20 Глава.
Тайорну с самого начала не нравилась эта идея с посещением театра. Можно же было встретиться на нейтральной территории и поговорить с Тиафой в приватной обстановке. Нет, понесла же их всех нелёгкая именно сюда и именно в день открытия сезона. Просто блестящая возможность нажить себе неприятности. Ещё этот оборотень — будь он неладен. В последнее время он становится совсем невыносимым со своей опекой. Просто на стены лезть уже хочется. И ведь не прогонишь, не пошлёшь куда подальше. Сразу же делает такие грустные глазки, что хоть сам садись и плач. Садист доморощенный. И кто его так научил другими манипулировать.
Вот и сейчас стоит рядышком и на всех, кто посмотрит в сторону Тайорна без должного почтения, смотрит волком. А вернее тигром, большим таким, злым, голодным тигром. То-то уже половина будущих зрителей, ходит с бледными физиономиями и периодически и вздрагивает, с опаской оглядываясь по сторонам. Терпеть это безобразие и дальше, не было никаких сил. Тайорн скрипнул зубами, при виде очередного шарахнувшегося в сторону страдальца и, на секунду прикрыв глаза, резко повернулся к Лавру.
— Прекрати.
— Что именно?
— Ты прекрасно знаешь.
— О, так ты со мной разговариваешь?
— Если не прекратишь, то перестану, и теперь уже надолго. Я серьёзно, Лавр.
Оборотень шумно втянул воздух раздувшимися ноздрями и как-то неуловимо оказался слишком близко.
— Надо же, ты всё ещё помнишь моё имя. — Мурлыкнул он, наклоняясь к острому кончику эльфийского уха.
Тайорн едва уловимо вздрогнул и отпрянул.
— И с чего бы мне его забывать?
— Не знаю. Просто в последнее время ты вёл себя так, будто я не существую. Знаешь, это неприятно чувствовать себя пустотой.
— Извини. Ты прав, меня немного занесло.
Оборотень уставился на эльфа огромными глазами и удивлённо икнул.
— Это ты что сейчас, извинился?
— И что тебя не устраивает на этот раз. — Тайорн устало вздохнул и посмотрел Лавру в глаза.
— Ничего. — Почему-то шёпотом проговорил оборотень, не в силах отвести взгляд от этих удивительных карих глаз.
Тайорн почувствовал, что где-то глубоко внутри него назревает знакомая паника, но почему-то спрятаться от вездесущих тигриных глаз, в этот раз не смог. Или не захотел?
Первым глаза отвёл как ни странно Лавр. Он смущённо кашлянул и отодвинулся. Совсем немного, но того оказалось достаточно, чтобы Тайорн вздрогнул и начал дышать. И когда он успел затаить дыхание? И вообще, всё происходящее нравилось эльфу всё меньше и меньше. Но желания оборвать всё окончательно и бесповоротно, тоже почему-то не возникало. И кто в этом был виноват? Странный вопрос. Кому его задавать непонятно, а ответ не так уж и важен, если честно. Просто присутствие оборотня рядом, почему-то стало необходимым и, Тайорн не хотел ломать себе голову в поисках ответа, как так получилось и что с этим все ему делать. И надо ли вообще, что-то делать?
Эльф передёрнул плечами, покосился на задумавшегося о чём-то оборотня и неожиданно для себя самого окончательно расслабился. А катись оно всё. До всех этих непонятных событий, Лавр был ему другом. Немного взбалмошным, временами неуправляемым и диким, но другом. И последние события показали, что доверять оборотню можно и даже нужно, а всё остальное... Ну, что ж, если судьба решила, их испытать, так пусть. Потерять то родство душ, что у них двоих было, Тайорн не был готов. Судя по тому, что оборотень до сих пор носится с ним, как курица с цыплёнком, он тоже всё для себя решил. Так зачем создавать себе дополнительные сложности и ломать голову, над тем, что в любом случае решится, рано или поздно.
— Мы ещё долго будет здесь торчать, или всё же выйдем в люди?
Брови Лавра взметнулись вверх.
— Ты предлагаешь мне напугать вторую половину местного бомонда и навсегда отбить у них охоту посещать подобные мероприятия?
Тайорн фыркнул и совершенно неожиданно для Лавра взял того под руку и настойчиво потянул его за собой.
— Знаешь, я тут встретил парочку «добропорядочных» граждан, которых помню, по хорошо нам известному клубу. Не могу тебе пересказать выражение их глаз, при виде меня, всего такого из себя, и без ошейника, но выглядели они ооочень глупо. Пошли, поищем ещё таких же. Они так забавно начинают трястись, что у меня настроение поднимается.
— Ещё бы, им даже в страшном сне не могло привидеться, что тот самый эльфёныш с ошейником и затравленным взглядом, наследный принц тёмных. Интеррресные развлечения у нас нелюдей, не находишь?
Тайорн пребольно стукнул оборотня локтем под ребро, а потом его губы расползлись в шаловливой улыбке. Он бросил на Лавра весёлый взгляд, не задерживаясь больше, потянул его за собой.
Первый звонок на представление застал девушек на втором этаже театра, где-то в картинной галерее давно почивших актёров и оперных певцов. Они переглянулись и направились в сторону лестницы, но неожиданное препятствие, возникшее перед ними, заставило остановиться. Кайя могла бы поклясться, что никогда раньше не видела этого эльфа, но что-то все же в нём было смутно знакомым. А вот у Айры сомнений не было. Она хорошо помнила дни, которые проводила в темнице Дарии и теперь с удивлением всматривалась в глаза того самого эльфа, что помог ей понять себя. Того самого эльфа, который помог ей решиться на побег.
— Ты?
Мужчина удивлённо вздрогнул и внимательно посмотрел на Айру.
— Надо же, оказывается, ты умеешь говорить. И кому ты обязана своим исцелением.
— Уж точно не Дарии. — Тихо проговорила Айра, но эльф услышал. На мгновение в его глазах промелькнуло что-то такое пугающее, от чего у Айры тревожно заныло под ложечкой, но в следующее мгновение его взгляд уже прояснился, и нельзя было с уверенностью сказать, было ли что-то там или девушке показалось.
— Ты нашла, то, что искала?
Айра с удивлением посмотрела на мужчину, а потом нерешительно улыбнулась.
— Да. Я нашла даже больше, чем ожидала. Ты был прав, жизнь непременно все расставляет по своим местам. И каждый получает то, что заслуживает. Конечно, и несправедливости хватает, но если очень сильно верить и делать хоть что-то для достижения своей цели, то все непременно получится. У меня поучилось.
— У тебя не могло не получиться. Я рад за тебя. Нет, правда, рад.
— А ты?
— Что я?
— Ты получил что хотел?
— Можно и так сказать. Но, скорее я на пути к цели. Мне осталось совсем немного. Я в это искренне верю.
Эльф как-то мягко улыбнулся, и на мгновение его глаза осветились изнутри каким-то нереальным притягивающим светом, от которого у девушек перехватило дыхание.
— Ты любишь.
Голос у Айры был тихий, но и Кайя и эльф прекрасно ей расслышали.
— Что?
— Ты любишь. И очень сильно. Я это вижу. Так, что не так?
— Я. Я не знаю. Я шёл к этому долгие годы, а теперь я не знаю, что мне делать.
— А она?
— Дария? — Эльф усмехнулся и Айра вздрогнула.
— Дария? Ты любишь Дарию? Разве её можно любить?
— Но, ведь ты любишь демона. Разве его можно любить?
В ответ на заявление эльфа, Айра стремительно покраснела и теперь беспомощно смотрела на Кайю.
— Что? Я то здесь при чём. Я с этим длинноухим даже не знакома.
Эльф улыбнулся и слегка поклонившись произнёс. — Диавейн Шио» Ска к вашим услугам, прекрасная.
— Диавейн. Стоп, Диавейн? Тот самый Диавейн.
— Я вижу вы в курсе моего статуса. — Горькая усмешка скользнула по губам мужчины. Впрочем, чему удивляться, я этого заслужил.
— Заслужил? Да, вы. Да, вас.
Слов у юной демонессы явно не хватало, а применять неприличные ругательства не позволяло воспитание.
— Поверьте мне, я не питаю иллюзий относительно себя. Я не знаю, осталось ли во мне хоть что-то от того каким я был прежде, но я верю, что в этом мире для меня осталось место. Я бы не выжил, если бы не верил в это. И мне жаль.
— О чём ты?
— Мне жаль, что я не смог уберечь дорого для меня человека от боли саморазрушения. Меня не оказалось рядом в нужный момент. Я слишком был зациклен на себе любимом, и в результате, почти потерял её. Мне оставалось только быть рядом и помогать ей, не сойти с ума окончательно.
— Потому что любишь?
— Потому что люблю. Разве это плохо, любить?
— Нет, не плохо. Ты прав. Ты делал всё что мог. И мы не в праве тебя судить. И не будем.
Айра согласно кивнула и улыбнулась Диавейну.
— Ты здесь один?
— Нет. С Дарией.
— Ах, да. Я видела вас, но тогда не обратила внимания на её спутника. Так это был ты?
— Я. Советнику Сантилу встреча с Дарией явно не понравилась.
Эльф усмехнулся.
— А должна была?
— Наверное, нет. Если бы со мной сотворили то, что Дария сотворила с ним, я тоже был бы, мягко говоря, зол.
— Можно подумать тебе от неё меньше досталось.
Эльф вздрогнул и стремительно опустил взгляд вниз. Что именно он пытался там спрятать, девушкам знать было не дано, но то, что ничего хорошего можно было догадаться.
— Это не важно. — Наконец произнёс он. — Теперь всё не важно. У меня почти получилось.
— И теперь ты не знаешь, где Дария спряталась от гнева моего отца?
— Да. Прятаться она умеет, как никто другой. Что?
Эльф поднял на Айру полный потрясения взгляд и даже слегка побледнел. — Что ты сказала про отца.
— Диавейн, я думала, ты уже понял?
— Понял что?
— Что Сантил мой отец. Дария его, конечно, знатно потрепала, вот только отец успел наделать детишек до того, как твоя любовь лишила его такой возможности.
Эльф поднял на Айру полный потрясения взгляд и даже слегка побледнел. — Что ты сказала про отца.
— Диавейн, я думала, ты уже понял?
— Понял что?
— Что Сантил мой отец. Дария его, конечно, знатно потрепала, вот только отец успел наделать детишек до того, как твоя любовь лишила его такой возможности.
— Детишек? Значит, есть ещё кто-то?
— Ну, вообще-то есть. Так ты не знал?
— Нет, Дария редко сообщает важные сведения, таким как я.
— Таким как ты?
— Я ведь был всего лишь её рабом. Одним из многих. Как думаешь, много хозяева сообщают своим рабам?
— Думаю практически ничего.
— Вот именно — ничего. До всего приходилось доходить самому. Ты даже не представляешь, что мне приходилось делать, для того чтобы добыть лишнее слово информации.
— Нет, не представляю. И даже представлять не хочу. Но Дарию необходимо найти, до того как её найдёт отец.
— Осталось два звонка. У нас не так уж много времени. — Проговорила Кайя, и выжидательно уставилась на эльфа.
Он удивлённо моргнул, а потом вздохнул и признался. Я не знаю, куда она могла деться. Честно. Я уже все закоулки облазил, но её и след простыл.
— Только не говори, что ты на неё даже магический маячок не повесил.
Эльф вскинул глаза и начал стремительно бледнеть, потом так же быстро покраснел и в каком-то смятении отвёл взгляд.
— Диавейн?
— Нет. Я сейчас — Эльф глубоко вздохнул, а потом повернулся к девушкам.
— Вообще-то есть один способ, но он мне решительно не нравится.
— И что за способ?
— На ней ошейник. С его помощью я могу заставить её делать то, что нужно мне.
— Так в чём дело?
— В том, что я не хочу так. Не хочу заставлять.
— Ты же не гнусности всякие её делать заставляешь. Я надеюсь. Ты всего лишь хочешь её обезопасить, и прежде всего от неё самой.
— Мне от этого не легче.
— А должно быть.
Эльф ещё раз расстроено вздохнул, а потом решился. Он закрыл глаза и сосредоточился. Мужчина не мог видеть, но он почувствовал, как где-то там, в том закутке, в котором пряталась Дария, она вздрогнула и растеряно схватилась за ненавистный ошейник, с помощью магии переделанный в колье. Что-то тянуло её в сторону лестницы, ведущей на второй этаж, и она совершенно точно знала, кто может её туда звать. Ведьма сжала зубы так, что они заскрипели. Да, как он смеет. Неужели у него хватит совести так поступить. Он ведь не сможет. Или сможет?
Дарию тянуло на верхний этаж, словно канатом. Сил сопротивляться этому чувству не было. Внутренне проклиная вероломного эльфа, из-за которого она оказалась в этом унизительном положении, Дария подчинилась зову и пошла. Каково же было её удивление, когда рядом с предателем она увидела двух девушек, тех самых которых видеть хотела бы сейчас меньше всего.
— Соскучился? Дорогой. — Прошипела ведьма, с ненавистью глядя в вероломные глаза перворожденного.
— Это так заметно?
— Ещё бы, это не было заметно. Я смотрю, тебе понравилось пользоваться своей силой?
Эльф грустно улыбнулся. Оправдываться перед Дарией смысла не было, а вот увести её подальше от театра, смысл был. Но, стоило мужчине предложить, явно обеспокоенной ведьме, последовать его совету и отправиться домой, она неожиданно взбунтовалась. До сих пор не особенно жалующая подобные представления ведьма, упёрлась, не желая отправляться домой.
— Раз уж ты меня выволок, так дай хоть напоследок насладиться зрелищем.
— Почему напоследок?
— А ты думаешь, мне сегодня суждено дойти до дома. — Губы ведьмы непроизвольно дёрнулись, как будто она собиралась заплакать, но усилием воли заставила себя отвлечься. — Если те двое мальчиков ещё имели какие-то иллюзии в отношении меня, хотя я не понимаю, как они могли отпустить меня, после того что я с ними сделала. То Сантил меня не отпустит. Если честно, я не знаю, что остановило его в прошлый раз. Он должен был меня уничтожить на месте. Ему ведь это ничего не стоило.
Айра с удивлением смотрела на начинающую истерить женщину. Она помнила Дарию другой. Может, прошло слишком много времени, может Дария всегда была такой. Просто Айра со скидкой на свой юный возраст, многого не понимала, но теперь она видела перед собой, слабую, испуганную женщину, а не уверенную в себе магичку.
— И зачем ты притащил девчонок? Мало тебе было моего унижения, ты захотел унизить меня ещё больше? Я ведь подозревала, что это ты помог бежать Айре, теперь я в этом окончательно убедилась. Что, пришла посмотреть на мои мучения.
Дария с ненавистью посмотрела на девушку, ожидая, когда же та, наконец, сорвется и выскажет бывшей мучительнице всё, что о ней думает.
Айра же стояла и смотрела на ту, что превратила её жизнь в ад и не чувствовала ничего кроме жалости. Не родилась же Дария такой бездушной стервой. Что-то же заставило её измениться. Знать бы ещё, что.
— Что смотришь? Соскучилась?
Айра тяжело вздохнула, и решительно тряхнув головой, ответила.
— Знаешь, иногда я даже скучала. Временами ты была не такой уж стервой.
Дыхание у ведьмы явно перехватило, она стояла и с изумлением разглядывала девушку, которую до сих пор считала немой. И почему так считала? Она ведь умела раньше говорить? Определённо умела, а потом почему-то перестала, а теперь вот снова начала. И удивляться тут нечему.
— Ты знала, что Айра дочь Сантила?
Вопрос Диавейна застал ведьму врасплох, она заметно вздрогнула и посмотрела на него в смятении.
— Так, знала или нет?
— Конечно, знала. Или ты думаешь, я просто так от доброты душевной, решила приютить у себя совершенно чужого ребёнка?
— Если бы он узнал о её существовании, месть не была бы полной?
— Совершенно верно. Не была бы. Он никогда не должен был узнать.
— У тебя ведь были на неё какие-то планы?
— Были. И они были замечательными. Вот только ты, как всегда, всё испортил. Я уже договорилась с одним человеком, и через месяц она была бы там, откуда не сбегают.
— Ты хотела продать её в чей-то гарем.
Диавейн не спрашивал, он утверждал.
Айра посмотрела на ведьму с возмущением. А потом вдруг подумала о том, что было бы с пресловутым гаремом, если бы она там в первый раз сменила ипостась. А ведь сменила бы. Многие бы выжили тогда? Вряд ли. И ведь Дария даже не подозревает, чего избежал хозяин неведомого гарема.
— Это всё конечно замечательно, но может, мы уже пойдём, а то скоро мы начнём привлекать ненужное внимание.
Кайя нахмурившись, смотрела на троицу, предававшуюся неуместным сейчас воспоминаниям, в нетерпении постукивая по полу ножкой. Вот ведь нашли время. Айра, соглашаясь, кивнула в сторону лестницы, но уйти они не успели. Сантил появился перед ними внезапно. За его спиной маячил Дриер с виноватой моськой, а ещё дальше виднелись Лавр и Тайорн.
— Надо же, какая встреча.
На лицо мужчины, сама собой выползла немного пугающая улыбка. Дария вздрогнула и посмотрела на него с изрядной долей испуга.
— Неужели не ждала. Я прямо таки разочарован.
Ещё один шаг и Дария непроизвольно дернулась назад, тут же попав в объятия Диавейна. Вопреки его ожиданиям, вырываться в ту же секунду, она не стала. Несмотря на свою показную браваду, демона она явно боялась. Боялась так, что готова была терпеть ненавистные объятия бывшего раба. Сантил готовился сказать ещё что-то, но тут раздался мелодичный перезвон колокольчиков, оповещающий о том, что до начала представления осталось совсем немного времени.
Айра облегчённо вздохнула, скользнула к отцу и мягко сказала ему.
— Может быть, пойдём? Мне не хотелось бы пропустить представление. Ты же знаешь, как я люблю голос Тиафы.
Сантил вздрогнул и посмотрел на дочь каким-то странным взглядом, потом кивнул. Бросив на ведьму последний, тяжёлый взгляд, демон жестом пригласил Айру взять себя под руку, и они направились к лестнице, пора было занимать свои места.
Диавейн дождался, когда рядом никого не останется и с облегчением перевёл дух. Как бы ни был велик его опыт в общении с сильными мира сего, этот демон его всегда немного пугал. Бросив взгляд на Дарию, он испытал ни с чем не сравнимое чувство морального удовлетворения. Сказать, что ведьма была удивлена, значит, ничего не сказать. Весь вид Дарии говорил о её безграничном изумлении.
— Он просто ушёл? Вот так, просто, взял и ушёл? Как такое вообще возможно? Он ведь должен меня ненавидеть. Он должен желать мне медленной мучительной смерти. А он просто ушёл!
— Дария, как ты ни понимаешь. Что бы ты ни сделала в прошлом, всё это перечёркнуто одним единственным, но очень важным для него событием.
— И, каким же?
— Он нашёл свою дочь. Не важно, что ты сделала, не важно, что сказала. Не важно, что ещё сделаешь и скажешь. Она теперь центр его вселенной, и ему нет дела до мелкой мести зарвавшейся магичке, к тому же довольно посредственной. Он сделает то, что необходимо, для того чтобы ОНА чувствовала себя счастливой. А ей, твоя голова, уж прости, не нужна.
Дария несколько раз глупо хлопнула ресницами, прежде чем закативший глаза Диавейн, дёрнул её за руку вынуждая идти за собой.
— Что?
— Ты же хотела посмотреть представление? Нужно поторопиться, иначе опоздаем, и зал закроют.
— Но.
— Согласись, глупо было бы убегать сейчас. К тому же мне интересно, что они все здесь забыли.
— Или кого. — Тихо проговорила Дария, но эльф услышал.
— Кого? Ты что-то знаешь?
— Не то чтобы знаю, но догадываюсь.
— Ты о чём?
— Я о Тиафе.
Диавейн посмотрел на ведьму, прищурившись. — Что ты имеешь в виду?
— Тиафа мать Айриаты. Что тут непонятного?
Эльф на мгновение замер, а потом весь как-то расслабился и даже слегка улыбнулся.
— Теперь всё понятно. Тогда тебе, тем более не стоит волноваться по поводу демона. Ему сейчас сильно не до тебя.
— Особенно если учесть, что это я украла у Тиафы младенца. — Ехидно проговорила Дария. — Ты прав, это ведь такие пустяки.
— Не ерничай. Никто не говорит, что он испытывает к тебе нежные чувства, но на данный момент, его интересуют чувства дочери, так что до тебя ему пока нет дела. А когда он очнётся, ты будешь уже далеко.