Моими глазами

Первый летний месяц подходил к концу, радуя нас безупречно ясной погодой и не очень высокими температурами. В такую прекрасную пору сидеть дома - преступление. По этой причине парки и скверы дворов были переполнены людьми. Дети, подростки, вечно сбивающиеся в стаи, влюбленные, робко сжимающие руки друг друга и родители, обсуждающие успехи и провалы своих чад, не забывая краем глаза присматривать за своими сорванцами.

Я бродил по улицам города, наблюдая за всем этим с печальной улыбкой. Фотоаппарат, лежавший в сумке через плечо, так и не увидел света - в последнее время я ничего не могу снимать, не выходит. С точки зрения композиции и прочих мелочей все в порядке, но нет жизни, нет красок. Нет души.

После выхода в свет романа Анэт, все действительно изменилось. Как я предполагал, книга возымела небывалый успех. У Анэт появились почитатели, ее приглашали на радио и телевидение. Вот-вот мир увидит ее вторую книгу. Наблюдая за возлюбленной со стороны, я видел безграничное счастье в ее глазах и, увы, оно никаким образом не было связано со мной.

Мы начали отдаляться. Снова, как и в прошлый раз, даже темп тот же. Она уверенно шла навстречу своей мечте, а я неохотно плелся чуть поодаль за ней, совершенно не понимая, что делать дальше. Анэт твердо знала, что хочет от жизни, а я нет. Я не завидовал ее славе, я откровенно рад за нее. Но мне бы тоже хотелось иметь что-то еще в своей душе, помимо простого желания любить и быть любимым. Мне нужна цель.

Из-за ее занятости, мы виделись не чаще раза в неделю, а то и в две. Я знал, что она любит меня, и что это не совсем то, что было тогда между мной и Адой, но ощущение дежавю не покидало. Мы любим друг друга, но, складывается впечатление, что жизнь старается нас разделить.

Я не говорил об этом с Анэт - не смог. Каждый раз при нашей встрече, она так счастливо рассказывает обо всем, что у меня язык не поворачивается вот так взять и все испортить. Не знаю, что делать с этим. Я столько лет жил по принципу одного дня без особых планов на будущее, что сейчас растерялся. Я мог бы и дальше идти вслед за ней, но рано или поздно она ускорит темп, и я уже никогда не смогу ее догнать. Я хотел бы идти с ней на равных, не позади, а рядом, крепко сжимая ее руку.

Достаю смартфон и открываю ее последнюю смс. Она написала мне еще вчера днем, но я так ничего и не ответил:

"Иногда мне кажется, что между нами что-то не так, но потом я просто запрещаю себе так думать. Мы любим друг друга, а это самое главное. В эти выходные у меня встреча с читателями, придешь?"

Ну а что я могу ей сказать? Что ей не кажется, и между нами и правда все не так? Что ее мечта образовала между нами пропасть, пока еще вполне преодолимую, но только пока, и при условии, что мне будет чем ее заполнить. Но мне нечем, я не знаю, чего хочу. Я не знаю, кем хотел бы стать или должен, я ничего не умею, кроме как снимать. Да и этот навык, кажется, я уже почти утратил. Да и приходить на эти встречи, откровенно говоря, стало невыносимо. Я видел куда более яркий и насыщенный космос в ее глазах, да только не для меня, а для них - для читателей и книг. Да, я сволочь, эгоист и собственник, называйте как угодно. Но мне правда было тяжело, меня давило ощущение пустоты и собственной никчемности.

Закрыв смс, с удивлением обнаруживаю аж шесть пропущенных от отца. Догадываясь причину, быстро перезваниваю. Он отвечает мне коротко и ясно:

- Больница номер пять, третий этаж!

Бегом возвращаюсь к дому и запрыгиваю в машину. Началось. Совсем скоро на свет появиться еще одна представительница семьи Рэй. Сестренка... Это было единственным, что вызвало улыбку на моей унылой роже. Наплевав на ограничение скорости, я в миг оказался возле роддома и пулей вбежал внутрь. Надев бахилы и белый халат, поднимаюсь на третий этаж. Отец сидел возле закрытых дверей, над которыми светилась надпись "Не входить!".

- Как мама?

- Воды отошли прямо в машине, хорошо мы были недалеко, - дрожащим голосом ответил отец. - Пока вроде все нормально, хотя я не особо понимаю в этом. Велено ждать. Что с твоим лицом?

- А что с ним?

- Печать грусти. Поссорились с Анэт?

- Нет. Дело не в этом.

- Молчание ничего не изменит, - отец поднялся с лавочки и прошел мимо меня в сторону лестницы. - Поговори с ней. Сейчас как раз удобный момент. Я пойду куплю воды.

Не совсем понимаю, почему именно сейчас удобный момент, но когда вижу фигуру, вошедшую в коридор и приветственно поклонившуюся моему отцу, все становится ясно. Значит, он и ей сообщил.

Анэт наконец замечает меня. Мы оба молча смотрим друг на друга, никаких улыбок, никаких слов. Между нами словно выросла стена. Вполне себе прозрачная и тонкая, докричаться можно, но прочная, кулаками стучать бесполезно. Я не знаю, как начать разговор, да и вообще, что сказать.

- Так сложно подобрать слова, - она первая нарушает тишину, продолжая стоять на расстоянии пары метров от меня. - Казалось бы, с моей начитанностью таких проблем быть не должно. А, может, я просто боюсь что-либо говорить, потому что заранее знаю, что именно услышу.

- Я люблю тебя! - крикнул я, но вышло как-то отчаянно. Этими словами я словно пытался сказать: "Пожалуйста, не уходи! Только не снова!"

- Знаю. И я тебя люблю, больше, чем ты думаешь. Я понимаю, почему это происходит, не нужно оправдываться и пытаться объяснить.

- И что же мне делать?

- Найти свою дорогу. Пока не обретешь цель - счастья тебе не будет. Внутри тебя сокрыт огромный потенциал, но ты не даешь себе развиваться. Вот он и бунтует, это он рвет твою душу. Похоже, сейчас нам нужно разойтись.

Ее слова ощущались порезами на моем сердце. Я знал, что она права, я все это понимал. Но снова переживать эту боль, снова я должен отпустить то, что мне так дорого! Это невыносимо!

- Я не бросаю тебя, - поспешно сказала Анэт, словно читая мои мысли. - И, честно говоря, расставаться совсем не хочу. Но я не могу помочь тебе, сейчас я нужна своей мечте. К сожалению, любовь тормозит. Поэтому я предлагаю попрощаться на время. Найди себя, обрети покой и, когда все наладится, возвращайся, если не передумаешь, конечно. Я буду ждать.

- Анэт...

Она печально улыбнулась, а, затем поспешно развернулась и зашагала прочь. Я рванул было за ней, но вовремя остановился. Она права, сейчас не время. Глубоко вздохнув, я услышал внутри себя два до боли знакомых и таких нежеланных звука. Первым было отчаянное рыдание Адриана-влюбленного. В его груди снова разваливалось на куски, казалось бы, прочно склеенное сердце. Второй звук еще противнее - шорох земли. Из могилы Адриана -отчаявшегося показалась рука.

Вернулся отец. Он протянул мне бутылку воды, но, встретившись со мной взглядом, убрал руку. Двери родовой неожиданно открылись. Задвинув на задворки сознания все свои страдания, я с отцом рванули к вышедшему доктору.

- Госпожа Рэй в полном порядке, - ответил он. - Точнее, обе госпожи Рэй. Сейчас им нужен отдых, так что смело езжайте домой и отдыхайте. А завтра сможете навестить.

- Спасибо большое! - отец трясущимися руками благодарит врача, а я глупо улыбаюсь сквозь слезы. В один день я умудрился потерять счастье и обрести. Боль смешалась с радостью, постоянно отклоняясь то в одну, то в другую сторону.