Глава 5
Дастри ещё раз ударился головой об стенку.
- Сука.
Нет таких слов, которые смогли бы описать, на сколько он зол. Гном был зол на всех. На Реданского, потому что это из-за него рыжий сейчас сидел взаперти и без глаза. На Эми за то, что она, видимо, даже не попыталась прийти на помощь. На неизвестного человека, который должен был по плану вытащить Дастри отсюда. На себя, потому что, как дурак, доверился какому-то хрену с горы, который величает себя Главнокомандующий. Да чтоб ты захлебнулся в собственном говне, господин Главнокомандующий! Учила же мама – доверяй только себе. Но вот нет, надо было ослушаться.
- Сука, - повторил Дастри и снова стукнулся.
- А ну заткнись там! – послышалось из-за двери. – Сейчас зайду я и постучу по тебе!
Гном хотел ответить милыми словами, но промолчал и просто упал в тёмный угол. „Всегда мечтал провести последние минуты перед смертью в смердящей камере, - подумал Дастри. – Ну, давайте, ублюдки, залетайте и забирайте меня. Надоело уже тут сидеть. Сейчас бы эля навернуть и уединиться с какой-нибудь пышной рыжухой..." Гном закрыл глаза и отправился путешествовать по мечтам. Он почувствовал, ставший уже родным, запах курева вперемешку с солёной рыбой. Вот на правом столике танцует под руку с мужиком жирная баба, размахивая деревянной кружкой. А вот в углу сидит в обнимку с двумя девками солидный муж с засаленной и покрасневшей от пойла рожей. А на столе прямо перед Дастри стоит полная кружка медового эля, которая так и говорит: „ Я вся твоя. А когда выпьешь меня, то закажи мою подругу. А потом её подругу". Вот она – романтика таверны.
Однако тут раздался скрежет металла и в глаза ударил свет, который вынудил вернуться к реальности. Но быть в этой реальности Дастри оставалось недолго. Где-то минут двадцать – и он навсегда погрузится в мир разврата.
- Ну, здравствуй, - сказал вошедший в золотых доспехах блондин.
- А, это ты, красавчик, - ухмыльнулся Дастри. – Ну, здравствуй.
- Сейчас тоже будешь наглеть? - блондин в сопровождении двух гвардейцев остановился в центре комнаты.
- Почему бы нет? Всё равно сдохну, - Дастри харкнул на пол и, оперевшись о стенку, встал. – У вас самые неудобные кандалы. Может снимешь?
- Сниму. С твоего трупа. Забирайте его, - блондин обратился к гвардейцам.
Двое мужчин двинулись к Дастри. Гном захотел сопротивляться просто из-за вредности, но подумал, что бить будут сильнее обычного. Гвардейцы грубо заломили его и поставили на колени.
- Ну уж нет, - оскалился Дастри. – Кстати, красавчик, ты ведь вроде капитан? У меня вот вопрос: как такой молодой успел отсосать всему командованию?
Блондин подошёл вплотную к гному. Дастри уставился на него. Зрительная дуэль – любимая вещь рыжего (после эля, конечно). Гном чувствовал размеренное дыхание оппонента. Вдох. Выдох. Вдох. Ай! Треск! Рот Дастри наполнился кровью и невероятной болью. Гном тут же выхаркал парочку зубов. Рыжий собрал все свои силы и кинулся на капитана. Но не успел он даже оторвать колени от земли, как ему прилетело ещё раз. Но на этот раз в нос.
- Ты жалок, - обронил капитан и дал знак гвардейцам.
Гном почувствовал, как шею коснулось металлическое кольцо. Щелчок. „Отлично, теперь я животное", - подумал Дастри.
- Идём. Твои друзья будут рады встрече в Пекле, - сказал блондин и развернулся.
Грубая сила потянула Дастри сначала вверх, потом за кольцо вперёд. Выйдя из камеры, гном наконец сообразил, где его держали – тайная темница Золотых. В кабаках и тавернах ходили легенды об этом месте. Только вот приходили они не от тех, кого тут держали, а от пьяных в стельку бомжей.
Дастри тащился на поводке мимо закрытых железных дверей с маленьким окошком для подачи еды. Факелы на стенах расплывчато пролетали, образую один жёлто-оранжевый след. Дастри пытался услышать какой-нибудь звук из камер, но всё без толку. Неужели он здесь один? Или другим вместе глаза вырвали языки? Зря гном вспомнил про глаз. Хотя, на самом деле, он ни на секунду и не забывал: просто старался не обращать внимания на ужасную боль. А сейчас она вспыхнула с новой силой. Зато теперь Дастри сможет рассказывать всем, сидя с Богами и размахивая кружкой с элем, что он был жестоким пиратом. Но всё равно эта боль не стоила такого. Тем более, что сидеть с Богами и размахивать пойлом он всё равно будет. А вместо пирата можно быть и бравым воином, который в одиночку укладывал целые армии.
Дастри и не заметил, как они покинули коридор и оказались перед какой-то массивной железной дверью. Стоявший перед ней гвардеец кивнул головой и открыл проход. В нос ударил металлический запах крови. Гном почувствовал, как его пихнули в спину. Не ожидав такого, он обо что-то споткнулся и с грохотом цепей влетел в помещение. Это была обширная бетонная комната со сферическим потолком. В центре стояла деревянная штуковина с вырезом для шеи. Прямо перед ней в полу была яма. По всему кругу стены сидели на коленях ободранные мужчины в кандалах.
Дастри потянули влево. Первым, мимо кого он прошёл, оказался лысый худощавый мужик. Его лицо было украшено огромными отёками и синяками. Он старательно прятал свой взгляд, лишь изредка стреляя глазами на ноги гнома. Дастри стразу ощутил на себе десяток неприятных взглядов. Проволокшись ещё через трёх узников, гном почувствовал удар по подколенной ямке и тут же рухнул на пол. Его грубо развернули и поставили на колени лицом к центру. Гном заметил, как капитан с одним гвардейцем молча двинулись в центр. Только сейчас Дастри понял, что над каждым тут стоит охраняющий гвардеец. Гном попытался глянуть на своего, но кольцо на шее не позволяло это сделать, причиняя дикую боль.
Блондин, дойдя до центра, пожал руку стоящему там палачу. А палач этот ничем не отличался от обычного представителя своей профессии. Он шёпотом обменялся словами с капитаном и странно покосился на Дастри. У гнома засосало под ложечкой. Визуальный контакт продлился не больше пары секунд, но Дастри почувствовал что-то неладное. Он ещё раз оглянулся на своих соседей: длинноволосый мужчина слева и лысый мальчик справа. Мальчик? Как сюда попал мальчик? Что же он сделал: украл булочку у красавчика? На вид ему было лет тринадцать, но суровое лицо заставляло прибавить ещё тройку. В его глазах отражалась ненависть и опыт. Такое чувство, что этот парниша повидал всё в жизни.
Вдруг дверь распахнулась, и в неё вошёл человек в чёрном плаще с изображением белого солнца на большей части торса. Ведник. Именно так называли служителей Церкви мужского пола. Мужчина молча двигался в центр. Он дошёл до палача, кивнул ему и капитану, развернулся и обвёл всех по кругу рукой. Ведник достал из невидимого кармана маленькую кожаную книжечку.
- Вы все согрешили. Вы все так или иначе подняли руку на короля, а значит и на саму Церковь. Но благодушная Церковь дарит вам возможность искупиться, - мужчин делал паузу после каждой фразы. – Примите же прощение Богов! Склоните головы и отдайтесь во власть Всевышних.
- А обязательно это всё выслушивать, если гномы неверующие? – спросил Дастри, и на его лице расплылась ухмылка при виде сбитого с толку ведника.
- Обязательно, - резко ответил ведник и покашлял. – Всем позволено совершать ошибки, но некоторые...
- Можно меня убить поскорее? – снова встрял гном. Он успел заметить, как капитан моргнул человеку, стоящему за рыжим. Бац! Дастри уже и забыл, как же больно получать по затылку. Было решено чуть-чуть помолчать.
- Но некоторые ошибки требует свою цену за искупление. А за смерть надлежит платить смертью. Попросите прощения у Богов за все грехи, которые вы совершали, и тогда, возможно, они смилуются. Сегодня вам всем предстоит оказаться на Великом Суде, поэтому будьте честны перед Богами. Пусть они вас простят, - ведник поднял руку и растопырил пальцы. – Пусть смерть ваша будет быстра и безболезненна.
После этих слов капитан достал из-за пояса бумагу и прочистил горло.
- Колвер из Саргуры, - громко объявил блондин и осмотрелся.
Дастри увидел, как какого-то старика поднял соответствующий гвардеец и, тыча в спину алебардой, повёл в центр. Когда старик подошёл к деревянной штуковине, ему, видимо, прошептали стать на колени.
- Вы обвиняетесь в попытке кражи военных документов. Это так?
- Так, - тихо проговорил старик.
- За помощь повстанцам и государственную измену вы приговариваетесь к смерти.
Дастри заметил, как у капитана едва заметно дрогнул голос.
- Да простят тебя Боги, - сказал ведник и дотронулся пальцами до лба старика.
- Ложись на плаху, - громче, чем надо, прошептал палач.
Старик покорно исполнил сказанное. Он немного поёрзал в попытках устроиться поудобнее. Место у Дастри было как раз напротив плахи. Гном заметил, как рот старика начал быстро открываться и закрываться в чтении молитвы. Его лицо выражало страх и надежду одновременно. Взгляд Дастри перенёсся на медленно поднимающуюся секиру. Её лезвие игриво сверкало. Достигнув своего апогея, она в один миг ринулась вниз. Мягко войдя, секира застряла. До невозможности громкий крик ударил по Дастри и наполнил всю комнату. Старик начал дёргаться. Его схватили гвардейцы. Секира взлетела ещё раз и снова рухнула. Голова полетела в яму и через секунду раздался звук удара об землю. Гвардейцы быстро подняли тело и, скинув его к голове, вернулись на место.
Сглотнув слюну, капитан снова громко сказал:
- Норрис из Мирска.
В этот раз подняли пухлого мужчину.
- Вы обвиняетесь в попытке отравить высшее командование королевской армии. Это так?
- Так, - мужчина дрожал.
- За помощь повстанцам и государственную измену вы проговариваетесь к смерти.
- Да простят тебя Боги, - сказал ведник и повторил процедуру.
Мужчина положил голову на плаху. Его глаза наполнились страхом, оказавшись над ямой. Взмах. Сейчас получилось с первого раза. Пару мгновений, и тело летит вслед за головой.
Дастри оглянулся: осталось 7 человек. Только вот не факт, что гном будет седьмым.
- Свистун Шо, - капитан прищурился и, подняв брови, осмотрелся.
В этот раз подняли смуглого и мускулистого.
- Откуда такое прозвище? – спросил капитан, когда узник дошёл до центра.
- Люблю свистеть после каждого убийства, - ухмыльнулся Шо и посмотрел капитану в глаза.
Свист. Гвардейцы не успели направить алебарды, как блондин уже держал Янис у шеи Свистуна. Тот лишь улыбался.
- Вы обвиняетесь в попытке диверсии. Это так? – сказал капитан и убрал меч.
- Так. Жаль, что не получилось.
- За помощь повстанцам и государственную измену вы приговариваетесь к смерти.
- Да простят тебя...
Не успел ведник договорить, как Свистун вцепился ему в кисть. Он несколько раз смачно чавкнул. Гвардейцы еле смогли оттащить его и уложить на плаху. Свистун смеялся. Взмах. Тишина.
-Дайте ткань! – закричал ведник.
Дастри видел, как кровь ручьём текла с руки. До кости прокусил, гадёныш.
- Да простят вас Боги! – крикнул ведник и провёл здоровой рукой с растопыренными пальцами над пленниками. После этих слов он в сопровождении гвардейца быстрым шагом вылетел из комнаты.
- Порг из Вдаличины, - продолжил капитан.
- Дастри из Ломблена.
Гнома потянуло вверх и вперёд. Он заметил, что всех по правую сторону от плахи уже не было. Подойдя к месту, Дастри уставшим взглядом уставился на капитана.
- Вы обвиняетесь в соучастии в похищении принцессы Сезарии. Это так?
После этих слов слева послышалось оживление. Зря гном посмотрел туда: все взгляды теперь были прикованы к нему.
- Так.
- За помощь повстанцам, государственную измену, покушение на убийство члена королевской семьи и убийство королевской стражи вы приговариваетесь к смерти, - капитан кивнул палачу.
Тот взял всё это время лежащий на полу меч и дал знак гвардейцам. Они схватили Дастри подмышки и потащили на правую сторону ямы. Оказавшись на месте, гном глянул вниз: там валялось шесть обезглавленных тел. Смрад стоял тошнотворный. У гнома подступил комок к горлу.
Палач ещё раз убедился, что меч хорошо заточен, и прошёлся пальцами по его лезвию. Его руки вместе с оружием отошлись назад.
- Стой! – прервал капитан. – Я сам исполню приговор.
- Нельзя, - отрезал палач. – Не положено по уставу.
- Плевать мне на устав! Я хочу лично убить этого подонка, - капитан двинулся к палачу.
Тот решил не лезть под руку. Дастри видел истинную злость и ненависть в глазах капитана. Было такое чувство, что если оставить их наедине, то блондин изрубит гнома по кусочкам, а потом пустит на фарш и подаст блюдо другим повстанцам.
Капитан встал напротив Дастри. Они снова посмотрели друг другу в глаза. Безумие. Безумие прочитал гном в капитане. Блондин отвёл меч. Прищурился. И, как рогаткой, выстрелил.
Дастри почувствовал, как его грудная клетка разрывается. Боль проникает всё глубже и глубже. Всё становится темнее. Что-то давит голову со всех сторон. Боль. Темнота. Толчок в грудь. Нет земли. Летать.