Слепой

Разлепив усталые веки, Тэхён медленно потянулся, прокручивая в голове всё произошедшее за вчерашний день. Странное волнение не давало покоя, а мысли о Чонгуке не покидали Тэхёна с того самого вечера, когда он проведал его в больнице. Встав с кровати, парень медленно поплёлся в ванную, чтобы привести себя в порядок.
Уже добравшись до школы, он встретил у ворот Намджуна, разговаривающего с выпускником Джином. Тот смеялся, иногда хлопая по плечам своего напарника.

- Тэхён? - удивился Нам, заметив впереди идущего Кима.

- Привет.

Обнимая парней, он не мог избавиться от чувства дискомфорта внутри - эти двое могли общаться с ним очень редко, в основном проводя время вдвоём. Это напомнило ему фразу «третий лишний», с которой он, казалось, ходил по жизни с самого детства. И уж за что ненавидел себя парень, так это за сильную привязанность к каждому, кто вписывался в его список людей, с которыми он общался. Вроде бы знал, что он лишь для галочки, но не мог не подходить и общаться.

- Как тот мальчик?

- Это ужасно. Видишь руку? - указал он на синее запястье.

- Это что? - спросил Джин, взглянув на Намджуна.

- Это тот малой сделал?

- Да, - выдохнул Тэхён, спрятав синяк за рукавом чёрной клетчатой рубашки.

- Да он, видимо, поехал головой.

Посмотрев на окна учебного здания, парень вдруг вспомнил слова Чонгука и его дрожащий голос, отчего по телу пошли мурашки.
В абсолютной тишине добравшись до дверей школы, он попрощался с парнями и пошёл в кабинет математики.
Целый день Ким думал о предстоящей встрече, о запахе больницы, ярком свете палаты, кровавых ранах юноши и его гематомах. Сидя за партой, Ким нервно смотрел то в окно, то на часы, в то время как тонкие пальцы отбивали незнакомый ритм, стуча ногтями по деревянной поверхности.

Где-то в середине учебного дня школу потряс новый случай.

- Что опять происходит? - с удивлением спросил Тэ, обращаясь к Чимину. У него были надежды, что это не опять какое-то горе в ещё одной семье.
Наблюдая за возбуждённо-кричащими девушками, Пак толкнул локтём в бок Тэхёна:

- Видишь того парня?

Посмотрев в конец коридора, он увидел незнакомого юношу с тёмными крашеными волосами. Он был весь мокрый и вспотевший, в спортивной форме со значком их школы, в то время как вокруг него бегали и пищали девушки, а парни обнимали, громко что-то выкрикивая.

- Он капитан нашей школьной команды по баскетболу. Сегодня с утра было соревнование на Стадионе Мекка среди всех школ Пусана. У нас первое место. Завтра по этому поводу в пять вечера фейерверки выпустят.

- Ого, - удивился парень, ощутив, как поднимается настроение, - я с удовольствием на них посмотрю.

- Ага...

Внимательно посмотрев на Чимина, Тэ задал вопрос:

- Что-то случилось?

Потопав нервно несколько раз ногой, Пак посмотрел на него, презрительно поджав губы, и опуская взгляд вниз.

- Нет, всё нормально.

Смерив друга пристальным взглядом, внутри Кима забралось колкое сомнение, причину которого он и сам не знал.
Когда уроки закончились и прозвенел последний спасательный звонок, Тэхён выбежал из школы, быстро шагая по усыпаному листьями асфальту. Чего он спешил, он и сам не знал, но был уверен в одном - добраться как можно быстрее до больницы.

- Ким, - окликнул его Намджун, пытаясь привлечь к себе внимание. Резко остановившись, Тэхён вопросительно уставился на него.

- Куда это ты? Снова к тому парню?

- Да, - твёрдо ответил он, готовый поклясться, что внутри него зародилась капля гордости.

- Так он же свихнулся конкретно, - с упрёком в голосе ответил юноша, пряча руки в карманы, и о чём-то перешептываясь с Джином.

- Почему ты так говоришь? - тихо проговорил Тэхён, чувствуя, как холодный осенний ветер прорывается сквозь затворки серого пальто, оставаясь на коже в виде хрупких мурашек.

Ничего не ответив, Намджун отвернулся от Тэ, продолжив общаться с Джином, словно Ким был пустым местом. Ощутив колкую обиду, он продолжил свой путь, пиная по дороге валявшиеся камни.
Накупив кучу продуктов, как и вчера, растрёпанный парень стоял у больницы, волнительно осматриваясь по сторонам. Подняв голову вверх, юноша попытался угадать, какое из окон есть Чона, что выглядели серыми среди стен потускневшей больницы.
Зайдя в помещение, парень снова увидел ту самую медсестру, что и вчера: та сидела на посту, и внимательно рассматривала посетителей, попивая кофе из маленькой фарфоровой чашки. Подойдя к ней, парень поздоровался, широко улыбнувшись.

- Здравствуйте. Вы снова к Чонгуку, так ведь?

Кивнув головой, парень надел медицинский халат и бахилы, шагая в хирургическое отделение и задерживая свой взгляд на пробегающих мимо в спешке врачей.
У палаты всё так же сидела мать слепого юноши, и это в один момент показалось каким-то дежавю для Кима, что моментально пронеслось перед глазами.
Заметив старшеклассника, женщина слабо улыбнулась,
отчего в его груди что-то ёкнуло, поцарапав стенки рёбер.

- Здравствуйте, - за парнем последовал поклон.

- Привет, дорогой, - тоже поклонилась мать, не переставая улыбаться, - ты прости, что вчера не была приветлива.

Опустив взгляд, Тэ удивился словам женщины. Её сын ослеп, а она извиняется за то, что была в грусти и печали. Какая странная женщина, не за что ведь извиняться. Выдавив из себя ухмылку, Тэхён задал вопрос, протягивая ей пакеты:

- Как он, уже лучше?

- Глаза всё ещё заживают, говорят, что выпишут через две недели.

- Можно к нему?

- Конечно.

Открыв дверь, парень поморщился, ощущая зловоние каких-то препаратов. В нос ударил запах спирта и медикаментов, видимо, только что к нему заходила медсестра.
Посмотрев на парня, лежащего на кровати, он сел на стул, что всё так же стоял у тумбочки, смотря на чистую повязку на глазах школьника.

- Привет, Чонгук, - поздоровался Тэ, несколько раз кашлянув от неловкости.

Чон всё также сидел не отвечая, облокотившись на подушку.
Несколько минут находясь в тишине, Ким решил прервать затянувшееся молчание, рассказав о школе.

- Эм... У нас сегодня соревнования проходили по баскетболу. Одним словом, наша команда выиграла. Знаешь, я никогда не любил баскетбол, да и вообще игры, где есть мяч. Он, по иронии судьбы, всегда прилетает мне в голову.

Парень всё так же молчал, не пошевелив и мускулом, словно скульптура, настолько он казался неживым.
Немного смутившись, Тэхён, не ожидая такого от себя, потянулся к руке парня. Холодными пальцами прикоснувшись к бледной ладони, он осторожно сжал её.
Слепой дёрнулся и резко убрал руку.

- Не надо, - раздался голос Чонгука, отчего Тэхён спрятал руки в карманы, не понимая своих импульсов.

Голос Чона, как заметил Тэ, был приятным, но дрожащим и холодным одновременно. Словно тёрли наждачной бумагой по ушам, что резала глубже острейшего ножа.

- Прости, я не хотел. Просто поддержка.

Растянув губы в слабой и едкой ухмылке, Чон грубо ответил:

- Мне не нужна твоя поддержка. Я тебя вообще не знаю.

Немного обидевшись от такого неприветливого обращения, Тэхён хмыкнул.

- Я тебя тоже не знал до вчерашнего дня.

- Зачем приходишь?

- Поддержать.

- Не надо меня жалеть.

Закусив губу, Тэ сглотнул. И снова он делает что-то не так, как же достало.

- Ну и не только поддержать. Дружить, например.

В палате снова воцарилось молчание, иногда прерываемое неровным дыханием Чонгука.

- Не надо со мной дружить.

- Почему это? - возразил он, уже не скрывая обиды в голосе.

- Кому нужен слепой друг?

- Мне. Я не против дружить.

Шикнув, Чон повысил голос, сжав холодные руки в кулаки:

- Я сказал, что не хочу с тобой дружить. Лучше убирайся отсюда.

- Чего это ты не хочешь?

- Я что, не ясно сказал?

Ничего на это не ответив, немного ошарашенный Тэхён лишь уныло посмотрел в пол. Молча встав со стула, парень вышел из палаты, ощущая неприятную и колкую обиду, словно внутри него что-то разбилось на части.
Как только тот оказался в светлом коридоре, к нему подошла мать Чона.

- Что-то случилось? - спросила она, заглядывая ему в глаза.

- Ам, да нет, - соврал Тэхён, немного криво улыбнувшись.

- Нагрубил?

- Всё в порядке, правда.

- Ты прости его, у него тяжёлое
время.

- Да, я понимаю.

- Меня Чон Сю Хань зовут, - улыбнулась женщина, отчего у её печальных глаз появились маленькие морщинки, совсем незаметные, если не присматриваться.

- Приятно познакомиться.

Вспомнив, что завтра будет праздник по-поводу выигрыша их школы, Тэ предупредил:

- Завтра я приду. У нас школа в соревнованиях первое место заняла, будут фейерверки в пять часов. Я поспешу, мне хотелось бы, чтобы Чонгук...

Он чуть ли не сказал «увидел», но тут же прикусил язык:

- Услышал их.

- Да, спасибо.

Попрощавшись, парень пошёл домой, рассматривая гору собранных жёлтых листьев, что лежали у дороги по кучкам. Шагая по асфальтированной дорожке, он долго раздумывал о том, что, возможно, у него когда-нибудь появится шанс подружиться с этим Чонгуком. Сам не зная, почему ему так хотелось этого, Ким пытался разобраться в себе, вникая в собственные мысли, что словно засохшие листья разлетелись по всей голове, не складываясь в общую картину.

Следующий день пролетел так же незаметно, словно мимолётный сон. Он видит того же Намджуна, который всё время стоит у ворот школы и ждёт Джина, бежит к тому же киоску и едет на том же метро. На наручных часах пол пятого, а серое небо в один миг заполняется тёмными красками вечера. Всё тот же запах медикаментов в хирургическом отделении и Чон Сю Хань, которая будто никогда не уходит из больницы, всё тот же яркий свет лампы в палате и безмолвный Чонгук.

- Привет, это снова я, - говорит Тэ, и улыбается.

Тот лишь молчит, и через несколько секунд спрашивает:

- Опять ты?

Ким не сдерживает мимолётного смешка и отвечает:

- Да, опять я. Сегодня будут фейерверки пускать, хочешь послушать?

- Нет.

Выдохнув, Ким продолжает с напорством уговаривать Чона подойти к окну, но того не переубедить. Они ещё сидят около пятнадцати минут, в основном говорит Тэхён, а Чон слушает, не двигаясь и совсем незаметно дыша. Порой Киму кажется, что Чонгук неживая скульптура, но так почему-то хочется обо всём ему рассказывать, будто это должно что-то изменить.
До фейерверков остаётся две минуты, и Ким, наполненный волнением, берёт холодной от волнения ладонью руку парня. Он ведь так спешил, он ведь так хотел, чтобы парень ощутил эту эйфорию праздника.

- Что ты делаешь? - вздрагивает Чон, повернув голову в сторону Кима.

- Давай вставай, - приказывает тот и резко, но осторожно, подхватывает юношу, прижимая к себе.

- Ты охренел или как? - на повышенных тонах уже кричит Чон, но Тэ тянет его к окну, ведь прямо сейчас огни выпустят в тёмное небо. Открыв его, снаружи которого была решетка, Тэ, не отпуская парня, говорит:

- Слушай!

Один миг, и разноцветные огни полетели в небо, освещая его всеми красками, словно огромные яркие метеориты.
Громкий звук фейерверков оглушил вечернюю тишину города, неожиданно громко взорвавшись в ней. Ветер с улицы полностью окутал парней, но они словно не чувствовали холода. Вздрогнув, Чонгук, всё так же прижатый к Тэ, который не намеревался того отпускать в случае если он захочет уйти, словно онемел, слушая всплески разноцветных огней.
Прямо как в Новый Год...
Тэхён не мог оторваться от такой красоты и с улыбкой смотрел на салюты, иногда переводя взгляд на Чонгука, который вздрагивал при каждом взрыве. Даже забыв про руку, которая покоилась на чужой талии, Тэхён вдыхал холодный воздух и улыбался. Он всегда любил фейерверки. Вдалеке слышались счастливые голоса и смех школьников, что вливались в громкие удары петард, делая это шоу каким-то особенным и уютным...
В один момент вспышки прекратились и снова наступила тишина. Словно находясь ещё в каком-то ступоре, Тэхён вздрогнул и, закрыв окно, быстрым шагом повёл Чона к кровати, боясь, что тот может заболеть.

- Укутывайся, - сказал Тэ, накрывая парня одеялом, - сильно замёрз?

- Нет, - тихо ответил он, греясь в постели.

- Прости, из-за меня ты можешь заболеть.

- Нет, всё нормально.

Зашедший в палату хирург сообщил о том, что посетителю пора уже выходить.

- Почему тут так холодно? Батареи же греют, - спросил он, поправляя очки.

Лишь улыбнувшись, Ким вышел из палаты, напоследок сказав Чонгуку «до завтра».

- Пока, - вдруг ответил Чон, отчего улыбка Тэ стала ещё шире, а внутри затрепетало миллион бабочек.

Это определённо хороший день.