4.
— Влад, стоять! - окликает парня голос, когда тот собирается выходить из раздевалки после того, как переоделся с только что прошедшего урока физкультуры. Он оборачивается, в помещении остались только Бумага и Антонов, который, собственно, и позвал шатена.
— Что-то нужно? - интересуется десятиклассник, подходя ближе.
— Когда ты наконец признаешься в чувствах гленту? - он не собирается ходить вокруг да около, поэтому задаёт вопрос напрямую.
— Чего, в каких чувствах? - Бумага старается выдать искренний тон удивления, но другой-то обо всем уже давно догадался.
— Боже, ты меня хоть не пытайся обмануть, - Сергей устало выдыхает, потирает переносицу указательным и большим пальцами. — Весь класс после твоего некого признания спустя месяц заметил, как ты смотришь на моего друга.
— Да обычно я на него смотрю, - фыркает голубоглазый.
— Ну да, прямо как те самые девочки в твой приход, как нового учащегося в этой школе.
— Ой, все, отстань, Бумага отодвигает в сторону одноклассника, проходя к двери, и скрывается за её проёмом, давая понять, что разговор окончен. Ну, ещё и на алгебру к математичке-маризматичке нужно успеть, мало ли что она придумает за опоздание на целых две секунды.
Кудрявый лишь вздыхает в след, но он не отступит и выведет того на чистую воду. Уж в этом-то не сомневайтесь!
***
Вообще Владу не впервой задумываться о чувствах к своему же полу. Ну, да, опыт был. Можно ли назвать это опытом решать... а кому решать-то? Он даже и этого не знает. Чувства к, возможно, теперь уже лучшему другу (они довольно сблизились, да-да) не сравнить с восьмым классом, где бумага обжимался с каким-то мальчишкой из параллели чуть ли не каждую перемену, едва узнав о своей ориентации. Там всё было намного проще, что ли. Да и отношений у них особо-то и не было, зато благодаря этому парень научился неплохо (очень даже) целоваться. Хоть какой-то плюс. Ладно, воспоминания — воспоминаниями, но что с другом-то делать? Точнее, с собой. Или всё-таки с другом? Боже, как же сложно. Пожалуй, с признанием повременим, лучше покопаемся в себе глубже или вообще засунем свои чувства куда подальше. Да, точно. Последний вариант не так уж и плох. Спасибо отцу и его ‹‹миленьким›› беседам по вечерам. Большое, огромное.
Что мы там говорили про плюсы?
***
В коридоре шумно, но не совсем, уши будто заложены ватой, причём очень таким плотным слоем. Зубы наверняка сейчас уже начнут производить неприятный скрежет друг от друга, уж довольно сильно сжатые челюсти, как и кулаки (так хочется хорошенько вмазать прямо в это милое улыбающейся его (!) другу личико), а у самого лицо красное наверняка от злости, а может, от обиды. Ну, серьёзно. Почему этот... как его обозвать-то?
В общем пришёл к ним неделю назад парень такого же роста, возраста как и Бумага. Весь такой из себя красивый, посмотрите на него бла-бла-бла. Прикол заключается вот в чём (хотя это вовсе и не прикольно) : новый одноклассник сразу давай с Чашейко знакомиться, да тот и не против. То есть пока Влад при их знакомстве чуть ли из кожи вон не лез (ладно пытался), чтобы познакомиться с очаровательным кареглазым парнишкой, который с головы не выходит (да и пусть остаётся, не особо его и пытается прогнать), в то время как Саша запросто с первого раза нашёл с ним общий язык (и не важно, что он просто может быть таким человеком).
На данный момент Владислав наблюдает, как новенький что-то увлечённо рассказывает младшему, и тот слушает. Вы только поглядите на это! Да ещё и улыбается на его тупые, как считают голубоглазый, шуточки. Это ещё ладно, но он так не улыбался с Бумагой. Как-то искренне, что ли. Почему — непонятно? Вот чем этот внезапно появившийся, никем не ждавшийся, никому не сдавшийся, лучше Влада. Чем? Они же только сблизились и стали проводить больше времени, а теперь общение опять скатилось до статуса ‹‹привет-пока››. Ну ничего, Влад добивался дружбы с ним, а значит, так просто эта дружба никому не достанется (Серёжа не в счёт). Ещё посмотрим, кто кого!
***
— Всё хорошо? - Чашейко подходит к Бумаге. У них физкультура и только что сданный норматив в размере трёх километров даёт о себе знать. Ну, это как минимум странно. Сейчас Влад сгибается практически на пополам, опирается ладонями на колени, стараюсь хоть как-то перевести дыхание. Нет, серьёзно, парень почти задыхается, а он ведь один из лучших спортсменов школы. Здоровье что-то подводит или как?
— Да, в полном, - зачем врать, непонятно, всё и так видно.
— Да, конечно, не ты ли это сейчас задыхаешься? - язвительно отзывается брюнет, но всё так же сочувственно, взгляда не сводит.
— Даже если и так, то что? - а тот в долгу не остаётся, пререкается в ответ.
— Погодь минутку, - Чашейко подрывается с места, подбегая в сторону физрука, что сейчас наблюдает за игрой в футбол на поле и даже не замечает пропажу двух учеников. — Стой здесь, - добавляет парень уже в метрах семи от другого.
— И опять меня кинули, - шутит сам с собой Влад, грустно усмехаясь, но всё же слушается. Стоит на месте. А куда ему идти-то, тем более что голова кружится? Через минутки две возвращается кареглазый, может, раньше, наручные часы в этот раз Бумага оставил в портфеле.
— Всё, пошли, я отпросился с занятия, - он подходит ближе и аж присвистывает. — У-у-у, да ты совсем плох, давай руку.
Другой это никак не комментирует, просто делает, что ему сказали. Парень перебрасывает её через плечо в качестве опоры, потому что что-то ему подсказывает, что тот без неё не дойдёт. Пока они идут в раздевалку младший думает что медсестру вызывать смысла нет, потому надо как-то самому спасать друга. Ладно, что-нибудь придумает. До звонка ещё минут двадцать, хотя даже если бы сейчас прозвенел звонок, Чашейко не бросит друга.
***
Друг спасён, всё хорошо, за исключением тройки по контрольной, но не суть. На данный момент литература, поэтому можно донимать соседа по парте, чем сейчас занимается Чашейко.
— Влад, - ноль реакции. — Владик, - контакт найден, тот сразу выходит из раздумья, обращая внимание на товарища. — Опана.
— Чего?
— Теперь я знаю, как тебя дозваться в случае чего, - самодовольно улыбается брюнет, подпирая ладонью щеку.
— Ой, да ну тебя, - цокает Влад, отворачиваясь и опять смотря в одну, ранее найденную, точку.
— Обиделся, что ль? - нарочито-удивлённо спрашивает младший, хлопая ресницами.
— Было бы за что.
— Так что случилось, на... - Чашейко не успевает договорить, как его перебивают.
— Я же сказал — не знаю, - повторяет уже, наверное, в сотый раз другой.
— Ладно, я волнуюсь вообще-то, - наигранно, сопит кареглазый и показывает нижнюю губу.
— Прости, такого раньше не было, - а ведь и впрямь, подобного рода случаев не случалось, только если тот не спал несколько суток и силы были на исходе.
Учительница шикает на них, поэтому разговор продолжить не получается.
***
С недавних пор у Бумаги появилось новое хобби — изучение испанского. Или это всё же интерес к загадочной надписи, не оставляющей не единой пустой мысли в без того заполненной голове? Неважно. Что ж, могём, умеем, практикуем. Ладно, может, и не умеем, но практикуем уж точно.
— Тебе когда-нибудь приходилось признавать, что ты влюбился в человека, с которым ничего не светит? - брюнет наконец устроил что-то по типу ночёвки с другом, а сейчас они смотрят фильм с не особо понятным сюжетом, название которого попалось недавно в ВКонтакте в одном из постов их одноклассников.
— Мне?.. - младший окидывает озадаченным взглядом Влада, а потом подпирает тыльной стороной ладони подбородок и утыкается взглядом в стену. — Было дело, но это дело давнее, поэтому я предпочёл забыть.
— Прости.
— За что?
— Ну как же... - старший запинается, думая, что влез не в своё дело. — Напомнил тебе об этом.
— Ох, что ты, все в порядке, правда... - он не продолжает, подбирает слова, чтобы другой не понял, про кого будет идти речь. А тот молчит, ждёт, не желая давить. Захочет — расскажет. — Правда я совершил эту ошибку снова.
— Ошибку? Считаешь это ошибкой?
— Не знаю, наверное, ведь я позволил себе влюбиться в человека, который не ответит взаимностью ни в коем случае, - Чашейко грустно усмехается, хотя ситуация не особо забавная.
— Почему ты в этом так уверен? - парень пытается подобраться ближе, показать, что ему можно довериться, хочет вытащить из зоны комфорта, но пока сомневается, правильно ли задал вопрос его так — напрямую.
— А разве парень может полюбить парня в ответ? - можно подумать: он шутит, но как бы не так. По крайней мере лицо серьёзное, но так же отчаявшееся, будто уставше от этого всего.
— То есть ты...
— Давай не будем об этом, - Чашейко обрывает все пути поступления к себе, поэтому обрубает того на половине фразы.
— Хорошо, прости.
— Мне кажется, я нравлюсь Саше.
Фильм закончился, и если бы не субтитры, что идут под фоновую музыку, то в комнате образовалась гробовая тишина.
Немного напрягает.
— И как ты это понял? - Бумага сглатывает не пойми откуда взявшийся мерзкий колючий, сдавливающий горло комок. Закашливается. Чувство волнения усиливается, будто другой только что сказал про ответные чувства к этому самому Саше, но ничего не исключено. От того и страшно.
— Может мне и кажется, но всё это странно, ну, в смысле, наше с ним общение. Или он странный, не знаю. Постоянно пытается коснуться меня, ещё эти взгляды непонятные, двусмысленные, что ли. - глент закрывает ладонями глаза.
‹‹Странно, что ты не замечаешь это между нами››, - думает старший перед тем, как озвучить ответ. — Возможно, тебе и вправду кажется, но если честно, то я и сам начал что-то такое замечать. Ещё с самого начала. Он тебя при каждой встрече обнимает, даже если виделись на прошлом уроке. К тебе больше никого не пропускает. Пытается больше времени проводить, будто бы у тебя других друзей нет, — Влад обиженно супится, заканчивая монолог, словно в комнате больше никого и нет. Другой же немного в шоке.
— Ты чего, ревнуешь, что ли?
— Нет, что ты.
— Влад, а Влад, - не успокаивается чешйка. — Ну, не обижайся, хочешь, я тебя обниму? - от друга он не дожидается никакой реакции. Сидит все так же. Как ребёнок, ей-богу, которого поставили в угол и поругали, по его мнению, ни за что.
Младший подбирается ближе и заключает в тёплые объятия товарища, сцепляя ладони в замок на груди, потому что тот сидит к нему спиной.
— Ну, если тебя это хоть чуточку обрадует, то я с ним только чисто из вежливости общаюсь. Ну серьёзно, лучше бы тебя каждую перемену обнимал, чем его.
— Правда? - брюнет поднимает голову, заглядывая на того снизу вверх, с щенячьими глазками.
— Правда.
И сердце приятно согревается изнутри.
— А что о тебе тогда подумают, я же гей? - парень не весело усмехается, вспоминаю про слухи, которые он же и распространил. Идея хоть и сработала, но его так называемый статус оставляет желать лучшего. Зато большинство класса на удивление относится к Владу, как будто ничего и не было.
— Это всего лишь выдумки, к тому же мне плевать на чужое мнение, - кареглазый упираются подбородком на затылок того, кого сейчас обхватывает руками, словно большого плюшевого медведя.
— Нет, это правда, - в подтверждение своих слов десятиклассник качает головой из стороны в сторону, от чего его друг смешно мощится, потому что пушистые волосы щекочет нос. — А ещё у нас одна проблема, - выносит вердикт он.
— Невзаимно влюбиться? Н-да... Класс, что сказать, - Чашейко ненадолго замолкает, взвешивая какое-то решение. — Выпьем за это? - вспоминает про заветную бутылочку, упакованную в красочную обёртку, что стоит в холодильнике.
— А у тебя есть?
— Что насчёт детского шампанского? - спрашивают младший с неким детским азартом.
— Тащи сюда, я врубаю ‹‹Бесстыжих››.
Они всё никак не соберутся посмотреть этот сериал, так почему бы не сейчас, раз подвернулся такой момент?
— Оке-ей, - Чашейко отпускает бумагу из плена и ретируется на кухню, надеюсь, что внезапно прибывшие вчера гости с маленьким ребёнком не отдали тому напиток.
‹‹Это были лучшие объятия в моей жизни››, - думается Владу, пока он ожидает друга с бокалами и шампанским.
Эти двое ещё до утра смотрят сериал, и после только ложатся спать. Сегодня воскресенье, поэтому можно.
☆ ☆ ☆
(Слов — 1883)
У нас такой ветер поднялся со снегом. Чё у вас там по погоде?
Димка на связи!'☆
17:39
7.2.2023