Пожить еще надо!
— Василиса!
POV: Фэшиар Драгоций
На мой крик прибежала Захарра. От увиденного у неё вырвался такой же крик, как у меня, только писклявие.
— Василиса! — воскликнула она. — Фэш! Что делать?..
— Успокойся! — я и сам взорвался на нервах. Я взял Огневу на руки. — Принеси мокрую тряпку!
Захарра быстро понеслась на кухню. Я крепче сжал Василису и понёс на диван в гостинной. Осторожно положив её на на мягкую поверхность, я стал рассматривать её. У Огневой было очень красное лицо, которое почти слилось с волосами.
И тут мне в глаза бросилась её шея. Ужас! Она была... покусана. Множество засосов виднелись на её шее и плечах. Подняв майку, я увидел синяки, такие же были и на запястьях. Шорты также не смогли скрыть синяки на бёдрах.
Боже! Кто мог сделать такое?! Кто мог причинить боль такому хрупкому телу?! Неужели кто-то посмел отобрать невинность этого рыжего чуда?! Не знаю кто это, но его нужно убить!
— Кошмаррр! — воскликнула Захарра, которая только что принесла мокрое полотенце. У её очень точно получилось скопировать голос Маришки.
Я приложил полотенце ко лбу Василисы. Она немного поёжилачь от холода. Я померял ей пульс. Нормальный.
— Жить будет, — огласил я. — Потеряла сознание из-за переутомления. Кто это мог сделать?
— Марк, — ответила Захарра, шмыгая носом. — Он позвонил Василисе, когда мы вместе были в кафе. Она сказала, что ей немного тревожно...
— Почему? — спросил я.
— Василиса рассказала, что Марк поехал в клуб, — Захарра уже вовсю ревела. — А от туда он постоянно возвращается пьяным. Я предложила ей переночевать у нас, но она категорично отказалась. И вот...
Захарра перешла на громкие рыдания и стала винить себя в произошедшем:
— Мне надо было... ик... её уговорить... ик... но она не хотела! Это я вино...ик...вата!
— Это не твоя вина, — сказал я и поднялся с пола (до этого я сидел у дивана). Я чувствовал, что ногти впились мне в ладони. — Виноват я и этот... не хочется сейчас материться.
Я быстрым шагом пошел ко входной двери.
— Ты куда?
— Мусор вынесу.
Я уже открывал дверь, когда из гостиной донёсся голос:
— Мам, я хому к теме... ме...
Сообразив, что это не могла быть Захарра, я снова побежал в гостиную.
Василиса что-то мямлила себе под нос. И постоянно обращалась к маме, пытаясь уговорить ту забрать её к себе. Только потом до меня дошло, КУДА она просится.
— Захарра, я отнесу её в свою комнату, — сказал я. — Я посплю тут.
— Хорошо, — голос сестры был совсем безжизненный.
Я взял Огневу на руки и понёс на второй этаж своей квартиры. По дороге она постоянно брыкалась, называя меня Марком. Для меня было оскорбительно даже быть в одном предложении с этим падонком. Я старался не задевать области синяков. Когда я положил её на свою кровать, она сразу вцепилась в подушку и сжалась в комочек. Я укрыл её одеялом. Василиса сразу же распрямилась и легла на живот. Я усмехнулся. Вот уж гиперактивный ребёнок!
Я где-то пять минут пытался успокоить её. Мне не нравилось, что она просится к своей маме. Пожить-то ещё надо! Потом, когда она, вроде бы, успокоилась, Василиса вынула свою ногу из-под одеяла и рукой убрала волосы с шеи, где остались следы сегодняшнего происшествия. Окинув её взглядом, я нервно сглотнул. Эта пытка не для меня!
Я быстро вылетел из комнаты и спустился вниз, где ждала меня Захарра:
— Ну что?
— Переодень её, — только и сказал я.
— Зачем?
— Хочешь, чтобы это сделал я?
Сестра пошла в мою комнату. Как только её фигура скрылась на втором этаже, я схватился руками за голову. Меня не покидало чувство вины, ведь если бы я тогда не повёл себя так в школе, она, возможно бы, переночевала у нас. Этого бы не случилось.
Я выбежал из квартиры. Потом из подъезда. Я на всех парах помчался туда, где мне, возможно, станет легче. Где я сниму всю вину с себя. как я давно не был тут. Со старых времён, когда еще был таким же, как и хозяин квартиры. Когда меня сюда приводила Маришка. Когда ОН был моим лучшем другом. Но потом всё изменилось.
— Что ты тут забыл? — на пороге показался Ляхтич. — Пришел мне морду набить.
— Нет, чтобы это сделал ты.