Глава-24-Заговор(2)
Когда напряжение в воздухе стало почти осязаемым, я ощутила, как взгляд Итачи и Шисуи усиливается, а их тела напрягаются, готовые к действию. Однако, что-то внутри меня подсказало, что ситуация будет развиваться иначе. Я не боялась, и это было видно.
«Активация эффекта"Божественная невинность".Не волнуйтесь,Хитоми.Я не позволю им навредить вам»
«Спасибо,Фрея»
Я посмотрела прямо в их глаза, и они остановились, как будто внезапно очнувшись от своего порыва. Мои голубые глаза — ангельские, чистые, невинные — как будто обрушили на них волну осознания. Это было не просто взгляд, это была сила, которая вытягивала из их сердец всякую угрозу, всякое намерение причинить мне вред.
Шисуи неуверенно замер, его рука чуть опустилась. Он был не готов к этому. Слишком невинный взгляд, слишком чистый и незащищённый, чтобы можно было угрожать.
Итачи, как и Шисуи, замер. Он знал, что не может причинить вред тому, кто олицетворяет абсолютную невинность. Я не просто была ангелом в их глазах — я была всем тем, что они должны были защищать, а не уничтожать. Я была для них чем-то неизъяснимо важным, чем-то, что не заслуживает страха или насилия.
— Хитоми— тихо произнёс Итачи, но его голос уже был не таким решительным, как прежде. — Мы не должны были так действовать.
Шисуи посмотрел на меня с глубоким сожалением. Его уверенность в своих действиях вдруг начала шататься, как будто он осознавал, что здесь, перед ним, стояло не что-то тёмное и опасное, а нечто, что требует только защиты и заботы.
— Мы... ошиблись— сказал он, как будто это признание было тяжелым, но необходимым.
Я не сказала ничего. Мои глаза говорили за меня. Я не была ни угрозой, ни помехой. Я была просто той, кто была слишком чист для их жестоких намерений. Я была тем самым ангелом, которого они не могли тронуть.
Итачи снова взглянул на меня, но уже без той жёсткости, которая была раньше. Он понял, что стоять против меня — это не просто бессмысленно, это было бы преступлением против самого мира.
Шисуи, с ещё одной болезненной паузой, произнёс:
— Ты не должна страдать из-за нас,Хитоми.
Они оба стояли передо мной, как будто самих их осознание того, что они были на грани чего-то ужасного, ставило их в положение тех, кто осознал свою вину. И в этот момент я знала: угрозы больше не было. Они поняли, что я не просто младшая сестра, но и символ чего-то, что невозможно осквернить.
— Значит, вы хотите уничтожить свой клан, — внезапно и негромко произнесла я, мои голубые глаза внимательно всматривались в их лица.
Шисуи слегка вздрогнул, но быстро взял себя в руки. Итачи же оставался непроницаемым, его лицо было каменной маской, но в глазах мелькнуло что-то похожее на сожаление.
— Ты не должна была этого слышать— ровным голосом сказал он.
Я чуть склонила голову, будто раздумывая над его словами.
— Но услышала. И теперь я хочу знать: почему?
— Это не твоё дело, Хитоми— голос Шисуи звучал мягко, но в нём сквозила усталость.
— Но разве я не ваша названая младшая сестра? — я сделала шаг вперёд, мои глаза сверкали искренним непониманием.
Они переглянулись. Для них я была ангелом — чистой, светлой, далёкой от крови и насилия. Говорить со мной об этом казалось кощунством, будто они оскверняли что-то святое.
— Мы... защищаем деревню— наконец произнёс Итачи, но в его голосе не было уверенности.
— Защищаете? — я сделала ещё шаг. — Или оправдываете свои действия?
Шисуи резко отвернулся, его плечи напряглись.
— Ты не понимаешь, Хитоми— прошептал он.
— Тогда объясните мне — мой голос был мягким, почти просящим. — Почему вы готовы убить своих родных? Почему не пытаетесь найти другой выход?
Итачи сжал кулаки, но затем глубоко вздохнул, вновь обретая самообладание.
— Иногда выхода нет— твёрдо сказал он.
— А если есть? — я смотрела прямо в его глаза, и он не смог отвернуться.
Я знала, что мои слова проникают глубже, чем им хотелось бы. Они не могли смотреть на меня так же, как на других. Я не была угрозой, не была врагом. Я была их ангелом, тем, кого нельзя осквернить кровью.
— Если бы был другой путь... — тихо начал Шисуи, но осёкся.
Я мягко улыбнулась им, как всегда — тёпло, искренне, без осуждения.
— Тогда найдите его. Пока не стало слишком поздно.
Я знала, что не смогу изменить их решение прямо сейчас. Но я видела сомнение. И если оно появилось — значит, надежда ещё была.
Я смотрела на Итачи, не отводя взгляда. В воздухе витало напряжение, но моё выражение оставалось спокойным, невинным — таким, каким все привыкли его видеть.
— Итачи, — тихо произнесла я, словно боялась нарушить тишину. — А что будет с Саске?
Шисуи напрягся, а Итачи остался внешне невозмутимым, но я заметила, как его пальцы чуть сжались.
— Он останется в живых, — наконец сказал он.
Я позволила себе облегчённо улыбнуться, словно только что услышала самое важное.
— Хорошо— мягко сказала я. — Ведь Саске для меня почти как младший брат...
Шисуи расслабился, услышав мои слова. Он явно боялся, что я начну расспрашивать дальше, но теперь, когда я сама подтвердила, что приму происходящее, он мог успокоиться.
Итачи же задержал на мне взгляд чуть дольше. Возможно, он искал в моих словах скрытый смысл, но не нашёл ничего подозрительного — только доброту и смирение.
— Это правильное решение — добавила я с лёгкой, почти грустной улыбкой.
Они больше не сомневались во мне.
Но внутри я лишь холодно отметила, что этот разговор был полезен.
«Для вас это полезно не так ли?»
«Верно. Теперь я буду готова когда вырежут клан. Нужно придумать, как успокоить Саске, чтобы он сильнее привязался ко мне. Ведь Учих останется совсем мало, а один из выживших, принадлежащий к одному из сильнейших кланов, будет крайне полезен»