утро. разговор по душам. опека
Утро у Арсения началось в 6:30. Он сходил в душ и принялся готовить завтрак для себя и гостя, который ночует у него в гостиной, Антона. Выбор пал на яичницу с колбасой и бутерброды с маслом: быстро и вкусно.
Тем временем солнечный свет, пробиваясь сквозь занавеску, легонько касался лица Антона. Он застонал, уткнувшись глубже в подушку. Когда завтрак был готов, Арсений пошёл будить Антона.
— Антон! Подъём! — раздался бодрый голос Арсения Сергеевича. — Пора собираться в школу.
Антон сонно промычал что-то невнятное.
— Антон! — голос психолога стал немного строже, но по-прежнему доброжелательным. — Яичница с колбасой остывает! А бутерброды с сыром и ветчиной совсем уж завянут! Пропустишь такой завтрак — и весь день будешь ходить голодным.
Антон резко открыл глаза. Запах жареной колбасы и свежего хлеба пронзил его сонное сознание. Он сел в кровати, потирая глаза.
– Яичница… с колбасой? – прошептал он, словно не веря своему счастью.
– Да, – улыбнулся Арсений Сергеевич, – с лучшим, что есть в нашем холодильнике. А еще какао, если хочешь.
Антон вскочил с постели. Дома, в его собственной семье, о завтраке приходилось только мечтать. Никто не готовил ему утром ничего, кроме, может быть, сухого печенья. Это утро было совершенно фантастическим.
– Спасибо, Арсений Сергеевич, – пробормотал Антон, чуть покраснев от неожиданной щедрости.
– Не за что, Антон, – подмигнул Арсений Сергеевич. – Главное – хорошо позавтракать перед школой. Силы нужны, чтобы справляться со всеми уроками и… с жизненными трудностями.
Антон с жадностью принялся за яичницу, проглотив половину порции за пару минут. Бутерброды он ел уже медленнее, наслаждаясь каждым кусочком.
– Вкусно, – просто сказал он, уже насытившись.
– Вот видишь, – сказал Арсений Сергеевич, наливая себе кофе. – Завтрак – это важно. А теперь – в ванную. Почистим зубы, умоемся и отправимся покорять второе сентября!
Умывшись, они оделись и поехали в школу. Арсений аккуратно вел автомобиль, не мешая ученику отдыхать. Когда они добрались до школы, Арсений пришёл в кабинет к Павлу, чтобы поговорить, а Антон пошёл на уроки.
— Паш, доброе утро, — начал разговор Арсений.
— Арс, доброе утро! Как ночь с Антоном? — ответил друг.
— Вообще отлично! Привёл вчера домой, успокоил, накормил, спать уложил, травмы помазал. С утра завтрак сделал — парень от счастья светится, хотя это обычная яичница с колбасой и бутерброды, — сказал Арс, улыбаясь. — Никогда не думал, что дети — это счастье. Почему-то вчера Антон запал мне в душу, и хочется его усыновить. Мои родители не против любых способов появления внуков.
Паша задумался: у него есть и жена, и сын, который чуть младше Антона.
— Хорошее решение, только как ты это сделаешь?
— Деньги есть, с жильём проблем нет, документы в порядке.
— Ты прав, — ответил Паша.
После чаепития Арсений ушёл в медицинский кабинет. Начался рабочий день. В обед Арсений поел в школьной столовой и позвал с собой Антона, который также поел и ушёл на последний урок.
Беда пришла откуда не ждали: в кабинет Павла Алексеевича зашли сотрудники полиции и опеки.
— Здравствуйте, Павел Алексеевич, мы из опеки по поводу ученика вашей школы Антона Шастуна. Он в школе? — спросила девушка.
— Здравствуйте, да, он на уроке, — ответил Павел.
Сотрудники опеки сели за стол, а директор что-то убирал в папки.
— Вы бы тоже сели, разговор долгий будет, — сказала одна из девушек.
Павел сел на своё место.
— Так что случилось?
- Во-первых, поступил сигнал, что ученик не ночевал дома. Во-вторых, дома у него никто не открывает. В-третьих, летом этой семье было уже предупреждение, поэтому есть основания полагать, что что-то не так, - вела разговор девушка с опеки, а в этот момент в кабинете появился Арсений.
-Познакомьтесь, Арсений Сергеевич, человек, который знает, что произошло в семье Антона вчера, - представил друга Воля.
-Здравствуйте, вот что случилось с Антоном. Утром вчера у него был голодный обморок, я как врач привёл его состояние в порядок, и он ушёл домой. Вечером, часов в 8, Антон врезался в меня, был в слезах и с телесными повреждениями. Я привёл его к себе, накормил, опять же привёл в чувства. Он рассказал всё, что происходит дома, - Арсений пересказал то же самое опеки. - Уложил спать, с утра накормил и отвёл в школу.
Девушку с опеки ответила, -понятно, спасибо, мы поняли. Приведите Антона, и он поедет с нами.
Арсений так и сделал: забрал Антона с урока, и, пока его не увели, сел на корточки перед ним.
– Антош, ты должен поехать с органами опеки в детский дом, так надо.
Антон обнял Арсения:
– Я не хочу, я лучше буду жить где-то, но не там, хотя бы с тобой.
Арсений тоже обнял Антона:
– Ты также будешь ходить в школу и видеть меня. Я хочу стать твоим опекуном. Давай я дам тебе пару дней, и потом поговорим об этом.
– Я тоже этого хочу, – сказал Антон.
– Давай пару деньков подумаем, – сказал Арсений.
Антон на действия Арсения кивнул, и его повели в машину, и повезли в детский дом.
Прошло пару дней, и у Антона и Арсения появилась привычка пить чай и общаться, а также делать уроки Антона вместе.
Антон сидел на стуле, теребя край футболки. Арсений Сергеевич, улыбчивый, но серьёзный, сидел напротив. На столе стояли две чашки с чаем, почти нетронутые. Антон долго решался начать разговор, но в итоге собрался и сказал:
— Арсений Сергеевич… Я… я всё ещё думаю об этом.
— О чём, Антош? О том, что ты жил в детском доме? — спросил его Арсений.
Антон кивает:
— Да… и о том, что вы сказали…
Арсений Сергеевич отвечает:
— О том, что я предложил тебе стать моей семьёй? Я понимаю, это непростое решение.
Антон долго собирался с ответом:
— Да… Детский дом… Это… не очень. Но там были ребята…
— Я знаю. Друзья важны. Но дом — это больше, чем просто друзья. Это место, где тебя любят, где о тебе заботятся, где ты чувствуешь себя в безопасности. Ты этого достоин, Антон.
Антон спросил:
— А… а как насчёт фамилии и отчества?
— Да, это изменится, если ты захочешь. Ты получишь мою фамилию Попов, и отчество будет Арсеньевич. Это будет означать, что ты — моя семья, мой сын. Но ты останешься Антоном.
Антон ответил:
— Я хочу этого, чтобы как бы была новая жизнь, а мои… биологические родители…?
— Как ты знаешь, Антон, суд лишил их родительских прав. Это значит, что они больше не могут заботиться о тебе. Но это не значит, что ты забываешь о них. Ты всегда можешь помнить, что это были твои родители. Хотя можно их и забыть, как тебе комфортнее будет.
Антон долго молчит и смотрит в пол. Затем поднимает голову:
— А… а вы будете меня ругать, если я что-то сделаю не так?
Попов тепло улыбается:
— Конечно, буду. Но не для того, чтобы тебя наказать, а чтобы помочь тебе стать лучше. В любой семье бывают правила, но самое главное — это любовь и поддержка.
Антон немного улыбается, на душе становится тепло:
— Хорошо… Я согласен. Хочу быть вашим сыном.
Арсений Сергеевич протягивает руку:
— Прекрасно, Антош. Это замечательная новость. Я очень рад.
Антон берёт руку Арсения Сергеевича, и оба немного улыбаются. В воздухе витает ощущение надежды и нового начала. В такой приятной атмосфере Антон и Арсений выпили чай и сделали уроки и отчёт. Затем Арсений повёз Антона в место, где он пока живёт. Их двоих впереди ждёт что-то новое и интересное.