Школа

   Время утекало так быстро как вода. Прошла неделя с нашего разговора с Сехуном. Я даже вздохнуть не могла, потому что надо мной постоянно сидела Рия, которая учила меня манерам и правилам поведения настоящей леди. Но какая из меня леди? За все эти дни я смогла немного забыться о том, что в будущем это станет моей целью. Лухан станет мишенью, в которую мне придётся выстрелить. Но я буду лишь ружьём, стрелять будет Амалия. Дни не отличались друг от друга. Повседневность меня пугала. Я училась, училась, даже по ночам училась. Мне не доводилось никогда читать и копить в мыслях столько информации.

В доме была занята не только. Даже если я училась, я не могла не замечать, как суетились Маркус, Амалия и Рия. Три главных звена в компании, три мишени для меня. Была бы моя воля, мне бы хватило трёх патронов, не более. И я не промахнулась бы ни разу. Если действия Маркуса и Рии я могла предположить, то приказы Амалии были для меня чем-то новым. Я не могла предугадать, даже о чем она думает. Амалия была неизученной. Мы с ней часто разговаривали, но женщина не приближалась ко мне ближе, чем на два метра. Было ли в ней что-то человеческое? Как она вообще живёт? Какую боль хранит в себе? Иногда так хотелось снять эту маску жестокости, чтобы взглянуть на слабости Амалии. Но вряд ли мне хватило бы сил противостоять самой Амалии.

Рия, возможно, знала Амалию лучше меня, но она так же не стремилась к сближению с собственным начальником. Так же секретарша знала больше меня информации о планах Амалии, но та успела ей закрыть рот ещё до того, как я появилась в этом доме. А Маркус был врагом как Амалии, так и мне. Мужчина стоял между нами и держал два ствола, нацеленных в виски. Он мог убить меня, а мог убить Амалию, в зависимости от того, кто сыграет главную роль. Его в узде умела держать София. Уж эта женщина умело с ним разбиралась и ставила на место в случае чего.

Я их изучала, пользуясь жестами, словами и тоном голоса. Так как моя роль была крохотной в доме до осуществления плана, я старалась молчать даже тогда, когда получала пинки от Маркуса, либо Софии. Никакого утешения, никаких чувств и жалоб. Мой принцип жизни не поменялся с того момента, как у меня была семья. Стало лучше? Или хуже? Было так же! Казалось, только сообщения от Сехуна и ворчание Криса на Амалию были для меня утешением. Эти парни даже создали общий чат, куда добавили Тао, Джей и Лухана. Конечно, самым общительным был Тао. Мне всегда доводилось с улыбкой читать от него сообщения. Но я все равно жалела о том, что этот чат существовал. Иногда просто хотелось покинуть его. Я не понимала действий парней и не понимала себя.

«Бедная Дами!» — эта фраза была ключевой в беседе с парнями. Я не хотела, чтобы они меня жалели. Этот мир был таким непривычным, чёрствым, что хотелось свести счёты с жизнью. Моё окружение меня пугало. Было иногда страшно выйти за пределы свой комнаты. У многих есть мечта. У меня она тоже была, только бесполезная. Я хотела стать свободной. Хотелось вздохнуть свежего воздуха где-то на необитаемых островах, искупаться в океане и отдохнуть на безлюдном пляже. Мне надоел этот мир.

Амалия будто читала мои мысли. Она всегда старалась мне угодить, но тем самым убивала во мне всякую надежду выбраться из этой грязи когда-то. Она стирала меня с этого мира по частям. Женщина была терпеливой в отличие от меня. Иногда я даже пыталась её с собой сравнивать. Мы были похожи внешне: те же губы, нос и глаза. Даже подбородок овальной формы я переняла у неё. Длинные густые волосы и черные как смола ресницы — это не раз доказывало то, что она, правда, моя биологическая мать. Смогла бы она когда-то стать мне чем-то большим? Семьёй? Нет! Никогда!

— Дами, как ты себя чувствуешь? — спросила Рия, когда в очередной раз мне довелось увидеть то, чего я не должна была.

Всё произошло утром. Обычно, когда я просыпалась, Рия мне приносила завтрак в комнату, так как я по привычке уже бралась за учебники. Но утро этого дня, возможно, было особенным для всего дома. Захлопнув громко книгу, я решила спуститься на кухню, чтобы немного перекусить. Ещё с глубины коридора я отчётливо могла слышать крики, как мужские, так и женские. Это была Амалия, но голос мужчины я не могла распознать. Их беседа была злой, а слова резали лезвием уши. «Убийство», «смерть», «киллер», «деньги» — весь разговор в основном состоял из этих слов.

— Избавиться от Лухана сейчас будет самым правильным решением, — произнёс мужчина. Встав на крыльце лестницы, я попыталась присмотреться в его черты лица. Мужчина спокойно сидел в кресле, а Амалия расхаживала по сторонам, пытаясь переварить его слова. Сказать, что она была в шоке? Да!

— Этот мужчина мне знаком, — прошептала я, приоткрывая еле губы. А когда его глаза остановились на мне, я была поймана с поличным. Амалия тоже обернулась, но, заметив меня на крыльце, всего лишь улыбнулась, подсказывая мне спуститься.

— Дами, дочка, спускайся. Поздоровайся со своим отцом, — последняя фраза, сказанная ею, резала мне уши. Казалось, вот-вот, назальные капилляры выпустят кровь наружу. Если бы не перила, за которую я крепко держалась, рухнула бы вниз. Но лучше бы я сдохла. Мужчина поднялся на ноги и мягко мне улыбнулся, ожидая, когда же я подойду к нему.

— Наша дочь очень похожа на тебя, — сказал спокойно мужчина. — Дами, я рад с тобой познакомиться, — он протянул мне руку. О чём сейчас мне надо было волноваться больше? О том, что он мой отец? Или о том, что он отец Лухана? Не родной, конечно. Вся эта каша давила мне на виски. Протянув ему ладонь, я слегка коснулась тёплой кожи мужчины.

— Я..., я спустилась позавтракать, — это было единственное, что я могла вымолвить. Посмотрев на Амалию, которая удивлённо уставилась на меня, я быстро развернулась в сторону кухни, чтобы скрыться с гостиной как можно скорее.

Мне есть о чем подумать? Мой отец и моя мать? Кроме меня их что-то связывает? Любовь? Не поверю. Привязанность? Однозначно нет! Общие цели — на ум приходило именно это. Исходя из слов, сказанных мужчиной, мне стало ещё страшнее оттого, что Амалия может находиться в его власти. А что если это так? Слабое место? Господин Лу может быть слабым местом Амалии? Или Амалия его слабое место?

Эта ситуация заставила мой живот заурчать, прося еды. Но кусок в горло не лез. А что если Лухану действительно угрожает опасность? Что если...? Этот вопрос не давал мне спокойно сидеть на месте. Из их разговора я поняла, что в четыре вечера что-то должно произойти. Набрать Сехуна? Нет. Я могла подвергнуть его опасности. Отец, который рос парня столько лет, мог ему чем-то навредить? Почему они не избавились от парня раньше, до того как появилась я в этом доме. Зачем им я, если они могут сами всё спокойно решить? Столько вопросов у меня в голове никогда не накапливалось. Новые обстоятельства, новая правда? Как мне всё это воспринять?

— Рия, я не в порядке, — прошептала я. — Волноваться мне больше за кого: за меня или за Лухана?

Девушка крепко обняла меня, поглаживая ладонью мягкие волосы. Но я не плакала. Слезы высохли уже давно, подавляя во мне хоть какие-то чувства. Было страшно, опасно и темно. Эта темнота окутала меня вечером, когда я осознала, что надо бежать. Попрощавшись с Рией, я сказала, что собралась лечь раньше спать. Это была ложь. Я хотела сбежать, ночью, когда все спали. Падать со второго этажа не так уж и больно, наверное. Подстраховавшись простынями, которые я нашла в шкафу, я спустилась на траву. Сердце просто из груди выскальзывало. Я боялась, что меня поймают, но этого не произошло. Только когда машина Сехуна оказалась у забора, я могла вздохнуть спокойно.

Я не сказала ему ничего. Я молчала, ссылаясь на то, что мне надоело сидеть дома. Отключив мобильный телефон, я порылась в рюкзаке, который взяла с собой. Пачка крекеров, наушники, тёплый батник, блокнот с номерами телефонов и двадцать тысяч вон — не густо. Взглянув на купюру, я поморщилась. А Сехун и вовсе засмеялся.

— Ты собралась выжить одна с двадцатью тысячами вон? — проговорил парень.

— Я думала, я богаче, — улыбнулась я. — Но если ты мне одолжишь, я не откажусь.

Парень улыбнулся, затем повернул на трассу в сторону Инчхона. Друг обещал отвести меня в свой загородный дом, который уже как полгода пустует. Обещал ли мне Сехун безопасность? Нет. Знал бы он всю ситуацию, увёз бы меня ещё дальше. Мне не хотелось его сильно беспокоить.

— Крис и Тао уже там, ждут только нас, — сказал парень.

— А как же Джей? — спросила я.

— Мы поссорились, — перебил меня Сехун. — Я сожалею о том, что так всё вышло, но со мной всё в порядке. У меня есть ты, — улыбнувшись, парень крепко сжал ладонь. В машине наступила гробовая тишина и неловкость. Тёплая рука О сжимала мои пальцы сильнее, до покраснения. Что сказать и как утешить? Чтобы избавиться от этих непонятных чувств, я спросила о Лухане. Точно, Лухан:

— А Лухан будет?

— Вы вроде с ним не в хороших отношениях, — улыбнулся Сехун, убирая руку на руль.

— Ну, я привыкла, что в компании есть он тоже, — прошептала я.

— Он говорил, что приедет только к вечеру. Ближе к четырём, — ответил О.

«К четырём?». Четыре вечера — время, о котором говорили господин Лу и Амалия. Глубоко внутри я не верила в то, что Амалия позволит Лухану умереть. Слишком она жадная. Она не зря растила меня все эти годы, чтобы потом просто выбросить «новый продукт». Рассуждения об отношениях господина Лу и Амалии привели меня к тому, что именно женщина является «главарём». Господин Лу был запасным ружьем в игре. На всякий случай!

Машина остановилась у высоченного забора. Как и ожидалось от Сехуна. Его дома всегда были в прекрасном состоянии, не говоря уже о дворе, который украшали розы. Его мать так сильно любила эти цветы? Взглянув на парня, который что-то листал в телефоне, мне захотелось задать ему множество вопросов «ни о чём». Он был наследником целого состояния, но поступал по-простому, как бедняк.

— Что? Я красивый? — засмеялся Сехун. А ведь, и правда, красивый. Ему идёт улыбка, хоть увидеть её можно редко. Печальный образ не подходил Сехуну, с какой стороны не посмотри.

— А-а-а? Ты хороший, — пробормотала я, толкнув ногой двери. Иногда я путалась в словах. Сейчас мне надо было сказать ему, что он красивый? Комплимент «хороший» подходил парню больше. Мне казалось, что он воспримет это более спокойно. Друг помогал мне в трудных ситуациях, поэтому для меня он был именно «хорошим». Такими разве должны быть друзья?

На часах было шесть, когда мы приехали, а уже к восьми меня нехило начало трясти. Не от холода, потому что в доме горел камин. Переживания и страх засели глубоко во мне и сейчас бились кулаками в дверь наружу. Амалия, Рия, Маркус — хотелось забыть этих людей. Почему я не могла просто проснуться и оказаться в доме, где ещё недавно жила? Мой страх меня губил. Я боялась Амалии, господина Лу. Казалось бы, эти люди способствовали моему существованию, но в их руках моя дальнейшая жизнь. Они решат — убить или отпустить.

— Дами, мы съездим за продуктами, — вымолвил сонно Крис, прикрывая рот рукой. Из-за меня эти парни не спали всю ночь. Сехун задремал у камина, а Тао постоянно носился по дому в поисках полезных дел, но все равно ничего не делал. Крис читал, громко перелистывая страницы книги. Я была рада тому, что они не спрашивали меня ни о чём. Молчание мне нравилось больше.

Тао быстро поплёлся за Крисом, что-то напоминая ему о составленном списке, а Сехун даже не сдвинулся с места. Неужели, заснул? Дернув его несколько раз, я усмехнулась. Сколько эта тишина будет длиться? Мне казалось, если я покину гостиную, то меня поймают. За мной следят? Меня вычислили. Блуждая по дома в поисках теплого пледа, я попала в ловушку Софии, которая прикрыла мне рот ладонью, приказывая идти вперед. Неужели, это конец? Пока женщина вела меня к машине, я глотала вязкую слюну с болью в горле. Кулаки сжимались до посинения, ноги боялись ступать по дорожке, тело дрожало.

Страх — это иллюзия, созданная человеком. Боль — это иллюзия. Чувства — иллюзия. Все в мгновение исчезло и перед глазами стало темно. Моя жизнь была шелковой нитью, которая с треском рвалась. Глубоко внутри сознание кричало «держись» и я старалась держаться, ради себя. Меня привели в чужой дом, туда, где мне не место. Этот дом Амалии. Дом, где по коридорам ходит моя смерть. Но женщина мне ничего не сказала. Ни слова. В её глазах не читались ни злость, ни обида. Она пыталась меня понять? Меня заперли в комнате, отобрали все приборы общения и вручили книгу. Книгу своей будущей жизни! Книгу корпорации семьи Лу.