Часть 2.
С ресниц сорвалась вторая капля слез. Я понимаю, что мне нужно это написать. Это важно для Мэтью. Это важно для меня. Ручка скользит в моих вспотевших руках. Я обвожу несколько раз шестерку думая о следующих строках.
Запись #2 06.00 АМ
Резонирующий шум помех сливается с искаженным голосом одного из захватчиков. Не знаю кто именно говорил, они все были в масках зверей. Расписные, детские, смертельная сказка. Я думала, что в этой сказке мы с Мэтью умрем.
- Всем на пол! Руки за голову!
- Это не учебная тревога. Это урок для Готема - язвительный смех через динамик выходил хрипло и отрывисто.
Последний был в маске зайца, лик ушастого опорочила трещина через глаз, открывая кусочек плоти бандита. Он сжимал в руках ствол с глушителем. Я подумала, что моя смерть будет тихой и покорно опустилась на пол. Все опустились на пол.
Уличная пыль и грязь засоряла мои легкие. Я думала, если я выживу, то обязательно начну носить сменку. Вдруг в моей судьбе смертельная сказка повторится и я вновь лягу на грязный пол. Передо мной Джесс судорожно растирала кровоточащие порезы на бедре. Всхлипывала и сбрасывала с ног свежие капли крови. Прямо передо мной.
Один из бандитов, как я позже узнала - заяц, начал насвистывать пошлый жест. Он поднял с пола капроновый лоскут и сказал:
- Это твое, детка?
Заяц поддел ребра Джесс носком ботинка. Я видела, как возня Джесс на полу вычерчивала кровью смертельный узор.
- Пожалуйста! - она умоляла пряча голову в локти.
- Ей нужен врач! - чья-то тщетная попытка вразумить захватчика.
- Я думаю. Ей не нужен врач.
Выстрел разошелся помехами через динамик искаженным писком. Мы все любили Джесс. Я любила Джесс.
Вчера с ее мамой мы варили кисель.
- Хватит.
Я отодвигаю исписанный лист и ухожу из комнаты допроса. Мне нужно покурить. Мне нужен ты, Мэтью.