Кукла

19. О будущей встречи мы не условились:

Я знала, что это конец.

Нина

Ну вот. День гонки. Знаете, трудно было переступить через себя. Больше всего в жизни я мечтала остаться в кровати с Кирой, вернуться в день нашего свидания и не думать про это все. Я жила нашей любовью. А она? Она жила этой бандой. Плохо ли это? Нет. Приятно ли мне? К сожалению, тоже нет.

《Выходим из машины и я беру Киру за руку. Впервые мы идем, скрепляя нашу любовь в прочный замок рук. Мы никогда не гуляли, не вели себя, как влюбленные. Это впервые.

Мишель с Кристиной уходят на какие-то горки, которые почему-то работают в такой холод, а мы просто гуляем по улице.

Удивительно, но даже не нужно что-то говорить. Вот так. Просто держать её за руку достаточно для счастья. Просто знать, что она моя.

Подношу её руку к губам и целую. Конец декабря, скоро Новый год, а руки горячие. Она всегда такая. Как вулкан.

Замечаю тату с надписью на древнегреческом.

— Почему ты выбрала такой путь? Почему банда? — Я до сих пор ничего не знаю о её прошлом. Это пугает, моментами.

— Потому что по-другому в Мертвом городе не выжить. Там или спиваются, или идут в криминал. Я не хотела ходить под кем-то, поэтому пришлось воевать, чтобы заслужить уважение.

— А твоя семья? Ты же из интерната, да?

— Ты моя семья, Кукла. Тебе не нужно больше ничего знать. И я люблю тебя.

От этих слов так тепло, что хочется улыбаться.

— А Главная... Кто она?

— Я мало о ней знаю. Говорят, она беспощадна и раньше была в одной из лучших группировок мира, как попала сюда не понятно. Пришла из ниоткуда и уйдет в никуда. Честно, я уверена, что она наблюдает за всеми. Следит и на каждого здесь у нее свои планы. К сожалению, в этом городе свои законы и правила. Показать себя выше нее – подписать смертную кару.

Подходим к кафешке и Кира заказывает себе глинтвейн. Мне же достается чай, хотя я постоянно пытаюсь забрать её кружку и глотнуть напитка покрепче.

— Ну почему нет?! — Пытаюсь дотянутся до её стаканчика, который она держит над головой. Она слишком высокая, мне приходится прыгать.

— Потому что ты пьешь чай. Не нужно мне возражать, просто делай так, как я говорю. — В моменте очередного прыжка не удерживаюсь и падаю. На улице гололед, будто бы, вечный.

Кира ставит два стаканчика на пол и поднимает меня, отряхивая.

— Кукла, привет! Мы не одни в этот прекрасный день выбрались погулять. — Подходят к нам две девушки и я их сразу узнаю. Они на подтанцовке у меня.

Одеты ярко, высокого роста, с красивыми конскими хвостами. Самооценка моя сразу умножилась на ноль, ведь я была без макияжа, в спортивках и шапке.

Поворачиваюсь к Кире, а её взгляд направлен на меня. Ей все равно на них. Меня это радует.

— Ты на домашнем, я тебя даже не узнала. А это кто? — Беспардонно оборачиваются на Спарту. Улыбка сразу попадает на их лицо.

Феминные девчонки им, конечно же, были не интересны, но дать такой пацанке хотела однажды каждая.

— Девушка моя. Спарта. — Говорю и эта милая улыбка пропадает, за то озаряется светом лицо Киры. Ей приятно.

Сначала я не хотела говорить, но почему нет? Она моя. Пусть эти дуры запомнят раз и навсегда. Я занята. Кира тоже. Мы заняты друг другом и сучки шоу бизнеса нас не интересуют.

Уже завтра все новостные паблики будут в наших фотках и новостях о Кукле, которая оказалась лесбиянкой. У этих двоих язык - помело. Радовало, что за это Виолетта обязательно впаяет им штраф. А я? А я снова на хайпе.》

— Чего застыла? Одевай перчатки и в тачку. Через пять минут стартуем. — Говорит Кристина и направляется к дороге.

Мы за городом. Тут ветер и собачий холод. Все это выглядит, как на футболе. Полукруглая трибуна для стадиона и дорога, которая выводит машины на пустую, широкую трассу. Вдалеке виднелся клуб, который горел всеми цветами радуги.

На мне черные штаны, белая футболка и кофта на замке. Капюшон. На нем черные кошачьи ушки. Перчатки. Пистолет в кобуре. Все уже шепчутся о знаменитой парочке "Бонни и Клайд". Девчонки обсуждают нашу историю любви, которая прошла через года, все остальные вспоминают мой истерический крик три года назад.

Никто не верит, что Кукла из Мертвого города и Кукла из столицы один человек. Никто не верит, что вернулась Спарта.

Хочу уже уходить, но не сдерживаюсь и целую Киру на прощание. Она нервничает. Я тоже переживаю. Если я не попаду по шинам, нас убьют на этой дороге.

Последний закон улицы: либо выиграть, либо умереть.

Залезаю в тачку и к нам подходит Грид-гёрл:

— Имена. Название группировки. — Она с листочком, заглядывает в окно.

— Кукла и Шумахер. Банда Спарты. — Говорит хрипло Кристина.

Она лучшая в своем деле, не зря же Шумахер. Если бы она была одна, точно бы вывезла эту гонку, но есть я. И я не имею права подвести.

Грид-гёрл опрашивает еще две машины и мы подъезжаем к старту. Все готовятся, все в ожидании, когда же девушка опустит флажки.

Опускает. И мы срываемся с места.

Я тут же достаю из кобуры пистолет, его никто не должен был видеть, поэтому я не могла сделать этого раньше.

Перезаряжаю, уже на готове. Мы не знаем, когда тачка поедет на нас.

Мы вырываемся вперед, но не факт, что это надолго. Опускаю окно. Холодный ветер врывается к нам, я начинаю дрожать. То ли от страха, то ли от холода.

И вот. На пустой трассе появляется машина. Она летит на такой же высокой скорости прямо в нас. Я высовываюсь из окна по пояс, могу вывалиться прямо сейчас, меня никто не держит.

Одна пуля. Пробиваю одно колесо. Вторая. Третья. Их уже заносит в бок, а я кричу:

— Поворачивай! — И только сейчас Крис сворачивает, что бы не врезаться в тачку, которую сносит в кювет.

В последнюю секунду я не успеваю среагировать, как чужая пуля пробивает нам окно и попадает Крис в плечо.

Вести машину она не престает, мы едем дальше. Видно только искры, которые превращаются в полноценный пожар от пострадавшей машины. Мы смогли, но суки подгадили.

— Ты как?

— В норме, довезу. — Лаконично и я понимаю, её лучше не трогать.

Въезжаем на мост и нас вдруг опережает машина. Я снова высовываюсь в окно, пробивая одно колесо.

Минус один противник. Едем дальше.

Успеваем проехать не застав ментов. Дальше просто. Одну тачку мы точно победим, а она и последняя.

Выезжаем на оживленную улицу. Тут ездят обычные машины, где-то есть светофоры. Это намек на финиш, мы делаем круг от старта, пустынной, никому не нужной трассы и до цивилизации, которая приводит к финишу.

Обе выдыхаем, когда приезжаем первые.

*

Нина вываливается из тачки прямо в руки к Кире. Она переживала. Боялась. Впервые боялась за чью-то жизнь.

— Шумахер... У нее пуля, попали, суки. — Говорит и видит, как Мишель срывается к девушке. Ей окажут помощь, всё будет хорошо.

— Вы выиграли, Кукла, ты ебать какая умничка! Теперь клуб. — Девушка тяжело дышит и блондинка не выдерживает, прижимая тут к себе. — Ну все, успокойся. Нормально.

К ним подходят. Девушка с розовыми волосами до плечей, осматривает сначала Нину, осматривает Киру, которая закинула мне руку на плечи.

— Главная готова принять вас. Но хочет видеть у себя Куклу. — Девушки переглядываются.

— Одна она не пойдет.

— Спарта, у тебя ничего не спрашивают. Тут триста человек и все они выставят на тебя оружие с огромным удовольствием. Ты на нашей территории, ты хочешь решить проблемы с Главной, поэтому Кукла идет со мной.

Нина быстро сжимает свободную руку Киры и покидает её компанию.

Проходя мимо входа в клуб, ловит взгляд Снежаны. Та сразу всё понимает. Понимает, куда ведут девчушку.

— Крис подстрелили, проследи за ними. Я в норме. — Кивает, идет дальше.

Снежана же не готова бездействовать. Как Кира вообще посмела отпустить её одну? Нет. Иногда, даже при всей своей любви к блондинке, она не понимала её. Не понимала. Либо неправильной была она, либо Кира поступала, как последняя эгоистка. Поэтому сейчас она молча проходит охрану и поднимается по ступенькам за Ниной. Снежка имела связи, в узких кругах гонок её хотя бы уважали.

— Нина... Кукла... Ты знаешь вообще, почему Кукла? — Спрашивает Главная, проводя рукой по оружию в своих руках.

У девушки на шее было тату "HELP", отзеркаленная. Взгляд злой. Сильная. Независимая. Она владеет всем. Под ней хотелось умереть.

Ходили слухи, что она с того же интерната, что и Кира, и Крис, и Нина. Что никого не любит. Всех ненавидит.

Девочка представляла её злой, представляла её богом. Но на деле, перед ней стояла обычная девка. В джинсах, черной футболке, с таким же ненавистным взглядом.

— Нет. Она не рассказывала.

— Ненетл и Нина почти одно имя. Ненетл – ацтекское имя, в переводе означает Кукла. Ты вообще мало о ней знаешь, девочка. Она никогда не рассказывала о себе. — Комнату поглощает тишина и Нина не в силах её прервать. — Знаешь, а ведь она эгоистка. Сколько раз она бросала тебя? Вот, снова бросила. Ты же тут.

— Я не знаю тебя, почему вообще должна слушать этот бред? — Не выдерживает, закатывает глаза.

— А как тебе баба, которую она трахала, пока тебя не было? — Не обращает на нее внимания Главная, продолжая свою песню. — Хотя, какая разница, правда? Она же трахала много кого. Но да, любит только тебя. — Слышится сарказм.

— Тебя ебет, кого она ебет? Наша личная жизнь только наша. Лучше будет, чтобы я отдала флешку и ушла. Нам нужно признание банды. А что внутри банды никого не касается.

— Мне говорили, что ты с зубками. Таких тут ломают, но ты никогда не получала. Может, это и понравилось Кире? Что ты не можешь без нее?

В секунде хватает Нину за шею и прижимает к стене. Дверь открывается. Девушка видит боковым зрением блондинистые волосы. Снежана. Твою мать.

— Какая драма, девочки. Две любимые игрушки Спарты в одном здании. А я - Настя. Режиссер-постановщик этой драмы. — Откровенно смеется и отпускает шею.

Вместо этого хватает Нину за руку и выбивает из кобуры пистолет. Вот так. Легко и просто. Снежана пытается подойти к знакомой, но ту также отталкивают.

Настя выстреливает в потолок, пробивая его.

— Замерли, я сказала! Господи, что же с людьми делает любовь? Вы две дуры, которые никогда не осознают своей ничтожности. Она сейчас стоит там и переживает за вас двоих, но она никогда не сделает ничего, чтобы спасти вас. Потому что убьют её. Вы знать не знаете куда влезли, это война. Это криминал и любого в этом здании могут посадить на пожизненное, вы молодые девки, которые любят до сумасшедствия, убиваете себя ради какой-то суки. Такому вас научил Мертвый город?

— Просто Вы никого не любили никогда. Она такой же человек как все тут, и ей тоже страшно. Может быть, Нина сильнее всех тут взятых людей, но разве это делает Киру плохой? Нельзя судить, нельзя делить только на белое и черное, нельзя, слышите? Есть еще серый, есть, твою мать, желтый, яркое солнце, которое будет гореть и убивать своим теплом, но ради него не страшно умереть. За нее не страшно умереть. — Переходит на истерику Снежана.

— Что же, пусть будет так. Ты готова умереть за нее, Нина?

Девушка поднимает взгляд. Шок. Но она молча кивает и встает. Лучшая смерть для посланницы Мертвого города – умереть в родных улицах. И время не сделает из тебя демона. И мир не перестанет уважать. И Кукла останется жива. В этих стенах.

— Ты не планировала создавать новую банду, да? Хотела поиграть? Хотела увидеть нас двоих в глаза? Увидеть двух куриц, которые отдают кому-то всех себя? — Настя молча кивает и направляет на Нину пистолет. — Ты даешь слово, что наши уйдут отсюда, если сейчас пуля полетит мне в сердце?

— Даю.

— Стреляй. — Закрывает глаза и раздается громкий звук.

Только Нина не чувствует боли. Не чувствует страха. Только слышит крик. Открывает глаза и видит Снежану. Она вся в крови. На коленях. Она прикрыла её.

Замирает и по лицу скатываются слезы.

Это не боль.

Это потеря.

Это ад.

Да.

Настя права.

Мертвый город не приносит любви.

Только страдания.

И тогда болело не так сильно.

В эту ночь умер самый светлый человек. Она соединяла их со светом. Теперь же солнечные лучи никогда не пробьются через темные тучи наших грехов.

Да. Все таки, в тот день, видимо, болело не достаточно сильно, что сейчас Нина снова борется с этим чувством. Но почему-то, ненавидела она только себя.

И небо. И вселенную. Она принесла ей страдания, потребовав взамен свет.

Она умерла, держа девушку за руку. В слезах, но с улыбкой. Она радовалась жизни и любила. Искренне, по-детски, любила. Может быть, умереть так было для нее счастьем. Может быть, её реквием будет звучать, как самая прекрасная песня на земле. А призрачная надежда на лучшую жизнь встретит её где-то там, в другой жизни.

Гром раскатывается по небу. За ней будут плакать небеса. И больше никто не посмеет улыбаться. Потому что настоящее солнце ушло. А с ним ушло и желание жить.

Нина

Резко вырываю у Насти пистолет, а она даже не противится. Холодное оружие в руках придает мне сил. Я спускаюсь по ступенькам, пуская пару пустых пуль.

Музыка выключается, люди в шоке от такой ненависти, но я вижу, Настя идет за мной, а значит никто не выстрелит в меня, сумасшедшую дурочку. Бесит. Ненавижу. Я никогда не могу сделать что-то одна, мне всегда нужна крыша.

Но за то, сейчас за мной идет толпа народу.

— Я хочу видеть Спарту! — Громко кричу я и выхожу на улицу. На меня сразу капает пару капель дождя. В конце декабря это редкость.

Вижу её. Идет на меня со своей свитой. Там вся её банда.

Как так получилось, что я оказалась по другую сторону баррикад? Я выбрала себя. Впервые в жизни.

— Снежана умерла. — Говорю и мы отдаляемся от двух банд. Стоим в метре друг от друга.

Я снова могу выбрать её и бросится к ней в объятия.

А могу выбрать себя и уйти. У меня же все было нормально, пока она снова не появилась, да?

Нет.

Да

Или все таки нет?

— Мне жаль. Нина, не твори глупостей, отдай пистолет. — Мы насквозь мокрые. На улице беспощадный ливень.

— Тебе все равно? Человек умер из-за тебя! Весь этот замес из-за тебя, потому что ты ненавидишь всех, а любишь только власть. И себя. Себя прям обожаешь. — Усмехается. Какая же сука.

— Ты правда думаешь, что я не смогу направить на тебя оружие?

— Не сможешь. — Улыбаюсь и с легкостью делаю то, в что Кира не верит. Все люди за её спиной моментально поднимают оружия вверх, я же поднимаю правую руку, что бы показать своим оружие сложить.

— Все твои люди против меня одной. Не смешно?

Она не отвечает. Мы просто молча стоим глядя глаза в глаза. Я вспоминаю каждый проведенный с ней момент, каждый поцелуй. Вспоминаю день нашей первой встречи...

— Кукла, стреляй уже. — Её утомила моя персона и уж лучше пуля в голову?

— Кукла... Нет, Кира. Я всегда была лишь марионеткой.

Эта мысль была на поверхности... Такая банальность, но правда. Правда жизни. Она использовала меня. Любила ли? Да. Но никогда не отдавала себя полностью. И редко давала что-то взамен.

Поднимаю пистолет вверх и выстреливаю в небо три раза.

Единственный закон Мертвого города. Отказаться от настоящего, чтобы поверить в будущее. Этими выстрелами я отказалась.

Выкидываю на мокрый асфальт оружие и иду к выходу.

Я не знаю, что будет дальше. Я не знаю, что я натворила.

И каждую секунду, когда я сожалею об этом поступке, я вспоминаю Снежану. Она заперта в том клубе. Навсегда.

А я? Я ухожу. Мы не условились о будущей встречи: я понимала, что это конец. И небеса, которые подарили мне счастье, отняли его также быстро. Хорошо ли это? Да. Долго мечтать нельзя. Получаешь по шее. Ну, или ножом по сердцу. Я же получила по голове. И этот холодный дождь привел меня в чувство. Он освободил меня от темноты.

Срываю цепочку с шеи, жаль, не выкинуть тату. Как клеймо эта дата.

Мертвый город никогда не подарит жизнь.

Она никогда не подарит радость.

Мы больше не встретимся.

А я больше не полюблю.

Счастье, наверное, именно в этом

И умру я, в холоде ужасном, прямо на лету.

Конец.