Мин Юнги 💞

На следующий день в университете всё будто вернулось на круги своя — лекции, шум, обсуждения курсовых. Но теперь между ними было что-то. Неуловимое, но ощутимое, как электричество между пальцами, когда почти касаешься, но не дотрагиваешься.

Юнги снова стал дразнить её на парах, но уже иначе — с какой-то нежностью в голосе, с тем взглядом, от которого щеки вспыхивали, а сердце делало кульбит. И каждый раз, когда она пыталась отвлечься, он будто ловил её взгляд и просто смотрел. Не насмешливо. Не хищно. Просто — так, как будто она была центром его мира.

---

Вечером, когда она вернулась домой, Ипа сидела на полу у окна, укрытая пледом, с ноутбуком на коленях. На экране — список университетских заданий, но в глазах подруги — не о цифрах и лекциях.

— Ты видела, как он сегодня на тебя смотрел? — тихо спросила она, не отрывая взгляда от окна.

— Кто? — прикинулась Ти, хотя прекрасно знала.

Ипа рассмеялась, поджала губы.

— Мин Юнги, гений недосказанностей и косых взглядов. Ты знаешь, как он тебя бережёт? Я впервые вижу, чтобы он кого-то не пугал.

Ти прикусила губу и опустилась рядом, поджав под себя ноги.

— Мне с ним спокойно. Даже когда страшно. Он будто... даёт опору, даже молча.

Они замолчали. А потом, почти шепотом, Ипа добавила:

— А Чимин... он не молчит. Он говорит. Но я всё равно боюсь. Не его — себя.

Ти обняла её. Без слов. Просто — рядом. Как и Юнги вчера.

---

Через несколько дней Чимин и Ипа остались вдвоём в библиотеке. Все уже разошлись. Был вечер, дождь капал по стеклу, а вокруг — тишина. Чимин закрыл книгу, посмотрел на неё.

— Я не прошу тебя дать мне обещание. Или сердце. Я просто хочу, чтобы ты знала — я никуда не спешу. Но я рядом. И если когда-нибудь ты захочешь взять мою руку — я всё ещё буду здесь.

Ипа посмотрела на него. В глазах — не страх. Нежность. Может быть, впервые — без бронежилета.

— Возьми сейчас, — прошептала она. — А то я передумаю.

И он взял. Осторожно. Будто держал не руку — звёздное небо.

---

Ти сидела на лестнице общежития, ожидая Юнги. Он пообещал зайти к ней вечером — просто так, без повода. Она думала, что он как всегда появится тихо, сзади, и что-то прошепчет ей на ухо.

Но он подошёл прямо. Без скрытности. Уверенно.

— У меня для тебя подарок, — сказал он.

— Что ещё за подарок?

Он протянул ей маленький свёрток. Внутри — брелок в форме пера.

— Это?

— Перо. Потому что ты сильная. Но лёгкая. Ты можешь летать. Даже когда думаешь, что не можешь.

Она посмотрела на него. Долго. А потом поднялась на цыпочки и коснулась губами его щеки.

— Спасибо. За то, что помогаешь не забывать, кто я.

Юнги вздохнул — почти улыбнулся:

— Только попробуй забыть. Я напомню. Каждый день.

---

А в её дневнике позже появится новая строчка:

> Иногда любовь — это не взрыв. Не гром. Не фейерверк.
Иногда любовь — это когда кто-то просто остаётся.
Когда уже все ушли.

---

Прошла неделя. Всё будто наладилось: будни стали тёплее, вечера — спокойнее. Но, как это обычно бывает, тишина никогда не длится вечно.

Это случилось в понедельник. Прямо на лестнице между этажами.

Ти спускалась с лекции, когда услышала знакомый голос — слишком громкий, слишком приторно-сладкий.

— Ну надо же, — произнесла Миён, перегородив проход. — Девочка, которую защищают все подряд. Особенно тот самый Юнги.

Ти остановилась. В груди будто защемило — не от страха. От злости.

— Дай пройти, — спокойно сказала она.

— Или что? Позовёшь своего защитничка? — Миён усмехнулась, склонив голову. — Смешно. Сама без него — никто. Жалкая.

Ти уже собиралась ответить, но внезапно за спиной раздался голос. Тихий. Леденящий.

— Повтори. Давай, повтори это при мне.

Юнги. Он стоял в паре шагов, руки в карманах, взгляд — острый, как лезвие. Не кричал. Не двигался. Но напряжение было таким, что Миён инстинктивно отступила.

— Юнги, я просто… — начала она.

— Уходи, — оборвал он. — И держись от неё подальше.

Миён метнулась прочь, будто кто-то выключил у неё всю браваду.

Ти посмотрела на него. Он был напряжён, сжат, будто сдерживал нечто большее.

— Ты в порядке? — спросила она, подходя ближе.

Он глубоко выдохнул. Повернулся к ней. А в глазах — боль.

— Когда она так на тебя посмотрела… я… я подумал, что снова тебя потеряю.

— Юнги, — прошептала она, — я здесь.

Он провёл рукой по её щеке, не сразу заговорив.

— Я ненавижу, когда ты выглядишь испуганной. Даже если пытаешься это скрыть. Ты не должна бояться.

— Я уже не боюсь, — сказала она. — Потому что знаю, что не одна.

---

Тем же вечером она пришла к нему сама.

— У меня есть идея, — сказала, стоя в дверях его комнаты.

Он удивлённо приподнял бровь:

— Я боюсь.

— Поехали на крышу. Сейчас.

— Почему?

— Потому что звёзды. Потому что чай. Потому что я хочу говорить. А не бояться чувствовать.

---

Они сидели на крыше старого корпуса, укутанные в пледы, с термосом между ними.

— Я ведь раньше думала, что не способна на что-то большое, — тихо сказала она. — Что любовь — это про других. Сильных. Смелых.

— А теперь? — спросил он.

— А теперь я просто хочу быть честной. Даже если это значит быть уязвимой.

Он посмотрел на неё. Долго. Вновь это молчание — тёплое, живое.

— Ты знаешь, что я в тебя влюбился? — сказал он наконец.

Она замерла. Сердце стучало в ушах.

— Я тоже, — выдохнула. — С самого первого раза, когда ты посмотрел на меня, как будто я — не просто кто-то.

Он усмехнулся.

— Потому что ты — не просто кто-то. Ты — моя.

---

Тем временем Ипа сидела на подоконнике в комнате и набирала сообщение:

> "Сегодня он просто взял мою руку. Без слов. И мне вдруг показалось, что это — и есть счастье. Неброское. Настоящее."

И впервые за долгое время она нажала: отправить.

Чимин прочитал. И сразу ответил:

> "Я рядом. Всегда. Даже если молчу."
---

Прошло несколько дней
. Всё внешне оставалось как раньше: Юнги по-прежнему подкалывал но  Ти в коридорах, она закатывала глаза и отвечала ему дерзостью, за которую он тайно от всех  её обожал. Но теперь между ними были взгляды. Молчаливые, цепкие. Те самые, от которых дыхание сбивается.

Их тайна становилась всё тяжелее.

В тот вечер они остались в библиотеке до самого закрытия. Юнги читал что-то по философии, Ти делала конспект, но всё внимание — на нём. Он выглядел спокойным. Почти безмятежным. Только пальцы нервно постукивали по столу.

Когда библиотекарь вышел, он отложил книгу:

— Знаешь, мы с тобой как будто живём в двух мирах. Один — тот, где все считают нас братом и сестрой. Второй — где ты смотришь на меня, и я больше не могу молчать.

Ти сжала ручку.

— Юнги…

— Я не хочу прятаться. Не хочу врать себе, тебе, никому. Мы не выбирали эту ситуацию. Но я выбираю тебя. Каждый день.

Она смотрела на него — её брат. По документам. По правилам. Но не по сердцу.

— Нас не поймут, — прошептала она.

— А если поймут? — Его голос стал мягче. — А если найдётся хотя бы один человек, который скажет: "Вы — просто двое, кто нашли друг друга не по крови, а по настоящему"?

— И если не найдётся?

Он встал. Подошёл ближе. Взял её ладонь.

— Тогда, чёрт возьми, пусть будет только ты. И я. Мне этого хватит.

Она не отстранилась. Наоборот, сделала шаг навстречу.

— А если всё станет слишком сложно?

Он усмехнулся, поцеловал её в лоб:

— Тогда мы справимся. Ведь мы же "семья", помнишь?

Она рассмеялась — дрожащим, тихим смехом.

— Только, пожалуйста, не называй меня так, когда целуешь.

Он приподнял бровь:

— О-о, это теперь запрещённая фраза?

— Очень.

И в ту же секунду он наклонился к ней. Губы встретились в поцелуе — не робком, не прячущемся. Наполненном ощущением: "Теперь всё по-настоящему".

Для вашего понятия их родители всегда за границей 👽 Дальше будет интереснее 😈💜
Не забывайте звёздочкиии и свои мнения в коментариях🌹Прода будет 5+ коментариев