Школа

  Из рассказа Лики и Шина я поняла одно важное правило выживания в этой школе: «Никогда не поддавайся!». Прогулка на удивление прошла хорошо, по крайней мере, мне понравилось. Лика оказалась довольно милой, а Шин — геем. Что насчет школы? Школа никак не изменилась. Правдой оказался запрет дружбы и отношений в школе. Директриса и мать моего соседа по парте Лухана строго настрого запретила дружить. Причиной всему служила учеба. Женщина боялась, что из-за друзей или отношений ученики могут забыть о том, что они учатся. По ее мнению ученики должны учиться около пятнадцати часов в день. Я посчитала это банальным и нелогичным. Действительно, где вся логика в ее табу?

Прошло около трех дней с момента, как я перешла в старшую школу. Моментов было мало, так как половина студентов школы отправились в экскурсию. Остальные тихо посещали школу. С Ликой мы пересекались несколько раз после прогулки, но особо не разговаривали. Несмотря на то, что девушка желала общения со мной, я старалась держать дистанцию. Мне дружба совсем не нужна. Видимо, родители были правы, когда отправляли меня в эту школу. Я как раз подхожу под стандарты школы.

Сегодня был либо особый день, либо моя мать сошла с ума. Она приготовила мне завтрак и накормила пса, прежде чем уехать на работу. Бзики бывают даже у матерей. Несмотря на старания, я не оценила труд матери. С утра кусок в горло не лез. Меня все не покидало чувство, что что-то произойдет. Но что же?

— Доброе утро, ученики, — в класс вошла учительница.

— Поприветствуем учителя, — сказал Джунмен, поднявшись с места.

— Доброе утро, — прокричали все хором.

Лухан сидел рядом и что-то строчил в своем телефоне. По его физиономии можно было понять, парень явно вчера ходил в клуб и отрывался до утра. Мне оставалось рисовать на кантике тетради. Атмосфера действительно творилась мрачная. Все будто озомбированные. О погоде только разговаривай.

— Кто сегодня дежурный? — спросила учительница, поднимая вверх сухую губку для доски.

— Новенькая, ты сегодня дежурная, — сердито проговорил Джунмен.

— А-а-а? Хорошо, — поднялась я с места. — Учитель, отдайте мне.

— Не заблудишься? — улыбнулась училка. И чего она мне постоянно улыбается, аж блевать захотелось от милашества.

Оглянувшись по сторонам в коридоре, я направилась к лестничной площадке. Я знала местонахождение одного туалета на первом этаже, поэтому и направилась туда. Но не успела я дойти до лестничной площадки, как заметила спускавшихся элитных парней. Они выглядели вточности, как описывала мне Лика. Все высокие, красивые, один из них был мулатом, наверное, это Джонин. Я с ним не сталкивалась ни разу. Следом шли Чанель и Бекхен, а позади, в пяти шагах от них спускались Крис и Сехун. По их виду можно было сказать: «Красивые, сексуальные и деньги есть!» Увидав их, я думала прошмыгнуть молча, но как оказалось, Джонин тоже заметил меня.


— Эй, новенькая, здороваться не учили, мы все-таки одноклассники, — сказал мулат. Из-за его слов мне пришлось остановиться.

— Здравствуйте, — поклонилась я, да еще назло сделала реверанс. Парень засмеялся, я в ответ изобразила фальшивую улыбку и спустилась вниз по лестнице. Из-за того что Джонин стоял близко, я учуяла его духи. Этот противный, терпкий запах уселся у меня в ноздрях, и даже после умывания никак не могла от него избавиться.

— «Элитное бабло» плохо пахнет, однако, — засмеялась я сама себе.

Урок прошел, как и все, скучно и утомительно, а что главное бесполезно для меня. Учитель только что-то диктовала, некоторые ученики отвечали. Но по крайней мере урок тише перемены. Довольно шумные перерывы в школе, все суетятся постоянно по классу, по коридорам. Ужасно не люблю шум. Зевнув, я всей тяжестью рук опустилась на парту. Создавалось впечатление, что она никогда не закончится.

— Новенькая, может, дашь номерок телефона? — проговорил кто-то над моим ухом. Подняв голову, я увидела Джонина, который словно петух в курятнике уламывал курицу ему дать. Глубоко вздохнув, я поднялась и потянула отекшие руки.

— Может, еще песню спеть и сплясать? — посмотрела я на него. Парень оглядел меня и засмеялся.

— А ты можешь? — с интересом спросил он.

— Даже если могу, убери задницу с моей парты и свали, — толкнув парня руками, я улеглась на столешницу и прикрыла глаза. Как же раздражают такие прилипалы.

Я не ожидала, что «элитное бабло» будет меня преследовать весь день. И что им от меня надо? Стоило мне выйти на физкультуру, как Джонин тут как тут, делает вид, что играет в баскетбол. Мне было наплевать на их попытки познакомиться со мной, но это начинало меня раздражать. Странная школа вообще. После четырех дней я поняла, что здесь не только все мертвецы, но и злорадные извращенцы. Возможно, это все из-за нехватки внимания? Или же они все от одной мамы?

Набирая обед в столовой, я и не успела заметить, как меня кто-то схватил за задницу. Думаю, стерплю. Пусть лапает, если так хочется получить по тыкве. Потом еще раз, и еще. Лапание моей задницы продолжалось, пока моя терпелка не лопнула. Обернувшись, я хотела возразить, но меня опередили:

— Джей, отстань от нее, — грубо проговорил парень. — Мы должны уважать новеньких, — обернувшись, я увидела Криса. Парень стоял впереди, а остальная его шайка позади. Не знаю, правильно ли я сделала вывод, но сейчас казалось, что не Джонин у них главный, а Крис. Так называемый Джей оставил меня в покое, а свита направилась к своему обеденному столу.

И за что мне такое наказание? С самого начала я думала, что школа идеально мне подходит, но люди в этой школе просто нечто. То дружат, то нет. То разговаривают, то лапают. Непонятные поступки вообще. Оглянувшись по сторонам, я хотела выбрать один стол для своего ланча. В самом конце пустовал как раз один. Радостно направляясь к столу, я не успела заметить, как мне навстречу выпихнули один стул.

— Садись, — сказал Джонин. Сморщив глаза, я взглянула на своего уже будущего врага, видимо. Мысленно я думала, что надо бы записать Джонина в черный список. Ну или преподать урок, что больше не доставал.

— Хочешь пообедать с нами? — спросил Крис, улыбаясь. И тут я чуть не блеванула. Взглянув со злостью на «элитное бабло», я хмыкнула. Если уж они так жаждут со мной пообедать, не буду лишать их возможности. Кто знает, может к концу учебного года знаменитостью стану. Двинув стул на его законное место, я положила поднос на стол и присела.

— Лови момент, это уникальный случай, мы редко приглашаем девушек с нами обедать, — предупредил Бекхен. Ужасно бесит. Схватив палочки, я высвободила их от бумаги и отклеила друг от друга. Видимо я внушаю все-таки страх, раз все молча принялись жевать обед. Джонин чуть не подавился и начал кашлять, от чего атмосфера ухудшилась. Оторвавшись от обеда, я подняла глаза на него.

— Запей чем-то, раздражаешь, — от моих слов он вообще потерял дар речи. Некоторые из них засмеялись, но все так же продолжали молчать. Атмосфера нарушилась, когда Сехун осмелился начать разговор:

— Как звать? — спросил он, не открываясь от еды.

— Дами, — более мягко ответила я. Эта ситуация между нами заставила меня задуматься, и почему все-таки я такая бездушная? Ну не чувствую я ничего. Мне кажется, даже если бы я убила бы человека, то не ощутила бы ответственности за это.

— А ты милая, — произнес Чанель, как все прервали обед. Я тоже посмотрела на него.

— Ты считаешь меня милой? — задала я ответный вопрос.

— Ты хочешь казаться злой? — перебил наш разговор Сехун. И тут мое терпение лопнуло до предельного. Поднявшись с места, я собрала все на поднос и сказала:

— Хочу, чтобы такие как вы не доставали меня. Даже поесть нельзя спокойно, — выругавшись, я схватила поднос и направилась к выходу, но по дороге обернулась и обратилась к Джонину: — Будешь доставать, я тебя точно прикончу, — указав пальцем на Кая, я гордо выпрямилась и шагнула дальше.

На удивление к концу дня меня никто не донимал. Я провела остаток уроков на крыше, задремав под теплыми лучами солнца. Почему-то из-за всего творившегося здесь, мне хотелось сбежать. Безумно хотелось спокойствия и чего-то красивого. Приоткрыв глаза, я взглянула на небо. До самого горизонта двигались белые как снег облака. Чтобы хоть как-то отвлечься, я принялась искать животных на небе. Просто иногда так хочется почувствовать себя ребенком, не так ли?

Но все-таки, может это не школа странная, а я? Этот вопрос мне никак не давал ответа. Если подумать логически, то я тоже выгляжу немало странно, и возможно с другими похожа? Просто я этого не замечаю. Если взять старосту, то я точно с ним похожа. Видимо школа для таких же бездушных, ничего не чувствующих людей. Но может ли человек с душой выжить в этом хаосе? Может ли хоть один ученик в этой школе дать волю эмоциям? Из всего этого я сделала жирный вывод: «Просто на сегодняшний день все подростки одинаковые, бездушные твари».

***