Зайка
"Мазерати" мягко замерла на школьной парковке, но Натаниэль на мгновение застыл - перед ним стояла её точная копия. Блестящий кузов отражал его искаженное ухмылкой отражение.
*Интересно, чей это фетиш - копировать мои машины?*
Мысль промелькнула и исчезла - сегодня предстояли куда более занимательные игры.
В холле здания его встретил шёпот. Десятки глаз — любопытных, насмешливых, оценивающих — скользили по фигуре новичка.
Нат неспешно подошёл к своему шкафчику и открыл его.Внутри его ждал «подарок»: алая карточка, от которой веяло угрозой, с жирной буквой **«М»** посередине.
*Ха-ха-ха… Игра началась. Посмотрим, чья кровь первой окрасит доску.*
Толпа замерла, когда он, небрежно зевнув, поднял карту над головой, будто демонстрируя трофей.
Оглядев зал, Натаниэль заметил Жана, который смотрел на него с ужасом. Во взгляде француза читалось: *«Ты что творишь, идиот?!*
Ответом стала лишь загадочная полуулыбка.
***
Кабинет математики встретил его… пустотой. Место, где должна была стоять его парта, зияло, как вырванный зуб.Взгляды одноклассников — хищные, голодные — впивались в него.
Нат рассмеялся. Звук был низким, опасным, будто скрежет стали.
*«Раз меня стёрли — значит, я свободен»*.
С театральным поклоном он развернулся и исчез за дверью.
*Раз уж парты нет, то и его здесь быть не должно*, — решил он и со спокойной совестью, отправился бродить по школе в поисках укромных углов.
Пожарная лестница стала неожиданным убежищем: бетонный простор, залитый солнцем, где тишина звенела громче колоколов. Нат забрался на перила, откинулся назад и закрыл глаза, впитывая покой.
Пятнадцать минут блаженства — и шаги сверху разрезали тишину. Сначала мелькнула платиновая прядь, потом — глаза. Не просто карамельные. *Расплавленное золото, застывшее во льду*.
Минуту они измеряли друг друга взглядами — два хищника, делящие территорию.Внезапно на лице Эндрю расплылась «наркотическая» улыбка.
— О, какой неожиданный сюрприз!*Зайка* прогуливает? Или… сбежал, не выдержав игры?
— "Сам Эндрю Миньярд так беспокоится о моей успеваемости...Я тронут."
Он говорил это с явным сарказмом. Нат встал. Его улыбка была оскалом.
— Забавно.Сначала я принял тебя за заблудившегося младшекласника...
Натаниэль шагнул вперёд, сокращая дистанцию до опасной. В его ладони, будто вырастая из воздуха, появился клинок. Рубиновая рукоять поймала луч солнца, сталь холодно блеснула, отражая бездонную синеву его глаз.
— Назовёшь «зайкой» ещё раз — узнаешь, насколько остры мои клыки. Говорят, аорта брызжет на три метра…
Эндрю лишь усмехнулся, рассматривая оружие.
— "Очаровательно опасен.Ты становишься интереснее с каждой минутой, Веснински."
— Детский сад, — парировал Нат, пряча нож. — Но мне любопытно… как далеко ты посмеешь зайти?
Натаниэль направился к двери.
Уходя, он обернулся, послал воздушный поцелуй на прощание и бросил через плечо:
— До скорого, *крошка Миньяр*.
*Интересно, какого оттенка ярость сейчас в его глазах? Багровая? Или может чёрная?* Одна лишь мысль об этом веселила. С этого момента Нат твёрдо решил называть Миньярда именно так — слишком уж забавно звучит.
Столовая поражала роскошью: хрустальные люстры, фарфор, горы устриц и трюфелей на шведском столе. Нат, равнодушный к излишествам, выбрал эспрессо и миниатюрный эклер. В укромном углу он наслаждался контрастом: горький кофе — сладкий крем.
Первый укус эклера был прерван грубым толчком в плечо. Тень накрыла столик. Два гиганта, брутальные, как горные глыбы, преградили свет.
— Эй, пацан! Как ты посмел нагрубить господину?! Думаешь, такой крутой?!