Пятнадцатая часть
Длительное глупое построение в два ряда с аплодисментами зрителей и старческим умилением Джексона близилось к концу. В течение мучительной речи директора академии об ответственности и храбрости Джордан и Алекс синхронно вздыхали и замечали это, но старались не обращать на это внимание, хотя Джо очень хотелось взглянуть на него, она не могла: кто-нибудь мог заметить, например, Гера. А Элизабет Дали, которая стояла за спиной Джо и которую неустанно контролировал Рэй Калле, не чувствовала никакого стеснения. Желая привлечь внимание Алекса, она как бы нечаянно касалась его руки своей или окунала его в жасминовый аромат своих огненных волос, когда откидывала их с лица. Он же никак не реагировал, но очень ярко чувствовал каждое ее действие, он с нетерпением ждал окончания занятия.
На всех остальных после тяжёлого длинного дня напала апатия, даже на Боркка: после недавней истерики он был опустошен, почти убит, ему хотелось только спать.
Так все и произошло: после страстной лекции Джексона все, практически не разговаривая, даже не попрощавшись, разошлись по своим углам.
Только Арно подошёл к Беатрис, ему захотелось прямо сейчас и ни минутой позже узнать, кто же отнимает у него сестру. Он разогнался и максимально решительно подошёл к ней, но ... в последний момент струсил спросить. Он нелепо встал рядом с ней, пока она разговаривала с дедом. Арно разозлило, что дед, наверняка, все понимает, но ни в чем не обвиняет Беатрис. Он уже набрал воздуха и открыл рот, но снова ничего не сказал.
- Да что же такое со мной сегодня. – Про себя возмущался парень.
Усталость Арно была такой сильной, будто маг крови резко усыпил его. Он немного послушал содержательный взрослый разговор о цветовой гамме нарядов на грядущий бал и понял, что этот разговор не близится к концу. Грубо прервав его и попрощавшись с родственниками, Арно устало поплелся спать.
В этот вечер самому терпеливому и спокойному на свете человеку было очень нервозно: Эрик (лишь из необходимости соблюдения этикета) поздоровался с сёстрами. Они, окатив его абсолютно холодными высокомерными взглядами, нехотя начали говорить.
- Дорогой братец, – начала Ребекка, – мы прибыли сюда, чтобы осмотреть эту богодельню, которая, кстати, была учреждена в том числе и на деньги короны Круиры...
- Ну, а, вообще, – с интонацией еще более мерзкой подхватила вторая сестра (они, кстати, были близнецами) Иветта, – наш отец сильно болен, он хочет, чтобы его старший сын не глупил и вернулся домой, чтобы обрести то, что его по праву наследования.
- Отец? Болен... Что случилось? – Трепетно спросил Эрик.
Обе сестры засмеялись.
- Эрик, ты словно маленький ребёнок, – говорила Иветта с презрительной улыбкой, – с ним случилась старость, причём уже давно...
- Какая-то болезнь или может его пытались убить? – Парень пытался узнать хотя бы какие-то детали.
- Ну, и дурак ты.
- У нас нет времени тут с тобой объясняться. Тебе нужно в кратчайшие сроки найти достойную супругу и занять трон. Хотя, я знаю твою любовь к власти, – сестры одинаково нагло улыбнулись и переглянулись, – если вдруг ты не захочешь...
- А мы не смеем тебя принуждать. – Перебила ее Ребекка.
-Да, да, спасибо, и замолчи хотя бы сейчас... Спасибо большое. Ну... Кто-то из нас двоих будет вынужден посвятить себя короне.
Эрик нервничал, он боялся за старенького отца и понимал, что от сестёр он больше ничего не узнает. Он пообещал, что обязательно подумает насчёт короны и стремительно вышел из катакомбов, направившись к Джексону, который к тому времени уже покинул зал. Эрик хотел попросить его отпустить на несколько дней в Круиру. Он надеялся, что директор сможет войти в его сложное положение.
Зал окончательно опустел, когда его покинули обсуждавшие своего глуповатого, но все таки симпатичного брата Иветта и Ребекка Торсен. Наконец долгий день был окончен.