10
Такемичи не дурак, чтобы приходить за вещами, зная, что два профессионала, один из которых с каменным стояком, остались в комнате. В борделе.
Ханагаки видел огонь в глазах Манджиро и желание Дракена.
Перед уходом Такемичи нашел туалет и быстро передёрнул, чтобы не светить стояком. Так что теперь намного легче мыслить здраво.
Только одежду свою забыл... сука.
Парень по наитию находит нужный коридор публичного дома и медленно приближается к двери с золотыми цифрами. Боже. Он реально это сделает?
Коленки некотролируемо дрожат, но Ханагаки не понимает, почему это происходит и как остановить. Обычно всё само проходило.
В большинстве своём у парней очень плохо развита интуиция, а если она и есть, то они пропускают всё мимо чувств, руководствуясь логикой.
По логике очень логично прийти и вернуть свои вещи. По чувствам что-то непонятное творится. К дрожащим коленкам прибавляется учащённое сердцебиение и обильное потоотделение.
Как хуйца добротного глотнул.
Иногда люди путают неосознанный страх с романтическими проявлениями. Например, есть омежка Такемичи. Он может чувствовать бабочки в животе. Однако эти красивые, но "поханые насехомые" не сулят ничего хорошего. Если они появляются, это означает лишь то, что подсознательно омежка понимает, что с человеком что-то не так или он делает те вещи, которые неприятны.
Даже по одному визиту в кафе можно понять, хочет парень продолжить отношения с партнером или нет. Если тот грубо обращается с персоналом, когда те вовремя не поднесли еду или не принесли счёт — Такемичи знает, когда чувства собеседника к нему остынут, следующей станет омежка. Грубость и хамство обеспечены.
Чтобы избежать ненужных проблем, лучше всего сразу же пресекать проявления ненормальностей. Когда чувствуете мурашки по коже, смотря на свою (будущую) пару, или дрожь, желательно не оставить это без внимания. Эти события развиваются от плохого к худшему.
Настоящий Такемичи всё же решает не обращать внимания на дрожь в коленях.
Он подходит к нужному номеру и останавливается. Ханагаки не может понять что именно не так, но его невинная часть хочет выгнать Такемичи из дома.
Парень прислоняет ухо к деревянной двери — шлюх в коридоре не было, значит, всё без палева — и тут же ошарашенно ахает.
Громкий стон Дракена прорезал правое ухо Такемичи.
- Б-блять.. — Парень делает шаг назад и запутывается в своих же ногах, падая на пол. Попа ноет, как и копчик, но Такемичи считает, что это меньшее, что могло произойти: звук падения смог бы услышать кто-то из его новых знакомых и вовремя пригласить к себе на "ужин".
Какое облегчение, но шагов за дверью не было слышно. Ну или Дракен постарался сделать хорошую звукоизоляцию.
Второкурсник чуть приподнимается на локтях и откидывает упавшую челку с глаз. Кроваво-красный коридор больше не возбуждает, а двое секс-машин, слава небесам, в комнате не слышат звуков Такемичи.
Парень облегчённо вздыхает и внутренне готовится к побегу, когда хочет начать вставать. Однако слышит самый ненавистный звук в мире.
Ёбаный. Блять. Скрип. Двери.
На губах Майки сперма. Мышцы на руках парня забиты, а на ногах, чуть скрытых шортами, которые тот одолжил у Рюгуджи, видны красные овалы.
- Блять! — Такемичи пытается отползти, потому что ничего в голову лучше не приходит. Если встать, Сано поймает, а если отползти, то хотя бы шанс есть.
Однако Ханагаки забывает, что его лодыжки ближе всего находятся к двери. Его легко можно утянуть в комнату к Дракену.
Третьекурсник стоит, смотря на младшего сверху вниз, и легко улыбается. Странно. Парень уж подумал, что его схватят и поведут насиловать, судя по выпирающему сквозь джинсы члену старшего.
Однако тот просто наблюдает, как Ханагаки жмётся к стене коридора.
От сканирующего взгляда Майки становится то неловко, то отчего-то жарко.
Такемичи переводит воздух в лёгких и наконец обращает внимание на фон позади Манджиро. Дракен лежит у изголовья кровати и палит в потолок своей комнаты. Голый.
Бл-
- Можешь не заходить, если не хочешь. — Сано спустя секунду от наблюдения Ханагаки закрывает дверь и садится на корточки. — Ты громкий. Я могу тебя сводить куда-нибудь, кофе попьём. Мясо поешь. Что ты любишь?
Такемичи не понимает резкой смены настроения.
- Что?..
Майки цокает в сторону грохота других комнат. Необычайно высокий поток клиентов сегодня.
Но он снова возвращает свой взгляд на Такемичи.
Золотой ретривер. Пёсик.
С глупыми глазами, шерстью во все стороны и мокрым носом. Однако у собак не бывает настолько чистых глаз. Таких Майки ещё не видел. В бордовом коридоре они тусклые, с грязным отблеском , но на свете точно сияют как маяк.
- Что ты любишь, спрашиваю. — Майки эфемерно проводит ногтем по щиколотке Ханагаки, и у того дёргается нижняя губа вместе с резким выдохом.
Сано кивает чему-то своему, как иногда делает Чифую в столовой, думая об планах на выходные, и опускает вместе со вглядом голову, чтобы волосы заслонили поле зрения второкурсника. Убирает руку.
Играть с собакой весело, но Такемичи не животное.
Пару секунд оба молчат. В тишине между ними из комнат раздаются приглушённые звуки.
Странно. Перед тем как выйти Майки хотел повеселиться с Такемичи. Даже мысли были своего рода порно-картинкой, где в главной роли Сано, а на нём Ханагаки. Не поза наездника, но и не роль "актива".
Просто сверху.
С поцелуями.
Одетые.
И Дракен, которого не было бы в комнате.
Майки не понимает, что происходит.
***
Такемичи не знает, сколько времени прошло, прежде чем Майки поднял голову. Две минуты? Три?
Ощущалось на все десять.
Ноги Такемичи затекают и тот их передвигает подальше от Сано. Всякое может быть. Вполне вероятно, что этот монстр захочет его утащить не в комнату Дракена, а по коридору и в первую попавшуюся пустую комнату.
Тогда разумнее было бы сбежать, да еще ускорением в сто лошадиных, потому что, говорят, Майки быстро бегает.
Когда Ханагаки двигается в сторону, не следует никаких реакций со стороны старшего.
Остыл?
Но тот медленно поднимает голову. Пряди волнами струятся по щекам и красным губам, на которые Такемичи не обращает внимания из-за уж слишком маленькой детали. Черные глаза поглощают глубокий красный от ламп в коридоре.
Ханагаки опускает плечи, почувствовав спокойствие. Он смотрит на ровную линию зрачка, почти сливающейся с тёмной радужкой. Тень от ресниц Майки падает тому на щёки.
По телу разливается лёгкое опустошение.
Сано ласково улыбается этому, видя, как губы Ханагаки расслабляются, а большие голубо-красные глаза отражают впервые остановившегося на полпути Майки.
Всё бывает впервые.