11//О праздниках и горьких словах.
Повторяю, я совместила 11 часть с этой, ибо обе главы получались короткими.
Ваня предложил Пешкову вместе отпраздновать Новый год и он не был против. Серёжа думал, что Ваня, как всегда, потащит его на какую-то вечеринку, и был удивлён когда Бессмертных сказал, что отмечать нужно вдвоём, на Ваниной квартире.
К этому месту Серёжа давно привык. Привязался к голубым обоям и белой мебели. Здесь он находился большую часть времени, в то время как домой приходил только переночевать. И сегодня ему предстояло отпроситься у мамы, чтобы провести праздник не дома.
-Да, конечно, иди, - сказала женщина, переключая телевизор. Серёжа уже начал победно уходить, но его остановили, - В этом году решили отпраздновать без родителей? Лёшу отпустили?
-Да... тоесть, нет. Я буду не с ним, - женщина удивилась.
-А с кем же? - настороженно спросила она. - А... с тем Ваней, да? - Серёжа кивнул. - Я рада, Серёженька, что ты заводишь новых друзей, но Ваня... он мне не нравиться.
Серёжа решил тактично промолчать.
***
-Ты умеешь готовить оливье? - спросил Ваня, держа в руках пачку майонеза.
-Нет, - Серёжа пожал плечами.
-Тогда без него, - пошёл к кассе.
Выкладыва продукты на ленту, Серёжа заметил чипсы со сметаной и зеленью. Тот самый вкус, который все время брал Лёша. Это заставило Пешкова улыбнуться, но так же неожиданно в голове Сереженой проскользнул и стыд за то, что он сначала согласился праздновать с друзьями, а как только ему предложил Ваня, Серёжа сразу же набрал Даше и сказал, что у него не выйдет.
И тут же, словно услышав его мысли, глаза сами нашли Лёшу среди покупателей. Ваня тоже его увидел, но ничего не сказал. Лёша, заметив парней, подошёл. Обнял Пешкова и пожал руку Ване.
Остаток дня парни украшали квартиру, сотню раз сказав, что это по-детски. Ваня откопал где-то гирлянду и заставил Серёжу развешивать ее на шторах. Разноцветные огни медленно переливались с одного цвета в другой.
На следующий день, тридцать первого, рано утром, Пешков сел на автобус и приехал к Ване. Целый день мальчики смотрели «Один дома», пару частей «Гарри Поттера», «Операция „Ы"» и так далее. Смотреть, правда, получалось не очень. Глаза, сами по себе, смотрели не на похитителей, а на русую челку и зелёные глаза. Губы, сами по себе, говорили не о Волан-де-Морте, а шептали Ванечке о любви. Руки не поднималась с готовностью «Я!», а лезли Ванюше под красный свитер.
Лёжа в объятьях, Серёжа думал о том, сколько пришлось пережить его Ванечке. Парню, который за короткое время стал для него, Пешкова, всем.
-Расскажи мне о школе, - просит Серёжа.
-Что тебе рассказать? - смеётся. - Ты учишься в ней дольше чем я.
-Нет. Расскажи мне о своей школе, - и Серый напрягается, когда Ваня расцепляет объятья.
-Что ты хочешь знать? Разве не понятно, что я не хочу об этом говорить, нет? - и смотрит так пристально, так холодно, что, кажись, декабрьский мороз пробрался сквозь окна и створки, ледяными пальцами забираясь Пешкову под толстовку.
-Я просто хочу знать чтобы помочь тебе, Вань, - Серёжа попытался дотронуться до его лица, но Ваня отстранился.
-Мне не нужна помощь, мне не нужна поддержка и все эти сопли, - скулы скакнули, а губы сжались.
-Ты не доверяешь мне? - спрашивает Пешков едва дрогнувшим голосом.
-Нет, - и ушёл. Ушёл, оставив Серёжу с перерезанным насквозь сердцем и слезами на щеках.
На кухне послышался звонкий шелест разбитого стекла - Серёжа вздрогнул, - а потом только тишина. Та самая тишина, в которой крутятся самые страшные мысли, самые больные воспоминания. Глухота, в которой созревают самые опасные идеи. Пустота, в которой одиночество чувствуется особо резко, остро. Но Серёжа не одинок. Вот там, на кухне, сидит сейчас его единственный.
Но Серёжа так и не решился выйти из комнаты. Остался там, среди новогодних украшений, гирлянды и бутылки шампанского. С гулом сердца и курантами один на один.
Спустя неделю Ваня так и не позвонил, но и Пешков не спешил со звонком. Он слишком боялся снова услышать «нет, Серёж, не доверяю». Понимая, что чем дольше он тянет, тем хуже стаёт, Серый набрал Лёхе.
-Слушай, Серый, - начал Лёша. - Ты же знаешь, что я поддерживаю любой твой выбор, да? - После кивка, с нерешительностью в голосе, он продолжил. - Но мне, честно сказать, Ваня не нравиться вообще. Я понимаю, что этой твой выбор, все дела, но меня пугает твоя зависимость от него.
Дома Пешков всё же решился и набрал Ване. Спустя семь гудков - Серёжа считал - он взял. Но слова, которые так долго маячили в голове, всё не лезли. Он просто молча слушал чужое дыхание на том конце. Спокойные, равномерные вдохи-выдохи кончились, прервавшись на такие в груди эхом отзывающиеся слова:
-Я соскучился, Серёженька. Приходи.
И Серёжа прибежал. Обнял Ванечку и пролежал с ним всю ночь. Но Ваня уже не был таким как раньше. Теперь, он снова курил красные «Мальборо», которые здорово ударяли по карману. Когда они ехали в метро, Ваня не брал за руку, чтобы подразнить, засмущать, а сидел в наушниках и смотрел куда угодно, огибая глазами своими кудрявую макушку. С каждым днём всё меньше называл Пешкова солнцем или Серёженькой.
Однажды утром Серёжа смотрел на спящего Ваню. Разглядывал его идеальные черты лица, умилялся с подрагивающих ресничек. Но как только Ванечка проснулся, взгляда его малахитовых глаз было достаточно, чтобы всё понять.
-Доброе утро, - сказал Ванюша.
-Доброе... - ответил Пешков. Серый чувствует себя идиотом. Пытается что-то налаживать, расслаблять Ванечку, такого родного. Горькие слезы начинают течь по красным от злости щекам, попадают на губы и становится так солёно. На душе кошки скребутся. Как вернуться в тёплые сентябрьские дни?
-Ну чего ты плачешь, а, Серёж? - берет в руки свои аккуратные зареванное лицо Пешкова, пальцами вытирает слёзы.
-Я просто очень люблю тебя, - обычно Ваня всегда отвечал «и я тебя», но не сегодня.
В момент Ваня аккуратно встаёт с кровати и выходит из комнаты.
***
Покупая в ларьке новую пачку, Серёжа резко осознал, что понимает Ваню. Теперь он знает, что такое никотин. В моменте кажется будто все излечилось, органы дышат так приятно и непринужденно, сердце бьется в оживленном темпе, синяков под глазами нет. Все проблемы исчезли. Но это то, что его убивает, здоровье гробит. Зависимость от вещества, которое так и манит окунуться в прошлое. Раньше это было его единственным способом почувствовать себя живым - но сейчас даже это ему не помогает. И поэтому он решается.
Ему всего семнадцать, но табак уже стал неотъемлемой частью Серёженой жизни. Красный свитер, случайно забытый у Серого дома, ещё с зимы лежит в шкафу. Пешков не решался его выкинуть, да и не хотел в принципе. Но сейчас, когда Лёше с Дашей звонить - не вариант, он достаёт из верхней полки свитер. Запах, который за все это время ещё не выветрился, вгрызается под кожу, заставляет табун мурашек пробежать по телу. Ткань летит в ближайший рюкзак. Серёжа хватает зажигалку и пару сотен рублей, мчит к метро.
Он купил билет к другому концу города, туда где живет бабушка и отдыхает мама. Серёжа решил, что в этот раз выберет не Ваню и не друзей. Он расскажет маме всё - про сигареты и Ваню. Расскажет как ему было больно. Если мама не выдержит такой правды - ну что уж, тогда посмотрим. А сейчас, уставившись в пол, он думал лишь о том как сожжет красную ткань в бабушкином дворе и забудет последние слова Вани у него на кухне:
-Я тебя не люблю. Прости, Серёж.