Сборник

Эрен медленно открыл глаза, прищуриваясь от мелкой неприятной боли, что проходила по всему телу как следствие регенерации. Он повернул голову, надеясь увидеть Микасу, что по обыкновению могла рассказать о результатах вылазки, но её не оказалось рядом. Встревоженный отсутствием сводной сестры, Йегер резко поднялся, крутя головой по сторонам, надеясь, что её не пустили к нему в телегу и заставили ехать чуть в стороне. Но и среди выживших солдат Аккерман не было. 

 — Эрен, ты как? — к телеге подъехала командир отряда, Ханджи Зое. 

 — Спасибо, уже нормально. А где Микаса? С ней всё хорошо? — на вопросах голос обеспокоенного юноши дрогнул, и он проговорил их почти шепотом. Но и услышанного было достаточно, чтобы понять причину обеспокоенности юного Йегера. 

 — Всё хорошо, она просто едет неподалеку от нашего коротышки, — улыбнулась Зое. — Ложись, на базе увидитесь. — Тут раздался выстрел из сигнальной ракетницы и зелёный дым прочертил дугу в небе. Ханджи тут же поскакала вперёд. — Постарайся заснуть! — выкрикнула она напоследок, мчась к капитану Легиона разведки. 

Эрен улёгся на дно телеги и решил последовать совету Ханджи. Спустя пару минут, его укачало и он забылся беспокойным сном.

***

— Но, капрал... — Эрен в очередной раз за день попытался убедить Ривая, что крутился возле медицинского корпуса, пропустить его к Микасе. Но тот упорно отказывал всем, отправляя на уборку территории или в помощь во двор. 

 — Сколько можно повторять, — недовольно скрестил руки на груди капрал, — приходи завтра, Йегер. Рядовая Аккерман еще слаба, и очкастая попросила её не беспокоить. Иди, лучше окна вымой в главном зале. 

Эрен устало вздохнул и поплёлся за инвентарём. После того как они вернулись с вылазки, парень так и не встретил Микасу ни в столовой, ни в главном зале, где обычно отдавалась дань уважения погибшим на вылазке. Это пугало. 

 — Командир Ханджи, где Микаса? — остановил Йегер на выходе гигантоманшу. — Она... погибла? — он выдавил из себя через силу последнее слово. 

 — Нет, нет, она жива, — тут же отрицательно замахала руками и покрутила головой Зое. — Просто была слегка ранена, ничего серьёзного. Завтра любой сможет к ней прийти в блок. Не беспокойся, Эрен, — женщина положила руку на плечо парня в знак поддержки.

— Почему Вы мне ничего не сказали? И где она была? — Он позволил увести себя подальше от входных дверей. 

 — Ты бы начал волноваться, а это могло негативно сказаться на твоей регенерации. А ехала раненная Аккерман рядом с коротышкой. Тут я тебе не солгала. Многие телеги поломались. Мы и большую часть тел забрать не сумели. 

 — А как она получила ранения? — спустя некоторое время раздумий, спросил Йегер. 

 — Когда ты обратился в гиганта. — Раздался голос Ривая рядом с ними. Эрен вздрогнул от неожиданности. — Ты когда оборачиваешься, хоть следи сколько вокруг тебя этих тварей и солдат. Я не собираюсь собирать останки своих подчинённых по всему твоему полю боя, — офицер дал знать тяжелым презрительным взглядом, что разговор окончен, и, развернувшись на каблуках, пошёл догонять Ирвина. 

 Эрен был готов себя убить после таких слов. Он снова навредил Микасе, как тогда? На этот раз она точно могла погибнуть, если бы не капрал... Юноша проводил мужчину отсутствующим взглядом. Если бы Микаса по его вине погибла, он никогда бы этого себе не простил. Никогда. И тут его пробрало, до него дошли чувства девушки, и он решил с этим немедленно разобраться, но не учёл одно препятствие — капрала, который неусыпно берёг покой раненой. 

После помощи во дворе, Йегер принялся подготавливаться к сегодняшней ночи. Всем ведь нужно спать, даже сильнейший воин человечества долго без сна не выдержит. Особенно, после вылазки, как считал Эрен.

***

Тихая тень проскользнула в коридор медицинского блока. В руках у неё находился небольшой букет уже подвявших полевых цветов и небольшая коробочка. Продвигалась она практически бесшумно, лишь изредка предательски скрипела какая-та половица под ногой. Вот, наконец, она достигла заветной двери, что была приоткрыта и из-под неё выбивался единственный луч света в этой кромешной тьме. Глубоко вздохнув, тень уже собралась войти, как услышала голоса, которые ни могли не заставить её прислушаться к словам и прильнуть к этой небольшой щелочке. 

— Рядовая Аккерман, почему Вы в очередной раз рисковали своей жизнью ради этого никчемного Йегера? — это оказался капрал Ривай. 

 — Сэр, он то немногое, что у меня осталось от той, прежней жизни. Ещё до падения Марии, — тихо ответила Микаса. 

— Но это еще не повод лучшей выпускнице кадетского корпуса рисковать своей жизнью ради слабака, — капрал сел на стул рядом с постелью, где лежала возмутившаяся от его слов девушка. 

— Капрал, при всём уважении к Вам, я не потерплю оскорблений в адрес своего брата. 

— Сводного брата, чья семья даже официально не оформила опеку, — мужчина закинул ногу на ногу и откинулся на спинку стула, на его лице возникла улыбка превосходства. Он был прав, поэтому Аккерман ничего и не ответила на этот выпад с его стороны. Лишь сильнее сжались её руки в кулаки, сминая одеяло. Между присутствующими в комнате повисла давящая тишина. Даже тень за дверью боялась шелохнуться, не желая быть обнаруженной. 

— Микаса, почему снова он? — хрипло и раздражённо интересуется Ривай, не желая больше сидеть в гнетущей тишине. Ему это порядком надоело. Всегда было одно и тоже: Эрен сегодня плохо поел, Эрен не выспался, Эрен... Повсюду был этот приставучий мальчишка. Как же капрал жалел, что нельзя его убить как простого гиганта. Потом проблем не оберёшься. 

— Мы это неоднократно с тобой обсуждали, — Аккерман позволила своему телу упасть на кровать, принимая лежачее положение. Девушка устало приложила руку ко лбу. — Эрен для меня значит многое. 

Ривай недовольно хмыкнул и стремительно поднялся на ноги. Микаса удивлённо проводила его взглядом до двери. Тень испуганно сжалась,  за ней, не зная, что сказать в случае обнаружения, но едва офицер дошел до неё, как тут же вернулся, прихватив с собой половую тряпку. Тряпка бесцеремонна была брошена на стул, на котором недавно сидел мужчина, а сам он  лёг в постель к девушке, которая с одеялом  силой оказалась вытолкана на пол. Ноги капрал закинул на прикрытый стул. 

— Что ты творишь, Ривай? — недовольно спросила Микаса, потирая ушибленные места и стоя на коленях. 

— Просите прощения, рядовая Аккерман, — приказал мужчина ей. 

— Что? — недоуменно переспросила девушка, думая, что это ей послышалось. Голова сильно заболела в месте встречи с холодным деревянным покрытием. 

— Просите прощения, рядовая Аккерман, — безэмоционально повторил приказ Ривай. 

Аккерман встала на ноги, тень за дверью задержал дыхание от удивления. Из-за одеяла, что девушка постоянно натягивала до горла, нельзя было заметить, что весь её торс был обмотан бинтами, которые слабо виднелись из-за ворота рубашки, что сползла. Низ скрывала свободная длинная ночная юбка. Любимая, как помнила тень. 

Микаса не стесняясь, под внимательным взором Ривая, подняла юбку до колен и забралась на мужчину, положила ему ладони на грудь и склонилась в поклоне. 

— Простите меня, капрал Ривай, — тихо прошептала она в губы и мягко к ним прикоснулась. Рука офицера сжала ткань простыни, а свободная потянулась к голове девушки, чтобы прижать её к себе ближе и углубить поцелуй. Но она вовремя заметила попытку и нежно перехватила запястье мужчины, прижимая к подушке. — Сперва скажите мне, капрал, — Микаса прервала поцелуй, от чего мужчина раздражённо посмотрел на неё, — Вы меня так и к Армину ревновать будете? Ведь я его тоже люблю как брата. 

— Но ты проявляешь о нём меньше заботы, чем о недоумке Йегере. 

— Арлет умнее его, поэтому я за него не волнуюсь. К тому же он стратег. — Девушка наклонила голову набок. 

— Вы не ответили на мой вопрос. 

 — К этому хиляку? — недовольно уточнил Ривай. — Нет. 

Микаса улыбнулась и снова поцеловала его. Мужчина обнял её и прижал к себе, углубляя поцелуй.

***

Эрен Йегер в шоке отшатнулся от двери медицинского блока, где сейчас мило целовалась такая разная по всем параметрам пара. Парень, понурив голову, направился обратно в комнату, что делил с Армином, Жаном и Конни. Когда Микаса смогла полюбить эту ледяную скульптуру, а та ответила ей взаимностью? Как он мог этого не заметить, если все в разведотряде как на ладони. Всем был известен спор командира Захариуса и командира Ханджи, кто сколько гигантов убьёт. Победил Майк и женщина во время ужина обслуживала офицерский стол, где был один лишь победитель. 

Но всё же, как никто не мог заметить отношения Микасы и Ривая? Как Эрен мог не заметить этого? 

Как? Виновник ясен, и это он сам. Если бы он раньше понял свои чувства к ней, то такого бы не произошло. «Каким же я был дураком, отрицал очевидное», — парень схватился за голову и остановился посередине коридора. — «Что же мне теперь делать?» 

Рукам что-то мешало полноценно схватиться за голову и юноша вспомнил, что у него  подарки для Микасы. Но теперь они ей больше не нужны. Цветы безжалостно тот выбросил в окно, а коробку, полную дефицитных шоколадных конфет, купленных на день рождения Армина, он оставил на подоконнике. 

Проклиная себя за медлительность, юный Йегер отправился спать, терзаемый различными сомнениями. Одно из них кричало, вопило немедленно подойти к капитану Смиту и рассказать о не уставных отношениях. Другое, не менее громко, просило вернуться и показать, наконец, этому выскочке своё место. Но приглушить их ему удалось, только лежа в постели, закрывая глаза и говоря самому себе, что всё это только страшный сон и завтра будет вылазка. Поэтому нужно выспаться.

***

А утром, проходя мимо плотно забитого посетителями медицинского блока, он заметил в руках Микасы ту самую коробку конфет, которая опустела в мгновение ока. И Эрен не смог сдержать грустной улыбки, наблюдая за безуспешными попытками Аккерман успокоить ребят, что затащат его в комнату. Он будет снова, как и прежде веселиться со всеми, делая вид, будто ничего и не было ночью. Хотя сердце будет болеть...