрупулезно выполняет мои указания, то ли злиться на то же самое, и пока я склонялся ко второму.

- Завтра ты не отходишь от меня ни на шаг без моего разрешения, - резко сказал я, желая постоянно держать ее в поле зрения.

- Но... уроки... - озадаченно спросила она.

- Это я улажу. Будь готова к половине восьмого.

С этими словами я развернулся и ушел. Сочетание соблазнительной фигурки, еле скрываемой полотенцем, и общего испуганного вида сводило меня с ума. Надеюсь, за ночь она немного придет в себя.

* * *

Утром я проснулся от непривычного запаха кофе.

- Что за херня? - спросонок выругался я и потащился на кухню.

Там, разумеется, стояла Рабыня, в своей обычной мешковатой одежде. Я рассеянно отметил, что надо будет отправить их с сестрой за покупками. Может, сестра и не слишком обрадуется этому, но я точно не разбираюсь в женской одежде, а больше просить некого. Окончательно проснувшись, я понял, что делает Рабыня - готовит завтрак для нас двоих, судя по объему кофе. Во мне проснулась привычная ярость. Какого хрена происходит? Ее об этом кто-нибудь просил? Нет, не то чтобы я сильно возражал, есть мне хотелось, но почему она это делает? Слишком сильное желание угодить? Боится наказания? Недолго думая, я рявкнул у нее над ухом.

- Кто тебе разрешил? - Она вздрогнула и выронила чашку, которую держала в руках. К счастью, она упала на стол и не разбилась. Рабыня сжалась в комочек и пролепетала:

- Никто. Но,Юнги, ты же голоден, и это моя обязанность - угождать тебе.

Я не знал, что сказать, и молча сел за стол. Внутри меня гнев смешивался с раздражением. Мало того, что почти вся школа ходит на задних лапках, теперь еще и дома будет то же самое.

«Насчет школы - сам виноват, мог бы и не демонстрировать умение драться кому попало», - ехидно сообщил внутренний голос.

Я вздохнул от общей безнадежности ситуации и принялся за еду.

Настя положила себе еду и отошла к окошку. Нет уж, этого я терпеть не буду. Ей все равно придется сидеть в школе рядом со мной, так пусть привыкает сразу. Мне совершенно не хотелось весь день любоваться на испуганное выражение ее лица

- Сядь за стол!

- Но...

- Сядь, я сказал!

Она послушно села за стол, стараясь не встречаться со мной глазами. Внезапно я понял, что мне напоминает вся эта ситуация - она вела себя, как истинная рабыня, повинующаяся господину. Как-то раз я слышал, что
Сана жаловалась, что она тратит много сил, чтобы приучить своего Раба молчать и выполнять ее приказы. А мне даже напрягаться не приходится, все получается само собой. «И за что мне такое счастье?» - мысленно спросил я себя. Ответа, как ни странно, не последовало.

Завтрак мы доедали в тишине. Я изучал ее, изредка встречаясь с ней глазами. Не знаю, что она видела в моих глазах, но Рабыня сразу же отводила взгляд и опускала голову. Ну и прекрасно. Если она видит во мне Хозяина, значит, я буду им. Так нам обоим будет проще. Мы закончили завтрак все в том же молчании.

Уже в дверях я резко сказал ей:

- Напоминаю - не отходи от меня ни на шаг. Это приказ. И ни с кем не разговаривай!

Она кивнула. Потом вдруг, видимо, вспомнив вчерашнюю ситуацию, тихо спросила:

- Юнги, а если меня спросит учитель?

Я вздрогнул, потому что уже привык к ее молчанию, но ответил, желая максимально разъяснить свое указание:

- Учителя, администрация и прочий персонал к моему приказу не относятся. Ты не имеешь права разговаривать без моего разрешения с остальными студентами.

Она явно расслабилась.

* * *

Первым делом мы направились в офис администрации. Рабын послушно шла сзади, чуть приотстав. Меня немного бесила ее покорность, я бы предпочел, чтобы она хоть раз проявила характер.

В администрацию я позвонил еще вчера после уроков, попросив скорректировать расписание моей Рабыни, подогнав его под мое. Я не хотел выпускать ее из поля зрения - Хозяин отвечает за Раба, а, судя по вчерашним событиям, она с легкостью найдет неприятности на свою, а значит и на мою, задницу. И да, я был собственником, и в моем присутствии к ней никто не полезет.

Исин, разумеется, все подготовила. Я воспринял это как должное, потому что персонал школы предпочитал выполнять разумные требования богатеньких мальчиков. Единственное, что мне не очень понравилось - на физкультуре Рабыня будет одна. Точнее, с Хенди , так что особой беды, надеюсь, не случится. Моя сестра, несмотря на внешнюю хрупкость, обладала таким же сильным характером, как и у меня. Единственному, кому она не могла противостоять, это нашему папаше.

Уроки прошли, как я и ожидал. Шепот и взгляды украдкой, к которым я уже привык. Конечно, всем хотелось посмотреть на Рабыню Мин Юнги, который, как всем известно, принципиально не обзаводился Рабом.

Рабыня ни с кем не разговаривала и тихо сидела рядом со мной или следовала чуть позади. Иногда я ловил на себе ее робкие взгляды и старался не реагировать на них - а вдруг она испугается еще больше? Хотя это вряд ли возможно...

Но на истории привычный ход событий был нарушен. Рабыня внезапно огляделась и поежилась, словно ей было неприятноо, а затем опустила голову, распустив волосы и закрыв лицо. Она от кого-то пряталась? Я резко спросил:

- Что?

- На меня смотрит вон тот парень, - тихо ответила она. - Мне он не нравится.

Мне не нужно было поднимать голову, чтобы понять кто это.Пак Чимин. Естественно. Я так и знал. Эта скотина позволила себе раздевать взглядом мою Рабыню! Я не стал ни дергаться, ни словесно реагировать на это, я просто посмотрел ему в глаза. Но в свой взгляд я вложил всю ту смертельную ненависть, которую ощутил к этому ублюдку.

Он неловко шевельнулся и отвернулся, изобразив, что ничего не происходит. Рабыня мгновенно расслабилась, села ровнее и подняла голову. Я опять ощутил намек на то самое непонятное чувство, но оно быстро пропало.

* * *

На ланче я усадил ее за стол к своей семье и ушел за едой. Обычно еду приносили Рабы, но я вдруг испугался, что она опять уронит что-нибудь. Наполняя поднос, я краем глаза наблюдал за происходящим за столом.Чхвесу, судя по всему, нападала на мою Рабыню, а та молчала, сложив руки на коленях и опустив голову. Я выругался, сообразив, что сам виноват - не разрешил ей разговаривать с моими родственниками, а Рабыня покорно выполняла мой приказ. Придется вытаскивать ее из этой ситуации. Я подошел к столу, услышав последние слова Чхве:

- Он уже до такой степени запугал тебя? Или просто отрезал язык, чтобы ты не доставала его своим хныканием?

- Чхве! - оборвал я ее. Чхвесу мгновенно заткнулась, зная, что когда я начинаю говорить таким тоном, лучше помолчать.Рабыня подняла голову и робко взглянула на меня, не решаясь спросить. Я вздохнул.

- С ними можешь разговаривать. Это мои, можно сказать, родственники. Хенди - моя сестра, Джин - мой двоюродный брат, и Чхве и Тэхен - их половинки, как выражается Хенди,тот что с книгай это -Ким Намджун,он мне   тоже  брат. - И вот тут Рабыня меня удивила. Оказывается, она умеет не только молчать и лепетать, но может и постоять за себя.

- Приятно познакомиться, - язвительно сказала она. - И нет, он не отрезал мне язык, просто у меня нет привычки беседовать с незнакомцами.

Все замолчали. Потом Джин присвистнул, Тэхен подмигнул ей, а Хенди улыбнулась. Чхве промолчала и нахмурилась. Мне же потребовалось несколько секунд, чтобы прийти в себя. Она ведет себя как послушная девочка только со мной? Я тряхнул головой и помрачнел.

- Ешь, - коротко сказал я, пододвигая к ней поднос с едой.

Весь ланч я продолжал размышлять над поведением Рабыни. Если мое первое впечатление о ней было правильным - независимая, решительная девушка - то почему она так изменилась? Почему я вижу перед собой покорную рабыню? Я так и не пришел к окончательному выводу. В остальном все шло, как обычно - Хенди шепталась с Тэхеном, а Джин громко рассказывал какую-то историю о футболе, не сильно волнуясь, что его никто не слушает. Чхве изучала маникюр. Перед звонком я спохватился и обратился к сестре:

- Хенди, окажи мне любезность. Сходи с Настей по магазинам. Я не могу допустить, чтобы моя Рабыня л одевался непонятно во что. - Я вдруг понял, что впервые назвал девушку по имени, а не Рабыней. Хенди мрачно посмотрела на меня. Мне пришлось сделать над собой усилие и практически умолять ее об услуге. В конечном итоге сестра согласилась, но захотела прихватить с собой и Тэхена. Тот тоже бросил на меня недовольный взгляд. Я пожал плечами - ничего личного, парень, но девушке надо пристойно одеваться. Тэхен вздохнул и тоже пожал плечами, молча соглашаясь со мной. На самом деле мне было наплевать, из любви ко мне или бедной девочке они согласились пройтись по магазинам. Главное, что мое желание будет исполнено. Я протянул Рабыне - нет, Насте - кредитку.

- На ней достаточно денег, чтобы купить сеть кинотеатров, так что не переживай по этому поводу, - после чего встал и направился к выходу, даже не оглядываясь. Я спиной чувствовал, что Настя идет за мной.Хенди еще что-то сказала нам вслед, но мы уже выходили из кафетерия.

Химия была моим любимым предметом, может, потому, что преподавателем там был молодой парень, ненамного старше меня, и он относился ко мне, как к равному. Но Химия нравилась мне и сама по себе, и я обучался на продвинутом курсе. Мистер Нор попросил меня зайти к нему после уроков, чтобы обсудить тему реферата. Я должен был защитить его для получения зачета.

Я молча кивнул, быстро прикинув, что сегодняшний день у меня свободен, и даже Рабыни - Насти - не будет дома. Проводив ее до спортзала без происшествий, я попросил сестру:

- Присмотри за ней,Хенди. - Она ухмыльнулась и подмигнула. Я резко развернулся и ушел. Сестра явно наслаждалась сложившейся ситуацией.

Моя физкультура была совместной с Тэхено, Джуном и Джином. Первое, что сказал мне Тэхен при встрече в раздевалке, было:

- Ну спасибо, приятель, удружил. Это вообще-то твоя проблема - одевать Раба.

Я опять пожал плечами.

- К сожалению, я сам в женской моде не разбираюсь, а судя по тому, что носит Настя, (надо же, я уже привык называть ее по имени!), она тоже. Это преступление - прятать такую фигурку под такими тряпками.

- А ты видел ее фигуру? - немедленно заинтересовался Джин.

- Да, - неохотно признался я и, заметив, как нахмурился Тэхен и Намджун, добавил, - и нечего так на меня смотреть. Я пальцем ее не тронул.

- А что же она смотрит на тебя, как кролик на удава? - заржал Джин. Я пожал плечами.

- Понятия не имею. Может, это твоя девушка что-то наплела ей, потому что Настя так ведет себя с того момента, как надела сережку.
Тэхен промолчал, странно усмехаясь. Я не успел выяснить у него причину этой усмешки, потому что наш разговор грубо прервал Пак.

- Мин, отойдем, поговорить надо.

Я презрительно посмотрел на него.

- Говори здесь, я ничего от них не скрываю. - Я и правда не хотел разговаривать с Пак Чимином один на один, предпочитая делать это со свидетелями, которые смогут подтвердить, что я не распускал руки в случае чего. Но парни, предатели, сказали, что подождут меня в стороне, и отошли.

Пак не стал долго тянуть.

- Сколько ты за нее хочешь?

- За кого? - прикинулся я непонятливым, хотя прекрасно понял, о ком идет речь.

- За твоего Раба. Сколько? четыреста тысяч,шесот,восемсот

Во мне медленно закипала злость. Да, я знал, что Рабов продают и покупают, но я не собирался продавать свою кому-нибудь. Тем более Паку.

- Нет.

- Миллион? Подумай, Юнги, это очень хорошие деньги.

Я знал это. До сих пор рекордом было семьсот тысяч, и там, кажется, была замешана любовь, по крайней мере, так утверждали легенды школы. В случае с Паком ни о какой любви не могло идти и речи. Он так хочет достать меня? Или ему так понравилась Настя? Или и то, и другое?

- Нет, - я был горд собой, потому что говорил почти спокойно, но внутри уже кипел.

- Мин, подумай еще раз. Ведь она не нужна тебе, ты сам сколько раз говорил, что не нуждаешься в Рабе. А для меня это последний шанс обзавестись им в этом году, вряд ли в середине года придет еще один новичок. Ты же знаешь, что мой Раб бросил школу.

Конечно, знаю, ведь я был причиной его ухода. И частично поэтому ты и не получишь Настю.

- Нет, - почти прорычал я, сжимая руки в кулаки. Джин,Джун и Тэхен, стоявшие неподалеку и наблюдавшие за нашим разговором, напряглись.

- Мин, давай поговорим как мужчины, - вкрадчиво заговорил Пак. - Она тебя не привлекает.Сана растрепала всей школе, что ты вчера весь день провел с ней и Нэро, а свою рабыню отправил убираться на кухню. Если тебе нужна домработница, я могу это устроить. Черт, я сам видел, что ты почти не смотришь на свою Рабыню! А бедная девочка готова с руки у тебя есть, чтобы привлечь твое внимание!

Я не стал отвечать, а просто бросился на него. Но, вместо того, чтобы заехать по этой наглой морде, я влетел в широкую грудь Тэхена, а мою руку на замахе перехватил Джин.

- Чимин , ты перестал понимать человеческую речь? - осведомился Джун. - Тебе три раза ответили - «нет», но ты все равно продолжаешь лезть на рожон. Вали отсюда, видишь,Тэхен еле сдерживает его. - Говоря это,Джун оттеснял Пака в сторону, пока Джин и Тэхен придерживал меня на месте. Пак выругался, но отошел, кинув мне на прощание:

- Все равно она будет моей, Мин.

- Посмотрим, - прорычал я, стряхивая с себя руки Джина и Тэхена. - Да оставь ты меня в покое, не буду я его убивать, - огрызнулся я уже на брата.

- Да? А со стороны казалось, что будешь, - усмехнулся он. - Ладно, пойдемте, сейчас звонок будет.

На физкультуре мы играли в волейбол. Я, Джун,Джин и Тэхен оказались в одной команде, Пак со своими приятелями -Чонгуком и Хосоком - в другой. Учитывая, насколько мы были злы друг на друга, игра получилась жесткой. Хотя первым начал Чимин. При первом же удобном случае он мощно направил мяч в мою сторону, целясь прямо в меня. Мне удалось блокировать мяч, но это стоило мне ушибленных кистей рук, настолько сильной была подача. Следующий мяч в мою голову полетел от Чона. Я, если честно, не ожидал этого и еле успел увернуться от мяча - тот попал мне всего лишь в плечо, но я тихо выругался от боли. Все стало кристально ясным. На меня объявлена охота. Я не собирался просто так стоять и уворачиваться от ударов, поэтому при моей подаче мяч полетел в Пака, угодив прямо в его задницу - он как раз очень удачно отвернулся, разговаривая с Хосоком,Пак выругался уже вслух, и немедленно получил замечание от тренера Лео.

Остаток игры прошел в форме явной войны. Нет, все было по правилам, тренеру не к чему было придраться, вот только удары по мячу наносились с силой, превышавшей необходимую, и нацелены они были на определенных людей. Тэхен,Джун и Джин очень быстро поняли, что происходит, и, естественно, присоединились ко мне. Со стороныПака боевые действия вели Чон и Хосок. Остальные ребята, как в нашей, так и в его команде, принимали скорее пассивное участие. Они отбивали мяч, если он летел в их направлении, но сами к этому не стремились. Почти все из них видели нашу с Паком стычку в раздевалке, да, собственно, мы и не скрывали враждебного отношения друг к другу. Поэтому из чувства самосохранения они стремились сохранять нейтралитет.

Игра закончилась вроде бы ничьей по очкам, хотя за счетом никто уже не следил. А с точки зрения нашего небольшого сражения преимущество осталось за нами. Хосок получил синяк под глазом, у Чона был расквашен нос, а на Чимине видимых повреждений не было, хотя его задница явно болела, как, впрочем, и мое плечо после того удара от Чона.

* * *

У мистера Нора я провел больше часа. Начали мы с обсуждения темы реферата, а потом плавно перешли на спор о том, выиграют или нет «Ангелы» в этом сезоне. Мистер Нор считал, что выиграют, я тоже, но из чувства противоречия утверждал, что нет. Наконец он с неохотой глянул на часы, и я понял, что уже пора уходить, и начал собирать вещи. Мистер Нор кашлянул и осторожно коснулся моей руки.
- Подожди секунду, Юнги. Ты знаешь, что я всегда относился к тебе иначе, чем другие. И одной из причин была та, что ты не считал нужным следовать этим глупым традициям...

Все мое хорошее настроение мгновенно пропало, и я начал закипать. Мистер Нор заметил это и сразу добавил:

- Подожди, не злись, Юнги. Я не собираюсь лезть в твою личную жизнь. Только хочу, чтобы ты знал: если тебе нужен будет дружеский совет, не как от учителя, а как от старшего товарища, я к твоим услугам в любое время года.

Я молча кивнул и ушел.

Убирая свои вещи в шкафчик, я все еще обдумывал слова мистера Нора и не обращал внимания на окружающее. Поэтому пошатнулся и вздрогнул от неожиданности, когда на меня напрыгнуло что-то чересчур сладко пахнущее и впилось в мои губы. Опомнившись, я оторвал от себя Сану и поставил ее на пол.

- Сана, твою мать! Какого хера?

Она обиженно надула губки.

- Я думала, ты соскучился и будешь рад меня видеть...

- Ты прекрасно знаешь, что я не люблю целоваться. И что ты здесь делаешь? Уроки давно кончились, тебе уже давно следует развлекаться с Нэро.

- Я ждала тебя, - захныкала она. - Ты же прекрасно знаешь, что Нэро для меня ничего не значит, я твоя и только твоя...

- Сана! - резко оборвал ее я. - Мы с тобой прекрасно проводили время, но и только. Не думай о себе слишком много. И сегодня ты мне не нужна.

Ее красивое лицо исказилось от ярости.

- Что, перетрудился вчера, милый? Или решил попробовать что-нибудь новенькое? Ах да, у тебя же появилась...Рабыня. Ты знаешь, я ее видела на физкультуре. Такой забитый серенький воробушек... Ты уже успел ее запугать? Она же слова сказать не может, настолько боится всего. Сомневаюсь, что она понравится тебе в постели, тебе нужна красивая и темпераментная женщина, такая, как я, - и она прижалась ко мне всем телом, преданно заглядывая в глаза. Я отстранил ее.

- Сана, раньше тебя не беспокоило, с кем я сплю, - резко сказал я. - Тебя это абсолютно не должно волновать, я не давал тебе никаких обязательств. С чего сейчас такая забота? Ты что, ревнуешь?

- Я? Ревную? - притворно удивилась она. - Нет, милый, еще чего. Я просто за тебя тревожусь. Я ведь знаю твой сексуальный аппетит, ты затрахаешь эту бедную девочку за пару дней, и она сбежит от тебя к кому-нибудь, например, к Джексану, он что-то говорил сегодня об этом.

Не стоило ей упоминать Джексона определенно не стоило. Я сжал челюсти, оттолкнул Сану и направился к выходу. Она, видимо, поняла, что ляпнула что-то не то, и закричала вслед:

- Шуга, подожди! Я не то хотела сказать! - Но я уже не слушал, рывком открывая входную дверь и с шумом захлопывая ее за собой.

По дороге домой я немного успокоился. «Сана - ревнующая дура», - успокаивал я сам себя. Надо было давно выяснить с ней отношения, она слишком много стала о себе думать, но мне было лениво этим заниматься, так что хорошо, что мы наконец поговорили. Однако неприятный осадок на душе после нашего разговора остался. Мне не понравилось, что рядом с моей Рабыней всплыло имя Джексон. Я силой отогнал эти мысли, начиная прикидывать, сколько времени Хенди потребуется на шопинг. По моим расчетам, не меньше трех-пяти часов, так что где-нибудь к шести - семи, Настя должна появиться. Сейчас было около четырех, и я могу пока заняться рефератом.

Зависнув в Интернете за подбором материалов и просто бродя по любимым сайтам, я забыл о времени. Только стук в дверь заставил меня оторвать глаза от форума одного из сайтов про Вампиров и взглянуть на часы в правом нижнем углу монитора. Правильно, без двадцати семь, как я и предсказывал. Только почему она не откроет дверь сама?

На пороге стоял Тэхен, нагруженный кучей пакетов. Он с облегчением сбросил их мне на руки и уже было отвернулся, но я остановил его.

- Подожди. Где девушки?

- Хенди уже дома, а Настя скоро придет.

- Как скоро придет? Вы бросили ее одну? - неожиданно для самого себя встревожился я.

- Она сказала, что хочет купить что-нибудь поесть, и сразу вернется. Я не могу ей приказывать, это твоя прерогатива, вот сам с ней и разбирайся, - усмехнулся Тэхен, похлопал меня по плечу и ушел. Я ногой закрыл дверь, свалил все пакеты в комнате Рабыни и вернулся к компьютеру. Но, как я ни старался опять углубиться в проблемы сверхъестественных существ, мысли то и дело возвращались к Рабыни. Чем больше проходило времени, тем больше я начинал злиться и тревожиться одновременно. В голове всплывали слова Пака - «Она все равно будет моей», слова Саны - «Она сбежит от тебя к Джексану»... Сколько времени можно покупать пару пачек печенья? Прошло уже больше получаса! Я с трудом сдерживался, чтобы не разбить что-нибудь, и метался по спальне, как тигр в клетке. Через час, когда совсем стемнело, я уже был на грани, не зная, что делать - продолжать ждать, бежать на улицу разыскивать или посчитать, что раз она ушла - то и к лучшему. Вдруг мне пришла свежая мысль - она, с ее способностью находить себе проблемы, могла просто споткнуться в темноте и подвернуть ногу. Я выключил свет в спальне, собираясь идти на улицу, как вдруг в замочной скважине послышался скрежет ключа. Все мое волнение пропало, осталась только чистая ярость. Как она посмела шляться по улицам в такое время одна? А если не одна, это еще хуже. Извини, девочка, но ты заслужила наказание. Я прислонился к косяку спальни и стал ждать.

Дверь раскрылась, в холл, освещенный только тусклым светом, падающим из коридора, вошла Рабыня с пакетами в руках. Она закрыла дверь, но дальше не пошла, видимо, привыкая к темноте. Я решил, что пора начинать и включил свет.

- Где ты была? - угрожающе спокойно сказал я. У Рабыни из рук выпали пакеты, и она уставилась на меня большими испуганными глазами.

Я повторил еще раз, более резко:

- Где ты была?

- В... в магазине, - пролепетала она.

- Ты помнишь, что тебе нельзя было отходить от меня? - мне даже не нужно было играть гневного хозяина, все получалось само собой.

- Да, но...

- Моя сестра - это тоже я, в каком-то роде. Почему ты ушла одна?

- Но...

- Подойди ко мне, - приказал я, глядя ей в глаза. Она сглотнула и медленно, очень медленно, как под гипнозом, двинулась ко мне, остановившись на расстоянии шага. Я протянул руку, снял с ее волос резинку, распуская их по спине, и запустил в них пальцы. Волосы оказались густыми, шелковистыми, и я почти заурчал, как кот, перебирая их.

- Ты была такой плохой девочкой, Рабыня... Ты помнишь, что я говорил тебе?

- Да, - тихо ответила она, не разрывая контакт наших глаз.

- Повтори это, - жестко сказал я, запуская в ее волосы вторую руку и начиная нежно массировать кожу ее головы.

- Ты сказал, что если я еще раз ошибусь, меня ждет наказание, - так же тихо, но ясно ответила она.

- Правильно, - подтвердил я. - И наказание будет уже сейчас.

Я наклонился и лизнул ее за ухом, потом подув на это место. Настя задрожала и отрывисто выдохнула. «Ага, я не ошибся в тебе, а вот Сана была неправа. Ты будешь очень темпераментной в постели», - подумал я, продолжая вести языком по ее коже. Настя инстинктивно подалась вперед, прижимаясь ко мне и очень неловко закидывая руки мне на шею. «Если даже ты и не девственница, милая, то опыта у тебя немного», - автоматически отметил я, убирая ее руки и напоминая себе, что я ее наказываю. Мои руки путешествовали по ее плечам, спине, бокам, касались ее груди, но пока не захватывали грудь полностью. Пока.

Секунда - и ее футболка, разорванная на две части, лежит на полу. «Ничего, надеюсь, Хенди купила тебе новые». Еще пара секунд - и там же лежит ее бюстгальтер. Она даже не попыталась прикрыться. Я провел руками по ее груди, задев соски, потом еще раз, еще, потом сжал ее, лаская розовые верхушки большими пальцами.Настя не отрывала от меня глаз. В них я с удивлением не обнаружил страха, только... восторг и желание? Мои руки опять ласкали ее спину, уже обнаженную, но более смело, опускаясь все ниже и ниже, и, в конце концов, обхватили ее попку. Я слегка сжал ее, потом подхватил Настю снизу и приподнял, как бы подсаживая на себя. Она автоматически ухватилась за мою шею и обняла меня ногами, тихо простонав. Я понес ее к кровати и уложил, расцепляя ее захват. Рабыня вытянулась на кровати, затуманенными глазами глядя на меня. Я еще раз напомнил себе и своему члену, который уже болезненно пульсировал в джинсах, что это наказание, и прилег рядом. Мои руки снова пустились в путешествие по ее телу, остановившись на груди. Я нежно потеребил соски, вызвав у Насти тихие стоны, потом спустился вниз и расстегнул пуговицу джинсов. Настя мгновенно напряглась, но я легко шлепнул ее по бедру и приказал расслабиться. Под джинсами оказались простые хлопковые трусики, которые я оставил на месте. Для наказания они все равно не помеха.

Мои руки опять ласкали ее тело, на этот раз опускаясь все ниже и ниже по внешней поверхности бедра и поднимаясь по внутренней. Настя закрыла глаза и тихо постанывала. Я понял, что пора заканчивать, иначе сам не выдержу. Одной рукой я слегка раздвинул ноги Насти и провел второй рукой по белой ткани, прикрывающей нежную плоть. Как я и ожидал, трусики были уже влажными. Умелыми движениями я добрался до клитора и начал растирать его, внимательно следя за тем, что происходит с Настей. Ее дыхание участилось, стоны стали громче, тело начало подрагивать... Настя была на грани оргазма. Все, пора заканчивать. Я резко убрал руку и сказал:

- Все. Можешь уходить.

Настя непонимающе открыла глаза, все еще пребывая в предоргазменном состоянии, и вопросительно уставилась на меня. Я вздохнул, чувствуя, что мой член сейчас взорвется, и умирая от желания содрать с себя штаны и продолжить то, что начал. Но я обещал наказать Настю, а не доставить ей удовольствие.

- Это все. И помни - это было самое мягкое наказание из всех, что я мог сделать с тобой. Можешь уходить.

Настя, пошатываясь, слезла с постели, собрала разбросанную одежду и ушла к себе, аккуратно прикрыв дверь. Я со стоном откинулся на подушки.

«Я же говорил, что могу быть хорошим любовником, если захочу», - сказал я сам себе. - «Она готова была кончить, даже не до конца раздевшись».

«Безусловно», - ехидно подтвердил внутренний голос. - «А теперь постарайся справиться с собственным стояком». Я простонал еще раз.

Настя

- Где ты была? - раздался угрожающе спокойный голос. Пакеты выпали у меня из рук. Зажегся свет, и я увидела Юнги, стоящего на пороге спальни.

Я замерла на месте, не зная, что сказать. Да, я задержалась, в этом нет ничего плохого, но почему тогда я стою на месте и не могу вымолвить и слова?

Он повторил еще раз, более резко:

- Где ты была?

- В... в магазине, - смогла сказать я, запинаясь. Почему он так на меня действует? В обычном состоянии я за словом в карман не полезу, а сейчас стою и смотрю в темно-карие глаза, как загипнотизированная.

- Ты помнишь, что тебе нельзя было отходить от меня? - сурово спросил Юнги. Я попыталась собраться с мыслями и отвела взгляд. Голова сразу резко прояснилась. Запомнить на будущее - не смотреть ему в глаза. Подожди, ты же сам меня отправил с Хенди!

- Да, но... - попыталась оправдаться я.

- Моя сестра - это тоже я, в каком-то роде. Почему ты ушла одна? - оборвал меня он, не дав договорить.

- Но... - опять попыталась сказать я про то, что нам надо чем-то питаться. И подняла голову. Это было моей ошибкой. Я опять потеряла себя, полностью растворившись в его потемневших глазах. Все мои собственные мысли, мое сознание пропали. Осталась только Настя, готовая подчиняться и выполнить все, что захочет ее покровитель.

- Подойди ко мне, - приказал он, не разрывая контакт наших глаз. Где-то краем сознания я подумала, что Юнги, видимо, знает о действии своего взгляда и использует это в своих целях. Я сглотнула и медленно, очень медленно, двинулась к нему. Я понимала, что не должна этого делать, я свободный человек, но он словно притягивал меня к себе. Затормозить я смогла только на расстоянии шага. протянул руку, снял с моих волос резинку, распуская их по спине, и запустил в них пальцы. Наверно, в прошлой жизни я была кошкой, потому что не отдернула голову, а подалась к его руке, требуя ласки и практически замурлыкав от удовольствия.

- Ты была такой плохой девочкой, Рабыня... Ты помнишь, что я говорил тебе? - протянул он, не переставая ласкать меня. Я совершенно растаяла от этих ощущений и тихо ответила.

- Да.

- Повтори это, - сурово сказал Юнги, но при этом запустил в мои волосы вторую руку. Он серьезно думает, что я могу думать в таком состоянии? Я собрала все силы и вспомнила то, что слышала от него.

- Ты сказал, что если я еще раз ошибусь, меня ждет наказание.

- Правильно, - подтвердил он. - И наказание будет уже сейчас.

Я испугалась. Что он имеет в виду под наказанием? Меня сейчас будут бить? Ну, если он одной рукой отшлепает меня, а второй будет вот так гладить, то, не исключено, что мне это понравится. Но Юнги сделал совершенно неожиданную вещь.

Он наклонился и лизнул меня за ухом, потом подув на это место. Острые, никогда не изведанные ощущения пронзили меня. Я задрожала и отрывисто выдохнула. Юнги не убирал своего языка от моего тела, обводя им контуры моего лица. Я не могла сдержаться. И куда только пропала скромная, практически невинная девушка? Я инстинктивно подалась вперед, прижимаясь к накачанному телу. Мое тело пело от возбуждения, дыхание участилось, сердце колотилось так, что, казалось, выпрыгнет из груди. Мне страшно захотелось тоже коснуться его волос, и я забросила руки к нему на шею. У меня совершенно не было опыта, так что, возможно, получилось и неловко, потому что Юнги быстро стряхнул их. Я попыталась понять, что не так сделала, но не смогла. Его руки путешествовали по моему телу, касаясь всего, только не тех мест, которые просто-таки желали, чтобы до них дотронулись, и я не могла думать ни о чем, кроме этого.

Вдруг Юнги резко дернул рукой, и моя футболка оказалась на полу. Я не успела сообразить, что происходит, а он уже завел руки за мою спину и очень ловко расстегнул простенький бюстгальтер. «Черт, надо было надеть что-нибудь из нового», - мелькнула одна мысль, потом появилась другая: «Хенди была права». Я даже не попыталась прикрыться. Он все равно уже видел меня голой, а мне очень хотелось, чтобы его руки оказались на моей груди. Юнги не обманул моих ожиданий, проведя руками по ней, задев соски, потом еще раз, и еще. Во мне бурлили самые разнообразные чувства - удивление - это что, и есть наказание? - восторг, желание... Он начал сжимать грудь, дотрагиваясь пальцами до мгновенно затвердевших сосков. Я продолжала смотреть ему в глаза.Юнги явно хотел меня, даже при минимальном опыте мне было это ясно. «Конечно, тут трудно ошибиться, учитывая, что в твое бедро вжимается что-то весьма твердое», - хихикнул внутренний голос. Я отмахнулась от него, потому что руки Юнги сейчас ласкали мою обнаженную спину, кожа к коже, и опускались все ниже и ниже, обхватывая мою попку. Я не хотела ничего упустить, настолько мне это нравилось. Юнги слегка сжал меня, потом подхватил снизу и приподнял, как бы подсаживая на себя. Я ухватилась за его шею, чтобы не упасть, и обвила талию ногами. Мой уже разгоряченный центр уперся прямо в выпуклость в штанах, и я невольно простонала. Юнги понес меня куда-то. Потом я поняла, что это была его спальня, потому что он уложил меня на кровать, отцепляя от себя. Я вытянулась на кровати, затуманенными глазами глядя на него. Он должен сейчас раздеться, наверно? Или я должна раздеть его? Я не знала, что делать, что покровитель от меня хочет, и ждала указаний. НоЮнги просто прилег рядом, не раздеваясь, и снова начал ласкать меня. Он потеребил соски, я простонала, полностью отдаваясь ощущениям. Потом его руки спустились вниз и расстегнули пуговицу моих джинсов. Я мгновенно напряглась, но Юнги легко шлепнул меня по бедру и приказал расслабиться. Я честно попыталась.

Этому весьма способствовали его руки, опять ласкающие мое тело, на этот раз опускающиеся все ниже и ниже по внешней поверхности бедра и поднимаясь по внутренней. Мои глаза закрылись сами собой, с губ слетали тихие стоны. Юнги продолжал, раздвинув мои ноги и проводя рукой по моим складочкам. Он почему-то не снимал с меня последнее препятствие в виде трусиков, начиная растирать мой клитор прямо через них. Я на секунду смутилась, понимая, что ткань уже промокла, но тело продолжало реагировать на ласки. Ноги задрожали, дыхание стало частым и прерывистым, стоны я уже и не пыталась заглушить ... Я чувствовала, что уже вот-вот, и произойдет что-то невероятно приятное...

Юнги резко убрал руку и сказал:

- Все. Можешь уходить.

Я открыла глаза и вопросительно уставилась на него. И что, это все? Он словно прочитал мои мысли.

О да...я ее написала,ушло 4 часа}￦